СИНТАКСИЧЕСКИЕ ФРАЗЕОЛОГИЗМЫ

§ 2193. К синтаксическим фразеологизмам относятся прежде всего фразеологизированные предложения, описанные в § 2585–2590. Это такие предложения, как Дом как дом (значение соответствия обычному, норме); Вот голос так голос! (значение высокой степени признака и оценки); Праздник не в праздник (значение лишенности обычного положительного содержания); Ехать так ехать (согласие, принятие); Всем пирогам пирог (превосходство над всем подобным); Чем не подарок! (полное соответствие предмета представлению о нем); Что за люди! (удивление или экспрессивная оценка); Ах он мошенник!; Ай да молодец!; Ох уж эти родственники! (экспрессивная оценка: одобрение или неодобрение); Ему не до разговоров (несвоевременность чего­л., обусловленная тем или иным состоянием субъекта); Нет бы (нет чтобы, нет того чтобы) помолчать (неодобрение по поводу неосуществления целесообразного); Только и радости, что в детях; Только и разговоров, что о доме (единственность и исключительность, абсолютное преобладание); Есть о чем подумать; Есть где отдохнуть (возможность или целесообразность); Что ему до меня!; Что ему!; Мне­то что? (несущественность, неважность чего­л.

§ 2194. К синтаксическим фразеологизмам относятся также построения с утраченными или ослабленными грамматическими или прямыми лексическими значениями тех компонентов, с которыми связано выражение тех или иных субъективно­модальных значений. Так, в предложениях, означающих неодобрение, недовольство, сожаление по поводу неуместности или незакономерности чего­л.: Надо же такой беде случиться!; И надо же было ему опоздать!; Заблудились около дома — надо же! субъективно­модальное значение связано со словом надо (надо же, и надо), прямое лексическое значение которого здесь утрачено.

§ 2195. Значение подчеркивания (акцентирования, выделения) — всегда в сочетании с элементом того или иного субъективного отношения — характерно для таких построений, которые с большей или меньшей степенью определенности опираются на структуру вопроса и ответа или — шире — вообще диалогического единства, на сцепление реплик, на разговор. Первая часть такого построения служит для введения (обычно — местоименным словом) того элемента сообщения, который подчеркивается, выделяется: Но что самое страшное, так это то, что он не знает ни одного слова, будто только что родился (Фед.); Кукол не любила, нет. А что любила — садики делать (Цвет.); Он перечислял главные части станка. — Теперь смотри внимательно: здесь имеем что? патрон... Теперь — что я делаю? — нажимаю рукоятку — включаю станок (Панова); Время, скорое на расправу, В меру дней своих скоростных, Власть иную, иную славу Упраздняет — и крест на них. Время даже их след изгладит Скоростным своим утюжком. И оно же не в силах сладить — С чем, подумаешь! — со стишком (Твард.); Без чего не бывает счастья — это без людского уважения (газ.).

Сюда же относятся акцентирующие, противопоставляющие, оценивающие вставки­повторы: Стыд за публично ополоумевшую Полю — это смирную Полю­то! — противный стыд сцепил его и не отпускал (Малышк.); Северные скалы, да что скалы, весь берег был покрыт жутковатой светло­коричневой пеной (газ.). Сложные построения со словами да, нет: Есть дом, семья — нет, ему этого мало; Спорили — да, но не ссорились (разг. речь).