§ 8. Продажа предприятия (ст. 559-566) 129. Допускается ли отчуждение всех (или практически всех) активов лица, используемых для ведения предпринимательской деятельности, в иных формах, нежели продажа предприятия?

Человеку, не знакомому с соответствующей арбитражной практикой, сама постановка данного вопроса может показаться несколько странной. Однако, увы, позиция о том, что продажа предприятия (урегулированная § 8 гл.

Социально-политический подтекст всех вышеперечисленных постановлений более чем очевиден. В соответствующих спорах речь шла о так называемом выводе активов в противоречии с интересами акционеров и (или) кредиторов юридических лиц - их собственников. Разумеется, подобные деяния не назовешь благородными - более того, в определенных случаях они уголовно наказуемы. Нас же больше всего интересует вопрос о том, насколько рассматриваемая логика арбитражных судов соответствует российскому гражданскому праву?

Увы, никаких предпосылок для ее появления ни в ГК, ни в корпоративном, ни в ином специальном законодательстве не усматривается. Договор продажи предприятия - лишь одна из многих правовых форм, предлагаемых законом участникам оборота. Нигде в законодательстве не обнаруживается указаний на обязательность ее применения в определенных случаях. Также нет и нормы, императивно связывающей активы и пассивы предприятия. При соблюдении прочих условий любое лицо может как продать все свои активы отдельно от долгов, так и перевести все свои долги, сохранив активы. Не случайно сами нормы § 8 гл. 30 ГК требуют индивидуализировать состав предприятия и прямо допускают сохранение отдельных активов и пассивов в собственности продавца (см., например, ст.

И дело не только в том, что предлагаемый арбитражными судами подход противоречит закону. Проблема состоит в его ограничительном характере - подобное толкование ГК сужает свободу участников оборота. Например, совершенно непонятно, почему хозяйствующий субъект не может продать все свои активы по рыночной стоимости отдельно от долгов, чтобы погасить последние. Что до борьбы с недобросовестными участниками оборота, использующими гражданские права в преступных целях, то давно известно, что наиболее эффективен в этой борьбе инструментарий не гражданско-, а уголовно-правовой.

В заключение отметим, что на практике в качестве основного критерия, позволяющего исключить квалификацию отчуждения активов в качестве продажи предприятия, используется оценка способности лица продолжать свою деятельность после соответствующей сделки (см., например, постановление ФАС ЦО от 18.11.2004 N А68-34/ГП-1-03).

130. Может ли быть квалифицирована в качестве договора продажи предприятия сделка, по которой продается исключительно движимое имущество?

Отрицательный ответ на поставленный вопрос с достаточной очевидностью следует из системы норм ГК, определяющих правовой режим предприятий (см. постановление ФАС ВВО от 17.04.2002 N А43-3005/01-21-60).

131. Кто является должником по долгам предприятия, не включенным в его состав в соответствии со ст. 561 ГК, - продавец или покупатель предприятия?

В целом нормы § 8 гл. 30 ГК достаточно определенны в том смысле, что все активы и пассивы, не включенные сторонами в состав продаваемого предприятия, остаются у его продавца. Некоторую сумятицу в понимание этих правил вносит противоположное по содержанию разъяснение Президиума ВАС РФ (см. п. 4 Обзора практики разрешения споров, возникающих по договорам купли-продажи недвижимости (информационное письмо от 13.11.1997 N 21)), у которого, впрочем, есть вполне определенные исторические корни. Дело в том, что российское приватизационное законодательство традиционно стоит на принципе, что при продаже предприятия к его покупателю переходят все долги, независимо от того, включены ли они в состав предприятия согласно договору.

132. Каковы критерии, используемые при решении вопроса о применении реституции в соответствии со ст. 566 ГК?

Хотелось бы обратить внимание на то, что Президиум ВАС РФ склонен несколько расширительно толковать основания ограничения реституции по договору продажи предприятия по сравнению с тем, как они сформулированы в ст. 566 ГК. Высшая судебная инстанция признает допустимым неприменение последствий недействительности продажи предприятия и в том случае, если в результате 1) инфляции и 2) больших вложений покупателя в приобретенное предприятие реституция будет чрезмерно невыгодна для последнего (см. п. 5 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами Федерального закона "О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации" (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21.02.2001 N 60)*(45)).