<<
>>

§2. Понятие и признаки базы данных как особого объекта гражданских прав

Становление баз данных как объектов интеллектуальной собственности, которым предоставляется правовая охрана, прошло ряд исторических этапов, связанных со способами систематизации информации. Как обоснованно указывает И.В.

Понкин, исследования новаций в авторском праве никогда не сделают неактуальными обращения к истории авторского права[43]. Историю депонирования и систематизации информации можно разделить на следующие этапы развития, которые обусловлены актуальностью хранения информации на протяжении всех этапов развития человечества. Первые библиотеки были сосредоточением научных знаний, которые были доступны для узкого числа людей и имели сакральный смысл в истории. Развитие общества в Средние века открыло доступ к собранной в античности информации о мире, что активно повлияло на научный прогресс. Эпоха Возрождения и Великих географических открытий требовали создания архивов данных для обмена опытом и знаниями между различными народами, а также разработки инструментов для унификации, быстрого поиска и предоставления информации. В этот период поиск информации осуществлялся библиотекарями и специально подготовленными писцами. Они пользовались в обществе большим уважением, так как имели возможность предоставить вовремя необходимую информацию. При этом правовые основы для регулирования баз данных были заложены ещё XVIII веке в связи с развитием авторского права, между тем первое упоминание в законодательстве самих баз данных датируется ХХ веком.

В отечественном законодательстве основы современного правового регулирования в сфере баз данных начали закладываться с развитием авторского права. Так, библиотечное дело и бумажные картотеки подвергались в те времена жёсткой цензуре. Это негативное явление повлияло на авторское право, так как распространение норм авторского права на вновь созданное произведение зависело от соблюдения правил Устава о цензуре и печати[44]. К концу XIX века стало очевидно, что законодательное закрепление отдельных правил, касающихся авторского права, не отвечает потребностям времени. Поэтому 20 марта 1911 года был принят Закон Российской империи, который именовался «Положение об авторском праве». Общая часть данного нормативного акта закрепляла основы авторского права, которые нашли отражение и в современном законодательстве. Отдельные главы были посвящены авторским правам на имевшиеся на тот период объекты интеллектуальной собственности - литературные, музыкальные, драматические, художественные, фотографические произведения[45]. Указанный нормативно-правовой акт действовал до его отмены в 1917 году и был заменен целым рядом декретов ЦИК и СНК, многие из которых были направлены на установление государственной монополии на произведения науки, литературы и искусства. В советский период наблюдалось развитие юридической науки в сфере авторского права, что послужило основой для совершенствования правового регулирования того периода[46]. Итогом развития советского нормативного регулирования стало принятие Закона СССР от 8 декабря 1961 г. «Об утверждении Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик» и Гражданского кодекса РСФСР.

С 3 августа 1992 г. были введены в действие Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г., которые впервые признали в отечественном законодательстве смежные права.

В соответствии с Основами смежные права включались в понятие авторского права, однако право изготовителя баз данных на тот момент в законодательстве отсутствовало. Через год, 3 августа 1993 г., раздел IV Основ, посвященный авторскому праву, был признан недействующим в связи с принятием Закона РФ от 9 июля 1993 г. № 5351-1 «Об авторском праве и смежных правах». Вступление в силу Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» и Закона РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» от 23 сентября 1992 года № 3523-1 определило первую совокупность нормативных актов, регулирующих отношения по поводу баз данных. С этого периода можно говорить о формировании баз данных как отдельном объекте интеллектуальной собственности, которому предоставляется особый правовой режим.

Следующий этап эволюции баз данных как объекта интеллектуальной собственности, связанный с глобализацией и активным развитием информационного сообщества в современный период, меняет представление о депонировании информации и о её распространении, в том числе, через сеть Интернет[47] [48]. Так, всё большее распространение получают интернет-сайты музеев, содержащих 3-D экскурсии по экспозициям и выставкам . Подобные демонстрации в современных условиях, оказывают значительный эффект на интерес к современному и классическому искусству[49]. Получили распространения в Интернет пространстве и более «традиционные» примеры баз данных. В частности, в российском сегменте сети Интернет наиболее активно развиваются сайты различных библиотек и архивов[50]. В Российской Федерации это развитие во многом связано с активной позицией государства по поддержке качественной информационной среды. Принятое Распоряжение Правительства РФ от 17.11.2008 № 1662-р «О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года»[51] в качестве приоритетных направлений в государственной политике в области развития средств массовой информации, в частности, целесообразно указало на развитие и сохранение национального информационного пространства, с учетом новых технологий массовых коммуникаций, развитие открытых электронных справочных систем, электронных библиотек и архивов, публикаций, переход к цифровому телерадиовещанию. Ещё более перспективным направлением развития науки в рамках реализации государственной программы «Цифровая экономика» является

создание искусственного интеллекта с использованием технологии

52

распределённых реестров (блокчейн) .

Особую актуальность вопросы правового регулирования в сфере баз данных приобретают в рамках проводимой реформы гражданского законодательства. Право интеллектуальной собственности всегда занимало важное место в системе гражданского законодательства, а с принятием части четвертой ГК РФ нашла отражение в едином кодифицированном акте. К сожалению, вступившая в силу 1 января 2008 года часть четвёртая ГК РФ об интеллектуальной собственности в скором времени потребовала существенных изменений. Так, уже через семь месяцев после ее вступления в силу был издан Указ Президента РФ от 18.07.2008 № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации» . Он определил направления совершенствования ГК РФ и фактически дал толчок для будущей реформы гражданского законодательства, в том числе, и для части четвёртой ГК РФ. При этом принятые нормы в области права интеллектуальной собственности на тот момент ещё не успели пройти апробацию на практике, а закрепление курса на их быстрое изменение было преждевременным, так как это, вероятно, не способствовало стабильности правоприменения. Одним из условий эффективности системы гражданского законодательства является стабильность правовых норм. Как справедливо отмечает В.И. Павлов, чем больше времени без существенных изменений действует нормативно-правовой акт, тем большая эффективность регулирования общественных отношений этим временем достигается[52] [53] [54]. Разумеется, нельзя не обратить внимания на то, что нормы, закрепленные в едином кодифицированном акте, с содержательной точки зрения во многом существовали ещё до принятия части четвертой ГК РФ. Однако, например, смежное право изготовителя баз данных явилось законодательной новеллой, поскольку ранее оно не было известно отечественной системе права интеллектуальной собственности. Таким образом, хотя действовавшие правовые нормы, касающиеся смежного права изготовителя баз данных, ещё не получили должной апробации, уже через семь месяцев после вступления их в силу, возникла необходимость поиска путей совершенствования указанных законоположений, что демонстрирует некоторую «хаотичность» в развитии законодательства. На наш взгляд, столь поспешная корректировка законодательства выглядит весьма спорно и не отражает в должной мере потребности гражданского оборота, так как в этом случае создается правовая неопределенность. Результаты проведенных реформ демонстрируют изменения, внесенные Федеральным законом от 12.03.2014 № 35-ФЗ «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации»[55], который скорректировал нормы смежного права изготовителя баз данных. Так, в ГК РФ была включена ст. 1335.1 ГК РФ («Действия, не являющиеся нарушением исключительного права изготовителя базы данных»), которая регламентирует случаи использования правомерно обнародованной базы данных. В этой статье в качестве одного из признаков правомерного использования базы данных указаны действия в той мере, в которой они не нарушают авторские права ее изготовителя. При этом в п.1 ст. 1333 ГК РФ, которая не подверглась изменениям, дано определение изготовителя базы данных, под которым признается лицо, организовавшее создание базы данных и работу по сбору, обработке и расположению составляющих ее материалов. Как справедливо указывают В.И. Еременко[56] и Е.А. Войниканис[57], в перечне объектов смежных прав только работа

артистов, исполнителей, дирижеров и постановщиков спектаклей может признаваться результатом интеллектуальной деятельности, отвечающей требованиям ст. 1228 ГК РФ о создании таких результатов творческим трудом их авторов. Деятельность изготовителей фонограмм, баз данных, а также вещательных организаций и публикаторов может быть квалифицирована как организационно-техническая. Таким образом, норма ст. 1335.1 ГК РФ подразумевает наличие у изготовителя базы данных, не вкладывающего творческого труда в её создание, а осуществляющего организационнотехнические функции, авторских прав. Подобная модернизация законодательства в отношении одного из основных объектов интеллектуальной собственности в современной сфере IT, без сомнения, будет иметь негативные последствия, так как с принятием названных изменений возникнет конкуренция авторских прав программиста-разработчика, вкладывающего творческий труд в разработку базы данных, и «авторских» прав изготовителя базы данных, осуществляющего организационно-технические функции.

Проведённый анализ легальных признаков баз данных также позволяет сделать выводы относительно их места в системе объектов гражданских прав. Относя базы данных к составным произведениям, гражданское законодательство, понимает под данным объектом интеллектуальной собственности представленную в объективной форме совокупность самостоятельных материалов (статей, расчетов, нормативных актов, судебных решений и иных подобных материалов), систематизированных таким образом, чтобы эти материалы могли быть найдены и обработаны с помощью электронной вычислительной машины (ЭВМ). Следовательно, существующие базы данных как гражданско-правовые объекты предполагают наличие ряда условий, среди которых особое значение приобретают материалы, включенные в данные результаты интеллектуальной деятельности. Базы данных должны обладать двумя характеристиками.

Первая относится к технической стороне базы данных и выражается в систематизации информации таким образом, чтобы она могла быть обработана ЭВМ. Несмотря на норму о необходимости взаимосвязи с ЭВМ, это законоположение весьма спорно. Так, например, имеющиеся на сегодняшний день неэлектронные базы данных, такие как картотеки, телефонные справочники, бумажные реестры и иные подобные материалы не подпадают под действие правовых норм, регулирующих гражданский оборот баз данных. Кроме того, следует обратить внимание на то, что у описанных объектов отсутствует критерий творчества необходимых для объектов авторского права, следовательно, отнести их к сборникам либо иным составным произведениям также не представляется возможным. При этом нельзя отрицать, что в общепринятом смысле эти объекты являются по своей сути базами данных. Можно сделать вывод также о том, что без правового регулирования указанных выше объектов необоснованно отсутствуют и легальные основы для их гражданского оборота. По нашему мнению, взаимосвязь с ЭВМ, закреплённая в действующем определении баз данных, требует корректировки, и в зарубежном законодательстве такие примеры присутствуют. Как было указано в работе ранее, в рамки правового режима, закреплённого Директивой 96/9/ЕС Европейского Парламента и Совета от 11 марта 1996 года, входят отношения, связанные с бумажными базами данных. Такой вывод можно сделать исходя из заключенного в Директиве правила, согласно которому базы данных должны быть индивидуально доступны электронными или другими средствами. По нашему мнению, под другими средствами можно понимать любые средства, в том числе и составляющие личные навыки пользователя. Таким образом, при последующей оптимизации правового режима баз данных целесообразно использовать иностранный опыт.

Следует заметить, что в реальности взаимосвязь с ЭВМ будет выражаться в виде разработки для базы данных специального приложения либо программы, позволяющей проводить систематизацию данных с целью их обработки. Данная программа именуется системой управления базами данных и является другим, по сравнению с самой базой, программным продуктом. Несмотря на то, что базы данных и системы управления ими можно рассматривать отдельно друг от друга, без системы управления сама база данных - это просто набор файлов. Именно система управления базами данных дает возможность осуществлять «обработку», т.е. действия над данными: поиск, индексирование, изменение и т.д. На сегодняшний день данный термин закреплен в нормативно-технических документах, в которых под системой управления базами данных понимается совокупность программных и лингвистических средств общего или специального назначения, обеспечивающих управление созданием и использованием баз данных[58]. Таким образом, на практике, если есть база данных, то должна быть система управления для доступа к этой базе, иначе это просто файл, не представляющий ценности. Кроме того, сами базы данных также создаются с помощью их систем управления. Поэтому, в зависимости от того, на какой именно системе управления создавалась база данных, на той же системе с ней проводят манипуляции. Это связано с различием форматов, в которые заключаются данные при разработке этого объекта интеллектуальной собственности на различных платформах. Следовательно, формат данных будет тот, который «заложен» системой управления базами данных. При этом другие системы управления не будут иметь возможности систематизировать информацию, чтобы она была обработана ЭВМ. Примеры современных систем управления базами данных: Oracle, Microsoft SQL Server, MySQL и др.

Функционирование современного гражданского оборота ставит перед правоприменительной практикой множество вопросов относительно того, как система управления базами данных взаимосвязана с данными. Так, Решением ФАС России от 09.02.2012 по делу № К-179/12 установлено, что несмотря на то что в документации о проводимом аукционе имеется указание на наименование языка программирования, а также наименование производителя и программного обеспечения, что должно повлечь за собой ограничение участников размещения заказа, при размещении заказов на разработку базы данных допустимо их указывать[59]. По мнению ФАС России, в данном деле размещение требований о языке программирования и определенной для использования системы управления базами данных, допустимо в связи с тем, что разработка комплекса программ «Судебное делопроизводство» необходима для расширения возможностей действующей почти на 3000 объектах (судах общей юрисдикции) Г осударственной автоматизированной системы Российской Федерации «Правосудие» (ГАС «Правосудие») стоимостью свыше 700 млн. рублей. Система «Правосудие» уже использует систему управления базами данных Oracle. Таким образом, новые базы данных и системы управления для них должны обеспечить интероперабельность (способность взаимодействовать) с системой управления базами данных Oracle. Как было указано выше, подобная возможность с технической точки зрения не всегда осуществима.

В контексте анализа взаимосвязи баз данных с их системами управления, следует обратить внимание на мнение судебных инстанций. Так, суды не приходят к однозначным решениям по данному вопросу, в частности, рассматривая базы данных в отрыве от их систем управления, и исходя из того, что базы данных - это, прежде всего, информация. Приведем характерный пример. Истец, изготовитель базы данных, обратился в суд с требованием взыскания компенсации за её несанкционированное использование, а также возврат прав администратора группы в социальной сети[60]. Суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что само по себе размещение информации на странице в популярной социальной сети не создает базу данных, при этом они ссылались на то, что истец не представил доказательств понесенных им существенных финансовых, материальных, организационных или иных затрат по созданию базы данных. Кроме того, было указано, что процесс создания группы в социальной сети - это процесс проведения элементарных операций, заранее известных пользователям социальной сети, который занимает не более десяти минут, а в силу того, что создание страницы в социальной сети является бесплатным, истец затрат не понёс. Особо отмечалось, что информацию на указанную страницу мог добавлять любой пользователь, следовательно, для создания базы данных не требовалось затрат. Таким образом, по мнению судов первой и апелляционной инстанции, у истца отсутствовало смежное право изготовителя базы данных. В то же время Суд по интеллектуальным правам в своём постановлении не согласился с изложенными выводами. По его мнению, суды обеих инстанций, делая вывод об отсутствии существенных финансовых, материальных, организационных или иных затрат, необходимых для создания базы данных, ошибочно связывали их создание с процессом регистрации группы в социальной сети. При этом суды не исследовали представленную в объективной форме совокупность материалов (контент), размещенных в социальной сети, а также не был исследован вопрос о количестве самостоятельных информационных элементов (материалов), составляющих содержание контента. Следовательно, суд кассационной инстанции установил, что в рассматриваемом случае имело место несанкционированное администрирование лицом в своих интересах группы в социальной сети, которая содержала базу данных, созданную другим лицом. Таким образом, сделано заключение об использовании базы данных и нарушении исключительных прав её правообладателя. Исходя из этого, дело направлено на новое рассмотрение[61]. Основываясь на приведенном примере, можно сделать вывод о том, что под базами данных, с точки зрения судебных инстанций, как правило, понимается любая информация, к которой можно получить доступ с помощью технических средств. По нашему мнению, подобный подход является спорным, так как он не отражает специфики данного объекта интеллектуальной собственности, характеризующегося двойственностью правового режима. Прежде всего, как было отмечено выше, современные базы данных предполагают наличие системы управления ими, к которым не относится с технической точки зрения страница в сети Интернет. Кроме того, страница в социальной сети доступна для широкого круга лиц и её наполнение не в полной мере зависит от правообладателя базы данных, а значит, наполняемый пользователями контент не должен влиять на соответствующий правовой режим. В частности, вводимая информация в подавляющем большинстве случаев не отвечает критериям составных произведений, прежде всего, в части творчества и систематизации. Следовательно, рассматривать подобный набор информации базами данных с соответствующим правовым режимом следует только с оговорками. При этом с учётом норм, которые применил суд кассационной инстанции, можно предполагать, что он рассматривает в качестве правообладателя изготовителя базы данных, а не его фактического разработчика. В таком случае в рамках правового режима описываемая база данных будет иметь правовую охрану только со стороны права изготовителя. Однако такой вывод не сочетается с тем, что базы данных - это, прежде всего, составные произведения, которые отнесены к объектам авторского права. Если информация не обладает критерием творчества, как в описанном примере, соответствующий критерий должен быть выражен в системе управления базой данных либо, другими словами, во взаимосвязи с ЭВМ. В описанном случае, поскольку доступ к «базе данных», размещенной на странице в социальной сети, имеет неопределённый круг лиц, разработчика установить невозможно. Следует заметить, что изменения, внесенные в часть четвертую ГК РФ Федеральным законом от 12.03.2014 № 35-ФЗ «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусмотрели наряду с базами данных в качестве составного произведения интернет-сайт. В этой связи можно сделать вывод о том, что страница в социальной сети, на которой размещена определённая информация, не является базой данных, а значит и нормы, предусматривающие исключительное право изготовителя базы данных, не следует применять к отношениям, возникшим по поводу информации, размещенной в сети Интернет. В то же время, по нашему мнению, если систематизированные файлы, имеющие характеристики базы данных с технической точки зрения, будут обработаны ЭВМ через сеть Интернет, это само по себе не является препятствием для распространения соответствующего правового режима баз данных на указанные данные.

Вторая характеристика с правовой точки зрения представляет не меньший интерес. Она определяет базу данных как гражданско-правовой объект, с точки зрения включенных в неё материалов. В ст. 1260 ГК РФ дан открытый перечень объектов, которые сам законодатель относит к материалам, наполняющим данный объект интеллектуальной собственности. В него включены в качестве примеров статьи, расчеты, нормативные акты, судебные решения. Приведённые законодателем примеры можно относить к общедоступной информации. Более того, в ч.6 ст. 1259 ГК РФ имеется прямое указание на то, что они не являются объектами авторского права. Однако нередки случаи на практике, когда указанные материалы признаются объектами авторского права. Это происходит с общедоступной информацией, которая доработана, обработана либо имеет указание в тексте на конкретного автора. В этих случаях судебные инстанции определяют правовой режим таких объектов интеллектуальной собственности через производные произведения, то есть произведения, представляющие собой переработку другого произведения, и составные произведения, то есть произведения, представляющие собой по подбору или расположению материалов результат творческого труда[62]. Кроме того, высшие судебные инстанции разъяснили, что «при анализе вопроса о том, является ли конкретный результат объектом авторского права, судам следует учитывать, что по смыслу ст. 1228, 1257 и 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи таковым является только тот результат, который создан творческим трудом. При этом надлежит иметь в виду, что пока не доказано иное, результаты интеллектуальной деятельности предполагаются созданными творческим трудом. Необходимо также иметь в виду, что само по себе отсутствие новизны, уникальности и (или) оригинальности результата интеллектуальной деятельности не может свидетельствовать о том, что такой результат создан не творческим трудом и, следовательно, не является объектом авторского права».[63] Таким образом, на практике при возникновении споров о правовой охране баз данных, содержание которых составляют объекты, не отвечающие критериям авторского права, суды чаще всего трактуют их в качестве составных либо производных произведений. Ввиду отсутствия критериев взаимосвязи самой базы данных и её содержания, суды приходят к спорному выводу о том, что между ними присутствует тождество[64]. Подобное понимание, по нашему мнению, минимизирует эффект от правовой охраны потому, что основной экономической ценностью базы данных, несомненно, является депонированная в ней информация. Следовательно, распространение режима авторско-правовой охраны только на алгоритм систематизации, имеющейся в базе данных, без анализа содержания самой информации, является весьма спорным. В то же время некоторые базы данных, например, полностью составленные из других не охраноспособных объектов, будут обладать творческим элементом только в отношении алгоритма расположения информации и при этом в целом будут подлежать правовой охране. Таким образом, «творчески» структурированная информация будет относиться к объектам авторского права. Вероятно, именно через базы данных информация может выступать в качестве объектов гражданских правовых отношений, как это указано в ст. 5 ФЗ № 149 после её исключения из перечня объектов гражданских прав (ст. 128 ГК РФ). В связи с этим актуальным видится совершенствование понятия базы данных в аспекте дифференциации систематизированной информации на материалы и блоки информации. Предлагаемый нами термин «блоки информации», несмотря на его некоторую условность, представляется вполне приемлемым для использования, принимая во внимание то, что:

1) термин «материалы» традиционно употребляется для обозначения творчески структурированной информации, в то время как систематизированная информация, относящаяся к содержанию базы данных, может носить и нетворческий характер. Тем самым указанная терминологическая вариативность позволит разграничить систематизированные данные, являющиеся содержанием баз данных, по критерию творчества[65];

2) слово «блок» рельефно отражает такое обязательное свойство исследуемого объекта, как систематизированность данных;

3) термин «блок информации» получил широкое распространение в специальной литературе (прежде всего, в технической, что, полагаем, совершенно не препятствует его внедрению в юридический лексикон)[66].

Отношения, связанные с базами данных, урегулированы большим количеством правовых норм, закреплённых в ГК РФ. Исходя из структуры ГК РФ, законодательный массив можно разделить на четыре группы норм: нормы обязательственного права, нормы общих положений о результатах интеллектуальной деятельности, нормы авторского и смежного с авторским права на базы данных и специальные нормы отдельных отраслей права, применяемые в отдельных обязательствах, связанных с базами данных.

Следует сказать, что группа норм об обязательствах, а также нормы, закреплённые в части 2 ГК РФ, в отношениях по поводу баз данных, реализуются редко. При этом ввиду отсутствия легальных запретов и основываясь на принципе диспозитивности, допустимо применять указанные нормы в отношении баз данных. Так, например, для обязательств в отношении материального носителя (вещи), на которой содержится исследуемое составное произведение, нормы части 2 ГК РФ будут вполне применимы. Подобные обязательства не являются распространёнными на практике, так как ценность баз данных составляет материалы, заключенные в ней, однако, они возможны. Необходимо учитывать, что применение норм по отношению к обязательствам по передаче прав на объекты интеллектуальной собственности не меняет существа правоотношения, которое является обязательственным, следовательно, их регламентация вполне применима и к результатам интеллектуальной деятельности. Следует добавить также, что при применении норм об обязательствах в отношении баз данных нужно чётко определять объект возникающего отношения. Так, ввиду независимости интеллектуальных прав на результаты интеллектуальной деятельности от вещных прав на их материальный носитель в обязательстве следует детально определять, на что оно направлено. В условиях всесторонней взаимосвязи формы и содержания базы данных целесообразно сосредоточиться на содержательной стороне базы данных либо на творческом элементе формы её выражения. Однозначно недопустимо в возникающих правовых отношениях отдавать приоритет в регулировании нормам о материальном носителе, который необходим для передачи объекта интеллектуальной собственности. В противном случае возникающие обязательства перестанут учитывать специфику баз данных как объекта интеллектуальных прав.

Во вторую группу норм входят нормы главы 69 ГК РФ, которые по отношению к общим положениям обязательственного права обладают приоритетом. Соотношение норм об обязательствах и интеллектуальных правах отражает системность в законодательной регламентации. По сравнению с общими правилами об обязательствах отдельные расхождения части четвертой ГК РФ обусловлены спецификой предмета правового регулирования в обязательствах в отношении интеллектуальной собственности. Это в равной степени относится к любому произведению, и базы данных в данном случае не являются исключением из правил. Специальные нормы, в частности, предусмотрены для определения цены в договоре об отчуждении исключительного права, а также формы заключения договора.

Третью группу правовых норм, регулирующих отдельные виды обязательств, связанных с базами данных, составляют специальные нормы в области авторского и смежного с авторским права. Они имеют приоритет как над общими положениями об обязательствах, так и над общими положениями о результатах интеллектуальной деятельности. При этом по отношению друг к другу не всегда можно однозначно определить, какая из правовых норм подлежит применению. Это будет зависеть от конкретного обязательства, возникшего в отношении базы данных. К специальным нормам по отношению к обязательственному праву и общим положениям о результатах интеллектуальной деятельности следует, в частности, относить правовые нормы об исключительном праве на произведение, а также об исключительном праве изготовителя. Отдельно следует обратить внимание на то, что при установлении существа обязательства в отношении баз данных следует подробно анализировать объект правоотношений. Так, если в характеристике объекта присутствует творческий элемент то, вероятнее всего, речь будет идти о применении норм авторского права. Если в структуру обязательств входит объект, который связан с организационнотехническими мероприятиями, то, скорее всего, применению подлежат нормы о смежных правах на базу данных. При применении обязательственных норм в отношении баз данных необходимо учитывать, что исключительное право на данный объект интеллектуальной собственности может подлежать государственной регистрации. На сегодняшний день государственным органом, осуществляющим подобную регистрацию, является Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент). Подобная регистрация является добровольной, что, по нашему мнению, вполне оправдано ввиду специфики базы данных. С одной стороны, базы данных являются объектом авторских прав, которые не предполагают государственной регистрации, с другой стороны, базы данных - это один из основных объектов в сфере IT, которая относится к технологической сфере, а значит, тяготеет к патентному праву. Видится, что законодательный «консенсус» - это наиболее эффективная правовая конструкция для участников отношений.

Четвертая группа норм учитывает специфику обязательств, связанных баз данных для выполнения государственных задач. Так, их активное использование органами государственной власти потребовало включение отдельных законоположений в Федеральный закон от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», в котором указано, что Федеральная служба судебных приставов создает и ведет, в том числе в электронном виде, банк данных, содержащий сведения, необходимые для осуществления задач по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц. Принимая во внимание тождественность терминов «банк данных» и «база данных», можно предположить, что в рамках обязательств по созданию соответствующей базы данных будут предъявляться отдельные требования, связанные с обеспечением защиты информации. Также базы данных используются и в коммерческой практике. В частности, активное распространение получили электронные реестры акционеров, а также реестры нотариальных действий и иные, указанные в законодательстве о нотариате, которые по своей сути представляют собой базы данных[67]. Их ведение должно соответствовать законоположениям Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»[68] и «Основам законодательства Российской Федерации о нотариате»[69] [70]. Приведенные примеры лишь отчасти демонстрируют распространение данного результата интеллектуальной деятельности. На сегодняшний день практически любой электронный реестр представляет собой базу данных. Подтверждение этому можно обнаружить и в нормативно-правовых актах. Так, в ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» указано, что персональные данные - это любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу, а информационная система персональных данных - это совокупность содержащихся в базах данных персональных данных и обеспечивающих их обработку информационных технологий и технических средств. Следовательно, можно утверждать, что любой электронный реестр, содержащий сведения о физических лицах, будет являться базой данных по смыслу ст. 1260 ГК РФ. При этом, как указано в литературе, база персональных данных - это структурированный массив данных, не зависимый от вида материального носителя и применяемых средств его обработки[71]. Таким образом, применительно к базам данных, содержащим персональные данные, допускается расширительное толкование определения, изложенного в ст. 1260 ГК РФ.

Активное распространение получила взаимосвязь норм гражданского и трудового законодательства, в части оплаты труда авторов, работающих по трудовому договору над созданием служебных баз данных. Отсутствие системности в области регулирования передачи исключительных прав на вновь создаваемые служебные базы данных привело к правовой неопределённости в области приоритета трудовых либо гражданско-правовых норм.

Также необходимо упомянуть следующие правовые акты: Федеральный закон от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» в отношениях по поводу баз данных об абонентах операторов связи, нормы Федеральный законов от 20.07.2012 № 125 - ФЗ «О донорстве крови и ее компонентов» , от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об

74

исполнительном производстве» , от 16.04.2001 № 44-ФЗ «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей» в части регулирования специально созданных баз данных. Отдельные нормы в области оборота баз данных закрепляются подзаконными актами, в частности, в пример можно привести Постановление Правительства РФ от 28.04.2006 № 252 «О лицензировании деятельности по изготовлению экземпляров аудиовизуальных произведений, программ для электронных вычислительных машин, баз данных и фонограмм на любых видах носителей (за исключением случаев, если указанная деятельность самостоятельно осуществляется лицами, обладающими правами на использование указанных объектов авторских и смежных прав в силу Федерального закона или договора)»[72] [73] [74] [75] [76], Постановление Правительства РФ от 11.10.2013 № 904 «Об утверждении Положения о функционировании базы данных перенесенных абонентских номеров и предоставлении доступа к ее

ресурсам» , Постановление Правительства РФ от 16.04.2011 № 286 «О ведении банка данных об осуществлении иностранными гражданами трудовой деятельности в Российской Федерации» . Как видно из названий исследуемых актов, все они направлены на правовое регулирование отношений со специально созданными базами данных. Кроме того, указанные акты зачастую используют термин «банк данных», а не «база данных», хотя в данных нормативно-правовых актах речь идёт именно об исследуемом в работе результате интеллектуальной деятельности. По мнению автора, гражданско-правовые обязательства в отношении баз данных, связанных со специальным назначением, и разработанных для выполнения государственных задач, будут крайне редки на практике. Несмотря на это, можно привести пример, когда гражданско-правовые обязательства в отношении баз данных, созданных государственными органами, в рамках исполнения возложенных на них полномочий могут появиться в результате разглашения находящейся там информации. Эти действия могут повлечь причинение вреда, например, деловой репутации лица, что вынудит его подать гражданско-правовой иск против властного субъекта.

Значимым является также, что характеристика баз данных как объектов интеллектуальной собственности сосредоточена в части четвертой ГК РФ. Таким образом, основной нормативный массив в их отношении составляет специальное регулирование в сфере охраняемых законом результатов интеллектуальной деятельности. Приведённые примеры также составляют регулирование в сфере баз данных, однако, как было указано ранее, оно распространяется только на отдельные их виды, в том числе и созданные для государственных нужд. Следовательно, первостепенное значение в регулировании баз данных приобретает совокупность авторских и смежных прав на них. [77] [78]

В рамках исследования понятия и признаков баз данных следует также определиться с понятием «гражданско-правовой режим». В контексте настоящего исследования под данным понятием имеется ввиду классическая формулировка правового режима с характерной спецификой, присущей гражданскому праву. Так, наиболее обоснованным представляется предложенное С.С. Алексеевым определение правового режима, под которым следует понимать порядок регулирования, выраженный в комплексе правовых средств, характеризующих особое сочетание взаимодействующих между собой дозволений, запретов, а также позитивных обязываний и создающих особую направленность регулирования[79] [80].

В связи с определением признаков, характерных для баз данных, следует рассмотреть смежные с ними объекты, встречающиеся в коммерческой практике. Самым близким к базам данных объектом является технология распределённых реестров. При этом следует заметить, что термины «распределённые реестры» и «блокчейн-технологии» (blockchain) являются синонимами, таким образом, последние также можно отнести к смежным с базами данных объектам. В настоящее время делается попытка повсеместного внедрения и теоретического осмысления технологии блокчейн . Наибольшее распространение в практике на основе технологии распределённых реестров получили так называемые «криптовалюты». Юридическая наука пока не определилась с их правовой природой, в основном классифицируя «виртуальную валюту» в качестве

о і

специфичных «объектов прав» либо денежных суррогатов . Представители Министерства финансов РФ прямо указывают, что правовое определение криптовалют, а также их сущность в законодательстве Российской Федерации не определены . Следует заметить, что в судебной практике также начинает встречаться термин «виртуальная валюта», однако, до настоящего времени единообразия в вопросе определения данного термина не наблюдается . Практическое использование технологии распределенных реестров не сводится только к «криптовалютам», есть и другие примеры её внедрения в гражданский оборот. Так, имеются попытки применения этой технологии в Росреестре, Министерстве здравоохранения[81] [82] [83] [84] [85]. Также в юридической науке высказывается мнение о пользе данной технологии для межведомственного информационнотехнического взаимодействия, работы банковского сектора, ведения реестров результатов интеллектуальной деятельности и в ряде других областей общественных отношений . Однако, законодательного регулирования технологии распределённых реестров в отечественном праве до настоящего времени не имеется. Следует заметить, что в Распоряжении Правительства РФ от 28.07.2017 № 1632-р «Об утверждении программы «Цифровая экономика

Российской Федерации» в качестве приоритетов развития экономики страны указано на необходимость внедрения технологии систем распределенного реестра[86] [87] [88].

Принципы реляционной модели баз данных были сформулированы в 1969 - 1970 годах Э. Ф. Коддом (E. F. Codd); эти принципы в последующем легли в основу распределённых реестров (баз данных) . Таким образом, взаимосвязь баз данных и технологии распределённых реестров (блокчейн-технологии) с технической точки зрения давно известна. При этом на основе легального определения баз данных, изложенного в части 4 ГК РФ, можно установить их взаимосвязь с распределёнными реестрами, в том числе, созданными с использованием технологии блокчейн. Применение блокчейн-технологий связано с передачей блоков информации, т.е. систематизированных определённым образом информационных элементов. Понятие информационного элемента не даётся в ГК РФ, однако в статье 1334, регламентирующей исключительное право изготовителя базы данных, анализируемый термин приравнен к термину «материалы». Таким образом, отдельные блоки информации в распределённом реестре можно считать материалами, содержащимися в базе данных. При этом в содержании баз данных блоки информации не всегда являются материалами, обладающими критерием творчества. Разработка базы данных состоящей из «нетворческих» блоков информации происходит с участием изготовителя базы данных и попадает под регулирование прав, смежных с авторскими . Исходя из этого, можно сделать вывод, что признак систематизации материалов внутри баз данных соответствует технологии распределённых реестров. Признак взаимосвязи баз данных с ЭВМ также справедлив в отношении распределённых реестров. Это связано с тем, что в отечественном законодательстве не описывается, каким-образом следует осуществлять подобную взаимосвязь. Вероятно, речь может идти о любой связи, обеспеченной программными средствами, в том числе путем применения системы управления базами данных. Использование системы управления базами данных для обработки информации, хранящейся в распределённом реестре, будет отражать признак взаимосвязи базы данных с ЭВМ. Следует заметить также, что в рамках использования распределённых реестров, созданных на основе технологии блокчейн, вся информация должна валидироваться одновременно на всех компьютерах внутри сети. Исходя из специфики распределённых реестров, можно сделать вывод, что такие реестры включая создаваемые с помощью технологии «блокчейн», для целей правового регулирования следует рассматривать в качестве баз данных. При этом под распределённым реестром необходимо понимать базу данных, в рамках которой копии блоков информации хранятся и валидируются одновременно на основе консенсуса на компьютерах всех участников сети. Необходимо заметить, что данный подход открывает большие возможности по внедрению блокчейн-технологии в коммерческую практику через правовой режим баз данных.

Учитывая изложенное, предлагается следующее определение базы данных: «Базой данных является совокупность материалов или блоков информации, которые хранятся и обрабатываются с помощью системы управления базой данных или других технических средств». Данное определение учитывает сущностную специфику базы данных как систематизированной определённым способом информации. В связи с эти предлагается внести соответствующие корректировки в абз. 2 п. 2 ст. 1260 ГКРФ. Приведённое авторское определение не вносит радикальных изменений в существующее законодательство о базах данных, что в свою очередь не потребует её системной корректировки. При этом подобное легальное изменение, с одной стороны позволит провести унификацию отечественного и зарубежного законодательства, а с другой - предоставит для создателей однородных объектов возможность распространить специальный правовой режим на распределённые реестры, в том числе созданные с помощью технологии блокчейн. Предлагаемые корректировки в определении также учитывают двойственность правового режима баз данных, сочетающего частноправовое и публично-правовое регулирование. В частности, расширение представления о базах данных путём указания на «блоки информации» отражает особенности специальных баз данных, а указание на хранение и обработку с помощью системы управления или других технических средств отражает частноправовую составляющую, учитывающую архитектуру базы данных.

<< | >>
Источник: Инюшкин Андрей Алексеевич. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ режим баз данных. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Самара 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме §2. Понятие и признаки базы данных как особого объекта гражданских прав:

  1. 1. ПОНЯТИЕ ПРАВООТНОШЕНИЙ КАК ОСОБОГО ВИДА ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ
  2. Советское учение о трудовом договоре. Разграничения трудового и гражданско-правовых договоров
  3. 20.2. Гражданское правоотношение
  4. Глава вторая.ПОНЯТИЕ «ИСТОЧНИКА ПОВЫШЕННОЙ ОПАСНОСТИ
  5. § 3. Особенности охранительных гражданско-правовых отношений
  6. § 1. Понятие осуществления субъективных гражданских прав
  7. § 2.  Гражданское  правоотношение  в  механизме осуществления  права  и  исполнения  обязанности
  8. Глава   VII  ОПРЕДЕЛЕНИЕ   СОВЕТСКОГО   ГРАЖДАНСКОГО   ПРАВА
  9. § 3. Объекты исключительных прав на авторские произведения
  10. § 5. Компенсация как способ защиты исключительных прав
  11. § 1. Энергия, энергетика и право I. Энергия
  12. §19.1. Понятие и структура правовых отношений
  13. Национал-социалистическое гражданское право и "истинно-германское" право. Прантика германского суда
  14. Понятие электронного документа и его производных как доказательств
  15. Конфиденциальная информация как объект уголовно-правовой охраны
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -