Базисные ценности биоэтки.

Нравственно-этический подход к современным истинам науки и медицины, естественнонаучным теориям и гуманитар­ным концепциям, а та.оке к научному мировоззрению и методо­логии в настоящее время является фундаментальной задачей исследования жизни вообще и человеческой в особенности.

Передовые научные исследования и современные высокие технологии формируют ныне принципиально новое отношение к самому научно-медицинскому знанию. Оно постепенно начи₇ нает тесно связываться с этическими принципами и нравствен­ными императивами, не сводимыми только к требованиям

внутреннего научного этоса (искать истину и наращивать новое знание). Это и выражает суть идеологии биоэтики, основным положением которой является моральная ответственность пе­ред природой. Речь идет о том, что человек не имеет права с превосходством относиться к окружающей его среде, он дол­жен воспринимать себя как часть биосферы. Именно благодаря этому может возникнуть новое понимание истины, связанное с нравственными императивами. Сегодня, как никогда прежде, увеличивается груз морально-правовой ответственности уче­ных-медиков за вред, который они могут нанести жизни, здоро­вью человека.

Расширив и углубив познавательную базу биологии и ме­дицины, ученые-исследователи продолжают создавать новые технологические разработки наиболее эффективных способов «конструирования» новых живых организмов и «улучшения» существующих с целью увеличения продуктивности биотехно­логических процессов.

В этой связи следует критически смотреть на этико-фило­софские основания искреннего стремления ученых, практиче­ских врачей осваивать опасные области биологической и меди­цинской науки и практики. Сегодня все понимают, что здоро­вая окружающая среда не менее значима, чем материальные по­требности и духовные интересы человека. Важно понять и при­нять новые ценностные ориентиры, смысловые установки, то есть создать новый образ человека - не только разумного, но и совестливого, социально ответственного. Осмысливая развитие уже имеющихся и появление новых биомедицинских техноло­гий (искусственное оплодотворение и выращивание «в пробир­ке» человеческого эмбриона, воздействие на геномы человека и неоевгеника, перемена пола, пересадка мозга и др.), философы и специалисты в области биоэтики указывают на необходи­мость крайне осторожных, нравственно переосмысленных в

этических комитетах и законодательных инстанциях решении, открывающих путь базовым новациям. Безусловно, в дальней­шем роль медика в общественной жизни будет возрастать, есте­ственно, повысится и его ответственность.

Мораль и деонтология, в силу своей внутренней диалекти­ческой взаимосвязи, неизбежно делают шаги в направлении так называемой практической философии - этики. Действительно, каждый медик именно в этике всегда ищет оправдание своих действий в необычных условиях. В теоретической, но особенно в практической медицине нередко возникают определенные не­стандартные или двусмысленные ситуации. Речь идет прежде всего о тех врачебных действиях, которые могут привести к иг­норированию традиционных норм морали.

Биоэтика в частных приложениях медицины, особенно в нравственном осмыслении «нештатных» и даже казуистиче­ских ситуаций, вводит медика в сферу действительно уникаль­ных сложнейших морально-этических понятий. Основопола­гающими принципами биоэтики являются развитое чувство профессионального долга, глубокое осознание уверенности в своей правоте, внутреннее ощущение личной ответственности за принимаемое решение и т.п. Все это должно помогать меди­ку справляться с чрезвычайно сложными, двусмысленными с точки зрения морали ситуациями, о которых мы упоминали вы­ше. Например, врач, вынужденный прервать беременность, не только берет на себя весь груз профессиональной ответственно­сти, но и вынужден переживать угрызения совести за «убийст­во эмбриона».

Подобные проблемы возникают и при трансплантации ор­ганов, но особенно при лечении обреченных на смерть пациен­тов. С одной стороны, врач должен действовать согласно вра­чебному долгу - до конца бороться за жизнь пациента. С дру­гой стороны, ему (как человеку) хочется пойти навстречу поже­ланию самого пациента: ускорить смертельный исход, избавив

его от мучительных страданий. А это далеко не всегда согласу­ется с медицинской моралью и общественным мнением. Подоб­ные ситуации в конечном итоге приводят к накоплению реаль­ных морально-этических противоречий в современной меди­цинской практике. Они, как и многие другие противоречия, связанные с проблемой вмешательства в естественный ход са­моразвития природы человека, в настоящее время пока этиче­ски неразрешимы. Поэтому ученые-естествоиспытатели и прак­тические врачи часть своей моральной ответственности хотели бы переложить на плечи общественности.

Исторически каждая морально-философская система есть одновременно и особая нормативная этическая программа ак­тивного действия, поведения личности или социальной группы. Биоэтика тоже воплощается в определенную философскую эти­ко-нормативную систему, сущностью которой становится целе­вая, хорошо продуманная программа общественного «оправда­ния» нетрадиционных действий врача. При этом биоэтика в своих положениях всегда предельно конкретна. Первый и един­ственный вопрос, который возникает, - это вопрос о том, какие именно разрешающие поведенческие нормативы врача, фарма­цевта имеются в виду? Ведь мера моральной ответственности каждого медика, предельно ясно сознающего свой профессио­нальный долг, весьма существенна. Это нравственная мера, по­средством которой каждый врач постоянно оценивает степень личного мужества и врачебного благородства по отношению к своим пациентам. Это показатель профессионального искусства взаимодействия врачей с пациентами. Это, наконец, философ­ская мудрость медиков, не дающая никакого права на ошибку.

Говоря о формировании современного биоэтического мен­талитета врачей, фармацевтов, медсестер, хотелось бы обратить внимание на то обстоятельство, что развитие у них социально­философских взглядов, морально-этических качеств, гуманных черт должно происходить в органическом единстве гуманитар­ного, естественнонаучного образования и повседневной прак­

тической деятельности. Поэтому на спецкурсах медицинских вузов изучаются не только моральные принципы деонтологии, но и нравственно-философские правила и нормы биоэтики. В настоящее время переосмысливаются принципы взаимоотно­шений врача с больным, его ближними родственниками на раз­ных этапах лечения, правила межличностных взаимосвязей ме­жду врачами-специалистами и вспомогательным медперсона­лом, требования соблюдения врачебной тайны и т.д.

Успехи в науке, технике и технологии значительно услож­нили проблемы морально-этических отношений в медицине. Се­годня первый зачатый «в пробирке» канадский ребенок уже дос­тиг юношеского возраста. А ведь его рождение, с юридической точки зрения, следует считать незаконным. Дело в том, что в Ка­наде только в 1996 году появился закон, который юридически подтвердил право на искусственное зачатие и «суррогатное» де­торождение. Впрочем, необходимость морально-философской оценки искусственного осеменения назрела значительно раньше. А сегодня медицина успешно реализует естественное желание некоторых бездетных супругов иметь собственного ребенка. Од­нако в человеческом обществе всегда найдется место для крайно­стей. Так, по свидетельству канадских врачей, одна молодая вдо­ва попросила врача, чтобы он взял для искусственного зачатья сперму ее умершего мужа. А в другом случае уже сам врач (из города Торонто) открыл специальную клинику, в которой пред­лагал супругам услуги по выбору пола ребенка. Что это? Торже­ство медицинской науки или свидетельство падения нравов?

Еще более тревожные новости приходят из Соединенных Штатов. В Калифорнийском университете, например, три врача провели уникальнейшие эксперименты по обмену эмбрионов, но, к сожалению, тайно, без ведома родителей. В результате по меньшей мере десять женщин выносили и родили не своих де­тей. А в Йельском университете был создан своеобразный биз­нес: студентки продавали находчивым посредникам свои яйце­клетки для последующего оплодотворения. Почему-то до сих пор считается, что яйцеклетки молодых женщин способствуют рождению здоровых, а главное - более одаренных детей.

Все эти и многие другие необычные факты свидетельству­ют о формировании в общественном сознании нового явления - деструктивной морали. Поэтому не так давно в Канаде был рас­смотрен законопроект о правовом регулировании искусствен­ного воспроизводства потомства с использованием современ­ной генетической технологии.

Канадские законодатели, исходя из логики здравого смыс­ла, предусмотрели самое невероятное в биомедицине. Но смо­жет ли юридический закон быть гарантом, ограждающим чело­века от злоупотреблений в биомедицинской и любой иной сфе­ре исследований? А может быть, он сдержит полет творческой мысли исследователей и станет преградой для смелых опытов по совершенствованию всего живого? Вопросов возникает очень много, и все они далеко не беспочвенны. История науки и медицинской практики знает немало запретов и ограничений, но они в большинстве случаев достаточно успешно преодолева­лись. Здесь, безусловно, необходимо серьезное социально-фи­лософское и морально-этическое осознание профессионалами научно-исследовательской задачи медицины. Правовая основа, безусловно, нужна, но ей должно предшествовать философское и нравственное осмысление проблемы самими учеными-иссле­дователями. Только совесть, «внутренний» голос ученого, вра­ча, фармацевта, может избавить научные изыскания от недо­пустимых ошибок.

Главная проблема, которую еще только предстоит разре­шить ученым, медикам и философам, заключается в понимании смысла самоценности жизни человека. Последняя имеет осо­

бый статус в системе значимости тех или иных вещей, предме­тов, явлений. Самоценностью считается только такая ценность, которая являет собой особое отношение субъекта (кокретного человека или социальной нруппы - класса, нации, коллектива и т.п.) к самому себе. Она предполагает самооценку субъекта, ко­торая осуществляется в результате его критического отношения к собственным природным и приобретенным качествам и свой­ствам, определяющим саморазвитие и совершенствование.

4.6.