ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

В поисках ненаблюдаемого отсутствия

В каком-то смысле понятие «наблюдаемое отсутствие» является тавтоло­гией. В самом деле, отсутствия нет в природе: в мире нет отрицательных ситуа­ций (см. Russell 1940); отсутствие кто-то должен засвидетельствовать, ср.

парадокс, на который указала в свое время Анна Вежбицкая: Я вижу, Джона здесь нет.

Так что вопрос «А бывает ли ненаблюдаемое отсутствие?» более чем умес­тен. Наличие перцептивного компонента (и соответствующего ему наблюдателя) в семантике отрицаемого локативного быть можно считать несомненным фактом. Труднее оказалось найти контекст, где бы наблюдаемое и ненаблюдаемое отсутствие были противопоставлены. В Падучева 2005 приведен такой пример:

(9) (Петя встречает маму своего одноклассника Вани.)

Петя: Почему Вани не было в школе?

Мама: Вайя не был в школе, потому что мы ходили к врачу.

В реплике Пети генитив: Петя был в школе и засвидетельствовал Ванино отсут­ствие; а Ванина мама, которая не была свидетелем отсутствия, употребляет номина­тивную конструкцию.

Тут можно возразить, что в реплике мамы быть имеет другое значение — не ста­тическое ‘быть’, а динамическое: ‘побывать’. В статье Падучева 1992 утверждалось, что есть две лексемы, соответствующие локативному быть, — лексема быть 1, ста- тивная, и лексема быть 2, динамическая, точнее — событийная. Можно сказать, что в реплике мамы употреблена лексема быть 2, т. е. быть значит, приблизительно, ‘побывать’, а во фразе Пети, с лексемой быть 1 и генитивной конструкцией отрица­ния, есть подразумеваемый наблюдатель.

Но почему, собственно, не может быть так, что значение быть стативное, а на­блюдатель не находится в месте отсутствия? Совместимо ли вообще стативное быть с субъектом в номинативе? Т. е. возможно ли чистое противопоставление наблюда­емого отсутствия (которое выражается генитивом) и ненаблюдаемого, при котором субъект в номинативе?

Пример стативного быть с номинативным субъектом был впервые предло­жен В.

Б. Борщевым — в ходе семинара по генитиву отрицания под руководством Барбары Парти и в продолжение исследований, отраженных, в частности, в Борщев, Парти 2002:

(10) Я не был в зале, когда выключили свет.

Этот пример показывает, что у быть в стативном значении таки может быть номинативный субъект.

Предложение (10) с номинативом субъекта абсолютно нормально, в том числе и для старшего поколения; более того, генитив звучал бы тут неуместно. В самом деле, говорящему, который и есть главный наблюдатель, в общем, незачем мыслить себя в зале, где его нет. Так что в (10) нет того семантического фактора, который отвечает за генитив, — нет наблюдателя «ситуации отсутствия». Остается только понять, в каких контекстах отрицание быть стативного не требует генитивной кон­струкции.

В аспектологии используется, не всегда в точности в одном и том же смысле, тер­мин момент наблюдения, Гловинская 1982: 126. В Падучева 1986 момент наблюдения был сопоставлен с точкой отсчета по Рейхенбаху и представлен как временная пози­ция наблюдателя — в смысле Апресян 1986. В совершенном виде наблюдатель все­гда ретроспективный, а в несовершенном наблюдатель синхронный при актуально­

длительном значении и ретроспективный при общефактическом в прошедшем време­ни (в будущем — проспективный).

В предложении (11), где нет обстоятельства времени, синхронный момент на­блюдения устанавливается дейктически — как настоящее время наблюдателя, ко­торый находится в Месте. И именно это, т. е. присутствие наблюдателя, объясняет генитивную конструкцию с перцептивным (иначе — эвиденциальным) значением:

(11) Отца не было на море [генитив, лексема быть 1, актуально-длительное значение].

Между тем в предложении (12) момент наблюдения фиксируется обстоятель­ством времени — включенным, см. о противопоставлении включенных и объем­лющих временных показателей в Падучева 1996: 168. Включенное обстоятельство времени а) однозначно фиксирует синхронного наблюдателя; б) требует контекста ситуации, которая была бы протяженной и гомогенной, т.

е. статической. Это и со­здает базу для актуально-длительного значения, предполагающего синхронную по­зицию наблюдателя. Но мотивировки для генитивной конструкции, т. е. наблюдате­ля в ситуации отсутствия, в этом случае нет:

(12) Отец не был на море, когда там началась гроза.

В самом деле, объемлющее обстоятельство времени совместимо с любой пози­цией наблюдателя (об объемлющих и синхронных наблюдателях в семантике объем­лющих и включенных локализаторов времени см. Падучева 1996: 167—191):

(13) а. Я сегодня гулял (ретроспективная позиция наблюдателя);

б. Я сегодня буду гулять (проспективная позиция наблюдателя);

в. В прошлом месяце я болел (синхронная позиция наблюдателя).

Так что существенно, что в примере (12) включенный временной показатель: он обеспечивает синхронного наблюдателя, актуально-длительное значение и то, что перед нами лексема быть 1.

Интересен пример (14) — в нем вводное следовательно показывает, что говоря­щий делает высказывание об отсутствии НЕ на основе личного свидетельства, т. е. НЕ на основе своего пребывания в месте; отсюда законный номинатив:

(14) Мы имеем письмо Лермонтова из Пятигорска от 18 июля, следовательно,

он в это время не был в отряде. [П. А. Висковатый (Висковатов). Жизнь и твор­чество М. Ю. Лермонтова (1842)]

Замечание. В Падучева 1992 в рамках трансформационного подхода к генитиву от­рицания предполагалось, что семантика стативного быть сама по себе предполагает наблюдателя, так что стативное быть — генитивный глагол. На самом деле стативное быть не является квазигенитивным глаголом. Оно всего лишь допускает употребление в генитивной конструкции отрицания — которая и выражает присутствие наблюдате­ля. Чтобы обосновать эту точку зрения, надо было показать, что стативное быть может употребляться не только в генитивной, но и в номинативной конструкции, — оставаясь при этом в актуально-длительном значении. Сказанное верно и для глаголов положения в пространстве (лежать и др.): это квазигенитивные глаголы; они не предполагают на­блюдателя в неотрицательном контексте и всего лишь допускают употребление в гени­тивной конструкции отрицания.

Итак, в примерах (10).

(12), (14) статическое быть имеет номинативный субъект, и номинатив выражает тот факт, что наблюдатель не находится в Месте. Однако при­мер (12) хрупкий. Стоит чуть изменить его. и он разрушится. Так. в контексте (10') более уместен генитив субъекта. В самом деле. зал. в отличие от дома, не является для говорящего естественным местопребыванием; между тем человек может мыс­лить себя в своем доме даже тогда, когда его там нет:

(10') А/еня не было дома, когда выключили свет.

И тот факт, что в (10) субъект в 1-м лице, тоже играет принципиальную роль — предложение (15а) большинство информантов старшего поколения признает непра­вильным. поскольку заведомо предпочтительно (156). с генитивным субъектом:

(15) а. ?Коля не был в зале, когда выключили свет; б. Коли не было в зале, когда выключили свет.

Так в чем же дело, почему столько условий должно совместиться, чтобы стати­ческое быть можно было употребить без генитива, который выражает присутствие наблюдателя?

Возьмем отрицательное предложение с локативным быть:

(16) Коли не было в Москве (, и я томился от скуки).

В нем две дейктических категории: 1) падеж (генитив) требует наблюдателя от­сутствия; 2) несовершенный вид глагола быть в актуально-длительном (синхрон­ном) значении требует наблюдателя синхронности.

В самом деле, синхронную перспективу (которая является общепризнанной для актуально-длительного значения несов. вида) можно представить как синхронную позицию наблюдателя — синхронная точка зрения предполагает какого-то носи­теля этой точки зрения (см. Падучева 1986). Но тогда получается, что семантика предложения с отрицаемым стативным быть предполагает двух наблюдателей. Один наблюдатель. Субъект восприятия, отвечает за генитив (в тех локативных от­рицательных предложениях, которые подобны перцептивным); это полноценный наблюдатель, занимающий определенное место в пространстве ситуации. Но есть еще другой наблюдатель, который отвечает за синхронное значение вида. Очевидно, пример (10) такой редкий именно потому, что в нем есть наблюдатель, требуемый семантикой вида, но он не является, однако, наблюдателем ситуации отсутствия: в противном случае субъект был бы в генитиве.

Иными словами, наблюдатель, ко­торый требуется семантикой вида, не должен находиться в ситуации отсутствия — иначе был бы генитив. А тогда где же ему быть?

Остается заключить следующее. Примеры типа (10) столь редки потому, что предпочтительны такие концепту ализации, при которых одно и то же лицо отвечает одновременно за все дейктические параметры предложения.

Можно сформулировать принцип единства дейктического центра — как кри­терий при выборе концепта ситуации: нормально, чтобы субъектом временного и пространственного дейксиса было одно и то же лицо.

Пример (10) замечателен тем, что он дает лингвистическое свидетельство раз­личия двух наблюдателей: один — полноценный, занимающий место — вытекает

из семантики генитивной конструкции (пространственный дейксис); другой — ко­торый реализует метафору «момент наблюдения» — порождается семантикой син­хронного (актуального) значеніи несов. вида (временной дейксис).

В принципе, вместо фразы (10) я могу сказать:

(10") Меня не было в зале, когда выключили свет.

Я выражу при этом не в точности то значение, которое хотел, но близкое к нему и. во всяком случае, не всту пающее с ним в противоречие. Такое часто бывает с грам­матическими значениями, а также со значениями, которые принадлежат к доминан­там модели мира данного языка, см. аналогичные соображения по поводу русской неопределенности в Падучева 1996а.

Однако бывают случаи, когда семантическая конфигурация «наблюдаемое от­сутствие» говорящему отчетливо не нужна; и тогда он может отступить от принци­па единства дейктического центра, лишив наблюдателя временного дейксиса про­странственной локализации. Ср. пример (17):

(17) а. На собрании в Москве 31 октября 1958 года, где обсуждалось исключение Б. Пастернака из Союза писателей за публикацию за границей романа «Доктор Жи­ваго»^. Эткинд не был. (ЕфимЭткинд: переписка за четверть века,СПб.,2012:262); б. На собрании в Москве (...)£. Эткинда не было.

Цитируемая фраза принадлежит комментатору. Сказать На собрании в Москве (...) Эткинда не было — означало бы для говорящего быть или мыслить себя на со­брании или, на худой конец, иметь там доверенное лицо — что явно в намерение комментатора не входило.

Итак, если предложение требует дейктической пространственной локализации для каких-то упоминаемых в нем сущностей, то синхронный наблюдатель, который входит в семантику вида, в силу принципа единства дейктического центра, предпо­читает находиться там же.

3.

<< | >>
Источник: Падучева Е.В.. Русское отрицательное предложение. — М.: Языки славянской кулыуры,2013. — 304 с.. 2013

Еще по теме В поисках ненаблюдаемого отсутствия:

  1. 9.6. Общая психотехника профессиональногомышления юриста
  2. СИСТЕМА СТРАТЕГИЙ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОГО ДИСКУРСА
  3. 1.1. Концептуальные основы формирования моделей экономического поведения предпринимательских структур
  4. ГЛАВА 2. ИСТОРИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ ВЫБОРА ПРИНЦИПА ЭЛЕКТРОДИНАМИКИ МАКСВЕЛЛА
  5. Берлинский этап становления (завершения) ОТО.
  6. Клепсодинамический подход к физическому вакууму и шуньята Мадхьямики Прасангики.
  7. СООТНОШЕНИЕ ЭВРИСТИЧЕСКОЙ И РЕГУЛЯТИВНОЙ ФУНКЦИИ ФИЛОСОФСКИХ ПРИНЦИПОВ в ФОРМИРОВАНИИ НОВОЙ ФИЗИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ
  8. 6С: Теоретические модели рентоориентированного поведения
  9. СЕМАНТИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В МАРКСИСТСКОЙ ГНОСЕОЛОГИИ 
  10.   2.1.2. Онтологические проблемы физики