Реформации, начиная с 1526: неизбежность цезарепапизма

Миконий писал из Базеля Кальвину в 1542 году, что профаны выдвинули догму valde turbulentum et pestilens* а именно: «сенат есть церковь»; они присвоили себе право на отлучение. Всю прежнюю папскую власть в настоящее время они передают в распоряжение магистрата, выставляя в качестве довода то, что Моисей как светский властитель отдавал Аарону свои распоряжения, а Давид и другие набожные цари повелевали левитами.

Народ рассматривал женатых священников не иначе, как живущих в конкубинате, и жалобы реформаторов на пренебрежение к духовному сословию имели, в частности, названное основание84.

Протестантское католичество так и не появилось на свет; даже кальвинизм лишь единственный раз добился организации Synodus Dordracena (Дордрехтский Синод), хотя исповедующие его страны позже значительно теснее были связаны друг с другом в религиозном отношении. Лютеранству, напротив, знакомы исключительно территориальные церкви (частью очень маленькие). У него не было ни средств, ни воли, чтобы сложиться в некое большое сообщество, и оно в слишком значительной мере стало делом отдельных правительств; последние же, без сомнения, запретили крупные синоды и подобные им организации как покушающиеся на их господство. Цезарепапизм, практикуемый отдельными правительствами, является врагом всякой общности.

С этих пор протестантизм как религия не в состоянии выдвинуть своей волей авторитет, обладающий всеобщим влиянием.

56.