§23.3. Место правового менталитета в структуре правовой культуры

В отечественной теории права соотношение категорий «правовая культура», «пра-

восознание», «правовой менталитет» и «правовое мышление» являются слабо разрабо-

танными.

В переводе с латинского «mentos» – мысль. Менталитет обычно переводят как

«склад ума», «умонастроение», «воображение» и т.д.

«Менталитет, – пишет А.Ю. Мордовцев, – это то, что позволяет представителям

одного социума и (или) типа цивилизации относительно сходно, единообразно воспри-

нимать окружающую действительность, оценивать ее и действовать в ней в соответствии

с определенными, сложившимися в обществе установками и стереотипами поведения,

«понимая» друг друга, сохраняя (благодаря этому) стабильность и целостность нацио-

нального (цивилизационного) пространства»1.

По мнению В.А. Шкуратова, «ментальность можно назвать человеческим измере-

нием исторических макромасс или человеческой активностью, объективированной в

культурных памятниках»2. Он считает, что ментальности присущи особые черты:

1) ментальность не совпадает с понятием «психика», так как применима только к че-

ловеку (а «психика» есть и у животных);

2) ментальность есть содержание (образ, представление, понятие), а психика есть

процесс;

3) «ментальность описывает человеческую активность только в контексте определен-

ного исторического материала (при отбрасывании этого материала термин превращается

в обыденное словоупотребление или становится еще одним обозначением психики, соз-

нания, деятельности)»3;

4) психика индивидуализирована и образует структуру, а ментальность нет;

5) психика описывается в субординационных, более или менее однозначных поняти-

ях, а ментальность – в синонимах со смысловыми различиями, но плохо дифференциро-

ванных по значению.

С точки зрения И.А.

включает в себя сознание и деятельность4. Причем сознание, деятельность и результаты

деятельности в своей совокупности образуют культуру5.

Менталитет шире сознания, но уже понятия «культура». Если менталитет соеди-

нить с результатами деятельности, то получим отождествление менталитета с культурой,

и тогда нет необходимости внедрения в русский язык красивого, но до сих пор многим не

понятного термина «менталитет» (ментальность).

1 Мордовцев А.Ю. Национальный правовой менталитет. Введение в проблему. – Ростов-н/Д,

2002. – С. 14.

2 Шкуратов В.А. Историческая психология. – М., 1997. – С. 119.

3 Там же.

4 Иванников И.А. Теория государства и права. – С. 301.

5 См.: там же. С. 301–302.

Общая теория правовой культуры и правового мышления

388

Думается, что в структуру правового менталитета следует включать правосозна-

ние, юридически значимую деятельность и правовое мышление.

Таким образом, «правовой менталитет, – пишет А.И. Овчинников, – исторически

сложившаяся матрица типизаций юридически значимого поведения и правовых оценок,

схема смыслопостроений, определяющая правовое мышление и остающаяся полностью

неуловимой в рефлексии»1.