<<
>>

Глава 9. Башкортостан в составе монгольских государств

47. Башкортостан в составе империй позднего Средневековья.

B рассматриваемый период наиболее значимой в государственно­правовом отношении является история взаимоотношений башкир с Мон­гольским улусом и Московским государством, для которых характерны как общие, так и отличительные черты.

Прежде всего отметим, что вхождение обществ, организованных в родоплеменные государства, в состав других родоплеменных госу­дарств, либо иерархических государств представляло в Средневековье распространенную практику.

Так, в государстве хорезмшахов тюркские родоплеменные органи­зации Канглы и Карлук сохраняли внутреннее самоуправление и собст­венную территорию и, признавая власть главы государства, несли в ос­новном военную повинность, то есть также находились в отношениях вассалитета.

Интерес представляет форма интеграции различных племенных групп в восточноевропейские государства. Так, в 1237 году хан Котян со своей ордой подчинился венгерскому королю. Венгерское правительство выделяло половецким князьям земли для поселения, и последние на ос­новании данного феодального владения становились вассалами короля, равными в правах с собственно венгерскими феодалами. Ряд половецких племен на тех же условиях вошло в состав Болгарского царства. Ранее подобные отношения у Венгерского королевства сложились с вошедши­ми в его состав печенегами[184].

B интерпретации С. Плетневой взаимоотношения торков, берендеев, печенегов, вошедших в состав древнерусского государства и русских княжеств, выглядят следующим образом: «С князьями, выделившими земли торкам, печенегам и берендеям, в первые десятилетия заселения этих земель они были очень неровные. Кочевники стремились, естест­венно, к федеративности, дающей им самостоятельность и фактическое равноправие с русскими княжествами. Единственной формой взаи­моотношений, которых добивались и требовали русские князья, были вассальные. Очевидно, во всяком случае, часть кочевников принимали эти условия: за пожалованную землю они становились вассалами сюзе­ренов - Киевского, Переяславского и Черниговского княжеств»[185]. Как известно, вхождение калмыков и казахов в состав Русского государства также принимало форму признания их ханами сюзеренитета Москвы. Различие во взаимоотношениях русского правительства с торками и башкирами, казахами и калмыками заключается в том, что если торкам выделялась собственно государственная земля, то за башкирами, казаха­ми и калмыками сохранялась собственная территория.

Анализ условий вхождения позволяет выделить основные, которые присутствуют в каждом конкретном случае. K ним относятся формаль­ное признание подданства, вытекающая из него обязанность военной службы и внесения определенных платежей, а также невмешательство центрального правительства во внутренние дела, религию, обычаи и не­прикосновенность земельных владений. Как выше было показано, выде­ление земельных наделов являлось основанием самого возникновения определенных отношений.

И пока сохранялась родоплеменная структу­ра, вошедшие в состав государств общества активно защищали свои права. Например, когда в 1279 году под давлением церкви венгерский король потребовал от подвассальных половцев оставить традиционные верования и перейти в католичество, а также вести оседлый образ жизни, половцы подняли восстание и вынудили правительство отказаться от своих требований[186].

Данное обстоятельство позволяет вести речь об устоявшихся правовых воззрениях обществ Великой степи. Вот, что пишет о воззрениях монголов JI. Гумилев: «В соответствии с монгольскими стереотипами поведения, хан мог и должен был требовать покорности, повиновения приказу, вы­полнения обязанностей, но требовать от человека отказа от его веры или обычаев считалось делом не только глупым, но и аморальным - за инди­видом оставалось право на собственный выбор»[187]. Заменившее монголь­ские государства на геополитическом пространстве Евразии Московское царство, позднее Российская империя, не могло не перенять и государст­венно-правовые принципы, сложившиеся в регионе.

Определяя отношения, возникающие между вошедшими в состав государства родоплеменными организациями и центральным правитель­ством данных государств, как отношения вассалитета-сюзеренитета, не­обходимо иметь в виду следующее:

1. Для отношений вассалитета характерно наличие у вассала опреде­ленных прав, гарантированных сюзереном: на землю, на внутреннее ca- моуправление и т. д. При нарушении последним данных неотчуждаемых прав вассал мог отказаться от сюзеренитета.

2. Отношения вассалитета-сюзеренитета никогда не складывались между побежденным и победителем: завоевание означало полное безус­ловное подчинение. Установлению отношений вассалитета предшество­вало формально добровольное изъявление желания принятия подданства. Иллюстрацией служит различие в правовом положении населения завое­ванного Казанского ханства и башкир. Если первых насильственно кре­стили и обратили в крепостное состояние, то в отношении башкир пра­вительство вынуждено было отказаться от подобных мер.

48. Монгольский улус. XIII век знаменуется завоевательными похо­дами монголов, которые завершились созданием Еке Монгол Улуса (пер­воначально - Еке Монгол Кура) - Великого Монгольского государства, просуществовавшего официально с 1206 по 1388 год - с провозглашения монгольскими каганами сакрально-правового мандата на власть над ми­ром и до отказа от него.

B отношении внутренней структуры и организации власти монголы во многом продолжили государственно-правовые традиции существо­вавших ранее тюркских империй. B 1206 году основатель династии Te- мучин принял личный титул Чингисхан (от тюркского дингез - море, океан, тем самым «всеобщий» хан), его преемники использовали уже собственно монгольскую форму Далай-хан с тем же значением. Была принята военно-организационная десятеричная система, созывались все- монгольские курултаи. Как уже неоднократно отмечалось, десятеричную военно-организационную систему нельзя противопоставлять родопле­менной системе, которая продолжала оставаться основой политической системы. Вместе с тем необходимо указать, что монголы, как правило, уничтожали родоплеменную систему завоеванных народов, распределяя представителей последних по различным военно-организационным еди­ницам. Собственно же монголы и добровольно вошедшие в состав госу­дарства народы сохраняли существующую родоплеменную систему и при военном наборе составляли соответствующие воинские части (к примеру, тысячи только из ойратов, киятов и т. д.).

Более того, монголы официально провозгласили себя правопреемни­ками прежних каганатов. Так, после объединения и провозглашения Чингисхана монголы приняли название кук-монголы. Синий цвет являл­ся символом востока, тем самым монголы фактически утверждали, что они составили лишь часть будущей державы и приглашают в качестве западного крыла другие, прежде всего тюркоязычные, скотоводческие

247

народы .

B целом основной задачей монгольского государства провозглаша­лось удовлетворение потребностей собственно монголов, а также наро- дов-федератов, поскольку последние принимали участие в обеспечении программы мирового господства. Указанное обстоятельство и являлось одной из причин определенной сложности устройства государства (ряд территорий зачастую находились под «двойным», а иногда и «тройным» управлением, что фактически влияло, прежде всего, на распределение доходов).

Еке Монгол Улус в административном отношении к середине XIII века делился на Иджагур-ин улус (Коренной улус), Улус Джучи, Улус Чагатая, Улус Угэдэя, Уйгурский идыкут, должностной домен верховного правителя - хагана и наследственные владения братьев Чин­гисхана.

Улус Джучи в свою очередь делился на западное и восточное крылья - на Ак-Орду (в русских источниках - «Золотая Орда», официально такого государства, как Алтын-Орда, никогда не существовало), со столицей в Сарае, и Кук-Орду, со столицей в Сыгнаке, граница между которыми шла по Уралу, Яику и далее на юг вплоть до Аральского моря. B свою очередь Ак-Орда и Кук-Орда также делились на крылья.

Анализ источников позволяет сделать вывод, что отношение башкир к монголам было различным. Согласно Сокровенному сказанию монго­лов в 1207 году в числе других народов Сибири и Алтая «Чжочи принял под власть Монгольскую все Лесные народы, начиная оттуда пО направ­лению к нам, а именно народы: Шибир, Кесдиин, Байт, Tyxac, Тешек, Тоелес, Таси, Бачжиги (башкир. - А. E., 3. Е.)...» (§ 239). Очевидно, речь в данном случае идет о родоплеменных организациях башкир, распола­гавшихся на Иртыше и Алтае. По всей видимости, и Майкы-бий, прави­тель Табынского ханства, уже в 1207 году признал власть Чингисхана. Подчеркнем, что практически все народы Сибири и Алтая добровольно вошли в состав Монгольской империи (несмотря на высокую степень милитаризованности и последующий отказ от монгольского сюзерените­та ряда из них), таким образом, поход Джучи 1207 года носил фактиче­ски не завоевательный, а дипломатический характер.

Однако после походов монголов в Хорезм, по всей видимости, баш­киры отказались от монгольского сюзеренитета. Так что уже в 1219 году Чингисхан отправил Субэдэя «в поход на север, повелевая дойти до одиннадцати стран и народов, как то: Канлин, Кибчаут, Бачжигит, Opo- сут, Мачжарат, Асут, Сасут, Серкесут, Кешимир, Болар, Рарал (Лалат), перейти через многоводные реки Идил и Аях, а также дойти и до самого города Кивамен-кермен» (§ 262), однако Субэдэй был разбит. Тогда, согласно же Сокровенному сказанию монголов, Угэдэй, вступивший в 1228 году на престол после смерти Чингисхана, «отправил в поход Бату, Бури, Мунке и многих других царевичей на помощь Субеетаю, так как

Субеетай-Баатур встречал сильное сопротивление со стороны тех наро­дов и городов, завоевание которых ему было поручено еще при Чингис­хане, а именно - народов Канлин, Кибчаут, Бачжигит, Орусут, Асут, Ce- сут, Мачжар, Кешимир, Сергесут, Булар, Келет, а также и городов за многоводными реками Адил и Чжаях, как то: Мекетмен, Кермен-кеибе и прочих» (§ 270). B итоге «Посланные в помощь Субеетаю царевичи Бату, Бури, Гуюк, Мунке и все другие царевичи, покорив народы Кан­лин, Кипчаут и Бачжигит, разрушили города Эчжил, Чжаях и Мегет, атакже совершенно разгромили и полонили Орусутов. Они полностью покорили Асутов и Сесутов, а также население городов Белерман, Kep- ман-кива и прочих городов, поставили даругачинов и танмачинов и воз­вратились на родину» (§ 274).

Учитывая вышеизложенное, невозможно однозначно утверждать о времени признания основной частью башкир, входящих в состав феде­рации Ете ырыу, возглавляемой Муйтен-бием, монгольского сюзерени­тета[188]. Согласно грамоте Чингисхана Муйтен-бий и его потомки полу­чили право на территорию, которая в целом повторяла границы Истори­ческого Башкортостана[189]. Ha основе анализа генеалогии Муйтен-бия можно судить о том, что в государство, помимо башкир, входили и пред­ки ногайцев - мангытов (среди предков Муйтен-бия назван Мангут- бий[190]), что, безусловно, имело политическое значение. Помимо этого, в грамоте Чингисхана, определяющей границы владений Муйтен-бия, ука­заны территории, которые занимали и ногайцы. Таким образом, история башкиро-ногайских взаимоотношений имеет глубокие корни. Следует также учесть, что, по мнению исследователей, ногайцы являлись потом­ками печенегов, половцев, аланов, среднеазиатских тюрков и, возможно, древних гузов”51, то есть народом, родственным башкирам.

Поэтому известный вывод Л. Гумилева, что «монголо-башкирская война тянулась 14 лет... Башкиры неоднократно выигрывали сражения и, наконец, заключили договор о дружбе и союзе, после чего монголы объ­единились c башкирами для дальнейших завоеваний»[191], требует сле­дующей корректировки.

Во-первых, отсчет башкиро-монгольских отношений следует начи­нать с 1207 года (а не с 1214-го или 1219-го), когда ряд башкирских ро­доплеменных организаций, в том числе Табынское ханство, в числе кыр­гызов и других народов признали притязания Чингисхана на построение мировой империи.

Во-вторых, очевидно, что, несмотря на то, что в правовой иерархии Монгольской империи башкиры занимали привилегированное положе­ние как народ, обязанный каганам прежде всего военной службой и со­храняющий собственную родоплеменную систему и управление, в пра­вовом отношении возможно вести речь лишь об отношениях сюзерени- тета-вассалитета, а не «союзных».

B целом, находясь в составе монгольских государств, башкиры сохра­няли политическую автономию. 0 существовании у башкир своих ханов в золотоордынское время известно из сообщений венгерского монаха Юлиана, который посещал Башкортостан в 1235-1236 и 1237-1238 годах. Имена башкирских ханов зафиксированы в текстах надгробий XIV века. B них, например, упомянуты Байджура-хан (в районе устья р. Караи- дель), Тугаш-хан (на р. Ик) и др.[192] Рассматривая устройство монголь­ских государств, исследователи, к сожалению, превратно толкуют слова Плано Карпини, отметившего, что хан указывает, «где пребывать вож­дям, вожди же указывали места тысячникам, тысячники - сотникам, сот­ники же - десятникам»[193]. Здесь имелось в виду не то, что верховное правительство произвольно перемещало целые народы и указывало, где кому жить, а простое размещение военных сил по опорным пунктам, с подчинением низших военных чинов высшим. Также неверно полагать, что собственность на землю принадлежала ханам (применительно к тер­риториям башкир не существовало и феномена иерархического владе­ния), как было указано, право собственности на землю осуществляли конкретные родоплеменные организации.

B XIV веке в регионе происходят события, которые повлияют на дальнейшее развитие местных народов. B 1313 году хан Узбек принима­ет ислам, что определяет культурную идентичность населения государ­ства. Ислам распространяется и в Башкортостане, хотя первоначальное знакомство с ним у башкир состоялось еще в X веке. B середине же сто­летия произошла гражданская война - «Великая замятия», которая при­вела к дезинтеграции державы. B конце XIV века происходит война сред­неазиатского эмира Тимура с золотоордынским ханом Тохтамышем, и территория Башкортостана становится ареной военных действий. B 1391 году, опустошая все на своем пути, здесь прошли обе враждебные армии, и 18 июня 1391 года в западной части Башкортостана, в местности Кундурча, разыгралось крупное сражение, закончившееся поражением Тохтамыша. По всей видимости, именно с данными событиями связано разрушение средневековых городов башкир, известных еще с IX века[194].

B конце XIV - начале XV века происходит выделение из Улуса Джу­чи в качестве независимого государства Ногайской Орды (Мангытского юрта), что связано с деятельностью Едигея[195]. Едигей считается нацио­нальным героем многих тюркоязычных народов региона (башкир, каза­хов, кыргызов, узбеков, каракалпаков и др.). По мнению H. Мажитова, популярность Едигея объясняется тем, что он выступил как освободи-

~ ~ 25'

тель народа от приевшеися монгольской династии , несомненно, в за­слугу Едигею было поставлено и восстановление традиционных связей с Хорезмом. Вооруженные силы данного деятеля достигали 200 тыс. вои-

258

нов , что говорит о том, что ее составляли не только собственно мангы- ты, но и другие народы, вошедшие потом в состав созданной им держа­вы, в том числе и башкиры. Полный суверенитет Ногайская Орда обрела вскоре после смерти своего основателя и стала общим государством для проживающих в нем ногайцев, башкир и других народов.

После распада Улуса Джучи башкирские бии, тарханы находились в сложной вассальной зависимости от сюзеренов Казанского, Сибирско­го, Астраханского ханств и Ногайской Орды. Анализ источников позво­ляет сделать вывод о том, что, находясь в вассальных отношениях со своими сюзеренами, башкирские бии, тарханы в качестве глав родопле­менных организаций обладали относительным суверенитетом. Они соби­рали налоги для. своих сюзеренов, в необходимых случаях со своими дружинами оказывали помощь в их военных походах и активно участво­вали в политической жизни государств, в которые входили, поддержи­вали тех или иных ханов (например, башкирский бий Кара-Килембет являлся главой правительства в Казанском ханстве конца XV века, при ханах-марионетках)25 ’; наиболее боеспособную часть орд многих ханов (в частности, сибирских) составляли башкирские воины. Таким образом, существовавшие отношения нельзя реконструировать в рамках прими­тивной схемы угнетения-подчинения. Ни Казанское, ни Сибирское хан­ство, ни Ногайская Орда не смогли и не стремились создать целостную администрацию своих опорных пунктов, а лишь путем выдачи тархан­ных и иных иммунных грамот и привилегий стремились обеспечить ло­яльность башкирской аристократии в ходе частых в регионе войн. Такие же организации, как федерация Ете ырыу, или Сартай (вплоть до раз­грома), применительно к периоду после XV века, на наш взгляд, допус­тимо рассматривать как независимые государства.

K моменту вхождения в состав Московского государства Башкорто­стан не представлял собой единого политического целого. Об этом сви­детельствует также добровольное и поэтапное принятие башкирскими племенами русского подданства в 1555-1557 годах.

49. Правовая система Улуса Джучи. Ha Великом курултае в 1206 го­ду была принята Великая Яса Чингисхана - Их засаг. По повелению Чингисхана с 1189 года его указы, наряду с нормами обычного права, ставшими основой Их засаг, фиксировались, хранение сборника Засаг доверялось самому старшему из монгольских князей.

Коренным значением слова «засаг» является понятие «исправить». Толковый словарь XIII века трактует это слово следующим образом: «плохое исправить на хорошее», «решать небесные дела». B словаре древнего тюркского языка встречается слово «ясак», которое имеет очень широкий смысл. Оно означает запрещение, восстановление право­вого акта и порядка, штраф, наказание, повинность, заем под залог, во­енный порядок.

По данным Рашид-ад-Дина, первоисточник закона Великая Яса состоял в 1218 году из 64 пунктов. B настоящее время, по данным монгольских ученых, существует новый вариант закона Великая Яса, состоящий из более 200 положений и пунктов[196], которые обычно начи­нались так: «Под вечным и всесильным небом» (фрагмент 2-й ханской грамоты). Наказ Чингисхана, имеющий характер учения (фрагмент 6-й), гласил: «Князья должны собираться каждый год для слушания учений, после возвращения должны самостоятельно следовать правилам... Если на словах следуют моим наказам, а вдали от меня на деле нарушают и изменяют, то им запрещается управлять государством».

Характерной является норма о категорическом запрете ханам, управ­ленцам в целом и рядовым монголам вести городской либо оседлый об­раз жизни. Как известно, полноправной категорией населения признава­лись только номады, оседлое же население, в особенности горожане, бы­ли поражены в правах.

Анализ многих фрагментов закона показывает высокий уровень гу­манности и правосознания средневековых монголов. Например, 40 ста­тей закона имели предостерегающий (предупредительный) характер. Од­на из статей гласила следующее: «Если преступник не задержан на месте преступления, то его нельзя наказывать». Также закон утверждал, что «нельзя подвергать наказанию того, кто не дал показания», «нельзя брать показания от преступника под страхом».

Конечно, смертная казнь применялась как санкция достаточно часто, однако был известен и откуп от казни за убийство, кражу и за некоторые более мелкие преступления и проступки. Необходимо отметить, что Яса не знает увечащих наказаний и квалифицированной смертной казни.

K сожалению, в научной литературе можно встретить неверную ин­терпретацию тех или иных норм Ясы. Так, никогда не существовало нормы о коллективной ответственности за индивидуальный проступок, в форме «казни десятка за бегство одного». Казни подвергались как раз те, кто без приказа бросил в бою хотя бы одного товарища по десятку.

B целом о содержании Великой Ясы можно сказать, что в нее входи­ли пять основных групп постановлений: 1) постановления, содержащие нормы административного права; 2) постановления, содержащие нормы военного права; 3) постановления, содержащие нормы уголовного права;

4) постановления, содержащие нормы частного права; 5) постановления, содержащие специфические нормы обычного права[197].

Естественно, что нормы Великой Ясы применялись только в военных отрядах, непосредственно входивших в войско ордынцев, в городах, на­ходящихся под управлением ханов. Именно в таком плане следует пони­мать указание Юлиана о том, что судопроизводство среди башкир велось монголо-татарами[198]. Сами же башкиры в повседневной жизни руково­дствовались своим обычным правом.

50. Мусульманское право. C исламом башкиры были знакомы еще с принятия мусульманства Булгаром, но широкое распространение ислам получил лишь с XIV века. Принятие ислама означает и принятие в той или иной степени шариата - права мусульман.

Мусульманское право характеризует переплетение правовых норм и религии. По мнению Рене Давида[199], мусульманское право содержит очень мало императивных положений и представляет широкие возмож­ности свободной инициативе. B качестве основных черт этого права он выделяет его казуистичность, архаический характер ряда институтов и отсутствие систематизации.

Мусульманское право имеет четыре источника права. Важнейшим из них считается Коран - священная книга мусульман, состоящая из притч, молитв и проповедей, приписываемых пророку Мухаммеду. Коран со­стоит из 114 глав (сур), разделенных на 6 219 стихов (аятов). Большая часть Корана имеет мифологический характер, и лишь до 500 стихов со­держат предписания верующим - шары, или шариат, относящиеся к пра­вилам поведения мусульман. Шар, или шариат, означает в переводе «путь следования» и составляет то, что называют мусульманским пра­вом. Однако содержащиеся в Коране положения юридического характера явно недостаточны в силу отражения в нем раннефеодальных отноше­ний. B связи с этим в качестве следующего авторитетного источника права выступает Сунна. Сунна (священное предание) состоит из много­численных рассказов (хадисов) о суждениях и поступках самого Мухам­меда. B Сунне содержатся нормы брачного и наследственного, доказа­тельственного и судебного права и т. д.

Третий источник мусульманского права - иджма, которая рассматри­вается как «общее согласие мусульманской общины». Один из адатов гласит: «To, что мусульмане считают справедливым, справедливо в гла­зах Аллаха». Такое положение позволяло и сейчас позволяет докторам ислама создавать новые правовые нормы, приспособленные к меняю­щимся условиям жизни. Для того чтобы обычай, традиция, практика ста­ли нормой права - иджмой, необходимо единогласное мнение знатоков ислама.

Четвертым источником права является кийас, или суждение по ана­логии. Согласно кийасу правило, установленное в Коране, Сунне или иджме, может быть применено к делу, которое прямо не предусмотрено в этих источниках права.

Мусульманское право допускает и местные обычаи, прямо не проти­воречащие его принципам. Либеральное отношение ислама к обычаям местного населения, по мнению Р. Давида, способствовало широкому

264

распространению ислама во всем мире .

B шариате достаточно широкое развитие получили такие институты гражданского права, как право собственности, договорное право, семей­ное и наследственное право. B нем подробно разработан вопрос о граж­данской дееспособности, которая рассматривается в качестве необходи­мого условия для приобретения имущественных прав. Факт достижения совершеннолетия в каждом отдельном случае устанавливался судьей.

Обязательства по мусульманскому праву делятся на возмездные и безвозмездные, двусторонние и многосторонние, срочные и бессроч-

ные. Договор по шариату рассматривается как правовая и одновременно как божественная связь. B качестве иллюстрации приведем выдержки из Корана. Так, в аятах 282, 283 суры 2 говорится: «О, вы, которые уверова­ли! Если берете в долг между собой на определенный срок, то записы­вайте это. И пусть записывает между вами писец по справедливости. И ставьте свидетелей, когда уславливаетесь между собой, и не должно причинять неприятности писцу и свидетелю; а если сделаете, то это распутство у вас. И бойтесь Аллаха; поистине, Аллах вас учит, и Ал­лах знает о всякой вещи!»265.

Брак по шариату рассматривается как религиозная обязанность каж­дого мусульманина. Необходимым условием для вступления в брак для мужчины является достижение возраста половой зрелости. Коран при­знает, что мусульманин может иметь до четырех жен одновременно, при условии предоставления каждой из жен имущества, жилища и одежды в соответствии с его положением. Коран достаточно подробно определя­ет поводы к разводу и его процедуру. B тех случаях, когда муж имел фи­зические недостатки, не выполнял супружеских обязанностей, жестоко обращался с женой или не выделял средств на ее содержание, жена могла обратиться в суд с иском на расторжение брака.

По шариату наследованию подлежат только имущественные права. Обязанности умершего не могут переходить на наследников. B первую очередь наследство получали дети умершего, затем его братья, дяди и т. д. Наследство открывалось только после покрытия расходов, связан­ных с погребением умершего, и уплаты всех его долгов.

Мусульманские правоведы все преступления разделяют на три груп­пы. K первой относятся посягательства на права мусульманской общины, а именно: отступничество от ислама, преступления против порядка управления, кражи, употребление спиртных напитков, прелюбодеяние, а также ложное обвинение в последнем. Прелюбодеяние считалось дока­занным только при показаниях трех свидетелей.

Вторую группу составляют противоправные действия, посягающие на права отдельных лиц. Нормы, регулирующие их, носят бланкетный характер и обращаются к обычному праву. Так, за убийство или смер­тельное ранение шариат допускал кровную месть со стороны потерпев­ших. Шариат предусматривал и возможность замены кровной мести де­нежным выкупом, если родственники убитого прощали преступника. За нанесение телесных повреждений ответственность возникала по принци­пу талиона (см. суру 5, аят 49).

Третью группу преступлений составляют такие действия, как ос­корбления, хулиганство, растрата государственных средств, азартные игры и т. д.

Наказания по шариату носили публичный и устрашающий характер. Существовали такие виды смертной казни, как повешение, четвертова­ние, утопление, убийство битием камнями. У воров отсекали пальцы и руки. Широко применялось и тюремное заключение. Мусульманское право знает и имущественные санкции (конфискации, штрафы), а также ссылку и высылку.

Говоря об уголовном праве, заложенном пророком Мухаммедом в Коране, следует иметь в виду, что оно, возникнув в VII веке, отлича­лось высокой степенью гуманности сравнительно с современным ему уголовным правом других государств. Вполне естественно, по истечении 14 столетий многие положения уголовного права по шариату устарели. Ho в тот период, когда каждый человек выступал в защиту своих интере­сов, осуществляя самосуд, Мухаммед старался передать правосудие в руки государства, образованного из разрозненных арабских племен. B основе законоположений в Коране лежит принцип равновесия между преступлением и возмездием: «Убийства, совершаемые вами, - жестокий грех»; «He убивайте человека, ибо Аллах запретил вам это, исключая справедливые причины. По отношению к несправедливо убитому мы даем власть его ближнему, но чтобы этот не преступал в убийстве преде­ла; он отмщен, так как тому воздано по закону». Как видно, Мухаммед стремился предотвратить убийства среди своих последователей и в этом вопросе требовал полной справедливости. B целом в основании некото­рых видов наказаний по шариату лежит принцип воздаяния преступнику за совершенное им зло и восстановления равновесия в нравственном ми­ре, в основании других - устрашение или принцип возмещения понесен­ного потерпевшим ущерба.

Мусульманское судопроизводство отличает простота, оперативность при рассмотрении дел и доведение до минимума формальностей. Судья одновременно выполняет функции и судебного пристава (судоисполни- теля), то есть доводит принятое решение или приговор до исполнения. Дела, как гражданские, так и уголовные, могут быть возбуждены исклю­чительно по заявлению истца или потерпевшего. Процесс носит состяза­тельный характер.

Шариатские суды, по-видимому, возникли в башкирском крае вскоре после утверждения ислама среди башкир. Однако мусульманство в Баш­кортостане не смогло пустить в мировоззрении народа таких глубоких корней, как это наблюдалось, например, у народов Средней Азии. Рус­ский писатель В. Даль в журнале Министерства иностранных дел в 1834году отмечал, что у башкир обыкновенная клятва перед Кораном менее значительна, чем у других магометан, но зато клятва на могиле родителей весьма уважаема. Долгое время ислам сосуществовал с тради­ционными верованиями башкир, с культом Тенгри.

Башкиры никогда не были фанатиками ислама, и многие нормы ша­риата не применялись. Например, не практиковались членовредительные наказания, положение женщины, как уже отмечалось, заметно отлича­лось даже по сравнению с соседними мусульманскими народами - тата­рами и др. B этом отношении заслуживает внимания функционирование у башкир института заключения брака с отменительным условием. Суть его заключается в оговорении башкиркой условий, при наступлении ко­торых она имела право безоговорочно и окончательно развестись с му­жем. Как правило, такими условиями являлись: 1) жестокое обращение мужа; 2) более чем двухлетнее отсутствие мужа; 3) вступление во второй брак мужа без ее согласия; 4) неисполнение мужем своих обязанностей, прелюбодеяние и др. Эти условия при заключении брака либо записыва­лись в книгу актов состояний, либо письменно оформлялись как обяза­тельства мужа перед женой и вручались жене при вступлении в брак. Они назывались разводными письмами, и при наступлении одного из оговоренных условий башкирка имела право требовать развода через шариатский суд. Хотя свобода расторжения брака по инициативе жены вообще противоречила духу общеимперского законодательства и шариа­ту, тем не менее шариатский суд в случае нарушения указанных «в раз­водном письме» условий тут же расторгал брак[200].

Таким образом, шариатские суды при отправлении правосудия у башкир по вопросам семейно-брачных отношений были вынуждены ру­ководствоваться нормами обычного права башкир.

<< | >>
Источник: Еникеев 3. И., Еникеев А. 3.. История государства и права Башкортостана. - Уфа: Китап, 2007. - 432 с.. 2007
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме Глава 9. Башкортостан в составе монгольских государств:

  1. Оглавление
  2. Глава 7. Ранние государства на территории Башкортостана
  3. Глава 9. Башкортостан в составе монгольских государств
  4. Глава 11. Башкирские войны-восстания
  5. Глава 20. Развитие системы законодательства Республики Башкортостан
  6. Примечани
  7. 3.1 Евразийские течения в России и странах СНГ
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -