<<
>>

Философия творчества

Как же преодолеть объективацию? Чем оправдывается существование человека в мире? На эти вопросы Бердяев дает ответ одним словом. И это слово - творчество. Ему посвящена книга, которую автор считал «самым вдохновенным своим произведением» и первым выражением своей оригинальной философской мысли, - «Смысл творчества.
Опыт оправдания человека». О творчестве Бердяев писал во многих своих последующих трудах, вплоть до чеканных формулировок «Самосознания».

Почему же творчество является оправданием человека! Само творчество оправдано, по Бердяеву, тем, что «мир творится Богом». Но и «человеческая природа - творческая, потому что она есть образ и подобие Бога-Творца». «Антропологическая истина» и состоит в том, что «образ и подобие Творца не может не быть творцом». И к Богу, и к человеку относится закономерная связь творчества и свободы: «Творчество неотрывно от свободы. Лишь свободный творит». «Тайна творчества есть тайна свободы»[183].

Подчеркивая свободный характер творчества, Бердяев приводит такой необычный аргумент. Он констатирует, что «в Евангелии нет ни одного слова о творчестве, и никакими софизмами не могут быть выведены из Евангелия творческие призывы и императивы». Казалось бы, этот факт свидетельствует о нехристианском характере концепции творчества Бердяева. Но религиозный философ как раз этим «умолчанием Евангелия о творчестве» подтверждает христианскую, по его представлению, связь творчества и свободы: «Если бы пути творчества были оправданы и указаны в священном писании, то творчество было бы послушанием, т. е. не было бы творчеством»[184].

В религиозном смысле, по Бердяеву, «творческие дары даны человеку Богом, но в творческие акты человека привходит элемент свободы, не детерминированный ни миром, ни Богом»; «творчество есть продолжение миротворения. Продолжение и завершение миротворе- ния есть богочеловеческое, Божье творчество с человеком, человеческое творчество с Богом» (214).

Под творчеством Бердяев понимает «не создание культурных продуктов, а потрясение и подъем всего человеческого существа, направленного к иной, высшей жизни, к новому бытию». «В опыте творчества преодолевается подавленность, раздвоенность, порабощенность внеположностью» (211). Он подчеркивает, что для него творчество - «не объективация, а трансцендирование», т. е. «не столько оформление в конечном, в творческом продукте, сколько раскрытие бесконечного, полет в бесконечность» (210). Вместе с тем «творчество противоположно эгоцентризму», ибо «творчество менее всего есть поглощенность собой, оно всегда есть выход из себя. Поглощенность собой подавляет, выход из себя освобождает» (211). «Этика творчества» - высшая ступень этики, заступающая место «этики закона» («этика социальной обыденности») и «этики искупления» («этика евангельская», «этика богочеловеческая»). Этика творчества - этика «истинного призвания и назначения человека»[185].

Бердяев отмечал эсхатологический[186] характер своей философии истории, т.е. «понимание исторического, процесса в свете конца» (305). Катаклизмы и катастрофы времени его жизни, казалось, подтверждали такое миропонимание. Однако возможно ли спасение? В статье «Спасение и творчество» (1926), посвященной памяти Вл. Соловьева, Бердяев утверждает спасительную роль творчества: «Творчество помогает, а не мешает спасению, потому что творчество есть исполнение воли Божьей, повиновение Божьему призыву, соучастие в деле Божьем в мире»[187]. Такое творческое «соучастие в деле Божьем в мире», «богочеловеческое творчество», «совместное с Богом продолжение творения» он, вслед за Соловьевым, называл теургией. «Теургия есть универсальное делание. В ней сходятся все виды человеческого творчества. В теургии, - по словам автора «Смысла творчества», - творчество красоты в искусстве соединяется с творчеством красоты в природе». В переходе искусства в теургию Бердяев видит решение проблемы, поставленной Достоевским: спасет ли красота мир? Как любимый им писатель и Вл.

Соловьев, Бердяев верит в спасительную миссию искусства, обосновывая ее своей концепцией творчества: «Красота есть великая

сила, и она мир спасет», поскольку «в художнике-теурге осуществится власть человека над природой через красоту»[188].

Свою философию Бердяев называет экзистенциальной. Что понимается им под экзистенциальной философией (вспомним, что слово «existentia» на латинском языке означает «существование»)? В книге «Самопознание», которую он сам считал «опытом вполне личной экзистенциальной философии» (217), философия называется экзистенциальной, если в ней существует связь определенного «типа философского миросозерцания» с «типом моей душевной и духовной структуры» (89). «Экзистенциальные философы», по Бердяеву, всегда «вкладывали в свою философию себя», «свое человеческое, экзистенциальное» (104,105). «Я называю экзистенциальным философом того, у кого мысль означает тождество личной судьбы и мировой судьбы», - утверждает автор «Самопознания» как «Опыта философской автобиографии» (105). «Экзистенциальная философия, - по его словам, -прежде всего определяется экзистенциальностью самого познающего субъекта. Философ экзистенциального типа не объективирует в процессе познания, не противополагает объект субъекту. Его философия есть экспрессивность самого субъекта, погруженного в тайну существования» (280). «Экзистенциальная философия» - выражение «моей человечности, человечности, получившей метафизическое значение» (218).

Порой Бердяева рассматривают как философа, примыкающего к экзистенциалистской философии, получившей широкое распространение в 20-20-х гг. и представленной такими мыслителями, как Мартин Хайдеггер и Карл Ясперс в Германии, Жан Поль Сартр и Габриель Марсель во Франции. Но сам Бердяев неоднократно подчеркивал, что его экзистенциальная философия - нечто иное, чем экзистенциализм Хайдеггера, Ясперса, Сартра и Марселя. Для Бердяева философами экзистенциального типа были Августин, Паскаль, Кьеркегор, Достоевский, Ницше (см. 97, 101, 104, 280), а из современников - Лев Шестов (104).

Противопоставляя экзистенциальную философию религиозной схоластике (265), Бердяев в то же время не приемлет экзистенциализм как философию нерелигиозную или недостаточно, по его мнению, религиозную. Себя же он определяет в качестве представителя «религиозного, спиритуального экзистенциализма»[189].

Философ-публицист Б. Парамонов в связи с 50-летием со дня смерти Бердяева отмечал: «Лучшее, что мы можем сделать с Бердяевым и для Бердяева, - это сохранить его в культурной памяти как некую антикварную ценность. Учителем и пророком он быть уже не может». Неудовольствие Б. Парамонова, полагающего, что «на утонченную духовную деятельность у человечества сейчас просто нет времени», вызывают, главным образом, суждения Бердяева о трансформации культуры в цивилизацию и его критическое отношение к последней как к «варварской».

Это, конечно, можно оспаривать, хотя многие из тех противоречий цивилизации, которые отмечал Бердяев, продолжают существовать. На должность «учителя жизни», «педагога», «руководителя» русский экзистенциальный философ и не претендовал. Пророком он бывал. К сожалению, невеселым. Остается ли он пророком? Чтобы ответить на этот вопрос, надо самому им быть. Философия Бердяева имеет только «антикварную ценность», если лишь «антикварной ценностью» обладают личность, свобода, творчество, которым всецело посвящена его философия, а все, что им препятствует или даже их уничтожает - безличность, рабство, объективация, - находится лишь в воображаемом пока Музее истории человечества.

 

<< | >>
Источник: Столович Л. Н.. История русской философии. Очерки. - М.: Республика,2005. -495 с.. 2005

Еще по теме Философия творчества:

  1. 43. ТЕМА СОЗНАНИЯ В РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ XIX–XX вв.
  2.   ПРАКТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ГЕГЕЛЯ  
  3.   Беседа первая ЧТО ТАКОЕ ФИЛОСОФИЯ В ЗНАНИИ?
  4.   Беседа вторая ЧТО ТАКОЕ ФИЛОСОФИЯ В ТВОРЧЕСТВЕ?
  5.   Беседа третья ЧТО ТАКОЕ ФИЛОСОФИЯ В ЖИЗНИ?
  6. Философия свободы
  7. Философия творчества
  8. Философия истории
  9. Философия «всеединства» B.C. Соловьева
  10. Творчество и интуиция
  11. Становление философии в Греции
  12. Глава 4. Немецкая классическая философия
  13. Культурно-исторические пласты философии эпохи возрождения.
  14. Становление философии в Греции
  15. Глава 4. Немецкая классическая философия
  16. Глава 4. Философия творчества
  17. Тема любви в русской философии
  18. Круглый стол ФИЛОСОФИЯ ТРАНСДИСЦИПЛИНАРНОСТИ: БИОЭТИКА, ИННОВАТИКА, ЭКОЛОГИЯ