<<
>>

§15. Эквивокации в высказываниях о значении и об отсутствии значения (Bedeutungslosigkeit), которые связаны с этими различениями

Когда мы применяем термины «значение» и «смысл» не просто к содержанию интенции значения (которая неотделима от выражения как такового), но также и к содержанию осуществления значения, обнаруживается, конечно, весьма неприятная эк- вивокация.

Ибо, как уже следует из предварительных замечаний, посвященных факту осуществления, два взаимосвязанных акта, в которых конституируется интендирующий и осуществляющий смысл, ни в коем случае не являются тождественными. То, что, однако, подталкивает к переносу тех же самых терминов с интенции на ее осуществление, так это своеобразие единства осуществления как единства отождествления или совпадения (Deckung); и таким образом вряд ли можно избежать эквивокации, которую мы стремились обезвредить путем модификации прилагательных. Само собой разумеется, что мы и далее будем понимать под «значением как таковым» то значение, которое, как тождественное в интенции, присуще выражению как таковому.

Значение выступает для нас, далее, как термин равнозначный смыслу. С одной стороны, как раз относительно этого понятия удобно иметь параллельные, взаимозаменяемые термины, и особенно в такого рода исследованиях, где должен быть исследован именно смысл термина значение. Но скорее здесь учитывается другое, а именно глубоко укоренившаяся привычка употреблять оба слова как равные по значению. Это обстоятельство позволяет усомниться в попытке различить их значения и (как предложил, например, Г. Фреге39) одно понятие употреблять для значения в нашем смысле, а другое — для выраженного предмета. Прибавим к этому, что оба термина как в научном, так и в обыденном словоупотреблении обременены теми же самыми эквиво- кациями, которые мы различили выше, когда речь шла о выраженности (Ausgedrucktsein), и к которым присоединяются еще и другие. Нанося ущерб логической ясности (и нередко в пределах одного и того же рассуждения), под смыслом, или значением, соответствующего выражения понимают то акты, о которых извещают, то идеальный смысл, то получившую выражение предметность.

Так как недостает устойчивого терминологического разделения, сами понятия, утрачивая ясность, переходят друг в друга.

В связи с этим возникают фундаментальные смешения. Все снова и снова смешиваются, например, универсальные и двусмыс-

ленные имена, когда, не обладая твердыми понятиями, не могут различить многозначность (Vieldeutigkeit) последних и поливалентность (Vielwertigkeit) первых, а именно их способность предикативно относиться ко многим предметам. И опять-таки с этим связана нередко обнаруживающаяся неясность относительно подлинной сущности различия между собирательными и универсальными именами. Ибо в тех случаях, когда осуществляются собирательные значения (kollektiveBedeutungen), в созерцании дана множественность, другими словами, осуществление расчленяется на множественность отдельных созерцаний, и тогда в самом деле может показаться, если здесь не разделены интенция и осуществление, что соответствующее собирательное выражение имеет много значений.

И все же для нас важнее точно различить эквивокации, наносящие своими последствиями большой ущерб, когда речь идет о значении исмысле, а также, соответственно, олишенных значения, или бессмысленных выражениях. Если мы отделим смешивающиеся понятия, то образуется следующий ряд.

  1. Понятию выражения принадлежит то, что оно имеет значение. Именно это отличает его от прочих знаков, как это мы разъяснили выше. Выражение, не имеющее значения, вообще не есть, собственно говоря, выражение; в лучшем случае оно есть нечто такое, что притязает быть выражением или кажется таковым, в то время как при ближайшем рассмотрении оно вовсе не является выражением. Сюда относятся артикулированные звуки, подобные словам, как абракадабра, с другой стороны, также комплексы действительных выражений, которым не соответствует цельное значение, в то время как они — по своему внешнему виду — все же, кажется, претендуют на таковое. Например, зеленый есть или.
  2. В значении конституируется отношение к предметности.
    Таким образом, употреблять выражение со смыслом и, выражая [нечто], относиться к предмету (представлять предмет) есть одно и то же. При этом совершенно не играет роли, существует ли предмет, или же он фиктивен (если он вообще возможен). Если положение: «выражение вообще имеет значение вследствие того, что оно относится к предмету» интерпретируется в собственном смысле, а именно что этот смысл включает в себя существование предмета, тогда выражение имеет значение, если соответствующий предмет существует, ине имеет значения, если таковой предмет не существует. В самом деле, о значениях зачастую говорят так, что под этим подразумеваются предметы, которым придано значение (die bedeuteten Gegenstande); словоупотребление, которого едва ли можно последовательно придерживаться, так как оно возникло из-за смешения с подлинным понятием значения.

3. Если значение отождествляется с предметностью выражения, то такое имя, как золотая гора, не обладает значением. В об- щем-то здесь различают, однако, беспредметность и отсутствие значения. Напротив, охотно называют противоречивые и вообще отягощенные очевидной несовместимостью выражения, напри- 5 мер круглый квадрат, бессмысленными и, используя подобные обороты речи, оспаривают у них значение. Так, например, согласно Зигварту[26], такая противоречивая формула, как четырехугольный круг, не выражает никакого понятия, которое мы могли бы помыслить, но она устанавливает только слова, кото- ю рые содержат неразрешимую задачу. Экзистенциальное утверждение не существует четырехугольного круга препятствует, как он считает, возможности связать с этими словами понятие. При этом под понятием Зигварт явно хочет понимать «общее значение слова», т. е. (если мы правильно поняли) именно то, что мы is понимаем под этим. Подобным образом высказывается Эрдман н[27], ссылаясь на пример четырехугольный круг легкомыслен. Если проводить эту линию последовательно, то тогда мы должны были бы вместе с непосредственно абсурдными выражениями назвать бессмысленными также и опосредствованно абсурдные, го т.

е. бесчисленное число выражений, которые в ходе косвенного доказательства выявляются математиками как a priori беспредметные. Таким же образом мы могли бы отрицать, что такие понятия, как «правильный декаэдр» и т. п., суть вообще понятия.

Марти возражает упомянутым исследователям: «Если бы is эти слова были бессмысленными, как же мы могли бы понимать вопрос, существует ли нечто такого рода, и отвечать на него отрицательно? Даже чтобы отвергнуть существование подобных предметов, мы должны все же каким-то образом представить такую противоречивую материю»[28]. «Если таковые абсурдности называ- зо ют бессмысленными, то это может означать только то, что они, очевидно, не обладают никаким разумным смыслом»[29]. Эти возраисследователей вызывает предположение, что они смешивают подлинное отсутствие значения (см. выше пункт 1) С совершенно 35 другим, а именно с априорной невозможностью осу- Z ществляющего смысла. В этом смысле выражение имеет о значение, если его интенции соответствует возможное осу- ществление, другими словами, возможность достижения едино- ф образной наглядности в созерцании. Эта возможность полагается 40

как идеальная; она касается не случайных актов выражения и случайных актов осуществления, но их идеальных содержаний — значения как идеального единства (здесь следует обозначить [его] как интернированное значение) и в определенном отношении в 5 точности ему соразмерного осуществляющего значения. Схватывается это идеальное отношение {посредством идеирующей абстракции на основе акта единства осуществления}[30]. В противоположном случае мы схватываем идеальную невозможность осуществления значения на основе переживания «несовместимости» ю частичных значений в интендированном единстве осуществления. Феноменологическое прояснение этих отношений требует, как это покажет позднее соответствующее исследование, трудоемкого и обстоятельного анализа.

4. Задавая вопрос, что же означает (bedeutet) выражение, мы, is естественно, возвращаемся к тем случаям, когда оно выполняет познавательную функцию или, что то же самое, когда его интенция значения осуществляется в созерцании.

Этим способом «понятийное представление» (т. е. как раз интенция значения) достигает своей «ясности и отчетливости», оно подтверждает себя как «него тинное», как «действительно» реализуемое. Как бы оплачивается вексель на имя созерцания. Так как теперь в единстве осуществления акт интенции совпадает с осуществляющим актом и весьма тесно с ним переплетен (если здесь вообще можно говорить о различии), то это обстоятельство легко предстает в таком свете, как 25 будто выражение лишь здесь обретает значение, как будто оно черпает его из осуществляющего акта. Возникает, таким образом, склонность считать осуществляющие созерцания (обычно при этом проходят мимо категориально их формирующих актов) значениями. Однако не всегда — мы должны будем еще осно- зо вательней изучить эти отношения — осуществление является пол- ным. Выражения сопровождаются зачастую весьма удаленными и $ только частично иллюстрирующими созерцаниями. Так как в этих ^ случаях феноменологические различия не принимаются в расчет, то g приходят к тому, что значимость (Bedeutsamkeit) выражений вооб- ^ 35 ще, а также тех, которые не могут притязать на соответствующее fa осуществление, находят в сопровождающих [выражение] образах созерцания. Следствием отсюда является, естественно, вообще отрицание значения абсурдных выражений.

Новое понятие значения вырастает, таким образом, из смеше- 40 ния значения и осуществляющего созерцания. В соответствии с этим понятием выражение тогда и только тогда имеет значение, если его интенция (в нашей терминологии — его интенция значения) осуществляется фактически, пусть даже частично или отда-

денно и косвенным образом; короче, если его понимание оживлено какими-либо, как говорится, «наглядными представлениями» («Bedeutungsvorstellungen»), т. е. какими-либо иллюстрирующими образами.

Окончательное опровержение весьма распространенных концепций, противостоящих нашей, имеет большую важность и требует поэтому более обширных исследований. В этой связи мы отсылаем к следующей главе, а здесь продолжаем перечисление различных понятий значения.

<< | >>
Источник: Гуссерль Э.. Логические исследования. Т. II. Ч. 1: Исследования по феноменологии и теории познания / Пер. с нем. В.И. Молчанова. — М.: Академический Проект,2011. — 565 с.. 2011

Еще по теме §15. Эквивокации в высказываниях о значении и об отсутствии значения (Bedeutungslosigkeit), которые связаны с этими различениями:

  1. §15. Эквивокации в высказываниях о значении и об отсутствии значения (Bedeutungslosigkeit), которые связаны с этими различениями