Глава 4 ВЯЧЕСЛАВ МИХАЙЛОВИЧ МОЛОТОВ: «НЕ ВСЕМ ЖЕ БЫТЬ ГЕНИЯМИ»

Был момент, когда Молотов при желании мог бы возглавить страну. Микоян вспоминает, что в один из последних дней июня 1941 года члены политбюро собрались у Молотова. Пришли Маленков, Берия, Ворошилов, Микоян, Вознесенский.

Неожиданно Вознесенский сказал :

—Вячеслав, иди вперед, мы пойдем за тобой.

Все поняли это в том смысле, что если Сталин не способен руководить страной в критический момент, то государство должен возглавить Молотов— в глазах всего народа он второй человек в стране.

Поехали к Сталину. Тот сидел в кресле в столовой. Увидев членов политбюро, как бы вжался в кресло и спросил :

—Зачем приехали ?

«Вид у него был настороженный, какой-то странный. Неменее странным был и заданный им вопрос,— писал Микоян.— Ведь, по сути дела, он сам должен был нас созвать. У меня не было сомнений: он решил, что мы приехали его арестовать ».

Молотов сказал, что необходимо сконцентрировать власть в одних руках и создать для этого Государственный Комитет Обороны.

—Кто во главе?— выдавил из себя Сталин.

—Сталин,— хором сказали все.

—Хорошо,— только и сказал Сталин.

Этот эпизод врезался в память всем, кто ездил тогда к Сталину.

Арестованный в июне 1953 года Берия написал из бункера, где его держали, товарищам по президиуму ЦК записку. Он укорял Молотова : «Вы прекрасно помните, когда в начале войны было очень плохо, и после нашего разговора с т-щем Сталиным у него на ближней даче Вы поставили вопрос ребром у Васв кабинете в Совмине, что надо спасать положение, надо немедленно организовать центр, который поведет оборону нашей страны, я Вас тогда целиком поддержал и предложил Вам немедля вызвать на совещание т-ща Маленкова, а спустя небольшой промежуток времени подошли и другие члены Политбюро, находившиеся в Москве. После этого совещания мы все поехали к т-щу Сталину и убедили его о немедленной организации Комитета Обороны Страны со всеми правами ».

Может быть, в тот день Молотов и упустил свой шанс. Через четверть века он попытается стать первым человеком в стране, но будет поздно.