СЛОВОИЗМЕНИТЕЛЬНЫЕ (СИНТАКСИЧЕСКИ ВЫВОДИМЫЕ) МОРФЕМЫ КАК ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ СЛОВАРНЫЕ ФОРМАНТЫ

В предшествующем разделе я наметила в общих чертах опи­сание процесса деривации, объясняющего наличие продуктивной связи между парными переходным-непереходным глаголами, где непереходный член такой пары имеет при себе -ся.

Согласно анализу Бэбби, причастный суффикс -щ- обычно по­является при сокращении структуры, подобной структуре относи­тельного предложения. Обычно -ущ- выражает значение настоя­щего времени, и при этом допустимы только полные формы, так как причастия подчинены ИГ, а именно ИГ требует окончания пол­ной формы.

Халле упоминает (Halle 1973), что такие формы, как утром или весной, должны быть приведены в словаре как отдельные еди­ницы, так как имеют обособившееся наречное значение и явля­ются омонимами обычных форм творительного падежа единствен­ного числа слов, обозначающих ‘утро’ и ‘весна’ соответственно. Окончание творительного падежа, литерализуемое посредством словоизменительных правил в таком выражении, как Я поражен этой весной/этим прекрасным утром, имеется, таким образом, также и в словообразовательном компоненте, где служит для об­разования из существительных таких наречий, как утром или вес­ной. Такая словообразовательная возможность находится на гра­ни продуктивности, как показывают сходные наречия, такие, как постом, ср. Отец умер постом (JI. Толстой, «Дьявол»). Примеры, подобные этому адвербиализованиому творительному падежу, при­лагательному с причастным суффиксом из (7), лексически выводи­мым глаголам на -ся, наводят на мысль, что правила словообра­зовательного компонента, который создает лексические единицы для вставления в глубинные структуры, должны применяться не только к выходу некоторых из его собственных правил, но также к выходу морфофонемных правил литерализации как к по­тенциальному источнику новых словарных формантов низкой про­дуктивности.

Описанная ситуация сходна с ситуацией, имеющей место в фонологии. Когда выход фонологических правил изменяется при каких-то исторических изменениях, давая в результате новый сег­мент, этот сегмент становится также и базовым сегментом. Такое положение дел возникло после падения редуцированных и оглуше­ния конечных согласных в древнерусском, когда появился новый звук [ф], противопоставленный звуку [в].

Другие свидетельства того, что результаты словоизменитель­ных правил доступны действию правил словообразовательного компонента, дают формы словоизменения, которые могут быть использованы (целиком или в усеченном виде) для образования основ или корней новых слов. Среди них такие образования, как никчемный от ни к чему (чему — форма дательного падежа, у которой усекается только часть окончания, после чего образуется «корень» никнем-, к которому присоединяется адъективный фор­мант и окончание); потусторонний от по ту сторону; сиюминутный от сию минуту [вин.] (ср. с вашим сиюминутным мнением, где прилагательное выведено словарно, а не трансформационно, ибо невозможно такое относительное предложение, как *ваше мнение, которое сию минуту). Такие формы, не представляющие собой чего-то особенно необычного, показывают, что чисто словоизмени­тельные формы могут служить основой для образования новых словарных единиц.

4.