>>

Несловесное мышление: расширение смысла (предисловие)

Проблематика не-словесного мышления занимает зна­чительное место в философии сознания. Полнота любой теории сознания во многом зависит от объяснения отноше­ния между мышлением и языком тела, а также от понима­ния того, какую роль играют несловесные акты в передаче знаний.

Мысль о том, что истина может быть открыта внут­реннему взору - субъективным ментальным состояниям, — до своей артикуляции, афористически сформулировал Свя­той Августин: «Я знаю, что такое пространство и время до тех пор, пока меня об этом не спрашивают». Знание, на ко­торое указывает Богослов, принадлежит к сфере «ума и очей сердечных», роль которой (сферы) долго считали несопос­тавимо низкой по сравнению с «умом и очами мысленны­ми». Современное методологическое сознание все чаше ста­ло указывать на ощутимость «границ» разума при решении целого ряда проблем. Вместе с критикой рационалистичес- ки-ориентированной парадигмы начался ренессанс идеи телесности: «сознание спаяно с телом», — отмечает М.Мерло-Понти; а в семиотической метафоре Умберто Эко «языку тела» отведена роль основания энциклопедического словаря мира, поскольку длительное время «тело» служило чуть ли не единственным способом, благодаря которому человеку удавалось «прочитывать» мир, приспосабливаться к миру и выживать.

Внешние несловесные мыслительные акты, с которых мы начинаем анализ, нас интересуют как особый язык. Зна­ково-символический характер и интерсубъективная природа несловесного языка предопределила смысловую многознач­ность, глубину содержания, неформальные и неоднознач­ные способы трансляции. В глазах рационально-ориенти­рованного сознания такое качество языка тела оценивается как его недостаток, в то время с феноменологической точ­ки зрения именно это качество позволяет выражать самые

3

«тонкие» смыслы, недоступные порой вербальному языку. Смысл «сказанного* с помощью жеста - тон, взгляды, вздо­хи - сопровождающие речь, составляют 80 % информации. Стремление понять коммуникативный характер поведения человека выдвигает проблематику языка тела, «телесности.

на передний план.

Об интересе к «философии тела» ■ языку жестов, пара- лингвистической и экстралингвистической системе зна­ков - свидетельствует фронт исследований: с одной сторо­ны, язык тела изучает ряд фундаментальных наук, таких как философия, психология, психолингвистика, нейролингви­стика, коммуникативная психология, и др., а с другой, спе­циально для его изучения созданы специальные области исследования. К их числу принадлежит кинесика, изучаю­щая общую моторику самых разных частей тела, связанных с разнообразными эмоциональными реакциями человека (получено, например, более 20000 описаний выражения лица); на основе изучения частоты и силы жестикуляции делаются попытки разработать своеобразные «словари» те­лодвижений, которые характерны для разных национальных культур1; фонология - принадлежит к разделу лингвисти­ки, в котором изучается взаимосвязь смысловой и звуковой компонент языка, в частности исследуется то влияние, ко­торое оказывают на восприятие тембр, высота, темп и дру­гие голосовые параметры; проксемика - специальная об­ласть, в которой исследуется зависимость между нормами общения и пространственно-временной организацией об­щения; акусфера изучает влияние шума и тишины на созна­ние и подсознание людей, а сигетика — один из разделов последней - занимается разработкой технологий, служащих для оформления окружающего звукового пространства: «де­мократия шума» — один из ее «продуктов».

Как мы видим, интерес к результатам изучения языка тела не только теоре­тический, но и чисто практический — широкое применение находит также в криминалистике, судебной медицине, те­атре и т.д.

Понимание несловесных мыслительных актов не исчер­пывается языком жестов - собственно «бессловесными» актами, служащими смысловым эквивалентом слова. Суще­ствуют также внутренние несловесные акты, роль которых предопределена их местом в структуре речемыслительной деятельности. Здесь и объект и субъект мысли, соединен­ные в одном акте, не нуждаются во внешней коммуника­тивной ситуации; до своего «выхода на поверхность» мысль актуализируется во внутренней речи.

Смысл несловесности раскрывается также при обраще­нии к структурам человеческого опыта, к рефлексивным фор­мам сознания, к совокупному опыту Я и другого, к опыту со­вместной духовной работы, к структурам сознания, участву­ющими в передаче знаний, к структурам практического интеллекта и др. Такой взгляд на несловесные мыслительные акты является определяющим в обращении к проблемам внутренней жизни человека, перманентно привлекательной для научно-философскую мысли.

Между тем нам не ясны ни механизмы, порождающие такой внутренний опыт, ни способы их артикуляции. В са­мом деле, какими путями формируются «аристократичес­кие манеры», «дух семьи», «профессиональная тайна», «честь мундира», «сердечные тайны», которые порождают оценки, мотивы действий и поступков и др. До сих пор не сложились развернутые концепции об институте наставни­чества, о механизмах традиции. Весь этот внутренний опыт мы относим к сфере несловесности, расширяя тем самым исходное представление до коллективных его форм. В этом случае термин «несловесность» характеризует уже не «бес­силие» найти соответствующие слова, не сам факт их пря­мого отсутствия, а более сложные когнитивные акты, свя­занные с формированием и развитием знаний.

Новые исследования телесности ведут к необходимос­ти уточнения некоторых положений относительно неявно­го, не артикулированного знания, знания, основанного на практическом интеллекте. Отсюда проблематика рацио- пального обоснования знания, знания, соответствующего норме - центральная для классической эпистемологии, как бы отходит для нас на второй план. И наоборот появляется исследовательский интерес к чувственно-практическому познанию, к внутреннему опыту и др. Представление об опытном знании тем самым существенно расширяется, обо­гащается новыми смыслами. Полагаем, что качественность и немагематизируемость внутреннего опыта, основанного на несловесных мыслительных актах, не является прегра­дой на пути достоверного знания о реальности. Ныне в са­мых разных сферах познания растет понимание того, что успешная трансляция знаний предполагает не одни только рациональные средства, но и строится на основе телесных способов передачи, на разного рода умениях, сформирован­ных в телесном опыте. Умение - это качественный прием, идеология которого строится на отказе от нормативной стра­тегии, на замене другой тактикой, построенной на иных принципах. К их пониманию можно подойти, основываясь на таком круге понятий, как субъективное восприятие, вза­имосогласованный опыт, структуры совместного существо­вания, единое смысловое пространство и др. О новом пово­роте к проблематике «телесных умений» можно судить по стремлению пересмотреть прогнозы в системе образования. Необходимость такого пересмотра вызвана новым взглядом на пути интенсификации труда. Ранее на основе прогнози­рования научно-технического развития такой путь связыва­ли лишь с экстенсивным продвижением новых технологий. Ныне начинает осознаваться необходимость и внекомпью­терной инструментальной базы труда и соответствующей кадровой политики в сфере образования (шведский опыт).

Таким образом, появление ряда новых аспектов иссле­дования, а также новых дисциплин, изучающих язык жес­тов, взаимосвязь сознания и телесности, свидетельствует о расширении пространства изучения несловесности.

Понимание значимости человеческой телесности вы­разилась в появлении самых разнообразных направлений исследования, составивших даже отдельную нишу «фило- ft софию телесности». Сюда примыкает проблематика и об онтологической двойственности человека (соотношение души и тела), и о пространстве телесного бытия, и о значе­нии телесности в жизни человека и др. Столь широко пони­маемая несловесность стала результатом исследований, про­веденных в лингвистике, психолингвистике, коммуникатив­ной психологии, философии, психопоэтике и в других областях знания. Однако и поныне «глубинные уровни ре­чепроизводства все же не доступны для объективного на­блюдения»2. Помимо указанного нами будет широко при­влечен и другой источник аргументации — литературное наследие. В идеях, высказанных «избранными» поэтами и деятелями культуры, мы усматриваем не одну историческую ценность или «украшение текста», а средство, с помощью которого мы надеемся реконструировать возможности не­словесного языка. Владея «тайнослухом» и «тайнозрением»3, эта когорта людей обладает умением «выводить на поверх­ность» самые тонкие струны человеческой души.

Специально оговоримся о том, чего нет в нашей книге из проблематики философии «сознание-тело»: мы не будем затрагивать классическую проблематику «сознание-мозг» (ментальное — физическое); мы не касаемся онтологичес­кого аспекта проблемы «душа-тело», со всем его кругом про­блем (об абсолютной интимности, о переживаниях соб­ственной телесности, о душевной боли, сексуальных чув­ствах, психических наклонностях и др.).

В книгу вошли мои работы последних лет, в которых сделана попытка рассмотреть разные формы несловесного мышления, где я также обсуждаю вопросы о выборе страте­гий, построенных на разных моделях генерализации, об ос­нованиях догматизма. Предшествующие исследования пе­реплелись с новыми темами неведомым даже для меня са­мой образом. Роль практического сознания, основанного на телесности, сголь фундаментальна, что дает ключ к новому пониманию ряда традиционных проблем. Мы попытались покишть эту связь, существующую часто в неявном виде и потому не всегда доступную для полной артикуляции и ис­пользования каузальных средств обоснования. Дальнейшая работа над темой предполагает обоснование ряда выдвину­тых тезисов.

Тематика всей книги строится вокруг несловесного мышления, роль которого в коммуникативных актах одна из первостепенных. Работа состоит из трех разделов. В пер­вом анализируются язык тела, внутренняя речь и внутрен­ний опыт; во втором разделе поднимаются вопросы рекон­струкции несловесности; в третьем — рассматриваются ак­сиологические аспекты проблемы.

Подготовка к ЕГЭ/ОГЭ
| >>
Источник: Абрамова Н.Т.. Несловесное мышление. — М.,2002. - 236 с.. 2002

Еще по теме Несловесное мышление: расширение смысла (предисловие):

  1. Концептуализация предлогов в философском и поэтическом тексте
  2. Несловесное мышление: расширение смысла (предисловие)
  3. Несловесное мышление: