<<
>>

ЛИДЕРСТВО — БЛАГО ИЛИ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ?

Помимо отмеченного выше, само развитие международной ситуации подталкивало Запад к серьезной корректировке целевых, стратегических, функциональных установок союза (поскольку ни один из его членов не хотел его роспуска).
Здесь следует выделить по крайней мере три обстоятельства, имевших наибольшее значение для содержания и формы этих корректировок.

Первое — это тенденция к глобализации современного мира, в том числе международных отношений. «Наш мир все теснее срастается, и тенденция идет однозначно в направлении создания мировой экономики и мировой цивилизации... Благодаря самой современной информационной технологии и средствам коммуникации, а также на основе становящегося все более свободным перемещения капиталов, товаров и людей, наш земной шар превращается в «глобальную деревню» , — пишет Ромен Кирт, советник правительства Люксембурга. В свою очередь Г. Брундтланд, в прошлом — премьер-министр Норвегии, выделяет в этом процессе последствия глобализации, отмечая, что «глобализация пришла на смену холодной войне в качестве рамок, определяющих поведение на международной арене, а конкурентоспособность тем временем заменила национальную безопасность в качестве доминирующего фактора государственной политики»9.

В самом деле, хотя национальное государство остается основным субъектом международных отношений, так же как и категория национального суверенитета и национального интереса, современное развитие технологии, информационная революция, экономическая экспансия, неделимость безопасности, общие тенденции общественного развития в сторону увеличения числа демократических государств и сокращения авторитарных, возрастания роли интернациональных институтов делает мир не только все более взаимозависимым, но и все более единым организмом.

В результате международное сообщество постепенно превращается в международное общество, субъекты которого должны руководствоваться в своей деятельности универсальными правилами поведения.

Поэтому на первый план в системе международных отношений выходит проблема управления глобальными процессами, и это управление должно осуществляться таким образом, чтобы поддерживать в стабильном состоянии функционирование и развитие международной системы. Поскольку Атлантический мир исторически является генератором процессов глобализации, он в большей мере, чем кто-либо, несет ответственность за эффективность глобального управления этими процессами, что объективно расширяет зону его ответственности и на этом направлении.

Второе — существование однополярного мира. Крах мирового социалистического содружества и распад СССР были одновременно крахом послевоен-

U U / U \ с»

ной биполярной (ялтинско-потсдамской) структуры международных отношений. Даже в масштабах Европы ни одно из государств, традиционно влияющих на ее судьбы, — Россия, Германия, Великобритания, Франция — не могут сегодня претендовать на европейское лидерство, не говоря уже о международном (ВВП Соединенных Штатов, приближается к 9 трлн. долл. — это более чем ВВП Японии, Китая, ФРГ, Франции и Великобритании, вместе взятых, и более чем в 20 раз превышает соответствующие показатели России). Более того, на это даже не может претендовать (во всяком случае пока) такое объединение, как Европейский Союз. В этих условиях США, единственная оставшаяся сверхдержава, объективно заняли лидирующее положение в системе международных отношений. В настоящий момент и на ближайшую перспективу никакое другое государство не может бросить им вызов и оспорить их монополию на преобладание. Причем само американское общество, как кажется, не уверено, чем для него оборачивается это лидерство — бременем или благом.

Правящая элита Западной Европы, например, при всем своем недовольстве неоспоримым лидирующим положением США признает американское преобладание, полагая, что ни одна значительная проблема в мире, особенно в системе международных отношений, не может быть сегодня решена без их участия или при их активном сопротивлении.

На ранней стадии это стало очевидно в ходе операции «Буря в пустыне», позже — в процессе югославского кризиса. Попытки Москвы, а в период югославского кризиса и Западной Европы, стать решающим фактором в разрешении обеих кризисных ситуаций оказались безуспешными. Некоторые политики и государства в своей официальной позиции не признают единоличного американского лидерства в современном мире или указывают на отрицательные последствия этого явления (особенно Россия и Китай). Эта критическая оценка, вполне вероятно, в чем-то и справедлива, но это не меняет той реальности, что в нынешнем мире именно Соединенные Штаты определяют тенденции мирового развития. А это объективно отводит им ведущую роль в формировании зоны ответственности Евро-Атлантического мира. По мнению Р. Блэкуилла из Совета по внешним сношениям (Нью-Йорк), в этой ситуации задача Европы состоит в том, чтобы «помочь Соединенным Штатам сформировать международную систему для новой эпохи»10.

Третье — ослабление ответственности ООН за состояние международной безопасности. Это происходит, прежде всего, потому, что организация не отражает новой конфигурации сил, сложившейся в мире через полвека после ее создания, она по-прежнему выражает главным образом волю победителей во второй мировой войне. Между тем ряд ее членов, пользующихся исключительным влиянием в организации, не обладают адекватным влиянием на международной арене (например, Великобритания, Франция, Россия). В то же время другие страны, обладающие огромным воздействием на формирование международной среды (Индия, Япония, ФРГ, Бразилия и др.) не имеют адекватных прав в ООН; японский взнос в бюджет ООН в 20 раз превышает российский, немецкий — в 10 раз, итальянский — в 5,5 раза11.

Многие политики считают отжившим право вето, которым обладают пять великих держав, настаивают на более демократическом принципе принятия решений путем простого большинства. Между тем за минувшие полвека ООН превратилась в огромный дорогостоящий бюрократический механизм, теряющий ответственность и способность творчески реагировать на новые вызовы, возникающие

в международной сфере. Не случайно многие из новых проблем мировой политики решаются сегодня не в ООН, а в системе двусторонних или многосторонних отношений держав за ее пределами, в рамках «семерки», «восьмерки», ЕС, НАТО, СНГ, контактных групп и т.д. Основной орган ООН — Совет Безопасности — может работать только в условиях достижения предварительного консенсуса пяти великих держав. Если же между ними наличествуют разногласия, то он просто теряет способность выполнять свои функции. Так было в годы холодной войны, так произошло и недавно в ходе югославского кризиса, когда между постоянными членами СБ обозначились определенные разногласия (причем иногда — как в случае с Китаем — по мотивам, не имеющим к самому кризису никакого отношения). То есть СБ так и не нашел ответа на вопрос — как решать ту или иную проблему в условиях несогласия между великими державами.

По мнению ряда экспертов, ООН должна пересмотреть некоторые из своих принципов. А Генеральный секретарь К. Аннан, в частности, предлагает «не рассматривать национальные границы как препятствие для интервенции миротворческих соединений, вводимых СБ с целью защиты прав человека, не рассматривать понятия «территориальной целостности», суверенитета государства в качестве «священной коровы». Уход ООН (СБ) от реальности, неспособность быть лидером происходящих в мире изменений приводит к тому, что отдельные государства пренебрегают решениями ООН (СБ), как это неоднократно делал Израиль, или действовать в обход этой организации. Вакуум, возникший в сфере ответственности ООН за международную безопасность, заполняется региональными организациями и прежде всего такими, как НАТО, имеющей структуры, позволяющие осуществлять ответственность в новых условиях. Отсутствие собственных вооруженных сил ООН (как это первоначально было предусмотрено ее Уставом) также затрудняет осуществление миротворческих миссий или опера-

U и /—11—1 U

ций, ставя выполнение решений СБ в известной мере в зависимость от государств (союзов), согласных (способных) выделить необходимые военные кон- тингенты для проведения санкционированной миротворческой операции или профинансировать ее.

Атлантический мир, возникший в иную эпоху и с иными целями, не может не приспосабливаться соответствующим образом ко всем этим новым факторам и обстоятельствам. Причем вопреки ожиданиям и предсказаниям многих отечественных и зарубежных экспертов это приспособление ведет не столько к свертыванию активности альянса, сколько к ее расширению, прежде всего к расширению зоны ответственности союза.

<< | >>
Источник: Т.А. Шаклеина. Внешняя политика и безопасность современной России. 1991-2002. Хрестоматия в четырех томах Редактор-составитель Т.А. Шаклеина . Том II. Исследования. М.: Московский государственный институт международных отношений (У) МИД России, Российская ассоциация международных исследований, АНО «ИНО-Центр (Информация. Наука. Образование.)»,2002. 446 с.. 2002

Еще по теме ЛИДЕРСТВО — БЛАГО ИЛИ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ?:

  1. 5.12. Психологическое обеспечениенововведений в правоохранительных органах
  2. Глоссарий
  3. 2.3. Стили руководства при командной работе
  4. Типология на основе акцентуации личности.
  5.   Долинская В.В. Акционерное право. -М., 1993.
  6.   §3. Внешние и внутренние факторы изменения политики Вашингтона в АТР.  
  7. Методика экспресс-диагностики характерологических особенностей личности (опросник Айзенка)
  8. 3. Организация и деятельность государственных органов по созданию системы мер по борьбе с коррупцией в России
  9. § 4. Субъекты власти
  10. Критика капиталистического общества
  11. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  12. 6.5. Вовлеченность в систему власти
  13. Понятие лидерства. Лидер как роль. Типы лидеров. Функции лидера в организации. Стили лидерства. Личность лидера. Мотивация лидерства.
  14. Глава 3. Польский вопрос и полонистика в 1860-е – 1870-е гг.