<<
>>

Средневековье

Европейское Средневековье - фаза отрицания инновационного и установление традиционного типа цивилизации через христианское мировоззрение и утверждение соответствующей системы ценностей. Но диалектика исторического процесса нередко обнаруживает парадоксы: средневековье, с одной стороны, - отступление от инновационного типа, а с другой - период, в котором сформировались многие из культурных и мировоззренческих ценностей последующей, уже инновационной эпохи.

Становление христианского мира и мировоззрения происходит в IX- XIII вв.

Процессы многочисленных преобразований начинаются здесь, как и ранее, в результате демографического роста: «строительный бум не был первичным явлением, - отмечает Ле Гофф, - он произошел в ответ на определенные нужды, среди которой главной была необходимость разместить более многочисленное население»[353]. Демографический рост, в свою очередь, стал результатом окончания постоянных войн, оседания на землю, организации вассальных хозяйств. Демографический подъем оказался важнейшим фактором расширения землепользования, освоения пустошей, того, что принято называть «Великой распашкой», которая «способствовала превращению естественного ландшафта в антропогенный»[354]. По мнению социальных психологов, у людей вместе с тем появились несвойственные им раньше состояния, такие как: «уравновешенность, безопасность, приспособленность к целостности»[355](А. Адлер).

Демографический подъем (увеличение населения почти вдвое с X по XIV вв.) и «Великая распашка» стали материальными причинами мировоззренческих перемен в Западной Европе. в то время как духовные были полностью связаны с утверждением христианства. Но рассмотрим основные мировоззренческие установки этого времени - отношение к миру. к Богу. к труду. к новому.

Отношение к Природе и миру в целом. Специалисты по средневековой культуре отмечают. что мировоззренческие ориентиры и ценности этой эпохи характеризовались цельностью. уверенностью в единстве мироздания. но цельностью. не отличающейся гармоничностью. а. напротив. - противоречивой. раздвоенной[356]. Мировоззрение обыденное здесь резко отличалось от теоретического. ибо народные представления исходили из реальной зависимости человека от природы. а укрытые стенами монастырей теологи могли себе позволить пренебречь ее ценностью и величием.

Для большинства аграрного населения природа совпадала по смыслу с окружающими селения лесами. которые. с одной стороны. выглядели как важный источник дохода. а с другой. - были сосредоточием опасности. а поэтому «победа» над ними считалась проявлением прогресса. Христианское мировоззрение определяет природу как Землю изгнания. где человек лишь вечный странник. Во многом это объясняет отношение к ней. как к временному приюту. миру непостоянному и малоценному. Земля - место страдания и испытания. но она соединена с миром трансцендентным через Логос - Иисуса Христа. В нем небо и земля соединились. примирились «единое и множественное». Мир рассматривался как творение Бога. что. казалось бы. должно было гарантировать ему положительную оценку. Но первичным утверждалось бытие духовное. а потому ценность природы была относительной и состояла в ее взаимосвязи с человеком.

Так в европейском мировоззрении утверждалась оценка природы как средства. фона. места приложения способностей человека. материальным воплощением чему и стала «Великая распашка».

В XIII-XIV вв. начался первый в Европе экологический кризис - произошло истощение. обезлесение земель. иссякли многие рудники. шли поиски замены экстенсивного хозяйства интенсивным.

Отношение к Природе было тесно связано и с отношением к Богу. утверждением креационизма и теоцентризма.

Отношение к Богу. Восприятие Бога в обыденном и теоретическом мировоззрении было различным: как Творца мира и его «физического отца». и с другой стороны - Бога как идеи Троицы. В народе идея троицы была мало понятна и. как писал Ле Гофф. религиозность колебалась «между чисто монотеистическим видением Бога и дуалистическим образом Бога-отца и Бога-сына»[357]. Главным качеством Бога считалась активность.

творчество, царственность (Бог Пантократор - один из основных сюжетов до XIV в.). Но Бог-монарх был слишком далек от понимания среди большинства людей, и потому все большую роль начинает играть фигура Христа, культ которого ложится в основу нового христианского гуманизма и персонализма.

Развиваясь постепенно от Бога пастыря, учителя, главы секты, Христос все больше становится Христом-страдальцем, понятным и близким обыденному мировоззрению большинства. Идея страдания становится центральной и в теоретико-теологическом миросозерцании. Но эта идея, прежде всего, становится достоянием простого смертного. Каждый начинает чувствовать, что страдание проистекает из одиночества человека в мире - от Природы он отказался добровольно, а до Бога ему еще очень далеко. Из этого ощущения и рождаются главные черты духа средневековья: неуверенность, беспокойство, готовность к боли, испытаниям, лишениям. Столкнувшись с ними, человек ищет освобождения внутри себя (от желаний, страстей и т.д.) через духовное совершенство. «Западный» человек, неуверенный в себе, продолжает вместе с тем мечтать о победе над стихией, которая заложена в возможности активного отношения к миру.

В идее страдания прослеживается и некий оптимизм - возможность с его помощью искупления грехов и приближения к Богу, хотя главная роль все же отводилась искуплению Христову. «Человеческая слабость оказывалась поводом для проявления Божественной силы»[358]и в человеческих страданиях усматривалось преддверие безграничного счастья. Таким образом, в отличие от Востока, страдание здесь - не плата за грехи «прошлых жизней», а необходимое условие будущего счастья, признак надежды, святости. Главной чертой отношения человека к Богу была его онтологическая отчужденность; искупление объявлялось возможным лишь в ином мире, а, следовательно, поведение человека на Земле должно было быть подчинено воздержанию от дел мирских, из чего возникала резко отрицательная оценка настоящего состояния человека и мира, особенно в сопоставлении с непостижимым совершенством Бога. Об это свидетельствует и фраза из «Исповеди» Августина Блаженного: «Ты врач, я больной; ты жалостлив, я жалок; разве жизнь на земле это не искушение? Вся надежда моя только на великое, великое милосердие Твое»[359]. Так в отношении к богу можно увидеть и собственную оценку человека, состоящую в том, что последний ничтожен и даже более чем другие твари, ибо только он совершил грех как осознанный поступок.

Наличие души (сознания и совести) у человека могло бы стать условием позитивной оценки своего человеческого бытия, но история грехопадения разделяет жизнь небесную и человеческую на неопределенный срок. Особенностью здесь выступает то, что ослушание Бога стало не следствием осознания собственной свободы воли (как у героев Греции), а результатом человеческой глупости и любопытства.

Душа западного человека, как тонко подмечает К.Г. Юнг, не содержит в себе ни величайшей ценности - Христа, ни величайшей антиценности - греха в полном воплощении, а потому - остается «пуста, в ней нет самого низкого и самого высокого», а христианская культура, как следствие, полна «пустого блеска»[360]. В мировоззрении и ценностях этой эпохи выделяются следующие установки и парадигмы: 1.Теоценризм бытия; 2. Собственное бытие греховно, требует искупления; 3. Земной мир - временное пристанище, не требующее к себе отношения как к ценности; 4. Испытание страданием - необходимый путь к счастью. Возвеличение Бога идет параллельно с принижением ценности личности. Но этот стереотип традиционного мировоззрения, однако, нарушается здесь установкой на возможную активность человека, что особенно заметно проявляется в отношении к труду.

Отношение к труду. Теоретически христианство провозгласило: «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (2-е Послание Павла к Фесса- лоникийцам. Гл.3.10.), так как раннее учение было религией неимущих. Труд в средневековом понимании не был презренным занятием, но были дела и более достойные, например, война. Эта деструктивная ценность укореняется в европейском мировоззрении с периода поздней Римской империи и эпохи Gentes, и определяется как позитивная, так как способствует обогащению, и даже в больших размерах, чем сельскохозяйственный труд, и имеет своим важным дополнением славу, как черту личного идеала. Труд был необходимым и с точки зрения нравственного развития, его целью понималось не обогащение, а укрощение плоти. Кроме того, Бог как главный образец поведения неизменно изображался творцом и был известен своей деятельностью. Фома Аквинский так определил значимость труда человека: «прежде всего и главным образом, он должен дать пропитание; во-вторых, должен изгонять праздность, источник многих зол; в-третьих, должен обуздывать похоть, умерщвляя плоть, в-четвертых, позволяет творить ми- лостыни»[361]. Для средневековья характерно было противодействие ко всякому накоплению и стяжанию, способному породить экономический прогресс. Деньги у тех, у кого они были, тратились, а не использовались для развития хозяйства; это была система, обреченная на стагнацию и кризис либо требующая перемен в ценностях.

Отношение к новому. Отношение к нововведениям в средневековой Европе позволило некоторым исследователям сделать вывод о том, что мы имеем дело с «традиционным обществом»[362]. С этим можно согласиться, если учитывать, что данный вывод следует понимать условно, в противопоставление той динамике. которая была ранее и которая появится в Европе после XV века. А. Гуревич отмечает. что предельная приверженность традиции находила свое выражение в «установке на старину. во враждебности или недоверии к любому новшеству. неслыханному. и. следовательно. не получившему одобрения. в консерватизме всей общественной жизни. начиная от способов ведения хозяйства и форм поселения и кончая на-

381

выками мысли. господством стереотипов в художественном творчестве». Доказательства истинности основывались на высказываниях из трудов древних авторов или Священного писания. новшества считались грехом. и это касалось как технического. так и интеллектуального процесса.

Эпоха схоластики стала временем перемен в области мировоззрения. его ориентиров и ценностей. Опора на древние немногочисленные записи. как на доказательства. была подорвана появлением печатных книг. и. что особенно важно. их десакрализацией. Культура становится более интеллектуальной. а. следовательно. - рационалистичной. Схоластика в какой-то мере стала новым методом обоснования теорий с помощью формальной логики. Для ведения диспутов была необходима собственная авторская позиция. что способствовало формированию осознания личностью интеллектуальной ответственности. Новое теперь перестает выглядеть пугающе. У авторов. будь то музыканты или теологи. новизну отмечали как достоинство. Биограф Фомы Аквинского Гильом писал. восхищаясь: «Брат Фома в своих беседах ставил новые проблемы. открывал новые методы.

382

использовал новые системы доказательств»[363].

Главной приметой перемен в интеллектуальной жизни явилось развитие культа учености с начала XII в.. впоследствии давшего импульс появлению университетов. В теоретическом мироосмыслении был важным и «поворот» от Платона к Аристотелю. так как последний был мастером суммирования научных знаний. их кодификации. а его вера в могущество человеческого разума отвечала тем тенденциям. которые начали набирать силу. В изменении отношения к вере решающую роль сыграли П. Абеляр и Ансельм Кентерберийский. Введенный П. Абеляром принцип «Да и Нет». заставил средневековых мыслителей задуматься о вероятности множественности истины. Ансельм. в свою очередь. предложил подвергать каждую из них рациональному анализу. а Р. Бэкон начинает использовать для поиска истины методы наблюдения и эксперимента. Фома Аквинский впервые предлагает использовать для познания мира различные виды опыта (логику и мистическое созерцание) одновременно. возводя поиск истины (земной и божественной) в ранг ценности.

Ценности эпохи. Ценности инновационного типа цивилизации. зародившиеся в период античности. в эпоху Средневековья оказались серьезно деформированы и во многом утратили свое приоритетное значение.

Ценность свободы (свободы внутренней, духовной и внешней - политической) перестает играть в развитии этой эпохи роль духовного ориентира. Она оказывается даже «антиценностью», пороком, проявлением гордыни, бунтарства против установленных незыблемых традиций религиозного коллективизма и добровольного служения высшим силам (божественным и мирским). В то же время ценностью индивидуального бытия выступает свобода воли - божественный дар, неразумно использованный человеком. Свободная воля оценивается двояко: как возможность нравственного выбора и спасения, и в качестве источника греха и земного зла (теодицея). Ценность антропоцентризма была заменена новым духовным принципом - теоцентризмом, который, в частности, отводил человеку роль божьей «твари», далекой от совершенства и идеала. Принцип гуманизма, вместе с тем, особым образом продолжает свое развитие в эпоху Средневековья и даже играет роль ценности в новом качестве - гуманизма христианского. Целью христианского гуманизма было провозглашено создание царства Божьего на Земле. Но для реализации этого необходимы были духовные силы человека. Однако, как отметил Н. Бердяев, проблема Европы оказалась в том, что «человек в средневековом мире не был отпущен на свободу для свободного творческого дела, для свободного созидания культуры, не были в этом смысле использованы те духовные силы человека, которые были выкованы христианством»[364]. Поэтому гуманизм данной эпохи оказывается по большей мере условным, ограниченным и односторонним. Ценность активной, сильной, творческой личности была заменена ценностью человека покорного, смиренного, страдающего. Ценность рациональности, величия человеческого разума так же утратила свой приоритет в духовной жизни общества. Ее заменили ценность разума божественного (провиденциализм), ценность откровения и слова божьего (Логос), ценность веры в откровение Бога и авторитет отцов церкви (ревеляцио- низм).

Мировоззренческие ориентиры и ценности средневековья, таким образом, отвергли важнейшие духовные установки инновационной цивилизации - свободу, антропоцентризм и рациональность, заменив их идеалами покорности, страдания, теоцентризма и веры. Однако создать «неподвижное» общество в Европе не удалось. Позднее средневековье, опираясь на греческое мировоззрение, постепенно переходит от ориентира на традицию к ориентиру на ценности нового и тем самым подготавливает следующую эпоху: «средневековье все духовные силы человека держало в повиновении духовному центру... на заре времен произошла децентрализация, были отпущены на свободу все духовные силы человека»[365]. Принудительное спасение, предлагаемое в эту эпоху, противоречило установке на свободу, имманентно присущей духу «западной» инновационной цивилизации.

<< | >>
Источник: Баева Л.В.. Ценности изменяющегося мира: экзистенциальная аксиология истории. Монография. Изд-во АГУ, 2004. 2004

Еще по теме Средневековье:

  1. Введений ПОНЯТИЕ И ПРОБЛЕМА СРЕДНЕВЕКОВОЙ ФИЛОСОФИИ  
  2. Средневековье
  3. 2.9. Философия средневековья
  4. 5.1. Общая характеристика западноевропейского Средневековья (V-XVII вв.)
  5. 5.3. Классическое Средневековье (XI-XV вв.)
  6. средневековье
  7. ГЛАВА V. РАННЕЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ
  8. СРЕДНЕВЕКОВЬЕ
  9. 2.9. Философия средневековья
  10. Особенности средневековой философии
  11. III.3. ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНАЯ И МАТЕМАТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ ЭПОХИ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
  12. §3. Средневековая мораль
  13. МЕДИЦИНА РАННЕГО И РАЗВИТОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ НА ВОСТОКЕ И В СТРАНАХ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ