<<
>>

Глава шестая Право интеллектуальной собственности

1

ДЛЯ СОБСТВЕННОСТИ в процессе ее исторического развития характерно то, что в XX—XXI вв. утвердился институт интеллектуальной собственности, закрепивший исключительные права в области авторства, изобретательства, научных открытий и других «творческих» и смежных с ними прав, средств индивидуализации, процедуры регистрационных отношений.

При этом оказалось, что эти права, с одной стороны, затрагивают самые глубинные, сокровенные черты, свойственные собственности, а с другой — выражены в таких своеобразных явлениях интеллектуальной жизни и средств индивидуализации, которые как будто бы никак не вяжутся с привычными, прочно утвердившимися представлениями о собственности как институте вещного права.

Последнее из указанных обстоятельств послужило предпосылкой к тому, чтобы, по мнению ряда правоведов, рассматривать отношения авторства, изобретательства и иные «творческие» с ним смежные отношения только под углом зрения института исключительных прав, но не института права собственности. При этом подчеркивается, что «на результаты интеллектуальной деятельности не может быть распространен режим, установленный для

64

Часть первая. Общие положения

материальных вещей, а именно такой режим и является главным критерием для выделения правовых категорий, иначе юридические классификации превратились бы в чисто схоластическое занятие»1.

Да, на отношения интеллектуальной собственности не может быть всецело распространен режим, установленный для материальных вещей2. Но дело не только в том, что в сфере интеллектуальной собственности возникают своя структура и свой режим опредмеченных явлений (своего рода аналог «вещам»), но и в том еще, как это ни поразительно, что именно здесь раскрывается в собственности как явлении человеческой цивилизации то глубокое, сокровенное и, пожалуй, даже философское (метафизическое), что как раз вытекает из вещной природы собственности и что позволило замечательным русским мыслителям — таким как Б.

Н. Чичерин, Н. А. Бердяев, увидеть в собственности глубинные интеллектуальные, духовные основания.

В высшей степени примечательно также и то, что категория собственности, так сказать, в соответствии с требованиями нашего человеческого бытия и практики пришла на помощь или даже на прямое объединение и взаимное обогащение с реальными явлениями интеллектуальной жизни и средствами человеческой индивидуализации. Пришла для того, чтобы возвысить интеллектуальную собственность, утвердить, урегулировать и охранять ее, причем именно так, как это может сделать только один из важнейших юридических институтов,  выработанных за

1              Дозорцев В. А. Указ. соч. С. 235. Автор при этом поясняет,

что «далеко не все объекты гражданского права могут быть объ

ектом права собственности. К объектам права ссобственности

относятся лишь материальные вещи и только они, притом объ

ектом субъективного права собственности могут быть только

индивидуально определенные вещи» (Там же).

2              Хотя, как справедливо подмечено в литературе, на первых

порах юридического признания данного института соответст

вующие интеллектуальные объекты «первоначально охранялись

именно по аналогии с вещами...» {Суханов Е. А. Кодификация

законодательства об интеллектуальной собственности / ЭЖ-

Юрист. 2006. № 19. С. 1).

Глава шестая. Право интеллектуальной собственности              65

многотысячелетнюю историю человечества, — институт права собственности. И к тому же сделать это наглядно, воочию (а не только путем одних умозрительных рассуждений, аналогий и ассоциаций), подтвердить свое достойное место как собственности не только в материальной, но и в духовной, интеллектуальной жизни.

Помимо этого, здесь, в области авторства, изобретательства, иных «творческих» и смежных с ними прав, а также в средствах индивидуализации, есть нечто большее и значимое, отвечающее самой природе собственности, чем в мире материальных предметов.

Перед нами не просто самое ближайшее явление («вещи» — «вещное право»), что стало как бы продолжением человека — существа разумного в его взаимодействии с неодушевленной природой, а прямое выражение его разумной деятельности, творчества, созидания (и что затем, в полной мере реализовав свое право через мир вещей, становится и объектом классической вещной собственности).

Ведь именно автор (изобретатель, селекционер, исследователь, сделавший научное открытие, и т. д.), как никто иной, не может не иметь по самому смыслу человеческого бытия и складывающихся в данном случае отношений высшее, абсолютное, исключительное право в отношении продукта своего творчества, власть над этим продуктом. И отсюда, помимо всего иного, следует, что он, автор, по логике вещей относится к продуктам своего творчества, «как к своим». Словом, по основным своим началам (которые были рассмотрены в первой главе книги) продукты интеллектуальной деятельности, других «творческих» и смежных с ним отношений буквально точка в точку согласуются с важнейшими чертами общего понятия собственности.

Это касается и правовой составляющей собственности в сфере интеллектуальной деятельности. По мере развития Цивилизации права автора (изобретателя, исследователя и Др.) получает в рассматриваемом отношении все большее нормативное правовое регулирование. Причем такое, когда указанные права получают статус не просто абсолютных, а, прежде всего, исключительных прав, отражающих отношения автора к результатам интеллектуаль-

3 — 7014

66

Часть первая. Общие положения

ной деятельности, «как к своим». Вершиной же этого процесса, надо полагать, и стала выработка, а затем и признание категории права интеллектуальной собственности — по всем данным, одного из крупнейших достижений цивилизации и культуры человечества Нового времени.

С этой точки зрения выработка и принятие в конце 2006 г. части четвертой Гражданского кодекса России, посвященной интеллектуальной собственности, не только призваны завершить сложный, почти 15-летний процесс современной гражданско-правовой кодификации в обновляемой России (что само по себе является, быть может, одним из наиболее знаменательных достижений в демократическом преобразовании российского общества), но и по рассматриваемому кругу вопросов строго и четко закрепить исключительный характер прав автора творческой и «смежной» с ней деятельности сообразно самой сути и основным характеристикам собственности — явление, свидетельствующее о том, что и здесь, в сфере экономико-правовой основы жизни общества, соответствующий процесс может быть признан завершенным.

В том числе, к примеру, и тогда, когда тот или иной специалист осуществляет интеллектуальную творческую деятельность в служебном порядке. И в данном случае, как это, по мнению ряда ведущих специалистов, предложено закрепить в Гражданском кодексе РФ, исключительное право на служебные произведения науки, литературы и искусства, за исключением служебных программ для ЭВМ и баз данных информационных систем, принадлежат автору на началах исключительного права. Работодатель к тому же, при таком подходе, может использовать их только так, как это записано в служебном задании. Если же работодатель не начнет совершать обозначенной в задании деятельности в течение трех лет, то он в соответствии с разрабатываемыми нормами Кодекса теряет свое право'на использование данного предмета интеллектуальной собственности.

При этом чрезвычайно существенно то, что это сделано не в виде обособленных законов (как это было до настоящего времени), а в составе всего кодифицированного гражданского законодательства. И значит, так, что обеспечивается единство и согласованность в регулировании

Глава шестая. Право интеллектуальной собственности

67

и защите всех секторов отношений собственности, притом общие положения гражданского права, закрепленные в общих положениях (Общей части) Гражданского кодекса РФ, теперь распространяются и на интеллектуальную собственность. В частности — принцип равенства всех субъектов, недопустимость вмешательства кого-либо в авторские, изобретательские и иные отношения интеллектуальной собственности, восстановление нарушенного состояния, строгой судебной защиты прав и др. К тому же и введенная в Кодекс часть четвертая, посвященная интеллектуальной собственности, и сама предусматривает возможность включения в орбиту гражданско-правового регулирования и защиты новых объектов исключительных прав, что обеспечивает плодотворное действие указанных новых принципов и норм Гражданского кодекса и в будущем.

2

ВЕСЬМА СУЩЕСТВЕННО, что продукты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, образующие объекты интеллектуальной собственности, при всем различии между ними и вещами из материального мира, находятся в одном ряду с последними.

И дело не только в том, что сами «вещи», особенно в нынешнюю эпоху, во многих случаях представляют собой вещественно опредмеченные результаты интеллектуальных разработок, проявления интеллектуальных усилий и совершенства тех или иных субъектов, их деятельности. Главное в Данном случае то, что сами продукты интеллектуальной Деятельности и средства индивидуализации — это уже сами по себе явления особой объективной реальности (о чем, в частности, при сопоставлении с правом говорили ряд видных дореволюционных правоведов1).

Более того, при более широком взгляде на явления окружающей нас действительности вполне допустимо с научной и практической сторон отнести объекты интеллек-

См.: Кистяковский Б. А. Социальные науки и право. Очер-*и по методологии социальных наук и общая теория права. М., 1916. С. 336.

з»

68

Часть первая. Общие положения

туальной собственности (впрочем, как и ценные бумаги) к специфической разновидности «вещей», что и делали искушенные правоведы в древнеримской юриспруденции, выработав с этой целью понятие «бестелесной вещи».

И если автор этих строк в данной работе не склонен идти на такого рода расширение, то это обусловлено не столько тем, что в том и в другом случаях существуют все же довольно заметные и важные различия в юридических режимах регулирования, сколько тем, что не хотелось бы исключать из поля зрения особенности предметов интеллектуальной собственности, определяющие, кстати сказать, указанные различия. Предметов, как и положено в сфере интеллектуальной, духовной, творческой жизни, порой менее осязаемых, более хрупких, трепетных, более, если угодно, подверженных социальной и личной ранимости, или, напротив, податливости в авторской среде, что предопределяет их величие, но чем, увы, могут пользоваться корыстолюбивые, жестокие люди, порой близкие к криминальному миру, или, во всяком случае, то, что может разжигать и действительно нередко разжигает страсти, коллизии, корыстолюбивые, меркантильные импульсы, конфронтации.

И что требует особых характеристик в их юридическом режиме, а еще более — приведения в действие всего арсенала правовых средств урегулирования, охранения и защиты, характерных для всей правовой системы данной страны.

Сообразно этому мировые тенденции (и согласующиеся с ними соответствующие особенности, разрабатываемые в части четвертой Гражданского кодекса РФ об интеллектуальной собственности) заключаются в том, чтобы придавать объектам интеллектуальной собственности все большую определенность, строгость и четкость при их закреплении, установлении способов и форм их реализации.

Выражаются такого рода тенденции по крайней мере в двух основных направлениях.

Во-первых, в том, что права автора (изобретателя, исследователя и др.) в тексте закона выступают в системном, структурированном виде, когда статус и юридические возможности субъекта интеллектуальной собственности образуют комплекс его субъективных прав — и

Глава шестая. Право интеллектуальной собственности              69

имущественных, и личных неимущественных, сугубо авторских (что, как уже отмечалось, находится в единстве и согласованности со всей системой гражданских прав Гражданского кодекса РФ).

И, во-вторых, принципиально важно и то, что закон предусматривает формы фиксации прав путем придания им достаточно строгой формальной определенности. Причем в тех случаях, когда такая фиксация осуществляется в виде регистрации (что особо значимо, в частности, в патентном праве), последняя выполняет существенную содержательную функцию — значение акта, определяющего на правовом уровне не только новизну результата интеллектуальной деятельности, но и в этой связи сам факт первичного правообладания, его «первородного» субъекта. Как обоснованно утверждает В. Ф. Яковлев, «регистрация изобретения, это и есть констатация того, что вот это техническое решение содержит в себе новизну, то есть является первым решением»; и в этой связи, замечает автор, «без регистрации вообще нет патентного права»1.

3

РАЗВИТИЕ института интеллектуальной собственности не только определяет достойное место результатов интеллектуальной, духовной деятельности и средств индивидуализации среди явлений окружающей нас действительности, но и (что чрезвычайно важно в практическом отношении) предопределяет широкую, всестороннюю и действенную защиту авторских, патентных, иных «творческих» и смежных с ними прав — в принципе такую же (или, быть может, более суровую), которая характерна Для собственности вообще. Включая и вещную защиту, поскольку данная юридически значимая ситуация затрагивает рукописи, иные объективированные результаты творческой деятельности.

Ведь и здесь субъект интеллектуальной собственности — хозяин результата своей деятельности и, как это предусмотрено действующим законодательством, его пра-

Таланты и законники // Российская газета. 2006. № 54.

70

Часть первая. Общие положения

ва могут перейти к другим лицам только по договору или иным основаниям в рамках закона. Эти права неприкосновенны, и определяемые ими правовые позиции обладают своего рода привилегированным положением. В соответствии с новыми нормами части четвертой Гражданского кодекса РФ на принадлежащее автору и исполнителю исключительное право не допускается применение взыскания, здесь предусмотрена ограниченная ответственность автора по авторским договорам.

Достойно повышенного внимания и то, что включенные ныне в упомянутый Кодекс нормы по интеллектуальной собственности, сохранив все положительное предшествующего законодательства, не только затрагивают многообразные и сложные аспекты проблематики по объектам, правомочиям, защите соответствующих материальных и иных прав (охватывая при этом договоры об использовании данных объектов1), но и содержат общие положения, которые позволяют придать необходимые единство и стабильность всей системе интеллектуальной собственности2.

Примечательно и довольно значительное расширение в настоящее время объектов индивидуальной собственности, подлежащих правовой защите. Это — и смежное право на содержание баз данных, и смежное право публикатора произведения, право на доменное имя как на средство индивидуализации информационных ресурсов, и право на коммерческое обозначение как средство индивидуализации предприятия и др.3

Весьма интересны по своему содержанию вводимые нормативные положения об издательском лицензионном договоре, об обязанностях издателя по этому договору. Он обязан использовать произведение по данному договору не позднее установленного в нем срока. Если же

1              См.: Суханов Е. А. Кодификация законодательства об ин

теллектуальной собственности. С. 3.

2              См.: Яковлев В. Ф. Кодификация законодательства об ин

теллектуальной собственности // ЭЖ-Юрист. 2006. № 19. С. \.

3              Там же. С. 2.

Глава шестая. Право интеллектуальной собственности

71

этого не произойдет, то автор вправе расторгнуть этот договор и, более того, взыскать с издателя все вознаграждение, предусмотренное договором.

В настоящее время назрела потребность значительно усилить санкции за нарушение авторских и иных «творческих» смежных с ним прав, например за контрафактную продукцию, «интеллектуальное пиратство». В том числе решение проблемы действенной конфискации контрафактных произведений, фонограмм, а также материалов, оборудования для их воспроизведения. За интеллектуальное же пиратство назрела необходимость, как полагаю специалисты, введения такой серьезной санкции, как возможность ликвидации по решению суда юридического лица или прекращение регистрации индивидуального предпринимателя.

Крайне важны и санкции непосредственно в области собственности. Правообладатель согласно нормам Гражданского кодекса РФ может и в настоящее время потребовать взыскания убытков. Вместе с тем, по новым положениям части четвертой Кодекса, ему же дана возможность потребовать вместо взыскания убытков фиксированной компенсации (по усмотрению суда). Закон распространяет эту меру на большинство исключительных прав, включая права на товарный знак, за незаконное использование наименования места происхождения товара.

Вместе с тем самое же существенное, на мой взгляд, при регулировании отношений интеллектуальной собственности — это не сами по себе юридические санкции.

Главное здесь — это признание данных отношений полнокровной собственностью. И значит, нацеленность на всемерное использование ее созидательного потенциала, понимание того, что вместе и наряду с «вещной» собственностью и собственностью интеллектуальной последней принадлежит выдающаяся роль в развитии и модернизации нашей экономики, в переходе ее на стадию постиндустриального развития, а в перспективе — развития информационно-интеллектуального, нанотехнологического Хозяйства.

72

Часть первая. Общие положения

* * *

Разработка вопросов правового регулирования интеллектуальной собственности шло в научных и правоподго-товительных учреждениях с немалыми трудностями. Существенное влияние на ход работы в этой сфере оказывали здесь не только укоренившиеся в представлении ряда правоведов узковещная характеристика собственности вообще и некоторые специфические авторские представления на сей счет (которые с самого начала осложняли работу над проектом Гражданского кодекса), но и ведомственные позиции ряда учреждений, ведающих на основе «собственных» законов и еще более — подзаконных актов, ведомственных инструкций — с немалыми для себя преимуществами разного порядка — отдельными секторами интеллектуальной собственности в соответствии с действующими федеральными законами'. И, понятно, не нуждающихся в том, чтобы закон более высокого ранга — такой, как Гражданский кодекс, — связывал, подчас, увы, их своеобразную, порой граничащую с коммерческой, деятельность, не сообразующуюся с общими началами и категориями отработанного и высокозначимого отечественного законодательства.

Впрочем, ныне все эти трудности, думается, уже позади.

1 Недаром против уже подготовленной части четвертой Гражданского кодекса РФ мобилизованы довольно внушительные силы — и чрезвычайный и полномочный посол, и автор, другие видные в своих сферах деятели. Причем критика тут мелкотравчатая, несерьезная. Верно пишет на сей счет проф. А. Л. Маковский: «Чем вызвана эта несерьезная критика, превратившаяся в своего рода шоу. Когда через строчку с трогательной заботой обязательно напоминают об угрозе для России не быть принятой в ВТО? (Кстати, задержка с принятием России в ВТО — как это видно из материалов встречи «Восьмерки» в середине июля 2006 г. — оказалась связанной как раз с проблемами интеллектуальной собственности, которые по-видимому, и были бы сняты принятием четвертой части Гражданского кодекса.) Ответы на эти вопросы есть, и, к сожалению, они приводят нас к причинам весьма меркантильным, очень далеким от забот об отечественном законодательстве...» (Маковский А. Л. Несерьезная критика // ЭЖ-Юрист. 2006. № 19. С. 7).

<< | >>
Источник: С. С. Алексеев. Право собственности. Проблемы теории Издательство НОРМА Москва, 2007. 2007

Еще по теме Глава шестая Право интеллектуальной собственности:

  1. Глава 15. Злоупотребление правами журналиста
  2. Глава шестая. Возможность капитализма
  3. § 1. Способы защиты гражданских прав
  4. § 3. Формы защиты гражданских прав
  5. § 2. Правовые способы, средства и формы защиты корпоративных прав
  6. § 2.  Гражданское  правоотношение  в  механизме осуществления  права  и  исполнения  обязанности
  7. § 1. Юридическая природа и существенные признаки исключительных прав в сфере интеллектуальной деятельности
  8. § 5. Компенсация как способ защиты исключительных прав
  9. Принцип верховенства права и правовые стандарты осуществления правосудия: проблемы их реализации в России
  10. Глава пятая Объекты права собственности
  11. Глава шестая Право интеллектуальной собственности
  12. 3. Понимание собственности и имущественных отношений в уголовном праве
  13. Глава 3.2. ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИЯ) ДОХОДОВ, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ
  14. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -