ж) Элитарность

Несмотря на продекларированные усилия стереть грань между элитарностью и китчем в правотворчестве, образцы постмодернистского законодательства в целом ориентированы на знающую аудиторию.

Идеологи постмодернизма понимают опасность тотального обвала нравственности в обществе, поэтому оговариваются о том, что элита общества должна сохранять свой нравственный облик[57]. Цинизм данной рекомендации постмодернистов становится тем определеннее, чем глубже так называемая элита современного социума опускает уровень нравственного развития народа. Очевидно, что постмодернизм выражает интересы элитарной субкультуры потенциальных хозяев нового мирового порядка. Оправданность любой теории, утверждается в наши дни, обусловлена соответствием потребностям человека (при этом имеются в виду исключительно потребности элит и той части остального общества, низменные потребности которых весьма выгодны господствующим группировкам). Полезность, а не высшая истина – вот основной критерий, которым руководствуется нынешняя «элита» в юридической регламентации общественной жизни.

Законодательство рассматривается в качестве инструмента проведения в жизнь элитарной идеологии. Закон в современном мире – это программа, которая ставит народы перед лицом требований оторвавшихся от них господ. Подлинное право, основанное на религиозно-нравственных началах, спрограммировать невозможно: каждый отдельный казус необходимо рассматривать индивидуально, переживая всякий раз глубокий совестный акт. Закон позиционируется элитой как обещание, но оборачивается обманом в отношении больших масс народа. Право же всегда реально, поскольку вечны и непреходящи образующие его основу духовно-нравственные постулаты. Закон может использоваться псевдоэлитами в узкокорыстных интересах против правомерных интересов большинства общества.

Элитарность постмодернистской юриспруденции выражается и в том, что обладая системой мультикодирования, она прячет свои подлинные тексты и смыслы так, что обнаружить их и истолковать способна только искушенная публика. Массовая же аудитория предпочитает то, что лежит на поверхности действующих нормативно-правовых актов. Постмодернистская установка на восприятие «поверхностного» слоя права эффективно работает в последние десятилетия – люди не видят глубинной основы права в виде религиозных и нравственных начал.

Постмодернизм декларирует равноценность любого правосознания, как обыденного, так и профессионального. Это разрушительно влияет на право. А в практике современных обществ обеспечивает господство правового нигилизма беспочвенной псевдо-элиты.

На самом деле элитарность юридического постмодерна столь же условна, сколь условна «элита» современного общества, состоящая из временщиков и дегенератов. Таким образом, одной из доминант постмодернизма является смешение низкого и высокого, массового и элитарного.