<<
>>

Русское общество в условиях эмиграции «первой волны»

В 20-30-е годы ХХ века за рубежом появилось уникальное пространство, названное Российским Зарубежьем. Это целая страна без физических и юридических границ и своеобразная по укладу жизни.
Никто больше, несмотря на политические катастрофы ХХ в., потрясшие мир и вынудившие большое количество людей покинуть свой дом, ни один поток эмигрантов, кроме россиян, не смог создать целостного общества в изгнании, «анклава» национальной культуры за пределами Родины. В эмиграции, в иной социокультурной среде оказалось, по разным подсчетам, от 2 до 8 миллионов носителей русского самосознания, которые не могли вписаться в окружающую жизнь, чувствуя свою национальную самобытность. И, несмотря на перенесенные бедствия, именно они «создали культуру, которая сегодня является важным компонентом всей мировой культуры в ее материальном, интеллектуальном, духовном измерении» [1, с. 28].

Российское Зарубежье – явление неустойчивое, его облик на протяжении двух десятилетий (в зависимости от внешнеполитических событий) менялся. Некоторые «провинции» России за рубежом сокращались или исчезали. Например, националистическая политика, проводимая в Румынии и Польше, привела к тому, что русская культурная жизнь в этих странах практически замерла, и эмигранты вынуждены были их покинуть. Также отрицательную роль в формировании «общества в изгнании» и сокращении границ сыграл приход Гитлера к власти, а его проигрыш во второй мировой войне окончательно подорвал основы Зарубежной России.

Российское Зарубежье – понятие противоречивое, имеющее свою непростую историю. До недавнего времени исследователи (З.И Равкин, М. Раев и др.) использовали словосочетание «русская эмиграция». Однако, понятие «Российское Зарубежье» – более универсальное, так как включает в себя не только этнических русских, но и украинцев, евреев, армян и других выходцев из многомиллионной России, и более ёмкое, так как объединяет не только разные «волны» эмиграции, но и русских, проживающих за границей и сохранивших национальные традиции.

Последних в начале ХХ в. насчитывалось несколько миллионов. Это люди, которые оказались за пределами России не по своей воле, а в результате целого ряда перемен, вызванных подписанием международных договоров. В современной литературе (согласно периодизации) к «первой волне» относят эмигрантов дореволюционного и послереволюционного периода. Следует отметить, что для первой волны характерны несколько периодов: первая половина 20-х гг. – это время надежд на скорое возвращение на Родину, адаптации и создания учебных и научных центров; для второй половины 20-х и 30-х годов характерны стабилизация, расширение системы русского образования и воспитания детей и подростков и постепенное нарастание интеграционных процессов; в конце 40-х и 50-е годы победа над фашизмом привела к потере надежд на возвращение, вторичная эмиграция приводит к окончательной ассимиляции в инокультурное пространство. Ко «второй волне» отнесены те, кто оказался за границей в годы второй мировой войны. Высланные за рубеж диссиденты и выехавшие в другие страны составили «третью волну».

Самой большой по количеству и универсальной по содержанию была «первая волна», когда после Октябрьской революции миллионы людей покинуло Россию. В основном, это были люди с высоким уровнем культуры. «Мы располагаем сведениями, полученными из статистического отдела Государственной комиссии по делам русских беженцев в Болгарии, – писал русский эмигрант-правовед А.В. Маклецов, – о том, что 75% русской эмиграции в Югославии составляют лица с высшим и средним образованием. К остальной части относятся в основном люди, имеющие начальное или домашнее образование. Число тех, кто не получил никакого образования, незначительно – не более 3% общего количества. При этом не следует забывать, что в самой России процент неграмотных велик. Таким образом, эмигрантская волна вынесла из России наиболее образованные слои [1, с. 8]. В общем потоке уеавших из России в период гражданской войны и после оказались многие представители интеллигенции.

По подсчетам П.Е. Ковалевского, более тысячи ученых, 13 академиков и 140 профессоров. Многие пересекли Черное море вместе с частями отступающей белой армии, некоторые были высланы в 1922 г. на так называемом «философском пароходе» или выехали позднее. Среди них известные педагоги, психологи, видные общественные деятели:

П.М. Бицилли, С.И. Гессен, П.Д. Долгоруков, Е.А. Елачич, М.Н. Ершов, А.В. Жекулина,

В.В. Зеньковский, С.И. Карцевский, С.В. Панина, С.О. Серополко, Г.Я. Трошин и др. Переселенцы из России являлись носителями русской культуры, и в условиях эмиграции хранили ее, развивали и знакомили с нею другие народы мира.

Российская эмиграция «первой волны» рассматривала свое пребывание на чужбине как временное, противилась интеграции в иную среду, стремилась сохранить детей русскми. Поэтому, как только первые эмигранты осели, появились центры культурной жизни, где шла «русская жизнь» и куда стекались беженцы из России. В духовных «столицах» действовали десятки культурных обществ, организаций, были созданы учебные заведения с преподаванием на русском языке, что способствовало духовной социализации и поддержанию национального самосознания эмиграции, особенно подрастающего поколения. Важным фактором становления, развития и угасания подобных «анклавов» национальной культуры была лояльность политики местного правительства по отношению к национальным меньшинствам. Однако не везде условия были одинаковы.

В начале 20-х годов одним из таких центров стал Берлин, где было открыто более 80 русских издательств, 20 книжных лавок, 6 банков, несколько русских школ и других ученых заведений, и где проживало огромное число художников, литераторов, философов

(А. Белый, Н. Бердяев, А. Ремизов, Вл. Ходасевич и др.). Здесь при участии

Б.П. Вышеславцева, В.А. Мякотина, С.Л. Франка, был основан Русский институт, имевший связи с рядом научных учреждений Германии. В 1922 г. Н.А. Бердяевым была организована Свободная духовная и философская академия, где читались лекции на религиозные темы. Большую научную работу проводил Экономический кабинет С.Н. Прокоповича, который позднее был перевезен в Прагу. В Берлине также действовали различные организации помощи беженцам, клубы и общества (политические и культурные). Благодаря терпимости правительства, дружелюбному и гостеприимному отношению немецкого народа, а также дешевизне производства, в Германии первоначально находилось огромное число русских эмигрантов. Однако к 30-м годам по ряду причин экономического (стабилизация марки) и политического (приход Гитлера к власти) характера численность русской эмиграции резко сократилась с 250 тысяч человек в 1922 г. до 90 тысяч в 1930 г. и 45 тысяч в 1936 г.

На роль интеллектуальной столицы Российского Зарубежья стал претендовать Париж, где вплоть до второй мировой войны отношение к эмигрантам было весьма либеральным. Во Франции был создан целостный мир, сохранивший русскую национальную культуру. Здесь существовали русские школы, магазины, рестораны, церкви, выходили газеты и журналы на родном языке. В Сорбонне при поддержке французского правительства был организован курс изучения русской истории и литературы. Для студентов-эмигрантов русские ученые (М.В. Вишняк, А.А. Гулевич, П.Н. Милюков, Д.М. Одинец и др.) читали лекции по законодательству, социологии и философии права, однако права на диплом это не давало. Крупным русским учебным заведением Парижа стал Народный (свободный) университет, где читались лекции в свободные дни и вечера, а по четвергам и субботам проводились специальные занятия для подростков. Также во Франции преподавание на русском языке велось в Техническом институте, Православном богословском институте, Франко-русском институте, Коммерческом институте, Русской консерватории им. С.В. Рахманинова. Русские внесли огромный вклад в развитие культуры (Г.В. Адамович, И.А. Бунин, С.С. Прокофьев, И.Ф. Стравинский, Ф.И. Шаляпин и др.) и экономики Франции. Многие трудились на шахтах, в промышленности, на строительстве. Но постепенно экономическая и политическая жизнь эмигрантов ухудшалась, что не сказалось, к счастью, на культурной жизни, которая оставалась насыщенной (о чем свидетельствует пышное празднование «Дня русской культуры» в 1937 г.).

Особняком стоят несколько столиц славянских государств, где российская эмиграция внесла огромный вклад в развитие национального образования и культуры этих стран. Во-первых, это Прага (Чехословакия), где благодаря «Русской акции» Т. Масарика долгое время были благоприятные условия для русских эмигрантов. При поддержке чешского правительства был создан целый ряд русских научных учреждений. В 1922 г. под покровительством Карлова университета возник Русский юридический факультет, в задачу которого входило подготовить кадры для будущей обновленной России. Его основателями были П.И. Новгородцев и Н.Н. Алексеев. Первоначально факультет привлек огромное количество слушателей, но после утраты финансовой поддержки в 1929 г. был закрыт. В том же году возник Русский институт, просуществовавший 9 лет и вобравший в себя значительное число русских ученых, среди которых А.С. Ломшаков, В.А. Францев. Кроме того, для эмигрантов из России были открыты Педагогический институт, Институт сельскохозяйственной кооперации, Высшее училище техников путей сообщения, Русский институт коммерческих знаний. Среди профессорско-преподавательского состава этих заведений оказались видные деятели русской школы: В.В. Зеньковский, Н.П. Кондаков,

Н.О. Лосский, В.А. Мякотин, С.Н. Прокопович и др. Русский народный (свободный) университет в Праге, организованный первоначально как вечерние курсы для русских эмигрантов, положил начало созданию солидного научного центра Российского Зарубежья. Здесь проводились исследования, читались лекции и доклады, публиковались статьи. Однако события второй мировой войны привели к ликвидации этого научного центра. Кроме того, в Праге было создано Русское историческое общество, просуществовавшее до конца войны, и образован Русский заграничный архив, материалы которого позднее были переданы в

ГА РФ. Пять гуманитарных научных и учебных учреждений, не считая других организаций – таков вклад русской диаспоры в развитие культуры Чехословакии. Однако сокращение государственных субсидий привело к свертыванию их деятельности.

Вторым «анклавом» русской эмиграции в славянских странах был Белград (Югославия). Отказ короля Александра Караджорджевича, воспитанника Пажеского корпуса в Петербурге, признать СССР создал благоприятные условия для проживания эмиграции. Русским не только оказывали братское гостеприимство, но и устраивали на государственную службу. По приблизительным данным, через Югославию в 20-40-е годы прошло от 50 до 70 тысяч, а осталось жить более 40 тыс. русских. Только в Белграде осело 10 тысяч беженцев. В основном это инженеры, врачи, артисты и художники. Благодаря им ряд югославских культурных организаций смог возобновить свою работу. На качественно более высокий уровень поднялось университетское образование, возникли научные центры (Белградский научный институт, факультеты в гг. Субботице и Скопле), были созданы оперные и балетные труппы в Белграде и Новом Саде. Русские содействовали стремительному строительству Белграда, упорядочили законодательство молодой страны, способствовали возрождению православных монастырей. С Югославией связаны имена крупных ученых:

А.Д. Билимовича, Д.С. Красенского, Г.А. Острогорского, А.В. Соловьева Е.В., Спекторского, П.Б. Струве Л.М. Сухотина и др. Они оставили заметный след в культурной жизни не только русской диаспоры, но и Югославии. После второй мировой войны, когда Советская Армия установила контроль над страной, большинство эмигрантов вынуждены были покинуть страну.

Естественно, что в каждом из признанных центров Российского Зарубежья – в Белграде, Берлине, Париже, Праге, – имелась своя собственная специфика. Но, несмотря на разбросанность российской диаспоры и разнообразие политических, экономических, социальных интересов, в 20-40-е годы ХХ в. было создано единое пространство, которое стали называть «Зарубежной Россией». Библиографический список

  1. Раев М. Россия за рубежом: История культуры российской эмиграции. 1919-1939 / пер. с англ. – М., 1994.
  2. Русская эмиграция в Югославии. – М., 1996.
В.В. Кулачков

Брянская государственная инженерно-технологическая академия

<< | >>
Источник: Д.В. Чарыков (гл. ред.), О.Д. Бугас, И.А. Толчев. Традиционные общества: неизвестное прошлое [Текст]: материалы VII Междунар. науч.-практ. конф., 25–26 апреля 2011 г. / редколлегия: Д.В. Чарыков (гл. ред.), О.Д. Бугас, И.А. Толчев. – Челябинск: Изд-во ЗАО «Цицеро»,2011. – 270 с.. 2011

Еще по теме Русское общество в условиях эмиграции «первой волны»:

  1. Глава 11ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ДУХОВНОСТИ РУССКОГО НАРОДА
  2. БОРИС ХАЗАНОВ Мюнхен, 1988
  3. ЮРИЙ КУБЛАНОВСКИЙ Мюнхен, 14 октября 1988 года
  4.   СОВРЕМЕННАЯ РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ 
  5. Глава 3. Европа и славянский мир
  6. Русское общество в условиях эмиграции «первой волны»
  7. БИБЛИОГРАФИЯ
  8. Русский язык в странах Западной Европы
  9. Русский язык в странах Северной Америки, Австралии и Новой Зеландии
  10. Приложение А Круглый стол «Верховенство права как ОПРЕДЕЛЯЮЩИЙ ФАКТОР ЭКОНОМИКИ» (стенограмма) (Москва, ИНСОР, 31.01.2012) УЧАСТНИКИ:
  11. Глава VIII Взаимная помощь в современном обществе (Продолжение)
  12. II.12.1.Философия "серебряного века" русской культуры
  13. Введение