<<
>>

Аксиологическая традиция в России


От анализа путей становления и развития мировой аксиологии перейдем к рассмотрению вопросов. связанных с судьбами этого направления в философском мировоззрении России. В русской философии самостоятельное развитие аксиологии начинается достаточно поздно.
с конца XIX в.. хотя повышенный интерес к нравственным. этическим и ценностным проблемам был характерен для всей ее истории Руси. начиная с Киевского периода. Для древней и средневековой русской философии было свойственно исследование практического и содержательного наполнения ценности. в то время как теоретических попыток ее осмысления еще не предпринималось.
В отечественной философии аксиологические идеи развивались в работах материалистов-демократов (В. Белинского. Н. Чернышевского. Н. Добролюбова. Д. Писарева) и идеалистов (Ф. Достоевского. Л. Толстого. Н. Федорова. Н. Бердяева. С. Франка. Н. Лосского. М. Бахтина). для которых исходным был принцип гуманизма и триединства Истины. Добра и Красоты. Ценности здесь не рассматриваются отдельно от субъекта (как у Платона или М. Шелера). они связаны с субъектом (но не субъективны) - ведь без последнего они не более чем пустая возможность. Также как и в европейской аксиологии. здесь обнаруживаются общие закономерности ценностного отношения и его философского осмысления как «движения от недифференцированного ценностного миропонимания к осознанию его отдельных сторон. а затем к синтетическим философским понятиям»[151]. Смысл и содержание ценностей в древний и средневековый периоды развития Руси были связаны с формированием и утверждением ведущих идей-символов: Троицы как триединства Истины. Добра и Красоты («Моления Даниила Заточника». Епифаний Премудрый. А. Рублев). Софии Премудрости (Дионисий Ареопагит). Святой Руси (Иларион. Филофей).
Теоретическое осмысление и понятийный анализ ценностей происходит в России уже в XIX в. под влиянием немецкой классической философии. Русские демократы середины века (В.Г. Белинский. Н.Г. Чернышевский, Н.А. Добролюбов, Д.И. Писарев) проявили высокий интерес к проблемам эстетической ценности, оценки, вкуса, творчества, критики, эстетической и критической деятельности и внесли значительный вклад в углубление этих теоретических проблем в общей истории аксиологии. В.Г. Белинский понимает под ценностью «достоинство», «значение» явлений жизни и искусства, подчеркивая ее синтетический нравственно-эстетический и общественно-исторический смысл: «Красота возвышает нравственные достоинства; но без них красота в наше время существует только для глаз, а не для сердца и души»[152], «много прекрасного в живой действительности, или, лучше сказать, все прекрасное заключается только в живой действительности»[153]. Н.Г. Чернышевский развивает эту мысль, уточняя, что прекрасна не просто жизнь, а «хорошая жизнь», «жизнь, как она должна быть»[154]. Значимость жизни и искусства определяются, по его мнению, в соотнесении с тем, что они несут человеку и человечеству. Д.И. Писарев, выступая за «переоценку ценностей», предпринимает критику, прежде всего эстетических ценностей, отстаивая при этом ценности человека, свободы, новизны, что в целом имело, однако, утилитарный характер. Ценности человека, свободного выбора, творчества, художника становятся главными в обсуждении аксиологических проблем в последующей русской философской мысли от Ф.М.
Достоевского до Н. Бердяева и Н.О. Лосского.
Тема красоты как ценности становится одной из центральных в творчестве Ф.М. Достоевского. Из анализа его отношения к сущности и назначения красоты можно сделать выводы и том смысле, который русский мыслитель вкладывал в понятие ценности. Достоевский размышляет о том, что красота не есть уникальность, она нормальна и гармонична, она есть выражение здоровья и высшего развития. Вместе с тем, отмечает он, красота загадочна и таинственна, так как она противоречива по своей сути и может соединить в себе силы ангельские и демонические. Высшая же красота, по мысли автора романа «Идиот», та, что является «красотой доброй», «положительно прекрасной»[155], ибо ее задача не перевернуть мир, а спасти его. Красота понимается им как истинное творение божественной воли, данное человечеству для приобщения к высшей радости и спасению через любовь. Ценное, таким образом, для Достоевского выступает как имеющее значимость для спасения в смысложизненном, экзистенциальном и главным образом в религиозном смыслах.
Отличительной чертой антропологических идей Достоевского является его стремление показать неправомерность идеализации человека и его природы, характерной для европейских и русских просветителей и гуманистов. Человек по своей сути состоит из демонического начала, тяготеющего к эгоизму, аморализму, стремлению к саморазрушению, агрессии и - из божественного начала. как источника милосердия. сострадания. доброты. любви и веры. В этом единстве состоит человек. и поэтому нет ничего дороже человека. и ничего страшнее его. считает Достоевский. При этом он подчеркивает. что даже в лице самой ничтожной особи человек является абсолютной ценностью. Ф.М. Достоевский. не касаясь категориального анализа аксиологических понятий. своим творчеством обращает любые проблемы человеческого бытия в ценностные. связанные со значимостью для совершенствования. спасения. духовного развития. усиливая тем самым реальную ценность самой аксиологии.
Религиозно-нравственное направление в русской аксиологии достигает своей вершины в творчестве Вл. Соловьева. Для него ценность выступает в качестве общезначимости. что получает свое усиление в контексте теории всеединства. и трактуется им как значимость во вселенском смысле. в деле собирания мира воедино. Высшей ценностью становится единение Истины. Добра и Красоты. к которому имманентно стремится бытие. Это единство имеет в себе и человеческое основание. ибо развитие мира связано в первую очередь с его обожением и следованием по пути к бого- человечеству. Как и Ф.М. Достоевский. Вл. Соловьев был весьма далек от идеализации человека актуального. более того. он настроен весьма критично и. несмотря на утверждение величия и божественной природы индивида. он говорит о том. что «человеческое я безусловно в возможности и ничтожно в действительности»[156]. Путь совершенствования. для Вл. Соловьева. - «путь спасения к осуществлению истинного равенства. истинной свободы и братства лежит через самоотрицание. Но для самоотрицания необходимо предварительное самоутверждение.»[157]. Самоутверждение в концепции русского философа. необходимо для раскрытия собственной индивидуальности. неповторимости. которая может послужить общему делу и которая существует только ради этого общего дела - воссоединения мира. Вл. Соловьев выступал против антропоцентризма. как возвеличения ценности человека на фоне всего божественного бытия: «от нас только требуется. чтобы мы своей маленькой части не ставили на место великого целого. чтобы мы не обособлялись в своем частном деле. а старались бы связать его с делом всечеловеческим..»[158]. В процессе совершенствования человечества особую ценность приобретает любовь. так как истинный человек. по мнению Соловьева. не может быть отдельным мужчиной или женщиной. он есть их единство. основанное на любви: «Задача любви состоит в том. чтобы оправдать на деле тот смысл любви. который сначала дан только в чувстве; требуется такое сочетание двух данных ограниченных существ. которое создало бы из них одну абсолютную идеальную личность»[159]. Любовь - путь совершенствования на пути к богочеловечеству.
основа которого - божественная душа, заключенная в человеке, который «получает свое истинное и положительное содержание от своего мистического или божественного элемента»[160].
Ценность человека и богочеловека связывается Соловьевым с утверждением ценности свободы, которая для русского философа есть момент свободы в Боге, ибо, по его словам «Бог есть не просто единый, исключающий все другое, а всеединый, во всеединстве же каждый из элементов есть все, то есть ничем не ограничен, и, следовательно, безусловно, свободен»[161]. И в то же время человек свободен вне Бога, ибо вне Бога он может быть сам, в своем собственном утверждении. По словам Соловьева, человек «свободен в свободе и он свободен в необходимости, ибо он сам подлежит необходимости и, следовательно, никогда ею всецело не определяется, потому что необходимость есть только одно из его состояний, а он больше всех своих состояний»[162]. Человек как существо становящееся имеет свою свободу в своей незавершенности, поэтому путь совершенствования - путь свободы, а достижение свободы - здесь обретение нового качества - спасения, где нового выбора между свободой и несвободой уже не может быть.
Вл. Соловьев по сути продолжает традицию русской философии ан- тропологизации и аксиологизации всех философских проблем, от онтологических до этических, давая тем самым мощный толчок развитию отечественной аксиологии не как теоретической умозрительной науке, а как живому знанию, связывающему мир и человека особыми ценностными отношениями. Этот дух присущ и философии русских мыслителей ХХ века, в том числе Н. Бердяеву, Н.О. Лосскому, С.Л. Франку.
Н. Бердяев, критикуя неокантианцев, и в частности Риккерта, за излишнюю рационализацию понимания ценности, сам проходит к выводу о невозможности ее интеллектуального логического истолкования, в силу того, что ценность имеет божественную природу. Он пишет: «О ценности ничего нельзя изрекать словами, не может быть учения о ценности, потому что ценность должна предшествовать суждению, не зависеть от суждения, а определять его»[163]. Бердяев еще в большей степени, чем его предшественники усиливает антропологическое звучание всей философской теории, в том числе и онтологии. Ценность человека становится в его учении абсолютной, обусловленной только ценностью свободы, первичной в историческом и аксиологическом смысле. В такой взаимосвязи особым смыслом наделяется ценность свободной личности, анализу достижения которой и посвящены главные произведения Н. Бердяева. Несоизмеримы с ценностью свободной личности ценности общества, государства, рода или коллектива, полагает философ, и в то же время продолжает отстаивать традицию

русских философов в развитии идеи единого соборного организма, как целостности, основанной на любви и религиозной вере. На пути реального достижения свободы Бердяев видит возможным осуществление свободы через любовь, ценность которой он понимает в духе идей Платона и Вл. Соловьева, и через творчество, как свободное проявление своей индивидуальности в мире. Творчество выводится Бердяевым на одну ценностную ступень, с ведущими ориентирами совершенствования человечества - добром, истиной, красотой, свободой, любовью.
Несмотря на критику рационализации аксиологии со стороны европейских философов, Н. Бердяев сам невольно развивает традицию религиозной философии в духе ее логического обоснования, выводя за рамки анализа лишь те сферы, которые касаются понимания божественного бытия и его ценности. Божественное бытие в неортодоксальном христианском учении Бердяева не обладает первичностью и обусловлено свободой онтологической и аксиологической. Значимость Божественного, по мысли Бердяева, состоит в направлении путей мира и человека в сторону добра, при наличии выбора всех возможностей и потенций мирового хаоса. Ценностью, для Бердяева, в отличие от других отечественных мыслителей, выступает свобода не как средство для реализации индивидуальности субъекта или возможности нравственного выбора на пути совершенствования, но как самостоятельная абсолютная ценность, как самоценность.
Менее известным, но, несомненно, выдающимся по замыслу и реализации, выступает исследование по теории ценности Юрия Вейденгаммера. Автор труда «О сущности ценности. Социологический набросок» (1911) отмечает, что традиционно поиски природы ценности велись в сфере объекта потребления - благе, в то время как она, кроется в психической природе субъекта: «мир ценностей - это мир субъективно-психический переживаний, а не объективно-вещественных фикций»[164]. Вейденгаммер доказывает, что «полезность благ, встречаемых действительно в жизненном обороте, будет прямо пропорциональна качествам благ и обратно пропорциональна их количествам. В этом отношении выражается объективно ценность, как конкретная величина»[165]. Сама же ценность определяется как осознание субъектом этого отношения. Механизм формирования ценности связан с переработкой восприятия мыслью и чувством: «Прочувствовать» положительна или отрицательна полезность блага, означает «пережить психологический процесс чувствами, аналогичный сознанию»[166]. Ценность, полагает мыслитель, можно описать как «интуитивную способность психики к восприятию чувством»[167]. При этом объективным выразителем ценности является полезность, следовательно, заключает он, «ценность в объективной форме есть полезность данного момента в субъективном восприятии в смысле прочувствования»[168]. Вейденгаммер не считает. что ценность определяется полезностью. напротив. подчеркивает он. последняя сама определяется. зависит от ценности. которая ей предшествует. В данном исследовании не только обстоятельно освещаются все используемые дефиниции. касающиеся проблемы ценности и оценки. но и приводится глубокое обоснование субъективной природы ценностного переживания. к сожалению. как и персонализм Бердяева. не востребованное в отечественной философии начала ХХ века. развивающейся в направлении объективизма (идеалистического. а затем материалистического).
Аксиологическая направленность отличает философские искания Н.О. Лосского. главные произведения которого непосредственно посвящены исследованию нравственных ценностей и понятий. Понимание ценности развивается им в духе европейской традиции как значимости и идеальной сущности: «значение и смысл есть идеальный аспект ценности. всякая ценность или сполна идеальна или заключает в себе идеальный аспект»[169]. Значимость понимается им как то. что приближает к полноте бытия. в конечном итоге к Божественной полноте. Лосский определяет ценность как «бытие в его самопереживаемом или переживаемом другими существами значении для осуществления абсолютной полноты жизни или удаления от нее»[170]. Лосский отстаивает онтологическую теорию ценностей. полагая. что «бытие есть не только носитель ценности. оно само. будучи взято в его значительности. есть ценность. оно само есть добро и зло»[171]. Исследуя важнейшие свойства ценности. Лосский отмечает. что всякая ценность есть ценность для какого-нибудь субъекта. не дает основания считать. что ценности субъективны по своей сути. «Ценность. - пишет он. - есть нечто выходящее за пределы противоположности субъекта и объекта. так как обуславливается отношением субъекта к тому. что выше всякого субъектного бытия. именно к Абсолютной полноте бытия»[172]. При этом он называет субъективными ценности значимые для определенного субъекта. а объективными - имеющие общезначимый смысл. Строя классификацию ценностей. Лосский продолжает традицию русской религиозной философии и утверждает высшей ценностью абсолютную полноту бытия как воплощение троичности Добра. Истины и Красоты в Боге. Абсолютной ценностью он называет ценность «саму в себе безусловно оправданную»176. в то время как ценности «относительно» положительные те. что имеют характер добра лишь в определенном отношении или для определенных субъектов. Развитие мира. по мнению Лосского. трагично из-за того. что в борьбе за достижение абсолютных ценностей рушатся ценности относительные, высоко значимые для конкретных единичных субъектов.
В работах русских философов начала и середины ХХ века, таких как Г. Шпет, М. Бахтин можно увидеть развитие, казалось бы, антиаксилогиче- ского подхода и даже критику теории ценностей. Но это было связано с критическим анализом неокантианства, проводимым отечественными мыслителями. Г. Шпет критиковал Риккерта и его понимание ценностей, с позиции феноменологического анализа, за излишний, по его мнению, субъективизм и повышенное внимание к роли ценностей как таковых[173]. М. Бахтин, исходя из собственной теории первостепенной значимости субъективного участия в бытие, напротив, критиковал неокантианство за недооценку роли субъекта в формировании ценности как эмоционально-волевого тона предмета[174]. Вместе с тем анализ оригинальных учений отечественных мыслителей свидетельствует о высоком интересе к ценностной проблематике, как в онтологическом, так и в этическо-эстетическом аспектах и о дальнейшем углублении теоретико-аксиологического подхода к анализу индивидуального и общественного бытия.
В советский период одними из первых исследователей в области аксиологии стали В.П. Тугаринов, В.А. Василенко, В.В. Гречанный, О.Г. Дробницкий, М.С. Каган, Б.Г. Кузнецова и др. Сегодня в отечественной литературе можно встретить самые различные подходы в понимании ценностей, сложившиеся на базе уже имеющихся традиций. В.С. Степин, крупнейший представитель ценностного подхода в социальной философии, характеризует ценности как ориентиры, «составляющие своего рода «культурную матрицу», нечто вроде генома культуры, который обеспечивает воспроизводство и развитие социальной жизни на определенных основаниях»[175]. В работе «Теоретическое знание» он отмечает повышение роли ценностного сознания в современную постнеклассическую эпоху, которая учитывает «соотнесенность получаемых знаний об объекте не только с особенностью средств и операций деятельности, но и с ценностно-целевыми структурами»[176]. М.С. Каган полагает, что понятие ценности необходимо редуцировать из структуры субъектно-объектных отношений, подчеркивая, что «ценность зависит от обеих переменных - и от качеств объекта, и от качеств субъекта», при этом социальное и личное образуют целостность, «не сводимую ни к одной из них, ни к простому механической суммированию»[177]. П. Рачков полагает, что ценности выражают отношение между действительностью и мыслью, между предметной деятельностью и нашими духовными целями и смыслами[178]. А. Разин считает, что их можно определить как такое отношение к предметам и явлениям, которое «показывает человеку его истинное благо, раскрывает перед ним возможность жизни»[179]. Ю. Смирнов объясняет ценности как «универсальные нормы, вызывающие чувство почитания, обязательства, послушания, обладающие сверхзначимостью для всех членов общества»[180]. Главным признаком ценностей-норм он называет их внеэмпирический, сверхъестественный характер, который, правда, как не парадоксально, не означает, что они не могут быть материальными или духовными феноменами реальности. Н. Розов считает, что в отличие от неизменных религиозных и культурных символов ценности представляются как «конкретное рациональное историческое понимание этих символов, которые уже могут быть «обсуждены» и изменены»[181]. П. Смирнов называет ценностями «смыслообразующие элементы человеческой действительности», от которых зависит ее направлен- ность.[182]Ценности он определяет как связующее звено между личностью, объективно необходимой деятельностью и обществом. По мнению Р. Ро- зенбергса, ценности - это «глубоколежащая, трудноуловимая сущность всеобщности», аналогичная «идее» Платона, «эйдосу» Аристотеля, эссенции в схоластике, области «сущего» в феноменологии.[183]З. Залевская, в свою очередь, определяет ценность, исходя из традиции идущей от Рик- керта, как значимость: «Признать нечто ценным целью деятельности, значит соотнести его со всем предшествующим опытом, признать его важность, его значимость для жизни человека».[184]П.Л. Леиашвили, исследуя в первую очередь экономические ценности, приходит к выводу, что сами ценности можно определить как «единство реализованной абстрактной цели и издержек абстрактного средства», утверждая материальный характер ценности и полагая, что последняя представляет собой единство качественной и количественной определенности[185]. Е.А. Подольская полагает, что основа ценности объективна, в отличие от субъективной оценки, а сами объекты «ценностно нейтральны»[186]. М.А. Розов исходит из положения о том, что ценности есть «конечные основания целеполагания», которые существуют «прежде всего в форме практической реализации образцов предпочтения. выбора. оценки»[187]. В.И. Супрун. обосновывая необходимость внесения в научное познание аксиологического подхода. отмечает. что «ценности транслируются культурой. живут в культуре и усваиваются индивидом как через непосредственное социальное окружение. так и через общение индивида со всем культурным массивом в конкретный исторический период». Сами ценности он называет «устойчивыми убеждениями в том. что определенный тип поведения (действий) более значим (предпочтителен) в существующем типе культуры». Подчеркивая объективную природу ценностей. В.И. Супрун утверждает. что они существуют только в «социальном сознании и интернализируются индивидом[188]. В диссертационном исследовании З. Маецкий определяет ценности как целостность. в основе которой лежит «первичная интуиция». а также «такие свойства и качества объекта. которые служат средством удовлетворения интересов и потребностей субъекта и формируются в сознании личности и общества в результате накопления практического и теоретического опыта многих поколений людей»[189]. А.Б. Фирсов отмечает. что категориальное ядро ценности выступает как «совокупность указания на человеческое. социальное и культурное значение определенных явлений действительности и специфический способ отношения человека к миру»[190]. О.А. Голубкова определяет сферу существования ценности как единство объективного и субъективного. абсолютного и относительного. всеобщего и особенного в бытие. Исследуя ценностные ориентации. она полагает. что последние в отличие от ценностей. «лежащих в основе ценностного отношения индивида к бытию. есть виды этих ценностных отношений. обобщенные схемы ценностных представлений. зафиксированные в психике человека»[191]. В.Р. Полозов. включая оценивание в содержание ценности. отмечает. что ценность есть «отношение соответствия какого-либо предмета и цели»[192]. А.Г. Здравомыслов определяет ценности как «обособившиеся в ходе развития самой истории благодаря разделению труда в сфере духовного производства интересы»[193]. О.М. Панфилов связывает с ценностным отношением к миру становление личности. понимая под ценностью особый социокультурный феномен. существующий в трех основных формах: в виде субъективных ценностей (которые воплощают «осознание человеком смысла и предназначения своего бытия»). объективные ценности (регуляторы поведения) и общественные системы ценностей[194].
В контексте цивилизационной проблемы анализ ценностей имеет особенную специфику и интерес для нашей работы. К наиболее значительным в этой области следует отнести исследования В. Степина, Л. Васильева, Н. Моисеева, Г. Дилигенского, Э. Кульпина, Т. Карадже, Ю. Смирнова, из современных зарубежных - работы Ф. Бэгби, Г. Мишо, Э. Марка, С. Эй- зенштадта, Р. Элиаса, Д. Гудсблома. Анализ их трудов позволяет сделать вывод о справедливости и обоснованности применения ценностного подхода, которого мы придерживаемся, к исследованию феномена цивилизации. Общим для этих исследований является понимание ценностей как ключевых смыслообразующих принципов, раскрывающих «ядро», «душу» той целостности, которую они определяют как цивилизацию.
Как видно из сказанного, современный период отличается широким плюрализмом понимания природы и сущности ценностей, которые рассматриваются и как благо, и как значимость, и как чувственные переживания, и как отношения, и как сущности, и как социокультурные универсалии эпохи, что свидетельствует о продолжении развития этого понятия в современную эпоху.
Подготовка к ЕГЭ/ОГЭ
<< | >>
Источник: Баева Л.В.. Ценности изменяющегося мира: экзистенциальная аксиология истории. Монография. Изд-во АГУ, 2004. 2004

Еще по теме Аксиологическая традиция в России:

  1. Глава IМЕНТАЛИТЕТ КАК СИСТЕМА СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ УСТАНОВОК
  2. Глава 11ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ДУХОВНОСТИ РУССКОГО НАРОДА
  3. Глава V«РУССКАЯ ИДЕЯ», ИЛИ СВЕРХЗАДАЧА СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ (Вместо заключения)
  4. культурно-исторические факторы формирования пропорций между различными типами агентов в россии
  5. Поэтический мир Тютчева
  6. СОВРЕМЕННАЯ РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ. КОСМИЗМ И АНТРОПОЛОГИЗМ (продолжение) 
  7. ВВЕДЕНИЕ
  8. 3.1. МАРКСИСТСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ В СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ РОССИИ
  9. Содержание
  10. Аксиологическая традиция в России
  11. в)              гуманизм и его аксиологический анализ