Массы в традиционном обществе осознают себя через элиты

Когда мы разбираем мифы, предания, хроники и обряды традиционного общества, то имеем дело преимущественно с информацией, касающейся именно сакральных элит. Они отражают ускользающие от нас детали скрытых конфликтов, тонких идеологических и религиозных коллизий, кастовых противоречий, династических проблем, развертывавшихся в лоне элит.

Эти особенности показывают и другую сторону: "за кадром" картины мира сакрального общества остается жизнь "масс", "низших" каст. Количественно "массы" представляют собой большинство, но кастовая система устроена таким образом, что описание и рассмотрение их жизни не считается в традиционном обществе насущной задачей. Иными словами, наличие в традиционном обществе низших каст, т.е. "неэлиты", "массы", ровным счетом ничего не меняет в его содержательной стороне.

"Низшие касты", "массы", те слои традиционного общества, которые не попадают в элиту, отождествляют свое бытие не со своей кастой, а именно с элитой. Простой крестьянин или труженик в таком обществе сакрально переживает и осмысляет себя как персонаж мифа, культа или королевских хроник. В какой-то мере он соучаствует в жизни элит через мифологизированную и архетипическую информацию о ней. Марксисты назвали бы это "отсутствием классового самосознания" у низших каст, у масс. Массы в традиционном обществе не сознают себя как массы, они воспринимают себя как "продолжение элиты".

Это любопытно отражено в православной символике брака: в ходе венчания над женихом и невестой держат царские короны – отсюда слово "венчание", "венец" (т.е. "корона"). В православном таинстве брака человек любого сословия – даже самый низший и обездоленный – выступает в своем архетипическом – царском, княжеском, элитарном качестве; он ритуально отождествляется с властелином.