<<
>>

§ 1. Классическая школа уголовного права

Труды Монтескье и Беккариа, пошатнувшие устои феодального уголовного права, направленные против его жестокости, смертной казни и пыток, религиозной нетерпимости и сформулировавшие гуманистические идеи цивилизованного уголовного права, положили начало классической школы.

Особое место здесь занимает книга Чезаре Беккариа (1738-1794) «О преступлениях и наказаниях», вышедшая в 1764 г. Эта книга по силе своего воздействия на современников и на последующие поколения не имеет себе равных в истории науки уголовного права. Эта книга-памфлет содержала уничтожающую критику жестокости и несправедливости феодального уголовного права и вместе с тем формулировала принципы уголовного права, основанные на идеях просвещения и гуманизма XVIII в. Книга приобрела чрезвычайную известность во всем просвещенном мире, выдержала ряд изданий. В 1765 г. в Швейцарии была отчеканена медаль в честь Беккариа. Католическая церковь, отстаивающая устои феодализма, занесла эту книгу в Индекс запрещенных книг (Index librorum proxibitorum). Блестящий слог, страстность изложения, краткость и ясность мысли, а главное, идеи цивилизованного уголовного права, в ней сформулированные, делают эту книгу актуальной и в наши дни. Каждый юрист должен прочесть книгу Беккариа (русское издание 1939 г. стало библиографической редкостью, однако в 1994 г. книга вновь была издана в России). Сформулируем кратко основные идеи Беккариа[1226].

Взгляды на уголовный закон.

Беккариа вслед за Монтескье провозглашает верховенство закона, причем законодатель не только издает законы, но и толкует их, судья же не может толковать законы, которые подлежат буквальному применению. Закон должен определять преступность и наказуемость деяния. Все граждане должны быть равны перед законом. Беккариа резко выступает против сословного неравенства.

Взгляды на преступление.

Преступление - это только деяние, т.

е. поступок человека, выраженный вовне. Беккариа отвергает ответственность за голый умысел, за слова, мысли, ереси и колдовство, что считалось одним из важнейших постулатов феодального права.

Беккариа (одним из первых) дал материальное определение преступления, считая, что им является только действие, причиняющее тот или иной вред обществу.

Взгляды на наказание.

Право на наказание вытекает, как считает Беккариа, не из требований искупления греха перед Богом или монархом, а из необходимости защитить «общее благо от посягательств отдельных лиц». Поэтому наказание должно применяться лишь тогда, когда в этом имеется «абсолютная необходимость».

Вслед за Монтескье, которого Беккариа считал своим учителем, выдвигается требование соразмерности наказания тяжести преступления. Он предлагал создать «точную и всеобщую лестницу преступлений и наказаний», в которой бы «отражалась их соразмерность».

«Наказание, - писал Беккариа, - должно быть умеренным, гуманным, а не жестоким. Уверенность в неизбежности, неотвратимости хотя и умеренного наказания, произведет, «всегда большее впечатление, чем страх перед другим, более жестоким наказанием, но сопровождаемым надеждой на безнаказанность».

Цель наказания - не возмездие, а воспрепятствование виновному вновь нанести вред обществу (то, что мы называем частной превенцией) и удержать других от совершения преступления (общая превенция). Беккариа считал, что целесообразней предупредить совершение преступления, чем затем наказывать за него.

Беккариа, в принципе, против смертной казни. Он допускает ее, лишь когда она является единственным средством удержать других от совершения преступления или «когда нация возвращает или теряет свою свободу или во время анархии, когда беспорядок заменяет законы». Интересно, что когда в Конвенте во время Французской революции решался вопрос о казни Людовика XVI, в обоснование применения к нему смертной казни были положены соображения Беккариа.

Взгляды Беккариа оказали решающее влияние на развитие науки и законодательства последующего периода.

Представители классического направления были во многих странах Европы: в Англии - Бентам (1748-1832), во Франции - Росси (1787-1848), в Германии - Кант (1724-1804), Гегель (1770-1831), А. Фейербах (1775-1833), Грольман (1775-1829), в России - Таганцев (1843-1923), Сергеевский (1849-1910), в Украине - Кистяковский (1833-1885), Владимиров (1844-1917) и многие другие.

Большое влияние среди сторонников классической школы имело ее германское направление, которое развивалось под воздействием философии Канта и Гегеля.

И. Кант - знаменитый философ, впервые сформулировавший идеи правового государства, создавший свою теорию уголовного права.

Взгляды на уголовный закон.

Разум диктует воле человека определенные правила должного поведения. Эти правила Кант называет императивами. Поскольку разум диктует эти правила безусловно - они не просто императивы, а категорические императивы. Те из них, которые касаются этики, нравственности, - дают понятие морального закона, те же, что касаются права, - становятся юридическим законом. Таким образом, уголовный закон - это категорический императив. Он является априорным синтетическим суждением, требующим от человека руководствоваться в своей деятельности следующим правилом: «поступай так, чтобы твоя свобода могла сосуществовать со свободой всех людей».

Взгляды на преступление.

Преступление - есть действия, нарушающие уголовный закон, т. е. категорический императив. При этом источником преступления является свобода воли. Воля, по Канту, не зависит от внешних причин, она свободна, автономна, индетерминирована. Свободная воля - это такая причина, которая не имеет никакой причины, это первопричина всех поступков, не подчиняющаяся необходимости. Это положение, по мнению Канта, не требует доказательства - это вещь в себе, в нее можно только верить, но нельзя познать.

Взгляды на наказание.

Кант - создатель теории материального возмездия. Категорический императив требует должного поведения и включает в себя идею наказания за недолжное поведение.

Наказание - есть осуществление справедливости. Оно не ставит себе никаких утилитарных целей. Это справедливое возмездие, самоцель, оно назначается лишь потому, что совершено преступление. Кант доводил свое учение о наказании до абсурда. Он писал, что если бы гражданское общество должно было прекратить свое существование, то должен быть наказан последний убийца, находящийся в тюрьме и приговоренный к смерти (Fiat justitia pereat mundus - Да свершится правосудие хотя бы погиб мир).

Наказание есть воздаяние злом за зло, причиненное преступлением. Соразмерность наказания Кант понимает как jus talionis.

Приведем лишь одну его мысль из «Метафизики нравов». Кант спрашивает: «Каков род и размер наказания, которое бы отвечало принципам справедливости?». И отвечает: «Никакой иной, как только принцип равенства (в положении стрелки на весах справедливости) - не склоняться ни на одну, ни на другую сторону. Таким образом, зло которое ты причиняешь другому из народа без его вины, ты причинил самому себе. Если ты его оскорбляешь, то ты оскорбляешь самого себя; если ты его обкрадываешь, то ты обкрадываешь самого себя; бьешь ты его, ты бьешь себя; убиваешь ты его - ты убиваешь самого себя. Только право возмездия (jus talionis), но непременно перед судом (а не в твоем частном суждении) может определенно указать и качество и количество (размер) наказания». В соответствии с этим предлагается и система наказаний: за убийство - смертная казнь; за изнасилование и мужеложство - кастрация; за безнравственные преступления - изгнание из общества; за оскорбление - унизительное извинение перед потерпевшим, за имущественные преступления - уголовное рабство (каторга) на разные сроки.

Г. Гегель - знаменитый немецкий философ, создатель диалектического метода, развивал свои идеи и в области уголовного права.

Взгляды на уголовный закон.

Право - это некая абстрактная общая воля в своем проявлении. Уголовный закон - это тоже общая воля (тезис), которую нельзя нарушать. Гегель выступает за издание уголовного кодекса, который он считал более развитой формой права, чем сборники обычного права или права прецедентов.

Он считал, что кодекс должен быть написан в доступной для людей форме и доведен до сведения населения.

Взгляды на преступление.

Гегель выступал против наказуемости преступных намерений и мыслей, считая, что уголовной ответственности может подлежать совершенное лицом преступное деяние.

Он был против объективного вменения, считая, что уголовная ответственность возможна лишь при наличии умышленной вины. Преступление, как считал философ, это нарушение права, общей абстрактной воли, отпадение от этой воли, т. е. нечто неразумное. Оно представляет собой отрицание общей воли, отрицание права (антитезис). Так как преступление неразумно, то оно не должно существовать, ибо разумное только и есть действительное.

Взгляды на наказание.

Наказание есть восстановление права. Если преступление - это отрицание права, то наказание - это отрицание отрицания права (синтезис). Наказание снимает преступление, делает его бывшим, ничтожным, как бы никогда не существовавшим. Поэтому наказание не преследует никаких утилитарных целей, оно - самоцель. Оно есть результат свободной воли преступника, который сам себе требует наказания. Самим фактом совершения преступления преступник дает согласие на применение наказания. Однако наказание, как правило, не талион (кроме убийства), а должно соответствовать по своей тяжести совершаемому преступлению.

А. Фейербах, отец известного философа-материалиста Людвига Фейербаха, переведший философские концепции немецкой классической философии на ясный и четкий язык юриспруденции. Он дал латинские формулировки основных принципов уголовного права, которые, по его словам, не подлежат какому бы то ни было исключению. Это - nullum crimen sine lege; nulla poena sine lege; nulla poena sine crimine, nullum crimen sine poena legali. Эти формулировки, являясь отражением в уголовном праве сущности правового государства, сторонником которого вслед за Кантом был Фейербах, служат и в наше время важнейшими критериями оценки уголовного права - как права цивилизованного.

Фейербах был составителем одного из первых кодексов XIX в., в котором воплотились его идеи - Баварского Уголовного Уложения 1813 г., действовавшего почти до объединения Германии в 1870 г. Фейербах оказал большое влияние на развитие науки уголовного права не только в Германии, но и за ее пределами.

Взгляды на уголовный закон.

Закон, по Фейербаху, всеобщ и необходим, он угрожает каждому, кто повинен в преступлении. Он, вслед за Кантом, считал уголовный закон категорическим императивом, подлежащим обязательному исполнению. Этот категорический императив выражается в формуле nullum crimen, nulla poena sine lege. Он выступал за резкое сужение судейского усмотрения, за установление абсолютно определенных санкций, сумев это воплотить в УК Баварии 1813 г.

Взгляд на преступление.

Преступление - это действие, опасное для общества и хотя оно вызывается свободной волей, оно подчинено закону причинности, детерминировано. Причиной преступления является стремление человека получить удовольствие или избежать неудовольствия, т. е. чувственная природа человека. Фейербах создал научную основу для разработки важнейших институтов уголовного права - состава преступления, вины, покушения, соучастия и др. Он различал объективные и субъективные основания уголовной ответственности (преступное деяние, запрещенное законом, и вину лица - умысел, и неосторожность, и их виды и степени).

Взгляды на наказание.

Они воплотились в так называемой фейербаховской теории психологического принуждения. Так как преступление возникает, по Фейербаху, из чувственных побуждений человека, то нужно что-то противопоставить этим стремлениям. Эту роль играет наказание, для чего необходимо, чтобы каждый был убежден, что за совершение преступления он понесет больше страданий, чем то неудовольствие, которое он испытывает при воздержании от совершения преступления. Наказание выступает в роли контрмотива. Оно своей угрозой заставляет человека остановиться и не совершать преступления. Применение наказания за преступление и делает угрозу наказанием, предусмотренном в уголовном законе, вполне реальной.

Эта теория общего предупреждения, по-сушеству представляет собой теорию устрашения. Она имела много сторонников, но и не меньше противников.

Грольман - видный современник Фейербаха, выдвинул идею специального предупреждения, считая, что целью наказания является предупреждение преступлений путем воздействия на осужденного. Это достигается либо устрашением преступника, к которому применено наказание, либо тем, что он лишается физической возможности совершить новое преступление. В связи с этим Грольман был за широкие рамки усмотрения судей при применении наказания. Спор между сторонниками Фейербаха и приверженцами Грольмана проходит через все XIX столетие и намного переживет этих криминалистов. Возникновение т. н. смешанных теорий о целях наказания во многом сняло остроту этих споров.

Наиболее видными представителями русской школы классиков являлись Н. С. Та- ганцев и работавший в Киеве А. Ф. Кистяковский.

Н.              С. Таганцев - автор не имеющего аналогов Курса уголовного права, над которым он работал около тридцати лет. Последнее издание 1902 г. «Русское уголовное право. Лекции» в двух томах, переиздано в 1994 г. и стало доступным для всех юристов.

Н.              С. Таганцев был умеренным либералом, сторонником точного применения уголовных законов, глубоко разработал проблемы почти всех институтов уголовного права, резко выступал против смертной казни. «Сделать преступление посредством наказания небывшим невозможно, - писал он, - никакое наказание убийцы не воскресит убитого, смерть дает в результате не жизнь, а две смерти». И далее: «Угроза смертной казнью, если она из десяти преступников не применяется к девяти, менее действенна, чем угроза тюрьмой, если только угроза неминуемо осуществляется по отношению ко всякому преступлению». Таганцев резко выступал против идей социологов об опасном состоянии: «Наказывая же за преступные склонности, возможность будущих нарушений, мы даем страшное оружие деспотизму власти, уничтожаем существование всякой свободы».

Либеральных взглядов придерживался и А. Ф. Кистяковский, учебник которого по Общей части уголовного права выдержал несколько изданий. Особенно резко Ки- стяковский выступал против смертной казни, издав по этому вопросу отдельную книгу. В своих работах он дал убедительную критику антропологического направления и в то же время использовал при исследовании институтов уголовного права не только юридический метод, но и социологические характеристики[1227].

Классическая школа оказала решающее влияние на содержание как ранних кодексов (УК Франции 1791 и 1810 гг. Баварское Уложение 1913 г.), так и на более поздние кодификации (Германское Уголовное уложение 1871 г., Голландское Уголовное Уложение 1881 г., Итальянский УК 1889 г., Русское Уголовное Уложение 1903 г., главным составителем которого был тот же Н. С. Таганцев). Да и в XX в. принимавшиеся в различных странах кодексы, хотя и испытали на себе влияние социологической школы, сохранили все основные положения, развитые классической школой, и присущие уголовному праву любого цивилизованного государства (например, УК Бельгии 1930 г., Швейцарии 1950 г., Швеции 1965 г., Австрии 1975 г., Франции 1992 г., Испании 1995 г.).

В советской литературе было дано однобокое освещение идей классической школы. Если признавалась гуманистическая ее направленность в период борьбы с феодализмом, то после прихода к власти буржуазии классическая школа рассматривалась как течение реакционное, направленное на апологетику существующего строя. Такой подход, по существу, перечеркивал те достижения прогрессивной уголовно-правовой мысли, которые были сделаны этой школой. Конечно, у классиков были недостатки, главными из которых следует считать чисто юридическое мировоззрение, рассматривающее уголовное право в отрыве от социальной действительности, увлечение абстрактными конструкциями и контроверзами, нормативизм, сводящий исследование лишь к логическому построению юридических понятий, отсутствие в ряде случаев историзма в изучении преступления и наказания и некоторые другие. Однако эти недостатки не могут заслонить всего того, что сделано классической школой в отстаивании цивилизованных основ уголовного права. Основные идеи этого направления сохраняются и сейчас как в теории, так и в уголовном законодательстве всех демократических государств.

§ 2. Антропологическая школа уголовного права

Антропологическая школа возникла в начале 70-х годов XIX в. К этому времени развитие промышленности, рост городов, люмпенизация населения и ряд других факторов привели к значительному росту преступности (особенно профессиональной) во многих странах. Общество искало объяснения этому феномену, доискивалось до причин преступности, требовало разработки соответствующих мер, которые могли послужить хотя бы сдерживающими это явление средствами. Именно тогда и появилась антропологическая школа, которую часто называют ломброзианством по имени ее зачинателя, итальянского тюремного врача Чезаре Ломброзо (1836-1909). Идеи Ломбро- зо получили свое развитие в работах его ученика Ферри (1856-1929) и другого итальянского юриста Гарофало (1851-1934). Вот почему антропологическую школу иногда называют итальянской школой уголовного права. Эти «три мушкетера», как их именовали современные им криминалисты, и явились главными представителями этого направления. Философской основой ломброзианства являлся вульгарный материализм Бюхнера, Фохта и Молешотта, который, как известно, биологизировал все общественные явления. Чтобы представить себе эту вульгарную философскую базу достаточно привести следующие слова того же Молешотта: «Пока яванцы будут питаться рисом, а суринамские негры мукой, они будут подчиняться голландцам и англичанам, ибо мозг последних, ввиду употребления мясной пищи, больше, чем у аборигенов». Идею био- логизации общественных явлений ломброзианцы перенесли на преступность, объявив ее явлением биологическим. Если преступность - биологическое явление, то с ним следует бороться не путем наказания, а применения жестоких мер репрессии, превентивных мер безопасности. Отсюда отказ от демократических институтов цивилизованного уголовного права, отстаивание реакционных мер борьбы с преступностью.

Свои взгляды Ломброзо сформулировал в работе «Преступный человек» (18721876 гг.):

а) преступление - такое же явление, «как зачатие, рождение, смерть, психические болезни»;

б) причины преступлений заложены в самой биологической природе человека;

в) главное место должно занимать не деяние, а деятель - преступник, его нужно изучать, применяя соответствующие методы измерения.

Ломброзо развил свое учение о прирожденном преступнике, который от рождения обладает определенными клеймами-стигматами.

Внешние стигматы - это, например, отклонение размера головы от типа, присущего расе, чрезмерные размеры челюстей и скул, асимметрия лица, чрезмерно малый или большой размер ушей, оттопыренных, как у шимпанзе, нос плоский - у воров, или орлиный, либо острый - у убийц, или с раздутыми ноздрями, изобилие, разнообразие, преждевременность морщин, дефекты грудной клетки, чрезмерная длина рук, излишнее число пальцев и т. п. Об отдельных преступниках он писал: «Как правило, воры обладают подвижностью рук и лица, небольшими, подвижными, беспокойными, зачастую косыми глазами. Привычные убийцы имеют холодные, стеклянные глаза, неподвижные и иногда наполненные кровью, челюсти сильные, скулы широкие, клыки хорошо развиты» и т. п.

Внутренние стигматы - пониженная чувствительность к боли, повышенная острота слуха, обоняния, осязания, большое проворство, повышенная сила левых конечностей, отсутствие раскаяния или угрызений совести, цинизм, предательство, жестокость, тщеславие, мстительность, леность, любовь к оргиям и азартным играм, распространенность татуировки, особый язык «арго».

Прирожденный преступник - это явление атавизма, он воспроизводит черты дикаря. Под влиянием критики, - с одной стороны, названные Ломброзо стигматы выявились у многих людей, в том числе у видных государственных деятелей, с другой - в книге Моргана «Древнее общество» было показано, что дикари не обладают теми чертами, которые Ломброзо нашел у преступников. Он изменил свою точку зрения, признав, что преступник - это морально-помешанный человек (помешательство в области этики), а затем уже утверждал, что преступник - это эпилептик. Однако многие закоренелые преступники не обнаруживают никаких признаков эпилепсии, а многие эпилептики никогда никаких преступлений не совершают.

Если преступление, как считали антропологи, - это биологическое явление, то наказание не может достичь своей цели, надо отказаться от понятий вменяемости и вины, моральной ответственности. Надо применять вместо этого меры безопасности к лицам, обладающим стигматами преступника. «Пора перестать жалеть преступника, - говорили антропологи, - надо пожалеть и общество». Они выдвигали требования отказа от суда присяжных, замены судов медицинскими учреждениями. Как говорили критики Ломброзо, для него не нужен суд, а надо действовать по правилу «измерил, взвесил и повесил».

Ломброзо - за широкое применение смертной казни: это, по его мнению, искусственный отбор в обществе, в результате которого должны быть уничтожены привычные преступники. Антропологи - за широкое применение ссылки преступников в колонии, в малярийные местности на пожизненную каторгу, телесные наказания, рас- стрижение женщин за совершенные преступления и т. п. «Мы должны, - писал Лом- брозо, - отказаться от современного сентиментального отношения к преступнику: высшая раса всегда притесняет и истребляет низшую - таков закон человечества. Где дело идет о спасении высшей расы, там не может быть места жалости». Эти расистские взгляды широко использовались фашизмом и сейчас распространены среди некоторых американских криминологов.

Реакционная программа антропологов не могла быть принята ни теорией уголовного права, ни законодателем того времени ввиду своей антинаучности и также потому, что сводила уголовное право к средству расправы над человеком ввиду его биологических характеристик. Отметим, что в Украине, да и в России сторонников ломброзианства среди юристов почти не было. После посещения Ломброзо в 1897 г. Ясной Поляны, Л. Толстой записал в своем дневнике: «Был Ломброзо, ограниченный, наивный старичок». Его взгляды Толстой считал «полным убожеством мысли, понимания и чутья». Это понял Энрико Ферри (1856-1929), который уже стоял ближе к социологической школе. Не отрицая биологических факторов преступности, Ферри указал еще на теллурические (климат, географическая среда) и социальные факторы, влияющие на преступность, выдвинул идею субститутивов (заменителей) наказания - мер социального характера, сформулировал уголовно-статистический закон уровня «уголовной насыщенности» преступности в каждой данной среде в определенный момент, предвосхитив тем самым многие идеи социологической школы. Подчеркивая реакционность антропологической школы, следует вместе с тем отметить, что она дала толчок к изучению личности преступника, а также явилась предтечей нового социологического направления, которое оказало большое влияние не только на развитие науки уголовного права, но и на уголовное законодательство как конца XIX, так и XX вв.

<< | >>
Источник: М. И. БАЖАНОВ. Избранные труды / М. И. Бажанов ; [сост.: В. И. Тютюгин, А. А. Байда, Е. В. Харитонова, Е. В. Шевченко ; отв. ред. В. Я. Таций]. - Харьков : Право,2012. - 1244 с. : ил.. 2012

Еще по теме § 1. Классическая школа уголовного права:

  1. § 2. Уголовное право Франции
  2. § 3. Уголовное право ФРГ
  3. § 6. Наука уголовного права
  4. § 1. Уголовное право Франции и Германии
  5. § 1. Классическая школа уголовного права
  6. § 3. Социологическая школа уголовного права
  7. Уголовное право и процесс
  8. Уголовное право и процесс
  9. Уголовное право
  10. Уголовное право и процесс
  11. Уголовное право
  12. Уголовное право и процесс
  13. Уголовное право
  14. 24. “Неоклассическая школа” в праве.
  15. § 2. Классическая школа уголовного права
  16. § 3. Антрополого-социологическая школа
  17. ПРОГРАММА СПЕЦКУРСА УГОЛОВНОЕ ПРАВО СОВРЕМЕННЫХ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН (Англии, США, Франции и Германии)
  18. § 4. Уголовное право в буржуазный период (1861-1917 гг.)
  19. § 4. РЕАКЦИОННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ B УГОЛОВНОМ ПРАВЕ И ПРОЦЕССЕ
  20. § 1. Понятие и социально-правовая сущность множественности преступлений в уголовном праве России