<<
>>

§1. Эволюция понятия «базы данных» и его место в системе гражданскоправовых понятий

Легальные определения являются способом организации и систематизации правовых явлений, и закреплённое в законе понятие «база данных» не является исключением из данного правила. Таким образом, для установления сущности и особенностей правового режима базы данных следует проанализировать её определение.

Можно заметить, что исследовать то или иное понятие целесообразнее всего в историческом контексте, так как в разные периоды истории сущностное наполнение понятия значительно отличалось и отражало потребности времени. Впервые термином «база данных» в обиходе стали именовать письменные картотеки. Это связано с тем, что информация о различных вопросах ценилась людьми на всех этапах человеческой истории, и для её закрепления всегда требовался некий объект материального мира, имеющий название.

Первым этапом развития баз данных как объектов материального мира, а значит и понятий, их определяющих, можно считать период с момента появления ручных средств систематизации, а также депонирования информации и до появления первых автоматических средств её фиксации. Это был период использования самых разных средств обработки данных, начиная от начертания на глиняных табличках и заканчивая типографской печатью на бумаге. Особенностью данного периода является ручная обработка информации, которая в последующем депонировалась в библиотеках, архивах, картотеках и иных хранилищах информации подобного рода. Следовательно, с появлением и развитием письменности можно говорить и о появлении неэлектронных баз данных. В этот период определение баз данных сводилось к самому широкому толкованию и зачастую сливалось с понятиями «архив», «библиотека» либо «хранилище информации». В широком смысле эти термины действительно подразумевают средства для систематизированного закрепления и хранения информации на материальных носителях, а значит, они в определённой степени являются «базами данных»[6] [7]. Однако, общепризнанного определения «базы данных» в тот период не существовало, а приведённые примеры не отражают представления о базах данных как об объекте интеллектуальной собственности. Следует добавить также, что сам термин «база данных» как в отечественном, так и в зарубежном законодательстве того периода отсутствовал.

Вторым этапом развития и систематизации баз данных и

терминологического аппарата для их определения можно считать период с 1900 по 1955 гг. - время внедрения перфокарт. В отличие от первого этапа, обработка информации в неэлектронных базах данных в этот период осуществлялась автоматизированным способом, что в свою очередь является спецификой того периода. Характерным примером систематизации информации в базах данных того периода является созданная в ходе переписи населения США

п

информационная картотека, в ходе которой использовали табуляторы . Учитывая появление терминов, описывающих автоматизацию процесса обработки информации, можно прийти к заключению о том, что терминологический аппарат в данной сфере начал складываться именно на втором этапе. При этом необходимо принимать во внимание механическую составляющую табуляторов, поэтому говорить о том, что именно в указанный период появился прообраз определения для современных электронных баз данных, представляется затруднительным.

Следует заметить, что легальное определение исследуемого объекта интеллектуальной собственности также не было сформировано.

Третий этап совершенствования баз данных как материальных объектов можно датировать 1955-1965 гг., и связан он с развитием компьютерной обработки и систематизации данных, а также созданием специального программного обеспечения для электронных компьютеров. Новые технологии позволили многократно ускорить обработку обширных массивов данных, а разработанное программное обеспечение упростило процесс доступа к информации в базах данных. Основной формой представления баз данных того периода являются иерархическая модель данных. Именно в этот период сформировались основные компоненты определения «база данных» в узком смысле, которые применяются для описания исследуемого объекта интеллектуальной собственности и по сей день. При этом даже в указанный период сформированного и закреплённого на законодательном уровне определения базы данных по-прежнему не было.

Четвёртым этапом развития баз данных принято считать период с 1965 по 1980 годы, когда исследуемый объект уже обрел свои современные черты, однако развитие техники стало требовать от хранилищ информации большей оперативности в доступе и смене хранящихся в них данных, а также возможности параллельного пользования информацией несколькими лицами. Все эти потребности были воплощены в оперативных базах данных, которые применялись, например, на фондовой бирже или при бронировании билетов. Так как базы данных создавались для решения конкретной оперативной задачи, в этот период единого подхода к их разработке не было, а значит, системная проработка определения была невозможна. Однако именно в данный период в специальной литературе стал применяться термин «база данных», в то время как легально закреплённого определения для не него выработано не было.

Пятый этап совершенствования баз данных условно охватывает период с 1980 по 1995 гг. и связывается с потребностями общества в удешевлении процесса производства и разработки баз данных, а также с необходимостью улучшения качества навигационного интерфейса и ускорения поиска информации внутри базы. Теоретической основой решения перечисленных задач послужила разработанная в 1970 г. Э.Ф. Коддом новая реляционная модель данных, которая имела унифицированный язык для поиска информации, её определения и

о

манипулирования ею . Разработанные на пятом этапе развития реляционные базы [8] данных были крайне эффективны и продуктивны при внедрении в производство в силу простоты использования и уже оказывали весомое влияние на экономику многих стран. Именно в этот период развития баз данных в законодательстве различных стран появляется соответствующий термин, отражающий не только черты формирующегося объекта интеллектуальной собственности, но и наработки учёных, описывающих базы данных как объект материального мира. В частности, во вновь сформулированном определении, изложенном в нормативных актах, отразилась важная особенность баз данных, а именно их прямая взаимосвязь с ЭВМ. Эта особенность окончательно отграничила исследуемый объект интеллектуальной собственности от иных видов депонирования информации.

На пятом этапе развития баз данных определение было внедрено и в советское правовое регулирование. В отечественном законодательстве того периода термин «база данных» появляется в технических документах. Так, в ГОСТ 20886-85 «Организация данных в системах обработки данных. Термины и определения», введённом в действие 1.07.1986 г., дано следующие определение: «База данных - совокупность данных, организованных по определённым правилам, предусматривающим общие принципы описания, хранения и манипулирования данными, независимая от прикладных программ»[9]. В этом определении содержатся основные положения, связанные с систематизацией информации внутри базы, однако отсутствует взаимосвязь с ЭВМ, что существенно отличает его от понятия, изложенного в современном законодательстве[10]. В то же время следует учитывать, что нормы, закрепленные в стандартах, были направлены на определение технической сущности исследуемого объекта интеллектуальной собственности и не предназначались для сферы регулирования гражданского оборота, что вполне объяснимо, ибо массового распространения они пока ещё не получили[11] [12] [13].

Термин, который послужил основой для современного отечественного правового регулирования в сфере баз данных, встречается в законодательстве советского периода . В ст. 134 «Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик» базы данных были отнесены к объектам авторского права - сборникам. Первая легальная дефиниция баз данных в отечественном законодательстве появляется в связи с принятием Закона РФ от 23.09.1992 № 3523-1 «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» . В данном Законе они определялись как объективная форма представления и организации совокупности данных (например: статей, расчетов), систематизированных таким образом, чтобы эти данные могли быть найдены и обработаны с помощью ЭВМ. Принятый годом позднее Закон РФ от 09.07.1993 № 5351-1 «Об авторском праве и смежных правах»[14] вводит аналогичное определение базы данных. В нём был расшифрован термин «ЭВМ», а также изменена формулировка в примерах. Приведённые корректировки носили технический характер и не влияли на определение баз данных по существу, а два указанных определения баз данных в законодательстве не влияли на судебную практику. Несмотря на это, существование двух, хотя и схожих, но не идентичных определений для регулирования одного объекта интеллектуальной собственности в смежных актах вызывает нарекания.

Следует заметить, что подобная дефиниция в нормативно-правовых актах, отличная по существу от действовавших ранее ГОСТ, во многом была обусловлена активным использованием реляционной модели баз данных.

Архитектура «клиент» - «сервер» того периода нашла отражение и в законодательстве. Данная архитектура предполагает разработку специальных компьютерных программ, выполняющих роль «клиента». Необходимо обратить внимание, что и технические нормы претерпели изменения. Так, например, в «ГОСТ 7.73-96. Межгосударственный стандарт. Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Поиск и распространение информации. Термины и определения»[15] даётся следующее определение базы данных - набор данных, который достаточен для установленной цели и представлен на машинном носителе в виде, позволяющем осуществлять автоматизированную переработку содержащейся в нем информации[16]. В указанном определении появляются черты, характерные для баз данных, воспринимаемых как результаты интеллектуальной деятельности. В частности, наряду с набором данных появляется машинный носитель, а также автоматизированная переработка информации.

Необходимость использования ЭВМ в работе с базами данных отразилась на легальных дефинициях того периода. При этом следует обратить внимание также и на учёт технической составляющей базы данных, связанной с «объективной формой представления и организации совокупности данных». «Демонстрация» примеров баз данных, характерная для современного законодательства, впервые нашла своё отражение в Законе «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных». В качестве примеров в указанном нормативно-правовом акте приводятся статьи, расчеты. Они отражают основные тенденции в использовании баз данных того времени.

Как было замечено ранее, появление новых электронных баз данных послужило основой для внедрения их определения не только в отечественное законодательство, но и в правовые акты других государств. Этот этап развития связан с активным развитием зарубежного нормотворчества в области регулирования отношений по разработке, использованию и защите баз данных. Так, 29 января 1992 года Европейская комиссия выступила с предложением по принятию директивы, предоставляющей правовую охрану базам данных. Полемика по данному документу длилась несколько лет и завершилась только 11 марта 1996 года. В Директиве 96/9/ЕС Европейского Парламента и Совета от 11 марта 1996 года «О правовой охране баз данных», даётся широкое толкование этому объекту интеллектуальной собственности. В частности Директива охватывает как электронные, так и бумажные базы данных. В статье первой данного документа дано следующее определение: «For the purposes of this Directive, 'database' shall mean a collection of independent works, data or other materials arranged in a systematic or methodical way and individually accessible by electronic or other means» .

В указанном легальном определении установлено, что его следует использовать для целей, изложенных в Директиве. Следовательно, разработчики Директивы, понимая специфику этого результата интеллектуальной деятельности как высокотехнологичного продукта, оставляют возможность использования альтернативных определений в других правовых актах, направленных на регулирование смежных с использованием баз данных отношений. При этом данный путь совершенствования нормативных актов в сфере баз данных имеет явную негативную сторону, связанную с отсутствием потенциальной унификации правовых норм в данной сфере. В представленном Директивой определении также описывается сущностная характеристика баз данных как объекта материального мира. Под ней понимается совокупность независимых произведений, данных или других материалов. Сравнивая отечественное и [17] зарубежное правовое регулирование того периода, можно заметить, что определение, изложенное в Директиве, намного шире, чем в Законе «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных». Подобный эффект достигается за счёт отсутствия приведенных в легальной дефиниции примеров, а также включения в определение «совокупности независимых произведений» и «других материалов». Учитывая, что в период принятия каждого из анализируемых нормативных актов всё активнее применялись реляционные базы данных представленная в Директиве дефиниция наиболее точно отражает описываемый в работе объект интеллектуальной собственности.

Изложенное в Директиве определение базы данных также отражает признак систематизации и расположения данных внутри базы. В отличие от Закона «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», в котором данный признак связан с возможностью обработки систематизированной информации ЭВМ, в Директиве дается указание на возможность расположения информации систематическим или методическим образом. Следовательно, правовой режим баз данных будет распространяться на данные, которые специальным образом систематизированы либо для которых разработана специальная методика доступа.

Следует добавить, что в определении, изложенном в Директиве, установлены нормы, описывающие взаимосвязь баз данных с устройствами доступа к информации в ней. В отличие от Закона «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», в котором в качестве устройства доступа к информации указано только ЭВМ, Директива использует термины индивидуально доступные электронные или другие средства. Следовательно, Директива использует расширительный подход к толкованию баз данных и позволяет распространить соответствующий правовой режим на их печатные формы. Учитывая, что в системе объектов интеллектуальной собственности базы данных относятся к объектам авторского права - сборникам, распространение Директивой правового режима баз данных на их печатные формы является вполне рациональным.

Определение «базы данных», изложенное в Директиве, отражает не только электронную форму данного результата интеллектуальной собственности, но и иные базы данных, которые являлись прообразами современных и по-прежнему активно применяются. Как было указано, до изобретения компьютеров базы данных были представлены на различных материальных носителях и распространение правового режима на сохранившуюся в печатном виде информацию, депонированную в виде баз данных, вполне разумно. Ведь от того, что на сегодняшний день основу работы с информацией стали выполнять компьютеры, бумажные носители зачастую не теряют свою актуальность на практике, а существо возникающих правоотношений с неэлектронными базами данных аналогично электронным. При этом отсутствие жёсткой привязки баз данных к ЭВМ не порождает негативных последствий для правоприменения, а, наоборот, расширяет возможности разработчиков баз данных по распространению изготовленных ими объектов интеллектуальной деятельности. В определении, представленном Директивой, одновременно фигурируют термины «материалы», «данные» и «совокупность независимых произведений», которые предоставляют возможность для отнесения любой структурированной информации к базе данных. Подобное примечание во многом решает вопрос об отнесении графических изображений, структурированных определённым образом, к этому объекту интеллектуальной собственности.

Финальный, шестой, этап развития баз данных начинается с 1995 года и продолжается по сегодняшний день. Количество информации, «создаваемой» в мире, развивается быстрыми темпами, всё чаще требуется разработка более сложных моделей депонирования и систематизации информации. В этой связи целесообразно рассмотреть основные тенденции в этой сфере. Со времени разработки первых компьютерных программ можно проследить четкое деление данных и программ для их использования. Это деление очень эффективно работает, когда речь идёт о таком роде информации, как символы, списки данных, числа, информационные массивы. По мере развития информационного общества и глобализации активнее наблюдается потребность в разработке новых приложений, работающих с иными видами данных. В таких условиях чёткое деление на программы для ЭВМ и базы данных для них становилось проблематичным. Возникла необходимость в наделении программных продуктов «поведением». Например, если массивы информации представляли собой сложный материальный объект, то используемые методы активного поиска, манипулирования и сравнения данных становились различными для отдельных типов данных - «музыка», «графика», «текстовые документы». Таким образом, последним витком развития баз данных стало появление объектно - ориентированной модели данных, которая манипулирует более разнообразными

типами информации. При этом, ввиду пока ещё не сильной развитости данной

18

модели систематизации данных , она в настоящее время не нашла отражения в терминологическом аппарате, что негативно сказывается на возможности отнесения описанных типов данных к материалам, являющихся наполнением баз данных.

Далее целесообразно проанализировать отечественную легальную дефиницию баз данных, изложенную в Г ражданском кодексе РФ (далее по тексту - ГК РФ)[18] [19]. В ст. 1260 ГК РФ даётся следующее определение: «Базой данных является представленная в объективной форме совокупность самостоятельных материалов (статей, расчетов, нормативных актов, судебных решений и иных подобных материалов), систематизированных таким образом, чтобы эти материалы могли быть найдены и обработаны с помощью электронной вычислительной машины (ЭВМ)». Указанное определение, несмотря на активное развитие баз данных в последние годы, является аналогичным определению, изложенному в ранее действовавших Законах «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» и «Об авторском праве и смежных правах». При этом, несмотря на явное сходство указанных определений, имеются и различия. Так, в ГК РФ выделены четыре примера баз данных и указывается на то, что перечень не является исчерпывающим. Специально отмечается, что материалы, содержащиеся в базе данных, должны быть «подобными» перечисленным. Не совсем ясно, что именно следует считать таковыми на практике. В связи с этим легальная дефиниция носит оценочный характер, что негативно сказывается на правоприменении, в частности, в одном из решений суд пришел к выводу о том, что каталог продукции по своим признакам не соответствует легальному определению базы данных, изложенному в п. 2 ч. 2 ст. 1260 ГК РФ и факт его создания истцом не порождает исключительного права производителя базы данных. Как указал суд, каталог представляет собой совокупность информации (изображения бутылок, словосочетания, посвященные конкретному продукту). Эти материалы не могут быть найдены и обработаны с помощью компьютера. Кроме того примеры, приведенные законодателем, не охватывают в полной мере всей совокупности материалов, которые могут быть представлены в базах данных. Все примеры, изложенные в легальном определении, являются однородными, что не позволяет распространить правовой режим баз данных на все типы информации, включаемые в их содержание. Очевидно, базы данных в отечественном законодательстве трактуются как организованная совокупность информации, представляющей собой буквенные и числовые комбинации, что соответствует реляционной модели баз данных. Однако в связи с активным развитием объектно-ориентированного программирования, существует множество других способов представления информации. В отношении объектов интеллектуальной собственности, включающих, например, музыку или графику, могут возникать вопросы о распространении на них правового режима, характерного для баз данных. [20]

Из легального определения также следует, что базы данных предполагают наличие совокупности самостоятельных материалов, которые систематизированы, т.е. прежде всего, чётко структурированную информацию. В этой связи целесообразно проанализировать правовое регулирование оборота информации, являющейся содержанием баз данных, во взаимосвязи с правовыми нормами, определяющими её совокупность как результат интеллектуальной деятельности.

Отношения в области оборота информации на территории Российской Федерации на сегодняшний день регулируются Федеральным законом от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите

Л 1

информации» (далее - ФЗ № 149) . В ч.1 ст. 1 определена сфера действия указанного ФЗ:

1) осуществление права на поиск, получение, передачу, производство и распространение информации;

2) применение информационных технологий;

3) обеспечение защиты информации.

Нельзя не отметить, что все три направления правового регулирования данного ФЗ № 149 имеют тесную связь с нормами, регламентирующими содержание баз данных. В частности, под информационными технологиями, согласно их определению, понимаются процессы, методы поиска, сбора, хранения, обработки, предоставления, распространения информации и способы осуществления таких процессов и методов. Однозначно, что систематизация информации внутри базы данных должна опираться на определённые методы, а её обработка представляет собой процесс, следовательно, при толковании описываемых легальных определений допустимо комплексное применение норм закона об информации и ГК РФ. Однако в п.2 статьи 1 ФЗ № 149 закреплено, что положения данного закона не распространяются на отношения, возникающие при правовой охране результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации. Подобный подход, согласно которому правовое [21] регулирование оборота информации на территории РФ происходит в отрыве от регулирования баз данных, являющихся его материальным выражением, по нашему мнению, является очень спорным. При этом легальный запрет на правовую охрану интеллектуальной собственности механизмами, закреплёнными в ФЗ № 149, косвенно подтверждает, что авторско-правовая охрана баз данных может сводиться к защите алгоритма расположения информации, то есть к форме её представления, а не к информации, составляющей её содержание.

Следует заметить, что в отношениях, возникающих по поводу баз данных, урегулированных законодательством, зачастую фигурирует термин «информация» либо его производные. В частности, в ст. 1274 ГК РФ прямо указывается на возможность свободного использования произведения (к которому, согласно, ст. 1260 ГК РФ, относится база данных) в информационных, научных, учебных или культурных целях. Иными словами речь идёт о правовой регламентации поиска, получения и распространения информации, содержащейся в исследуемом объекте интеллектуальной собственности.

Следует обратить внимание, что, с технической точки зрения, термины «данные» и «информация» отличны. Данные - это зарегистрированные сигналы с объектов из окружающего нас мира. Информация получается после обработки данных адекватными им методами, которые создают новый продукт. Таким образом, информация возникает и существует в момент взаимодействия объективных данных и субъективных методов. Как любой объект, она обладает свойствами, которые отличают её от других объектов природы и общества. По существу на информацию влияют как свойства данных, составляющих её содержательную часть, так и свойства методов, взаимодействующих с данными в ходе информационного процесса. По окончании процесса свойства информации переносятся на свойства новых данных, то есть свойства методов могут переходить на свойства данных. Следовательно, информация - это продукт взаимодействия данных и адекватных им методов . В этой связи вызывает [22] нарекания определение, изложенное в части 2 ст. 1 ФЗ № 149, в которой под информации понимаются сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления. Легальная дефиниция отождествляет «данные» и «информацию» и фактически понимает под термином «информация» сами данные, так как прямо указывает, что для правовой характеристики информации форма её представления не имеет значения. Следовательно, методы обработки, которые с технической точки зрения наряду с данными составляют второй компонент информации, в ФЗ № 149 законодателем не учитываются.

Исходя из представленных Л.С. Тагановым и В.Г. Левиным определений, можно говорить о том, что информация является данными, обработанными соответствующими методами, т.е. производным объектом из них. Подобная взаимосвязь, описанная в науке, частично нашла отражение и в законодательстве. Взаимодействие с ЭВМ, указанное в определении баз данных, изложенном в Г ражданском кодексе РФ, допускает комплексное применение норм п. 2 ч.1 ст. 1 ФЗ № 149, где указано, что к сфере действия данного закона относится регулирование отношений, возникающих при применении информационных технологий. Закрепленная в действующем ГК РФ позиция, согласно которой в признаки базы данных должна входить возможность использования её с помощью ЭВМ, несомненно, позволяет говорить о фактической взаимосвязи законоположений ГК РФ и ФЗ РФ № 149. Однако, как было описано ранее, de jure подобная взаимосвязь невозможна, что крайне негативно влияет на системность правового регулирования баз данных. Подобная правовая норма в ФЗ № 149, по нашему мнению, требует корректировки, особенно учитывая совокупность правовых норм, которые определяют базу данных как гражданско-правовой объект с точки зрения включенных в неё материалов.

Следует заметить, что легальная дефиниция баз данных получила от ранее действовавшего законодательства указание на неразрывную связь с программами для ЭВМ. Подобное свойство существенно снижает область применения баз данных и связывает его исключительно со сферой высоких технологий. Однако, информация, депонированная в базах, зачастую выражена и в иных формах, которые не могут быть обработаны ЭВМ. Такой формой чаще всего является бумажный носитель. Исходя из буквальной трактовки ГК РФ, для того чтобы рассматривать информацию, содержащуюся на бумажном носителе, в качестве базы данных, необходимо перенести её на электронный носитель. Подобная возможность не всегда осуществима на практике и скорее всего будет экономически затратной. Таким образом, на базы данных, существующие вне неразрывной связи с ЭВМ, не распространяется правовой режим, установленный для данного объекта интеллектуальной собственности. При этом трудно спорить с тем, что, например, телефонный справочник является примером базы данных в общепризнанном понимании этого слова. Таким образом, целесообразной видится корректировка определения баз данных в части установления легальной возможности отнесения отдельных материальных объектов, содержащих информацию к базам данных.

Отдельного рассмотрения требует использованный в действующем легальном определении базы данных термин «материал». В Законах РФ «Об авторском праве и смежных правах» и «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», регулировавших отношения в сфере использования баз данных до принятия части четвёртой ГК РФ, вместо термина «материалы» был использован термин «данные». Вероятно, ранее действовавшее определение точнее отражает специфику баз данных и облегчает определение их правового режима. Словосочетание «база данных» предполагает структурированную совокупность информации, выраженной в определённой форме. При этом в русском языке синонимом слова «информация» являются «данные» или «сообщения», а не «материалы» . Кроме того, в словосочетании «база данных» фигурирует слово «данные», а не «материалы». При этом нормативные акты, регулирующие смежные отношения, в том числе, содержательное наполнение баз данных, также берут за основу термины, отличные от слова «материалы». Таким образом, изменение слова «данные» на [23] «материалы» было оправдано с позиции лексики, однако с точки зрения разработчиков баз данных смена слова «данные» на «материалы» в определении части четвёртой ГК РФ выглядит как не вполне обоснованное.

Весьма ограниченным выглядит определение базы данных в отечественном законодательстве по сравнению с аналогичными определениями, используемыми в зарубежных нормативных актах. Так, в Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности ТРИПС, которое является приложением Марракешского соглашения, учредившего ВТО, в ст. 10 дается следующее определение исследуемого объекта интеллектуальной собственности: «Компиляции данных или иных материалов как в машиночитаемой, так и в другой форме, которые по причине отбора или расположения их содержания представляют результат творчества, должны охраняться как таковые[24]. Такая охрана, которая не распространяется на сами данные или информацию, не затрагивает чье-либо авторское право, относящееся к самим данным или материалам». В приведённой легальной дефиниции сразу следует обратить внимание на отсутствие слова «базы». Вероятно, это связано с тем, что Соглашение принято с учётом различий в теоретических подходах участников соглашения к правовому регулированию этого результата интеллектуальной деятельности и желанием создать наиболее гибкое определение. Замена слова «базы» на «компиляции» выглядит вполне обоснованно, так как этот термин в большей степени отражает специфику систематизации как неотъемлемого элемента характеристики любой базы данных. Определение, изложенное в Соглашении ТРИПС, допускает правовую охрану для неэлектронных баз данных. При этом в легальной дефиниции отдельно указано, что допускается правовая охрана содержания, а не формы выражения базы данных. Это обусловлено тем, что в отличие от отечественного правового регулирования баз данных, в котором прослеживается обязательная взаимосвязь с ЭВМ, определение, данное в

Соглашении ТРИПС, устанавливает правовую охрану для любых форм выражения баз данных. Подход Соглашения ТРИПС характерен и для Директивы 96/9/ЕС «О правовой охране баз данных», которая также включает в себя неэлектронные базы данных.

В Законе Республики Казахстан от 10 июня 1996 года № 6-I «Об авторском праве и смежных правах»[25] дается определение баз данных, аналогичное отечественному, однако в отличие от термина «материалы» указан термин «данные». При этом в нём определено, что понятие «базы данных» не распространяется на программу для ЭВМ, с помощью которой обеспечивается связь базы данных с ЭВМ. В законе Украины от 23 декабря 1993 г. «Об авторском праве и смежных правах» термин «база данных» рассматривается как эквивалент термина «компиляция данных» по аналогии с Соглашением ТРИПС[26] [27]. Содержание базы данных в законодательстве Украины допускает совокупность произведений, данных либо иной независимой информации в произвольной форме, также, как и в законодательстве Казахстана, что расширяет сферу регулирования баз данных по сравнению с российским. Следует заметить также, что в Законе Украины «Об авторском праве и смежных правах», указано, что составные части базы данных могут быть найдены с помощью специальной поисковой системы на основе электронных средств (компьютера) или иных средств. Таким образом, использование в определении термина «иные средства» допускает применение правового режима баз данных для неэлектронных картотек. Аналогичное с законодательством Украины определение баз данных содержится в Законе Германии от 9 сентября 1965 г. «Об авторском праве и смежных правах» . Наибольший интерес представляет Закон Республики

Беларусь от 17 мая 2011 г. № 262-З «Об авторском праве и смежных правах»[28] [29] [30], который в определении баз данных использует термины «данные» или «информация», выраженные в объективной форме, и не вводит критерия взаимосвязи с ЭВМ. В данном нормативной акте определено, что содержание баз данных должно быть результатом творческого труда. Таким образом, это определение баз данных допускает наиболее обширное толкование.

Введение в отечественное правовое регулирование критерия взаимосвязи с ЭВМ путем указания на это в определении на фоне анализа приведенных иностранных нормативных актов выглядит спорно. Подобный подход может вызывать проблемы с правовой идентификацией отдельных результатов интеллектуальной деятельности в качестве баз данных. Как справедливо утверждал известный русский правовед Е.В. Васьковский: «... если в самом законе указано, в каком смысле употребляется данное слово, то в таком именно смысле оно и должно быть понимаемо» . При этом, учитывая накопившийся опыт применения отечественного легального определения баз данных, существенные и поспешные изменения в этой области, по нашему мнению, нецелесообразны, в то время как отдельные корректировки вполне допустимы.

Анализируя вопрос о месте понятия базы данных в системе гражданскоправовых терминов, следует обратиться к нормативно-правовым актам, регулирующим смежные отношения. Чаще всего в отечественном законодательстве наряду со словосочетанием «база данных» для обозначения этого результата интеллектуальной деятельности используется термин «банк данных». Так, в Федеральном законе от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об

исполнительном производстве» в ст. 6.1 вместо «базы данных» использовано словосочетание «банк данных» . Кроме того, банк данных фигурирует в

-Э I

Федеральном законе от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» , Федеральном законе от 16.04.2001 № 44-ФЗ «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей» , Федеральном законе от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» , Указе Президента РФ от 23.04.1993 № 477 «О мерах по ускорению создания центров правовой информации»[31] [32] [33] [34] [35], Постановлении Правительства РФ от 16.04.2011 № 286 «О ведении банка данных об осуществлении иностранными гражданами трудовой деятельности в Российской Федерации» . Во всех вышеперечисленных нормативно-правовых актах использовано словосочетание «банк данных», хотя по смыслу подразумевают базы данных. При этом использование другого термина в указанных правовых актах связано с потребностью государства в установлении «специального» правового режима, отличающегося от предусмотренного в ГК РФ, в общественных отношениях со «специальными» базами данных[36]. В условиях отсутствия легальной дефиниции словосочетания «банк данных» его применение вместо «баз данных» выглядит не вполне обоснованным. Введение в указанные нормативно-правовые акты термина, отличающегося от ГК РФ, но, тем не менее, обозначающего по сути тот же самый результат интеллектуальной деятельности, неизбежно порождает негативные последствия для гражданского оборота. Создание дополнительных терминов, обозначающих один и тот же результат интеллектуальной деятельности, препятствует унификации законодательства, а также распространению правового режима баз данных на общественные отношения, регулируемые указанными нормативно-правовыми актами. При этом интерес представляет то, что указанные выше нормативные акты регулируют общественные отношения, находящиеся под активным контролем со стороны государства, поэтому можно предположить, что законодатель использует термин «банк данных» как синоним термина «база данных» в случае регулирования отношений, связанных с базами данных для публичных функций.

В то же время во многих случаях употребление термина «банк данных» для регулирования отношений, возникающих в связи с разработкой государственных баз данных, не совсем логично. Так, в Указе Президента РФ от 23.04.1993 № 477 «О мерах по ускорению создания центров правовой информации», сказано: «...организация эталонного банка данных правовой информации, необходимого для формирования правовой политики, программ законопроектных работ и правового обеспечения осуществляемых в Российской Федерации реформ...». Сравнивая указанное определение с легальным определением баз данных видно, что в ГК РФ в качестве примеров баз данных, приведенных самим законодателем, указаны нормативные акты, судебные решения и иные подобные материалы. Очевидно, что и в Указе Президента № 477 речь идёт об аналогичном результате интеллектуальной деятельности, однако неоправданное использование различных терминов препятствует распространению правового режима баз данных, установленного в ГК РФ на банки данных. Следует отметить, что анализируемый выше нормативно-правовой акт был принят до принятия ГК РФ, однако внесенные позднее изменения не затронули основные определения, в том числе и термин «банк данных». Принятый уже после принятия ГК РФ Федеральный закон «О полиции», как было указано выше, также использует в своём тексте словосочетание «банк данных». В ст. 17 данного Закона сказано, что полиция имеет право обрабатывать данные о гражданах, необходимые для выполнения возложенных на нее обязанностей, с последующим внесением полученной информации в банки данных о гражданах (далее - банки данных). Бесспорно, составляемые органами полиции банки данных будут содержать информацию, отраженную в определении базы данных, имеющемся в ГК РФ. Таким образом, законодатель при принятии Закона «О полиции» специально использовал отличный от ГК РФ термин для обозначения данного результата интеллектуальной деятельности с целью введения специального правового режима, не характерного для ГК РФ. При этом анализ судебной практики показывает, что правоприменители используют как словосочетание «банк данных», так и «база данных» для регулирования отношений, связанных с государственными функциями и задачами . Под словосочетанием «банк данных» они понимают в том числе и неэлектронные картотеки, которые в любом случае не попадают под правовой режим баз данных из-за отсутствия взаимосвязи с ЭВМ. Таким образом, единого толкования словосочетаний «база данных» и «банк данных» среди правоприменителей не сформировано. В этой связи видится целесообразным включение банков данных и неэлектронных картотек в разновидности баз данных.

При исследовании понятия «база данных» следует рассмотреть также теоретические наработки в данной сфере. В научной литературе встречаются как анализ определения баз данных с технической точки зрения, так и их юридический анализ. В юридической литературе основное внимание термину «база данных» уделено в контексте анализа легальной дефиниции баз данных, изложенной в части 4 ГК РФ . Следует обратить внимание, что с технической точки зрения базы данных определяют как структурированную информацию [37] [38]

(данные), обрабатываемую с помощью системы управления базой данных . При этом в качестве синонимов термина «система управления базой данных» употребляются программы для ЭВМ, приложения и компьютерные программы[39] [40]. Значимым является также, что в перечне субъектов, создающих базу данных, выделяют программиста[41] [42]. Также в качестве способа систематизации и хранения информации внутри базы данных выделяются программные, технические,

42

языковые, организационно-методические средства .

<< | >>
Источник: Инюшкин Андрей Алексеевич. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ режим баз данных. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Самара 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме §1. Эволюция понятия «базы данных» и его место в системе гражданскоправовых понятий:

  1. §1. Эволюция понятия «базы данных» и его место в системе гражданскоправовых понятий
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -