<<
>>

§ 124. МОСКОВСКАЯ И ЛЕНИНГРАДСКАЯ ФОНОЛОГИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ

Учение о фонеме лежит в основе фонологии — раздела языкознания, изучающего функциональную значимость звуковой стороны языка. Фонология возникла в России в 70-х гг. XIX в. Ее основоположник И. А. Бодуэн де Куртенэ ввел само понятие фонемы, противопоставив его понятию звука. На основе его идей возникло несколько направлений в мировой лингвистической науке.

В настоящее время в Советском Союзе ведущее положение в фонологии занимают два научных направления — Московская фонологическая школа (МФШ) и Ленинградская фонологическая школа (ЛФШ).

В основу ЛФШ легли высказанные впервые в 1912 г. идеи Л. В. Щербы, ученика И. А. Бодуэна де Куртенэ. Идеи

Л. В. Щербы развивают его ученики и последователи: Л. Р. Зиндер, М. И. Матусевич, А. Н. Гвоздев, Л. В. Бондарко, Л. Л. Буланин, Л. А. Вербицкая и др. Московская фонологическая школа возникла в конце 20-х гг. Ее основатели Р. И. Аванесов, П. С. Кузнецов, А. А. Реформатский, В. Н. Сидоров, А. М. Сухотин и их ученики М. В. Панов, Л. Н. Булатова, К. В. Горшкова, В. В. Иванов, Л. Э. Калнынь и др., продолжая традиции Бодуэна де Куртенэ, опираются на идеи, отразившиеся в его работах разных периодов. На формирование этой школы оказали влияние и взгляды Н. Ф< Яковлева, также разрабатывавшего идеи Бодуэна де Куртенэ.

Обе школы, и МФШ, и ЛФШ, рассматривают фонему в сигнификативно сильной позиции с одной и той же точки зрения — функциональной. Представители этих школ объединяют звуки сигнификативно сильных позиций в одну фонему не на основании их фонетического сходства, акустической или артикуляционной близости, а на основании способности этих звуков различать слова и морфемы. Так, в словосочетаниях печь побелили и печь затопили выступает одно и то же слово печь с одним и тем же фонемным составом. Хотя фонема (ч> реализуется в первом случае глухим звуком [ч’], а во втором — звонким [д’ж’], звуки эти объединяются в одну фонему, так как они выполняют одну и ту же смыслоразличительную функцию, они не способны различать слова и морфемы. Количество, состав фонем определяется представителями МФШ и ЛФШ по сильной позиции, позиции наибольшего различения.

Этот же функциональный критерий представители МФШ распространяют и на сигнификативно слабые позиции. По теории МФШ в словосочетаниях гусь пришел и гусь зашел выступает слово гусь с одним и тем же фонемным составом. Звук [с’] в первом случае и [з*] во втором объединяются в одну фонему (с’> на основании того, что они выполняют здесь одну и ту же смыслоразличительную функцию — не различают данные словоупотребления: это одно и то же слово.

Отсюда следует вывод: фонема включает весь ряд позиционно чередующихся звуков. При этом имеются в виду все позиции: сильные и слабые. Чтобы быть уверенным в том, что разница между звуками обусловлена только позицией, необходимо позиционно чередующиеся звуки рассматривать в одних и тех же морфемах.

Множества позиционно чередующихся звуков могут пересекаться, в этом случае одни и те же звуки относятся к разным фонемам.

Представители ЛФШ считают, что фонемы представляют собой непересекающиеся множества звуков, каждая фонема имеет свой набор аллофонов, отличный от набора аллофонов любой другой фонемы. Поэтому представители ЛФШ для сигнификативно слабых позиций выдвигают иной критерий, чем для сильных,— фонетическое сходство звуков, проявляющееся в общности их признаков. Это именно тот критерий, который они отвергают при анализе сильных позиций. По теории ЛФШ в слове гусь в словосочетании гусь пришел звук [с’] является представителем фонемы , а в слове гусь в словосочетании гусь зашел звук [з’] — представитель (з’>. Основанием для такого решения является близость звука [с’] в гусь пришел к звуку [с’] сильной позиции, например, в словоформе гуси, в слове сила или в слове сено, и близость [з’] в гусь зашел к звуку [з’] сильной позиции, например, в слове зима или в слове взять.

Точно так же в слове вода [вада] по теории МФШ предударный [а] является представителем (о), так как в сильной позиции в корне выступает [о]: [воды]. В этих формах наблюдается чередование звуков [а // о], но фонема, реализованная данными звуками, одна и та же— (о). По теории ЛФШ предударный [а] в слове [вада] является представителем фонемы (а), так как он больше похож на звук [а] под ударением, чем на [о]. С этой точки зрения в [вада] — [воды] наблюдается чередование фонем (а // о). Отсюда и разная фонематическая транскрипция слова: (вода) по МФШ и (вада) по ЛФШ.

Критерий фонетической близости звуков приводит к необходимости вводить дополнительные критерии для отнесения звуков к той или иной фонеме. Так, звук [ъ], встречающийся только в сигнификативно слабой позиции, например, в слове [въдавбс] — водовоз, в равной степени отличен и от звука [Ьі], и от звука [а]. Поэтому одни представители ЛФШ относят его к фонеме (а), другие к выделяемой ими в отличие от представителей МФШ фонеме (ы). Для таких случаев вводится еще один критерий: надо посмотреть, на что похож звук при четком проговаривании слова. На основании этого критерия считается, что [ъ] ближе к [а] и, следовательно, его надо приравнивать к (а). Для представителей МФШ вопрос решается только на основании соотнесения звука [ъ] с сильной позицией в той же морфеме: [въдавбс] — [воды]. Поэтому [ъ] здесь — представитель фонемы (о).

В нашем учебнике описание фонематической системы русского языка дается с позиций Московской фонологической школы.

<< | >>
Источник: Л.Л. Касаткин, Л.П. Крысин, М.Р. Львов, Т.Г. Терехова. Русский язык. Учеб, для студентов пед. ин-тов по спец. № 2121 «Педагогика и методика нач. обучения». В 2 ч. Ч. I. Введение в науку о языке. Русский язык. Общие сведения. Лексикология современного русского литературного языка. Фонетика. Графика и орфография / Л. Л. Касаткин, Л. П. Крысин, М. Р. Львов, Т. Г. Терехова; Под ред. Л. Ю. Максимова.— М.: Просвещение,1989.— 287 с.. 1989

Еще по теме § 124. МОСКОВСКАЯ И ЛЕНИНГРАДСКАЯ ФОНОЛОГИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ:

  1. § 124. МОСКОВСКАЯ И ЛЕНИНГРАДСКАЯ ФОНОЛОГИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ