<<
>>

5. Практические задачи по отношению к России  

Социалистический идеал Лаврова уяснялся постепенно. С ранних лет знакомый с утопистами начала нашего века, но не видя почвы, на которой социалистические идеалы могли бы быть осуществимы, Лавров сперва, добыв себе место в литературе, пытался лишь содействовать устранению препятствий ясному созна- нию истины и справедливости в личности и препятствий сознанию необходимости солидарности в обществе; он пытался делать это распространением более ясного понимания и более научного миросозерцания.
Но с самого начала своей литературной деятельности необходимость политического п социального переворота была для него очевидна, и указания на это можно легко найти в его печатных произведениях, в особенности же в его стихотворениях22. Тем ие менее он не видел и в это время почвы не только для социального переворота, но даже для политического действия вне медленной подготовки умов. Когда, во время волнений начала 60-х годов, депутация офицеров Артиллерийской академии пришла просить его совета, следует ли им участвовать в готовившейся уличной демонстрации, он положительно отсоветовал им это, прибавив, что, если минута придет, когда подобную демонстрацию он сочтет нужною, он не только скажет им это, но сам пойдет вместе с ними. Довольно долго Лавров допускал возможность гармонии интересов личности господствующего класса и интересов большинства подчиненного класса; допускал это даже для личности, руководящейся только расчетом собственной пользы, а не развитием нравственных убеждений. Это допущение было одною из самых крупных, по его мнению, ошибок, от которых ему пришлось отречься впоследствии, но которая оставила след во многих его произведениях. Появление Интернационала и знакомство с ним убедило Лаврова, во-первых, в существовании реальной почвы для социального переворота, во-вторых, в существовании непримиримой борьбы классовых интересов, над которой может возвыситься развитая личность господствующих классов лишь силою своего нравственного убеждения.
Тогда Лавров счел своею обязанностью содействовать социальному перевороту в том виде, как его требовала программа Интернационала. Политическую революцию для России он считал в ту эпоху полезною лишь в тесной связи с переворотом социальным, как революцию, опирающуюся на довольно широкое народное движение. Политический переворот в России, чуждый экономических задач, он считал вредным, как образующий почву для такой же классовой эксплуатации народа, которая имеет место на Западе под формою либеральных учреждений. Тем не менее он ни минуты не допускал отречения от политической оппозиции существующему абсолютизму, полагая необходимым, насколько возможно, при всяком отвоеваиии у правительства доли силы, действовать в смысле внесения экономического элемента во все политические требования, и это с помощью привлечения возможно большей доли низших классов общества к политической агитации.

Но Лавров ясно сознавал, что ни народ не готов к социальному перевороту, ни интеллигенция не усвоила себе в достаточной мере то социологическое понимание и то нравственное убеждение, которые одни могут выработать в последних искренних социалистов. Он считал поэтому необходимым подготовление социальной революции в России путем развития научной социологической мысли в интеллигенции и путем пропаганды социалистических идей в народе. Поэтому он с радостью принял на себя обязанность социалистического пропагандизма в России, когда ему предложили редакцию «Вперед». Согласно предыдущему, он поставил задачею своим сторонникам подготовить социальную революцию в России развитием в пропагандистах социализма, знания вообще, знания России в особенности, социалистических привычек в частной жизни и пропа- гандою социализма в пароде, пропагандою, которая, по мнению Лаврова, должна была попутно служить и оружием агитации против правительства. Вопросы централизма и федерализма, тогда столь волновавшие бакунистов и их противников, он считал второстепенными и решение их зависящим от случайной выработки среды и распределения в ней интеллигентных сил.

Защитник требования уменьшить в каждую эпоху государственный элемент в обществе до возможного минимума и надеясь, что при полном господстве социалистического строя этот минимум близко подойдет к нулю, Лавров никогда не был сторонником анархизма в настоящем, тем более в организации революционной партии. Всего полнее он высказал свои понятия о государстве и свое отношение к политическим задачам революции в России в середине 70-х годов в труде «Государственный элемент в будущем обществе» («Вперед», IV вып. I и единственный). Лавров оставил редакцию журнала лишь тогда, когда ему показалось, что его товарищи — пропагандисты «Вперед», слишком суживая свою программу действий, особенно в среде интеллигенции, отнимают у своей партии всякий боевой характер и потому недостаточно энергически борются с препятствиями, представляемыми пропаганде социализма политическим строем Российской империи. Когда этот недостаток энергии в борьбе с местными условиями повел к распадению партии чистой пропаганды в России, Лавров продолжал, насколько позволяло его положение, социалистическую пропаганду лично. Не имея возможности, по долгому отсутствию своему из России, опровергать все упорнее повторяемые уверения личностей революционных групп, что пропаганда в народе в России сделалась невозможна, а потому и подготовление пропагандистов бесцельно, что необходима «пропаганда фактом», возбуждение революционного духа примером, решительные удары, нанесенные правительству, Лавров оставался при личном мнении, что при искусстве и решимости пропаганда была бы возможна, хотя должна бы пойти медленнее и требовать немало жертв. Он считал ее необходимою во всяком случае, рядом со всеми другими приемами агитации против правитель- ства и прямого действия против него, так как не мог себе представить, чтобы какой-либо политический переворот, выгодный для большинства и, следовательно, имеющий в виду экономические задачи, мог иметь место без поддержки его народным движением, которое предполагает всегда предварительную пропаганду.
В рефератах, которые оп читал в Париже в 1877—82 годах, он много раз возвращался к указанию тех опасностей, которые представляют для успеха революционной партии в России анархические начала и террористические приемы. Он с радостью видел, что в самой России анархические начала мало-помалу исчезают, но не мог не заметить и того, что рядом с ослаблением анархизма в России все группы, кроме так называемых террористов, теряют значение в движении и успех революционного дела в России все более отожествляется с успехом этих «террористов». Поэтому он решительно отверг предложение стать во главе заграничного издания, объявлявшего войну этой партии, и считал войну против «Народной воли» прямо вредною для дела в России, если история русского революционного движения выдвинула на первое место эту партию, поставившую себе непосредственною задачею потрясение самодержавия, а потом и его разрушение. Тем ие менее Лавров тогда только вступил в союз с этой партией, когда убедился, что она остается социалистическою, признает важность социалистической пропаганды и направляет преимущественно свои удары против русского правительства лишь как против главного препятствия распространению социалистических идей в России. С тех пор, в продолжение своего участия в редакции «Вестника Народной воли», он смотрел на свою деятельность в этом издании как па теоретическое уяснение тех социалистических начал, которые остались основою деятельности этой революционной партии в России, в эпоху, когда она одна, в конце 70-х и начале 80-х годов, умела выработать нечто похожее на общественную силу. Для него вопрос о необходимости для России, до установления в ней социализма, пережить более или менее полно капиталистический строй, подобный тому, который имел возможность вполне раз- виться на Западе Европы,— вопрос, вызывающий в последнее время довольно оживленные споры в среде русских социалистов,— есть вопрос, имеющий лишь спекулятивное значение и нисколько не изменяющий практических задач русского социалиста-революционера.
Как только в России образуется организованная партия, искренне социалистическая, умеющая отстоять себя в общественной борьбе, умеющая привлекать к себе живые силы и организовать их для энергического действия, то Лавров считает, что, согласно с его нравственными и социалистическими убеждениями, он, как всякий убежденный социалист, обязан, даже не вполне соглашаясь со всеми пунктами программы партии, в союз с которой он вступает, и не вполне одобряя все ее действия, поддерживать всеми средствами ту действительную социально-революционную силу, которая сумеет на нашей родине более или менее успешно бороться за социалистические идеалы против препятствий, противопоставленных этим идеалам средою. В эпоху же, когда в России не существует подобной организованной общественной силы с социально-революционным направлением, личная пропаганда социалистических идей не во имя какой-либо существующей партии, но прямо во имя самих этих идей остается для него, как и для всех убежденных социалистов, по его мнению, обязательной, несмотря ни на какие неудачи, препятствия и замедления движения. Процесс разложения современного капиталистического строя совершается с неотвратимою необходимостью; он должен рано или поздно доставить торжество социализму и вместе с тем унести те политические формы, которые с ним несовместимы. В этом случае практические задачи русского социалиста отожествляются с задачами социалиста-революционера всех стран. Русский социалист должен работать для торжества социализма, распространять его принципы в умах окружающих личностей, осуществлять их по мере возможности примером своей жизни. Он должен устранять, насколько может, и препятствия успехам социализма. Одно из таковых составляют политические формы, поддерживающие капитализм или составляющие (как самодержа-

653

вие) переживания еще более архаического слоя цивилизации. Насколько можно, подобные формы надо стремиться устранить немедленно, не выжидая организации в стране рабочей партии, составляющей необходимое условие рационального социального переворота. Но при этом, рядом с этим, необходимо стремиться к осуществлению этого необходимого условия.

Сентябрь 1885 г.

и октябрь 1889 г.

<< | >>
Источник: И. С. КНИЖНИК-ВЕТРОВ. П. Л. ЛАВРОВ. ФИЛОСОФИЯ И СОЦИОЛОГИЯ. ИЗБРАННЫ Е ПРОИЗВЕДЕНИЯ В двух ТОМАХ. Том 2. Издательство социально - экономической литературы. «Мысль» Москва-1965. 1965

Еще по теме 5. Практические задачи по отношению к России  :

  1. РОССИЯ — США. «КОЕ-ЧТО НАЧИНАЕТ ПОЛУЧАТЬСЯ»
  2. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ НА РУБЕЖЕ XXI ВЕКА: ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ, ЭВОЛЮЦИИ И ПРЕЕМСТВЕННОСТИ
  3. ОБНОВЛЯЮЩАЯСЯ РОССИЯ: ПРОБЛЕМЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА, ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ, МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ И ПУТИ ИХ РЕШЕНИЯ
  4. 7. ПОЗИТИВНАЯ ПРОГРАММА ДЛЯ ОТНОШЕНИЙ НАТО И РОССИИ
  5. "СТРАТЕГИЯ ПЕРЕМАЛЫВАНИЯ" В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ И ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ США
  6. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ: ПОИСК СТРАТЕГИИ
  7. 1. Новые задачи и значение идеологической работы партии после перехода в новой экономической политике. Разгром партией идеологии капиталистической реставрации 
  8.   II УЧЕНИЕ  
  9. 5. Практические задачи по отношению к России  
  10. ЧАСТЬ IV В чем наша задача?
  11. Глава 2. Книга «Россия и Европа» – новое слово в историософии
  12. Глава 4. Россия и славянский мир
  13. 11.3. _Диалектика производительных сил и производственных отношений
  14. 2.1. Константинополь и проливы в Англо-русских отношениях.
  15. 3.1 Евразийские течения в России и странах СНГ
  16. Современное евразийское измерение межгосударственных отношений Республики Казахстан и Российской Федерации
  17. § 1. Компетенция полиции по предупреждению и пресечению правонарушений в сфере семейно-бытовых отношений
  18. § 1.2. Цели и задачи взаимодействия полиции с институтами гражданского общества.
  19. § 2. Воздействие на экономическую безопасность России интеграционных процессов в таможенной сфере