<<
>>

ВВЕДЕНИЕ

В типичной речевой ситуации, включающей говорящего, слу­шающего и высказывание говорящего, с высказыванием связаны самые разнообразные виды актов. При высказывании говорящий приводит в движение речевой аппарат, произносит звуки.

В то же время он совершает другие акты: информирует слушающих либо вызывает у них раздражение или скуку. Он также осуществляет акты, состоящие в упоминании тех или иных лиц, мест и т. п. Кроме того, он высказывает утверждение или задает вопрос, от­дает команду или докладывает, поздравляет или предупреждает, то есть совершает акт из числа тех, которые Остин (см. Austin 1962) назвал иллокутивными. Именно этот вид актов рассмат­ривается в данной работе, и ее можно было бы назвать «Что та­кое иллокутивный акт?». Я не пытаюсь дать определение термина «иллокутивный акт», но, если мне удастся дать правильный ана­лиз отдельного иллокутивного акта, этот анализ может лечь в основу такого определения. Примерами английских глаголов и глагольных словосочетаний, связанных с иллокутивными актами, являются: state ‘излагать, констатировать, утверждать’, assert ‘утверждать, заявлять’, describe ‘описывать’, warn ‘предупреж­дать’, remark ‘замечать’, comment ‘комментировать’, command ‘командовать’, order ‘приказывать’, request ‘просить’, criticize ‘критиковать’, apologize ‘извиняться’, censure ‘порицать’, approve ‘одобрять’, welcome ‘приветствовать’, promise ‘обещать’, express approval ‘выражать одобрение’ и express regret ‘выражать сожа­ление’. Остин утверждал, что в английском языке таких выраже­ний более тысячи.

В порядке введения, вероятно, есть смысл объяснить, почему я думаю, что изучение речевых актов (или, как их иногда назы­вают, языковых, или лингвистических, актов) представляет инте­рес и имеет важное значение для философии языка. Я думаю, что существенной чертой любого вида языкового общения яв-

John R. Searle. What is a speech act? — In: «Philosophy in America», ed. Max Black, London, Allen and Unwin, 1965, p. 221—239.

ляется то, что оно включает в себя языковой акт. Вопреки рас­пространенному мнению основной единицей языкового общения является не символ, не слово, не предложение и даже не кон­кретный экземпляр символа, слова или предложения, а произ­водство[59] этого конкретного экземпляра в ходе совершения рече­вого акта. Точнее говоря, производство конкретного предложения в определенных условиях есть иллокутивный акт, а иллокутивный акт есть минимальная единица языкового общения.

Я не знаю, как доказать, что акты составляют существо язы­кового общения, но я могу привести аргументы, с помощью ко­торых можно попытаться убедить тех, кто настроен скептически. В качестве первого аргумента следует привлечь внимание скеп­тика к тому факту, что если он воспринимает некоторый звук или значок на бумаге как проявление языкового общения (как сообщение), то один из факторов, обусловливающих такое его восприятие, заключается в том, что он должен рассматривать этот звук или значок как результат деятельности существа, имеющего определенные намерения. Он не может рассматривать его просто как явление природы — вроде камня, водопада или дерева. Чтобы рассматривать его как проявление языкового об­щения, надо предположить, что его производство есть то, что я называю речевым актом. Так, например, логической предпосыл­кой предпринимаемых ныне попыток дешифровать иероглифы майя является гипотеза о том, что значки, которые мы видим на камнях, были произведены существами, более или менее похо­жими на нас, и произведены с определенными намерениями. Ес­ли бы мы были уверены, что эти значки появились вследствие эрозии, то никто бы не подумал заниматься их дешифровкой или даже называть их иероглифами. Подведение их под категорию языкового общения с необходимостью влечет понимание их про­изводства как совершения речевых актов.

Совершение иллокутивного акта относится к тем формам по­ведения, которые регулируются правилами. Я постараюсь пока­зать, что такие действия, как задавание вопросов или высказы­вание утверждений, регулируются правилами точно так же, как подчиняются правилам, например, базовый удар в бейсболе или ход конем в шахматах. Я хочу, следовательно, эксплицировать понятие иллокутивного акта, задав множество необходимых и достаточных условий для совершения некоторого конкретного вида иллокутивного акта и выявив из него множество семанти­ческих правил для употребления того выражения (или синтакси­ческого средства), которое маркирует высказывание как иллоку­тивный акт именно данного вида. Если я смогу сформулировать такие условия и соответствующие им правила хотя бы для од­ного вида иллокутивных актов, то в нашем распоряжении будет модель для анализа других видов актов и, следовательно, для экспликации данного понятия вообще. Но, чтобы подготовить лочву для формулирования таких условий и извлечения из них правил совершения иллокутивного акта, я должен обсудить еще три исходных понятия: правила, суждения и значение. Я ограничу обсуждение этих понятий теми аспектами, которые существенны для целей настоящего исследования, и все же, для того чтобы хоть сколько-нибудь полно изложить все, что мне хотелось бы сказать о каждом из этих понятий, потребовались бы три отдель­ные работы. Однако иногда стоит пожертвовать глубиной ради широты, и потому я буду очень краток.

II.

<< | >>
Источник: Б. Ю. ГОРОДЕЦКИЙ. НОВОЕ В ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИНГВИСТИКЕ. ВЫПУСК XVII. ТЕОРИЯ РЕЧЕВЫХ АКТОВ. МОСКВА «ПРОГРЕСС» - 1986. 1986

Еще по теме ВВЕДЕНИЕ:

  1. Статья 314. Незаконное введение в организм наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов
  2. ВВЕДЕНИЕ История нашего государства и права — одна из важнейших дисциплин в системе
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. Мысли об организации немецкой военной экономикиВведение
  5.   ПРЕДИСЛОВИЕ [к работе К. Маркса «К критике гегелевской философии права. Введение»] 1887  
  6. Под редакцией доктора юридических наук, профессора А.П. СЕРГЕЕВА Введение
  7. ВВЕДЕНИЕ
  8. Введение
  9. Введение
  10. ВВЕДЕНИЕ