2. Теория поля и языковая категоризация

В новейший период активно развивается теория поля [Бондарко 2002: 289-290; ПФГ 2006], принципы которой, хотя и в иных терминах, были применены к изучению частей речи Л. В. Щербой (1880-1944) еще в 20-х годах прошлого века [Щерба 1928]; большое внимание этой тео­рии уделялось в Пражском лингвистическом кружке [Travaux 1966].

В полевой организации языковых категорий отражен результат чело­веческого восприятия, реального распознавания, различения и отождест­вления предметов и явлений и отношений между ними, т. е. представле­ние языковых категорий как естественных категорий[3], которые описываются в рамках теории прототипов. Прототип определяется как «лучший представитель (образец)» категории, концентрирующий все ее признаки, вокруг которого группируются другие элементы категории по принципу близости к прототипу [Rosch 1973, 1975; Лакофф 1988, 1996; Кубрякова 2004]. Исследования отечественных лингвистов, в част­ности работы В. Г. Адмони (1909-1993), показали, что полевую структуру имеют не только лексические, функционально-семантические, лексико-грамматические, но и морфологические категории [Адмони 1988; Бондарко 1984, 1996]. Таким образом, возможен синтез классической и прототипической теорий категоризации. «Мы нуждаемся в синтезе двух традиций, а не в предпочтении одной в ущерб другой. В семантическом анализе есть, ко­нечно, место для прототипов, но есть место и для инвариантов – одно не исключает другого» [Вежбицкая 1996: 201].