<<
>>

Частнопредпринимательская деятельность

У головная ответственность за частнопредпринимательскую деятельность с использованием государственных, кооперативных или иных общественных форм предусмотрена ч. 1 ст. 153 УК РСФСР и соответствующими статьями УК других союзных республик.

Частнопредпринимательская деятельность—форма хозяйствования, чуждая социалистическому обществу, возрождающая в нашем социалистическом хозяйстве принципы хозяйствования, характерные для капиталистического строя. Общественная опасность этого преступления заключается в том, что оно ведет к личному обогащению частных предпринимателей, получению ими нетрудового дохода, появлению в обществе стяжателей и тунеядцев. Кроме того, она дискредитирует социалистические предприятия, с использованием форм которых эта деятельность осуществляется, так как граждане, сталкивающиеся с такой деятельностью, видят, как грубо попираются социалистические принципы хозяйствования. Частно-

предпринимательская деятельность наносит материальный ущерб народному хозяйству: получаемый от частного предпринимательства продукт полностью присваивается лреступниками и в доход обществу ничего не отчисляется; занятие частнопредпринимательской деятельностью зачастую ведет к срыву выполнения плановых государственных заданий; при занятии этой деятельностью часто используются станки, оборудование, инструменты, принадлежащие социалистическому предприятию. Наконец, занятие частнопредпринимательской деятельностью нередко порождает целый ряд других преступлений:              хищения социалистического имущества,

спекуляцию, злоупотребление служебным положением, взяточничество.

С объективной стороны преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 153 УК РСФСР, выражается в частнопредпринимательской деятельности с использованием государственны х, кооперативных или иных общественных форм.

Частнопредпринимательской является деятельность, направленная на получение нетрудового дохода.

В Комментарии к Уголовному кодексу РСФСР дается следующее определёние этого вида деятельности: «Частнопредпринимательская деятельность—это такая производственная, торговая или посредническая деятельность, которая 'является выражением частнохозяйственных поползновений и преследует цели извлечения незаконного довода».[22]

Более полно содержание этой деятельности раскрывает М. Д. Лысов, который пишет, что «частнопредпринимательской следует считать всякую посягающую на социалистические формы организации и ведения хозяйства, незаконную хозяйственную деятельность, заключающуюся в выполнении определенных работ в области производства материальных благ или в сфере обслуживания населения, осуществляемую в целях получения нетрудового дохода».[23]

Наиболее характерными признаками частнопредпринимательской деятельности как преступления является то, что она осуществляется: 1) в области производства материальных благ или в сфере обслуживания населения; 2) с использованием государственных, кооперативных или иных общественных форм; 3) в целях извлечения нетрудового дохода.

Частнопредпринимательская деятельность осуществляется в течение более или менее продолжительного времени. Понятие «деятельность», данное в законе, следует толковать'как систему действий, связанных общей тенденцией, общим способом сокрытия их преступного характера, действий, направленных к одной цели — извлечению частнопредпринимательской прибыли. Это может быть многократное повторение одной и той же операции с получением вознаграждения за каждую из них: фотографирование многих клиентов, ремонт одежды или обуви многим заказчикам и т. д.

«Прибыль может быть и однократной... например, ремонт участка дороги, строительство объекта, очистка водоема и т. д.»,33 считает Г. Бартновская.

С определением частнопредпринимательской деятельности как системы действий не согласен М. Д. Лысов. Он пишет: «Под деятельностью при частном предпринимательстве следует понимать выполнение определенной работы в целях получения нетрудового дохода...

Однако это не означает, что для частнопредпринимательской деятельности требуется система действий под прикрытием государственных или общественных форм или специальное занятие виновным незаконной хозяйственной деятельностью. Под деятельностью в этом случае следует понимать совокупность разнородных действий...

Иногда частнопредпринимательская деятельность может носить характер единичного эпизода...» 34

Разногласие между этими авторами не носит принципиального характера. Действительно, для признания деятельности частнопредпринимательской не имеет значения, однородные или неоднородные действия совершались виновным, однократно или многократно получал он нетрудовой доход. Важно, чтобы это была деятельность,

—  /

Бартновская Г. Квалификация частнопредпринимательской деятельности. — «Социалистическая законность», 1972, № 9, с. 52.

JI ы с о в М. Д. Ответственность за частнопредпринимательскую деятельность, с. 12.              < направленная на извлечение нетрудового дохода. Занятие этой деятельностью может иметь место в любой отрасли народного хозяйства: в промышленном и сельскохозяйственном производстве, в торговле, бытовом обслуживании и т. д. Она может иметь место и вне хозяйственной сферы — в области культуры, просвещения, здравоохранения и т. д. Наиболее часто встречаются такие виды частнопредпринимательской деятельности, как изготовление и реализация «левой» продукции, заготовка для колхозов древесины и других дефицитных материалов, реализация продуктов сельского хозяйства, создание в колхозах предприятий не сельскохозяйственного назначения и другие. Статистические данные показывают, что частнопредпринимательская деятельность в сферах коммунального, бытового и медицинского обслуживания населения (работники фотоателье, часовых мастерских, техники по ремонту телевизоров, холодильников, электро- и радиоаппаратуры, парикмахеры, врачи- стоматологи, зубопротезные техники и т. Д.) составляет 56% от общего количества дел о преступлениях, предусмотренных ч.

1 ст. 153 УК РСФСР.[24]

Конечно, эта деятельность считается преступной лишь при наличии всех других признаков рассматриваемого состава. Она, как правило, связана с созданием каких-либо товарно-материальных ценностей. Однако в практике встречаются случаи занятия такой деятельностью и в иных формах: создание увеселительных заведений (карусели, качающиеся лодки, водные лодочные станции и т. д.) под видом государственных или общественных предприятий, скупка продуктов сельского хозяйства для последующей перепродажи под видом заготовительной организации, создание конторы по реализации путевок в санатории и дома отдыха и т. д. Права поэтому Г. Барт- новская, когда пишет, что «законодатель считает частное предпринимательство преступным (при всех других признаках) независимо от того, в какой сфере хозяйственной деятельности государства оно осуществлено... И вряд ли правильна позиция тех авторов,* которые ограничивают частнопредпринимательскую деятельность Лишь сферой производства материальных благ».[25] Пленум

Верховного Суда СССР в постановлении от 25 июня 1976 г. «О практике применения судами1 законодательства об ответственности за частнопредпринимательскую' деятельность и коммерческое посредничество» разъяснил, что «под частнопредпринимательской деятельностью, влекущей уголовную ответственность, следует понимать такую деятельность в целях извлечения наживы, которая осуществляется при производстве товаров,строительстве или оказании услуг в сфере бытового, культурного или иного обслуживания населения с использованием или под прикрытием государственных, кооперативных или иных общественных форм для получения прав, льгот и преимуществ, представляемых социалистическим предприятиям и организациям (найма рабочей силы, получения сырья, материалов, оборудования, а также льгот по налоговому обложению, реализации продукции и: т. д.)».37

Характерным для состава преступления является то, что частнопредпринимательская деятельность прикрывается формой государственного, кооперативного или иного общественного предприятия.

Там, где это обстоятельство отсутствует, отсутствует и состав преступления, предусмотренный ст. 153 УК РСФСР. Так, приговором Ядринского районного народного суда Чувашской АССР Фадеев осужден по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР за то, что, не имея регистрационного удостоверения на право заниматься кустарным промыслом (изготовление колес для телег), он в июне — августе 1968 г. изготовлял дома колеса для телег и продавал их. За этот период он изготовил 206 колес и продал их колхозу «Оборона страны-»* Пильченского района Горьковской области по 37 руб. за стан при государственной розничной цене — 22 руб., получив выгоду 679 руб. 71 коп.

Президиум Верховного суда Чувашской АССР не согласился с такой квалификацией и указал, что «ответственность по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР .наступает лишь в том случае, если для частнопредпринимательской деятельности используются государственные, кооперативные или иные общественные формы», в данном же случае «Фадеев изготовляя для колхоза колеса, действовал как частное лицо, не используя государственных, кооперативных или иных общественных форм, тогда как диспозиция

ч.              1 ст. 153 УК РСФСР предусматривает ответственность за занятие частнопредпринимательской деятельностью только с использованием этих форм. Фадеев за занятие кустарным промыслом без регистрационного удостоверения мог нести ответственность на основании ст. 162 УК РСФСР, если бы этот вид промысла был запрещенным.

Таким образом, Фадеев осужден по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР без достаточных к тому оснований».38

Производительная деятельность отдельных лиц или группы лиц, если она осуществляется без прикрытия ее государственной, кооперативной или иной общественной формой в рамках закона и, следовательно, не причиняет вредных последствий, характерных для частнопредпринимательской деятельности, не только не является общественно опасной, а, наоборот, должна признаваться общественно полезной.

Например, советское гражданское право предусматривает возможность осуществления различных работ на основании договора подряда.

В ст. 350 ГК РСФСР говорится: по договору подрядчик обязуется выполнить за свой риск определенную работу по заданию заказчика из его или своих материалов, а заказчик обязуется принять эту работу.

На основании договора подряда может осуществляться строительство и .ремонт домов, изготовление различного рода вещей. В соответствии с договором подряда могут быть заключены и договоры бытового заказа. Ст. 351 ГК РСФСР устанавливает, что гражданин может принять па себя выполнение работы по договору подряда лишь при условии выполнения этой работы своим трудом.

Если, кроме того, стоимость выполненных работ существенно не превышала существующих расценок и исполнитель работ не использовал незаконно государственную и общественную технику и механизмы, то такого рода деятельность не может быть признана частнопредпринимательской и не может наказываться в уголовном йорядке.

\

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного ?уда РСФСР в определении по делу С. и М. указала, что ^«Выполнение работ по договору подряда без использования

общественных форм не может рассматриваться как частнопредпринимательская деятельность».[26]

Под государственной, кооперативной формой понимаются любые государственные и кооперативные промышленные, сельскохозяйственные, торговые, ремонтные, бытовые и другие предприятия, учреждения. Общественной формой признаются все общественные организации, являющиеся добровольными объединениями граждан, созданными для развития политической активности и самодеятельности граждан СССР, удовлетворения их интересов. (ст. 51 Конституции СССР), деятельность которых предусмотрена законом или санкционирована соответствующими государственными органами (добровольные спортивные общества, общества культурной связи с заграницей, общества филателистов и т. д.).

Организации граждан, не подпадающие под указанные выше признаки, не могут быть признаны общественными вообще, в том числе и в смысле ч. 1 ст. 153 УК. Поэтому неверна позиция авторов, признающих общественными организациями «строительные бригады шабашников».[27]

В связи с этим признаком состава преступления спорным в советской литературе является вопрос о квалификации деятельности лиц, которые, прикрываясь работой в действительно социалистической организации, занимаются деятельностью в интересах личного обогащения.

Использование социалистической организации (предприятия) в целях личного обогащения может иметь место в двух случаях: а) лицо действует от имени и под прикрытием организации (предприятия), где оно работает, а работу выполняет в целях личного обогащения. Например, фотограф от имени фотографии, где он работает, принимает заказы на различного рода фотографические работы (фотографирование экскурсантов во время экскурсий, школьников в конце учебного года, передовиков производства для Доски почета и т. д.), сам выполняет эти работы и полученные деньги полностью присваивает. Или преступник заключает соглашение с колхозом и, действуя от его имени, заготовляет лес, наживаясь за счет разницы между заготовительными ценами и ценами, которые выплачивает за лес колхоз; б) лицо действует от своего собственного имени, но выполняет работы, используя материальные возможности того предприятия, где оно работает: фотограф в частном порядке берет заказы на изготовление портретов и фотографий, но выполняет эти заказы в рабочее время по месту своей работы.

Существует позиция, сторонники которой признают в обоих случаях признаки частнопредпринимательской деятельности.

«По нашему мнению, — пишет Г. Бартновская, — правильна квалификация по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР действий фотографов, часовщиков, механиков по ремонту бытовых приборов, зубных техников и т. д., которые, используя государственную организацию, выполняют частные заказы, извлекая из этой деятельности частнопредпринимательскую прибыль. Использование государственных и общественных форм в таком случае может быть различных видов. Это использование государственной или общественной организации (ателье, мастерской, зубопротезного кабинета) для получения заказов и их выполнения либо для выполнения частных заказов, принятых вне ее...

По закону любое незаконное1 использование государственных и общественных форм деятельности, приносящее прибыль, составляет объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 153 УК РСФСР».41

Другая точка зрения заключается в том, что только случаи, когда лицо использует государственные или общественные формы для получения заказов, т. е. когда лицо в глазах заказчика является представителем государственной или общественной организации (предприятия), должны рассматриваться как частнопредпринимательская деятельность. При этом не имеет значения, где и каким образом выполняются эти заказы. Случаи же, когда частное лицо использует свое рабочее место лишь для выполнения заказа, под признаки частнопредпринимательской деятельности не подпадают. Подобные действия предлагается квалифицировать по ст. 94 УК РСФСР как причинение имущественного ущерба государству или

33

2 Зак. 7^0 общественной организации путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения.[28]

Вторая позйция представляется более обоснованной. Нельзя слишком широко толковать такой признак состава частнопредпринимательской деятельности, как «использование государственных, кооперативных или иных общественных форм». Ст. 153 УК РСФСР связывает уголовную ответственность за частнопредпринимательскую деятельность с фактом прикрытия ее государственной, общественной, кооперативной формой потому, что такое прикрытие облегчает преступную деятельность.

Преступник, прикрывая свою частную деятельность формой государственного, кооперативного или общественного предприятия, использует в целях получения нетрудовых доходов права и преимущества, предоставленные этим предприятиям (получает фондируемую продукцию, устанавливает связи с торгующими предприятиями, получает транспортные средства и т. д.), или права и преимущества, предоставленные работникам этих предприятии. Например, лицо, занимающееся каким-либо промыслом, прикрываясь работой в кооперативной организации, не получает патента для занятия этим промыслом, не выплачивает налога, которым облагаются кустари, и т. д.

По смыслу закона, частнопредпринимательская деятельность имеет место тогда, когда организация (предприятие) по форме для других лиц выступает как социалистическая, а по содержанию своей деятельности является частным предприятием. Именно такая ситуация имеет место в случаях, когда лицо от имени социалистической организации принимает заказы на выполнение каких-либо работ. Здесь заказчик, по его мнению, вступает в контакт с социалистической организацией, хотя на самом деле лицо, с которым он вступает в контакт, действует как частный предприниматель. Но этого нет, когда предприниматель с самого начала выступает как частное лицо. Используя свою работу на государственных или общественных предприятиях для выполнения частных заказов, он не прикрывается государственной или общественной формой. Следовательно, в этих случаях отсутствует состав преступления, предусмотренный

ч.              1 ст. 153 УК РСФСР, поскольку использование госу-

дарственных, кооперативных или иных общественных форм является обязательным признаком этого состава, а а в подобных случаях этот признак отсутствует.

? В постановлении президиума Ленинградского город- ; ского суда по делу Плющеева говорится: «По смыслу

ч.              1 ст. 153 УК РСФСР частнопредпринимательская дея- V тельность представляет собой вид извлечения нетрудовых доходов путем обманных действий лиц, оперирующих . под прикрытием государственных, кооперативных и иных общественных форм хозяйства с использованием прав,

- преимуществ и льгот, предоставляемых соответствующим1 : организациям. Таким образом, обязательным признаком этого преступления является использование государственных, кооперативных или иных общественных форм хозяйства».43

Конечно, это не значит, что лица, занимающиеся’ подобной деятельностью, остаются безнаказанными. Их действия причиняют ущерб государству и обществу и являются общественно опасными. Общественная опасці яость их выражается в том, что лицо затрачивает рабо- чее время не на выполнение своих служебных обязан- „ ностей, а на выполнение частных заказов и получение ?личной выгоды; используются и, следовательно, изнашиваются государственные (общественные) станки, инстру- % менты и другие приспособления. Все это наносит определенный материальный ущерб государству или обществеи- \мок организация, хотя и не связано с изъятием имущз- ства. Такие действия подпадают под признаки преступления, предусмотренного ст. 94 УК РСФСР. Если же материальный ущерб не наступил или он был малозначителен, /то виновный должен быть привлечен к дисциплинарной -или общественной ответственности за нарушение трудовой дисциплины и правил внутреннего распорядка.

# При решении вопроса о наличии или отсутствия if рассматриваемого признака объективной стороны состава ^преступления (использование государственных, коопера- ' S тивных или иных общественных форм) не следует исхо- ||;дить из того, что лжесоциалистическая организация обя- ^вцтельно должна иметь официальный статус социалистической организации, т. е. иметь название, печать, счет в ^Госбанке и т. д. Ничего этого может и не быть. Создание

g?«—.—                             —

43 Бюллетень Верховного суда РСФСР, 1972, № 4, с. 31,

любого объединения лиц для извлечения частной наживы должно квалифицироваться как занятие частнопредпринимательской деятельностью независимо от того, оформлено ли юридически это объединение или нет. В таких случаях уже сам факт заключения соглашения от имени объединения есть прикрытие частной деятельности государственной или общественной формой. Поэтому правильно судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР указала, что «систематическое выполнение частными лицами различного рода работ для государственных или общественных организаций, а равно создание в корыстных целях бригад для выполнения таких работ должно квалифицироваться как частнопредпринимательская деятельность, наказуемая в уголовном порядке».[29] Вместе с тем, как разъясняется в постановлении пленума Верховного Суда СССР от 25 июня 1976 г., «выполнение отдельными лицами (бригадами) работ но договорам подряда, трудовым соглашениям, заключенным с государственными, кооперативными и иными общественными организациями, может рассматриваться как частное предпринимательство лишь в случаях, когда эти лица, прикрываясь формой социалистических организаций, незаконно приобретают строительную и иную технику, фондируемые материалы и т. п. и в связи с этим извлекают доходы, явно не соответствующие затраченному ими труду».[30]

Использование государственных, кооперативных или общественных форм может выражаться в следующем:

а) в создании частнопредпринимательского предприятия, организации, учреждения или в иной частнопредпринимательской деятельности под ложной государственной или общественной вывеской;

б) в создании внутри действительно социалистического предприятия, учреждения, организации подсобных филиалов, цехов, мастерских, бригад и т. п., используемых для извлечения частнопредпринимательской наживы;

в) в использовании социалистического предприятия, учреждения, организации работающим в них лицом или группой лиц для частнопредпринимательской деятельности;

г)              в использовании для частнопредпринимательской , деятельности существующего социалистического предприятия, учреждения, организации лицами, в них не работающими.

«Использование государственных, кооперативных или иных общественных форм либо прикрытие такими формами может состоять как в создании под видом социалистических организаций различного рода лжефилиалов, цехов, подсобных предприятий, мастерских, бригад, так и в сокрытии частнопредпринимательского характера деятельности формой действительно существующих государственных, кооперативных или иных общественных организ аций ».46

Преступление считается оконченным с начала частнопредпринимательской деятельности. Факт создания лжесоциалистической организации для последующего занятия частнопредпринимательской деятельностью следует " рассматривать как приготовление к совершению преступ- - ления, предусмотренного ч. 1 ст. 153 УК РСФСР. Заня- ~тие частнопредпринимательской деятельностью, как пра- вило, связано с извлечением прибыли. Однако закон не связывает наличие оконченного состава преступления с : фактом получения прибыли. Состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 153 УК РСФСР, налицо, когда имеет место частнопредпринимательская деятельность с использованием государственных, кооперативных или иных об- / щественных форм, безотносительно к тому, получена в % результате этой деятельности прибыль или нет.

:Л' Субъектом частнопредпринимательской деятельности могут быть должностные лица и иные граждане. Если 'М; должностное лицо, занимающееся частнопредпринима- '•$1 тельской деятельностью, использовало свое служебное Щ положение для создания лжесоциалистического пред- приятия или для организации его деятельности, то оно привлекается к ответственности за занятие частнопред- ^ принимательской деятельностью (ч. 1 ст. 153 УК РСФСР)! ¦gl и злоупотребление служебным положением (ст. 170 Ж УК РСФСР) или превышение власти или служебных пол- Jjf номочий (ст. 171 УК РСФСР).

Щ Должностное лицо, использовавшее свое служебное Щ положение для создания и организации деятельности частнопредпринимательского предприятия, но не участвовавшее в его деятельности, отвечает за должностное преступление (ст. 170 или 171 УК РСФСР) и по ст. 17 и ч. 1 ст. 153 УК РСФСР. Наконец, должностное лицо, участвовавшее в деятельности частнопредпринимательской организации, но не использовавшее своего служебного положения для ее создания и организации деятельности, отвечает по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР. Для квалификации преступления по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР не имеет значения количество участников лжесоциалистической организации.47

Некоторые авторы лжесоциалистические организации относят к преступным сообществам. Однако это не так. Отвечать за частнопредпринимательскую деятельность с использованием государственных, кооперативных и иных общественных форм может и один человек. Для квалификации преступления не имеет значения сколько человек входит в состав лжесоциалистической организации, а важно то, что деятельность лиц или одного лица прикрыта формой социалистического предприятия.

С субъективной стороны частнопредпринимательская деятельность характеризуется прямым умыслом, К уголовной ответственности по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР могут быть привлечены только лица, которые сознают, что они занимаются частной деятельностью с использованием государственных, кооперативных или иных общественных форм и желают заниматься такой деятельностью.

Мотивом преступления является корысть, т. е. стремление извлечь частнопредпринимательскую прибыль. Ч астнопредпринимательская деятельность зачастую бывает связана с хищениями государственной или социалистической собственности и спекуляцией. В этих случаях действия виновных квалифицируются по совокупности преступлений: частнопредпринимательская деятельность и хищение социалистической собственности или частнопредпринимательская деятельность и спекуляция.

При разграничении частнопредпринимательской деятельности и хищения социалистического имущества следует иметь в виду, что для хищения характерно изъятие имущества из государственного или общественного фонда. Например, хищение имеет место там, где виновный

осуществляет частнопредпринимательскую деятельность, ^ используя безвозмездно сырье, материалы, запасные / части и т. д., являющиеся социалистическим имуществом. Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 11 июля 1972 г. «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества» V разъяснил, что «обращение в свою собственность денеж- ных средств работником сферы обслуживания населения, полученных от заказчика по прейскуранту, за выполненную им работу с использованием сырья или материалов _ предприятия, следует рассматривать как хищение госу- г дарственного или общественного имущества».48

Если же незаконное обогащение не связано с s изъятием имущества, то оно при наличии других предусмотренных законом признаков квалифицируется по ч. 1 * ст. 153 УК РСФСР и соответствующим статьям УК дру- 4 гих союзных республик (например, когда предпринима- ¦, тели занимались фотографией, пользуясь прикрытием а ^ фотоателье, а деньги, полученные с клиентов, присваива- ^ ли себе). Именно по этому признаку отличается частко- >Г предпринимательская деятельность от хищения социа- диетического имущества путем мошенничества (ст. 93 УК РСФСР), в случаях когда мошенник обманно выдает себя за представителя социалистической организации, va Оба состава характерны тем, что предусматривают ответ- ственность за незаконное обогащение с обманным ис- Щ пользованием социалистической организации. Однако j^. направленность обмана в этих составах различна. При мошенничестве обман есть средство изъятия имущества,

незаконное обогащение осуществляется под влиянием обмана. Например, мошенник выдает себя за представителя мастерской по ремонту часов и получает причитающиеся мастерской деньги. При частнопредпринимательской деятельности обман есть средство сокрытия действительной сущности деятельности, ее частнопредприниматель- Ж ского характера. Обогащение же осуществляется в ре- к зудьтате частнопредпринимательской деятельности (та- кой же случай, если преступник фактически выполняет I ремонтные работы, но деньги присваивает).

Ю Наказание за частнопредпринимательскую деятель- іность с использованием государственных, кооперативных

и иных общественных форм — лишение свободы на срок до 5 лет с конфискацией имущества или ссылкой на срок до 5 лет с конфискацией имущества.

Коммерческое посредничество. Коммерческое посредничество является преступлением, которое предусмотрено ч. 2 ст. 153 УК РСФСР.

Закон (УК РСФСР) не содержит понятия этого преступления и определяет лишь, что наказуемым является коммерческое посредничество, осуществляемое частными лицами в виде промысла или в целях обогащения. В ст. 1461 УК ЭССР коммерческое посредничество (маклерство) определяется как приобретение для предприятий, учреждений, организаций или граждан товаров, продуктов или других предметов, а равно реализация товаров, продуктов или других предметов, принадлежащих предприятиям, учреждениям, организациям или гражданам, или иные посреднические (маклерские) действия.

Ст. 169 УК ТССР определяет коммерческое посредничество как приобретение частными лицами для граждан или общественных организаций промышленных товаров, продуктов или других предметов, а равно принятие на себя обязанностей по реализации товаров, продуктов или других предметов, принадлежащих гражданам или общественным организациям. Такое же определение коммерческого посредничества содержится в ст. 167 УК ГССР. Ст. 155 УК АрмССР предусматривает ответственность за «коммерческое посредничество частных лиц, выразившееся в приобретении для предприятий, учреждений, организаций или граждан фондируемых и планируемых товарно-материальных ценностей, в частности, строительных материалов, а равно принятие на себя обязанностей по реализации товаров, материалов, продуктов и прочих предметов, принадлежащих предприятиям и кооперативным организациям или гражданам, совершенных в виде промысла».

При определении понятия коммерческого посредничества необходимо учитывать следующие характерные его признаки:

а)              коммерческое посредничество есть одна из форм частнопредпринимательской деятельности, которая используется преступником для получения нетрудового дохода, уклонения от общественно полезного труда и ведения паразитического образа жизни. Это лишает такую деятельность общественно полезного характера и превращает ее в преступление.

Пленум Верховного Суда СССР рассмотрел дело М. П, Литвинова, осужденного по ч. 2 ст. 153 УК РСФСР за то, что он, выполняя по трудовому соглашению обязанности заготовителя колхоза им. Кирова с сентября 1958 г. по декабрь 1962 г., занимался коммерческим посредничеством, связанным с заготовкой для колхоза леса, строительных материалов и оборудования, в результате чего необоснованно обогатился и причинил колхозу ущерб на 7193* рубля. В постановлении пленума от 29 июня 1970 г. по этому делу говорится, что «по смыслу ст. 153

ч.              2 УК РСФСР коммерческим посредничеством, за которое установлена уголовная ответственность, признаются такие запрещенные законом действия частного лица, которые не носят общественно полезного характера и представляют собой форму нетрудового обогащения путем получения вознаграждения за посреднические функции при осуществлении сделок между лицами и организациями.

По данному же делу нет основания для вывода, что в действиях Литвинова содержатся признаки такого деяния. Из дела усматривается, что он являлся представителем колхоза, занимался заготовкой требуемых последнему материалов... получал от колхоза лишь оплату своего труда и посреднической деятельностью не занимался, в связи с чем дело о нем в части обвинения по ст. 153 ч. 2 УК РСФСР следует прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления»;[31]

б) коммерческое посредничество имеет место тогда, когда частное лицо оказывает содействие в заключении хозяйственных сделок между учреждениями, организациями, предприятиями, отдельными гражданами в торговой или иной хозяйственной сфере;

в) преступное коммерческое посредничество всегда носит возмездный характер;

г) закон (ч. 2 ст. 153 УК РСФСР) устанавливает, что коммерческое посредничество считается преступлением тогда, когда оно осуществляется в виде промысла или в целях обогащения.

Исходя из изложенного, можно сделать вывод, что коммерческое посредничество это запрещенные законом

действия частного лица, не имеющие общественно полезного характера, представляющие собой форму нетрудового обогащения, выражающиеся в оказании посреднического содействия за вознаграждение в заключении сделок хозяйственного характера между учреждениями, организациями, предприятиями, гражданами в торговой или иной хозяйственной сфере.

В советской литературе имеются и другие определения этого понятия. Коммерческое посредничество определяется как умышленное оказание содействия частным лицом в приобретении или сбыте товаров или иных ценностей за вознаграждение,[32] оказание посредничества в сфере торговли,[33] разнообразную посредническую деятельность, направленную к получению наживы,[34] и др.

Наиболее удачно применительно к УК УССР определяет понятие коммерческого посредничества В. Я. Таций. Он пишет: «Коммерческое посредничество — это совершение в виде промысла или в целях обогащения действий, направленных на оказание содействия в приобрел тении или реализации товарно-материальных ценностей для учреждений, предприятий, организаций и граждан либо принятие на себя таких обязанностей, а равно оказание содействия в заключении сделок между сторонами или иные посреднические действия, хозяйственного характера, являющиеся средством нетрудового обогащения».[35]

Правильное понимание родового и непосредственного объектов преступления позволяет уточнить социальную сущность преступления, оценить общественную опасность его, правильно решить вопросы квалификации преступления и отграничения его от смежных составов преступлений, от правонарушений не уголовного порядка и от не запрещенных законом действии. В советской юридической литературе встречаются различные определения объекта коммерческого посредничества. В качестве

такового называют «интересы социалистического народного хозяйства»,[36] «интересы народного хозяйства»,[37] «систему народного хозяйства»,[38] «нормальную деятельность хозяйственных учреждений, предприятий и организаций в области снабжения и сбыта»,[39] «принципы планового распределения материальных ресурсов при социализме, а также принципы оплаты >по труду в социалистическом обществе»[40] и некоторые другие.

При решении вопроса о непосредственном объекте коммерческого посредничества необходимо исходить из социальной сущности этого преступления, из оценки его общественной опасности.

Законодатель включил в новое уголовное законодательство еостав коммерческого посредничества потому, что такая деятельность при определенных условиях нарушает нормальный порядок хозяйствования в социалистическом обществе. Составной частью этого нормального порядка является установленный законом или иными нормативными актами порядок распределения материальных ценностей в социалистическом обществе.

Одной из форм такого распределения и перераспределения является договор купли-продажи. «Договор купли- продажи — это такой договор, в силу которого одна сторона, продавец, обязуется передать имущество в собственность или оперативное руководство другой стороне, покупателю, а покупатель обязуется принять это имущество и уплатить установленную цену».[41] По своему юридическому содержанию близко к договору купли-продажи примыкает и договор мены.

Другой формой распределения материальных благ выступает договор поставки. «Поставка — это такой плановый договор, который заключается в отношениях между социалистическими организациями и в силу которого одна сторона, поставщик обязуется поставлять продукцию, а другая сторона, покупатель, обязуется принимать и оплачивать ее».[42]

Все эти договоры носят двусторонний характер и предполагают вступление сторон в непосредственные отношения по поводу передачи имущества. Таким же признаком обладают договоры (двусторонние сделки), которые заключаются для решения иных вопросов хозяйственного характера (договор займа, имущественного найма и др.)* Сущность коммерческого посредничества заключается в том, что при определенных условиях, указанных в уголовном законе, эти нормальные отношения нарушаются тем, что между приобретателем товара или иных ценностей и продавцом их или между лицами, заключающими иные сделки хозяйственного характера, появляется третье лицо — коммерческий посредник, который оказывает содействие в заключении сделки за вознаграждение. Таким образом, причиняется ущерб нормальному функционированию социалистического хозяйства, что, как правило, связано с причинением ему вреда [(нарушаются плановые поставки, истребляются природные богатства, причиняется имущественный ущерб предприятиям и отдельным гражданам и т. д.). Именно поэтому законодатель отнес коммерческое посредничество к хозяйственным преступлениям, и родовым объектом его считается социалистическая система хозяйства.

Непосредственный объект коммерческого посредничества — отношения в области распределения материальных благ, поскольку преступление причиняет ущерб лишь в этой области хозяйственной деятельности. Не случайно законодатель говорит не вообще о посредничестве, а о «коммерческом» посредничестве. Коммерческое посредничество наносит ущерб социалистическому народному хозяйству, нарушая социалистический принцип распределения материальных благ, который и следует рассматривать как непосредственный объект данного преступления.

С объективной стороны коммерческое посредничество выражается в совершении активных действий, направленных на оказание содействия в заключении сделок хозяйственного характера между гражданами, между гражданами и социалистическими организациями, между

социалистическими организациями. При буквальном, грамматическом толковании термин «коммерческое посредничество» означает «торговое посредничество».

Однако анализ закона, устанавливающего уголовную ответственность за указанные действия, показывает, что это преступление может быть совершено не только в области торговли, но и в любой другой области хозяйства. На этой же позиции стоят и судебные органы* В постановлении пленума Верховного Суда СССР по делу JL говорится, что, представляя одну из форм частнопредпринимательской деятельности, коммерческое посред-j ничество выражается в выполнений виновным незаконні ных посреднических, в том числе торговых операций.61'

Совершение посреднических операций вне хозяйственной сферы, даже если это посредничество осуществляется возмездно, не подпадает под признаки ч. 2 ст. 153 УК РСФСР.

Этим коммерческое посредничество отличается от занятия сводничеством (ст. 210 УК РСФСР), сбыта, распространения порнографических предметов (ст. 228 УК РСФСР), посредничества во взяточничестве (ст. 174* УК РСФСР), приобретения или сбыта имущества, заведомо добытого преступным путем (ст. 208 УК РСФСР), и некоторых других.

С объективной стороны коммерческое посредничество может проявляться в самых разнообразных формах. Наиболее часто на практике встречаются следующие формы коммерческого посредничества:

а) оказание содействия отдельным гражданам или социалистическим учреждениям, предприятиям, организациям в приобретении различных товаров, материалов или иных предметов.

В этих случаях посредник сам не покупает товар и не продает его, а лишь содействует заключению или реализации договора купли-продажи. Так, 3. заключил трудовое соглашение с правлением колхоза «Россия» Тимашевского района Краснодарского края с обязательством поставлять колхозу внеплановые железнодорожные вагоны, машины, оборудование, лес, стекло, гвозди, запасные части и другие материалы. За организацию этих сделок он получил вознаграждение, явно превышающее

стоимость затраченного им труда: за авторезину 20% ее стоимости — 53 руб., за автомашину ГАЗ-69—119 руб., за лес хвойный 77 м3 — 225 руб., за автобус — 181 руб. и т. д. [43]

Частными случаями коммерческой деятельности в этой форме являются: а) продажа места в очереди; продажа неоплаченного чека; б) оказание содействия отдельным гражданам или же социалистическим учреждениям, предприятиям, организациям в сбыте имеющихся у них товаров или продукции. В этих случаях посредник сам непосредственно продажей не занимается, а лишь способствует продавцу в реализации его материальных ценностей (подыскивает покупателя, помогает в перевозке товара и т. д.); в) принятие на себя обязанностей по приобретению или реализации товаров, материалов или иных предметов для отдельных граждан или социалистических учреждений, предприятий, организаций. Так, К. и В., проживающие в Молдавской ССР, по договоренности с колхозами продавали в торгующие организации ряда районов страпы значительное количество яблок, груш, винограда, слив, арбузов, пшеницы, подсолнуха, вина, сухофруктов, орехов, фасоли, капусты, масла и лука.[44]

При такой форме коммерческое посредничество выражается не просто в оказании содействия при заключении или реализации договора купли-продажи, а в том, что посредник сам покупает или продает товары, получая за это вознаграждение; г) оказание содействия социалистическим предприятиям, учреждениям, организациям или гражданам в заключении и осуществлении любых других (помимо торговых) сделок хозяйственного характера. Сюда относятся случаи посредничества при обмене квартиры, заключении договоров жилищного найма, подряда, займа, на издание литературной продукции и т. д. Так, П. был признан виновным в коммерческом посредничестве и осужден по ч. 2 ст. 153 УК РСФСР за то, что он за вознаграждение упаковывал купленную гражданами в магазине мебель, грузил ее на автотранспорт, доставлял на товарную станцию, а затем отправлял по железной дороге.[45]

Народными судами были признаны виновными в коммерческом посредничестве, выразившемся в оказании содействия гражданам в приобретении товаров, имеющих повышенный спрос у населения, 22,8% всех осужденных по изученным делам; за оказание содействия в сбыте принадлежащих гражданам товаров (вина, фруктов и т. д.)—59,2%; за оказание содействия государственным и общественным организациям в приобретении, ускорении отпуска им товаров и в реализации произведенной ими продукции — 18%.[46]

При квалификации этого преступления следует иметь в виду, что посредническая деятельность выступает как уголовно наказуемое коммерческое посредничество только тогда, когда эта деятельность не входила в круг трудовых обязанностей лица. Если же посреднические действия были трудовой функцией лица, то ответственность за них исключается. Так, Андрушко был признан виновным в коммерческом посредничестве между колхозами «Большевик», «Вперед к коммунизму», «Красное Знамя» Мураванокуриловского района Винницкой области и Дрегельским леспромхозом Новгородской области. На основании договоров с колхозами он заключал трудовые соглашения с бригадирами лесорубов, которые выезжали в леспромхоз для заготовки леса. Всего за 1969—70 гг. Андрушко заготовил для названных колхозов 3592,8 м3 леса и получил за это 12 425 руб. 78 коп. (с учетом командировочных расходов). Пленум Верховного Суда СССР в определении по этому делу указал на неправильность утверждения, что Андрушко действовал как частное лицо, что во взаимоотношениях с леспромхозом он выступал в качестве представителя колхозов и в соответствии с заключенными с ними договорами был наделен определенными полномочиями на заготовку леса и выполнял широкий круг обязанностей, свойственных должностному лицу. Полученные Андрушко деньги, обусловленные договорами, являются платой за фактически выполненную им работу, а не вознаграждением, которое имеет место при коммерческом посредничестве. Исходя из этого, пленум Верховного Суда СССР уголовное дело 'нрекратил за отсутствием состава преступления.[47]

Конечно, наличие трудовых соглашений с предприятием, организацией, учреждением не всегда исключает ответственность за коммерческое посредничество. Такая ответственность не исключается, если трудовые отношения носят заведомо фиктивный характер, когда лицо занимается по собственной инициативе посредническими операциями, не входящими в круг его непосредственных обязанностей.

«При рассмотрении дел о коммерческом посредничестве суды должны учитывать, что ч. 2 ст. 153 УК РСФСР и соответствующих статей УК других союзных республик устанавливает ответственность за действия, осуществляемые при наличии признаков, указанных в законе, частными лицами, оказывающими услуги или принимающими на себя обязанности по приобретению товарно-материальных ценностей для государственных, кооперативных п иных общественных организаций и граждан либо по реализации продукции или совершению иных сделок коммерческого характера. В частности, коммерческое посредничество может выразиться в приобретении или сбыте продукции под прикрытием договора поручения, заключенного социалистической организацией с частным лицом, в подыскании продавцу — покупателя, а покупателю — продавца, в приобретении товаров для других лиц или организаций, найме помещения для торговли, оказании содействия гражданам в приобретении товаров путем продажи неоплаченных товарных чеков, талонов, посредничестве в обмене квартир и т. п.».67

Преступное коммерческое посредничество всегда носит возмездный характер. Безвозмездное посредничество не является преступлением. Получение вознаграждения должно быть заранее оговорено, хотя бы с одной из сторон сделки. Если выплата вознаграждения не была заранее оговорена, и оно было выплачено в качестве благодарности за оказанную услугу, то коммерческое посредничество отсутствует.

Вознаграждение может выплачиваться в форме заработной платы, командировочных расходов, процентов от стоимости реализованных товаров и т, д., в виде денег или иных материальных благ (продукты, путевка в санаторий и т. д.).

Вознаграждение при коммерческом посредничестве является по существу нетрудовым доходом, так как его размеры явно не соответствуют количеству и качеству вложенного в посредническую деятельность труда.[48]

В приведенном выше постановлении пленума Верховного Суда СССР по делу А. указывается, что «коммерческим посредничеством, влекущим уголовную ответственность, признаются действия частного лица, которые не носят общественно полезного характера и представляют собой форму нетрудового обогащения путем получения вознаграждения за посреднические функции...».

При решении вопросов об ответственности за коммерческое посредничество необходимо иметь в виду, что не всякая посредническая деятельность, выполняемая завоз- награждение, является общественно опасной и преступной. Гражданское законодательство предоставляет гражданам право на заключение договора поручения (ст. 396 ГК РСФСР). «По договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия-

Доверитель обязан уплатить поверенному вознаграждение, если [уплата вознаграждения предусмотрена законом или договором».

Возмездным является и договор комиссии (ст. 404 ГК РСФСР). «По договору комиссии одна сторона (комиссионер) обязуется по поручению другой стороны (комитента) за вознаграждение совершить для комитента одну или несколько сделок от своего имени».

По УК РСФСР коммерческое посредничество считается преступлением тогда, когда оно осуществляется в виде промысла pi ли в целях обогащения.

Под промыслом, в отличие от единичного, однократного акта, понимается более или менее постоянная коммерческая деятельность, извлечение имущественных выгод, которые становятся основным или дополнительным источником существования виновного.

Коммерческое посредничество в виде промысла наказывается независимо от размера обогащения.

Преступление имеет место и тогда, когда посредническая деятельность осуществлялась не в виде промысла, а выразилась в единичном акте, если этот акт был совершен в целях обогащения, т. е. в целях получения крупного вознаграждения. «Под коммерческим посредничеством, совершаемым в целях обогащения, следует понимать осуществление такой деятельности хотя бы впервые и однократно, но за значительное вознаграждение (например, лицо уличено в том, что оно, использовав свои „связи**, содействовало другому лицу в приобретении дефицитных материалов для строительства дачи, получив за это крупную денежную сумму)».[49] Вопрос о том, какой размер вознаграждения следует считать обогащением, — это вопрос факта. Окончательно он решается судом при рассмотрении уголовного дела.

Коммерческое посредничество по УК РСФСР — состав формальный. Преступление считается оконченным с момента заключения соглашения между посредником и одной из сторон хозяйственной сделки об оказании посреднических действий за вознаграждение. По закону для признания преступления оконченным не требуется, чтобы сделка между сторонами была фактически осуществлена, а также не требуется, чтобы посредник фактически получил вознаграждение.

Нельзя согласиться со следующим утверждением: «Если учесть, что коммерчёское посредничество в большинстве случаев посягает на два непосредственных объекта — принципы планового распределения и принципы оплаты по труду в социалистическом обществе, — нетрудно сделать вывод, что объективная сторона находит свое завершение, когда будет произведено посягательство на оба непосредственных объекта. Поэтому коммерческое посредничество следует признать оконченным преступлением с момента начала выполнения обеими сторонами основных условий сделки, т. е. с момента начала выполнения посредником обязательств по оказанию различных услуг — получения за это вознаграждения».[50]

Это положение противоречит теории советского уголовного права. Признание его правильным означает, что в уголовном законодательстве отсутствуют так называемые формальные составы преступлений, которые характеризуются тем, что признают оконченными преступлениями действия, которые не причинили реального ущерба объекту, но создали угрозу причинения ущерба. Существование таких составов преступлений — общепринятая точка зрения. На практике позиция В. Я. Тация привела бы к освобождению от ответственности преступников, добившихся своей основной цели — получения нетрудового дохода. Так, лицо, оказавшее содействие в заключении сделки между сторонами и получившее за это крупное вознаграждение, не может быть привлечено к ответственности, если стороны по каким-либо причинам не приступили к выполнению сделки. Такое толкование момента окончания преступления не вытекает из закона. По УК РСФСР, УК УССР (ст. 151), УК БССР (ст. 150) и другим закон предусматривает ответственность за сам факт коммерческого посредничества.

По законодательству некоторых союзных республик момент окончания преступления отнесен .ближе к фактическому нанесению ущерба объекту. Так, по УК ГССР (ст. 167), УК АрмССР (ст. 155), УК ТССР (ст. 169) коммерческим посредничеством считается приобретение товарно-материальных ценностей, а равно принятие на себя обязанностей по их реализации. При таком описании состава окончание преступления переносится с момента заключения соглашения на момент фактического приобретения товарно-материальных ценностей.

По УК ЭССР (ст. 1461) коммерческое посредничество выражается в приобретении товарно-материальных ценностей, а равно и в их реализации. Таким образом, преступление по закону считается оконченным с момента фактического приобретения ценностей или с момента их фактической реализации.

С объективной стороны коммерческое посредничество может выражаться в содействии в приобретении или сбыте предметов, торговля которыми запрещена (сбыт поддельных документов, штампов, печатей — ст. 196 УК РСФСР; сбыт ядовитых, сильнодействующих и наркотических веществ — ст. 224 УК РСФСР; сбыт порнографических предметов — ст. 228 УК РСФСР; оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ — ст. 218 УК РСФСР; сбыт проездных билетов и документов на проезд и провоз груза — ст. 159 УК РСФСР и др.).

В этих случаях действия виновного должны квалифицироваться по совокупности — как коммерческое посред- ннчество и как соответствующее преступление, заключающееся в сбыте запрещенных к обмену предметов.

С субъективной стороны коммерческое посредничество характеризуется прямым умыслом. Сознанием преступника охватываются все фактические обстоятельства, описание которых дано в составе преступления, т. е. то, что им осуществляется посредничество, что оно оказывается за вознаграждение, что вознаграждение явно не соответствует затраченному труду и поэтому является нетрудовым доходом, что посредничество оказывается в виде промысла или с целью обогащения. Необходимым элементом субъективной стороны является цель получения нетрудового дохода. Если такой цели у лица не было, то оно не может быть признано виновным в коммерческом посредничестве.

Поэтому, если лицо, совершая коммерческое посредничество, считает, что делает это безвозмездно, оно не может быть привлечено к уголовной ответственности, даже если впоследствии и получило вознаграждение за свои действия.

- Не может быть признано виновным в коммерческом посредничестве и лицо, которое, осуществляя посредническую деятельность, основательно полагало, что обещанное (или выплаченное) ему вознаграждение соответствует затраченному им труду, хотя впоследствии и выяснится, что между стоимостью затраченного труда и фактически полученным вознаграждением имеется какое-то несоответствие.

Субъектом преступления, как об этом прямо говорится в законе, могут быть только частные лица. Частными признаются лица, которые не подпадают под понятие должностного лица, содержащееся в законе (примечание к ст. 170 УК РСФСР), т. е. такие, которые не выполняют функции представителя власти и на которых не возложено в соответствии с их должностным положением исполнение организационно-распорядительных или административно-хозяйственных обязанностей.

Должностное лицо, использующее свое должностное положение для занятия коммерческим посредничеством, отвечает не по ч. 2 ст. 153 УК РСФСР, а по статьям УК, предусматривающим ответственность за должностные преступления (злоупотребление властью или служебным положением — ст, 170 УК РСФСР; превышение власти или служебных полномочий — ст. 171 УК РСФСР; получение взятки — ст. 173 УК РСФСР).

Должностное лицо, занимающееся коммерческим посредничеством без использования своего служебного положения, отвечает по ч. 2 ст. 153 УК РСФСР, так как в этом случае оно действует как частное лицо. Так же должно отвечать и должностное лицо, если оно для занятия коммерческим посредничеством использовало не свое должностное положение, а «связи» и «знакомства» в связи с занимаемым положением. Так, X., работавший главным инженером районного отделения «Сельхозтехника» , используя личные знакомства, неоднократно посредничал в сбыте и приобретении механизмов, запасных частей и иных материалов. В частности, он оказал содействие председателю колхоза Ш. в приобретении для нужд колхоза отвала для бульдозера. Его действия обоснованно были квалифицированы по ч. 2 ст. 153 УК РСФСР.[51]

Должностные лица не могут быть исполнителями рассматриваемого преступления, но могут выступать в качестве соучастников, если для оказания содействия посреднику они используют свое должностное положение. В этих случаях действия должностного лица должны рассматриваться как соучастие в коммерческом посредничестве (ст. 17 и ч. 2 ст. 153 УК РСФСР) и как соответствующее должностное преступление.

Коммерческое посредничество необходимо отличать от смежных составов преступлений. Коммерческое посредничество отличается от хищения социалистического имущества по ряду элементов состава: по объекту посягательства (объектом коммерческого посредничества являются отношения в области распределния материальных благ, а хищений — отношения собственности); по субъекту (субъектом коммерческого посредничества являются только частные лица, достигшие 16-летнего возраста, субъектом хищений могут быть и лица, достигшие 14-летнего возраста, и должностные лица). Основное же различие между этими составами — по объективной стороне. При хищении виновный с корыстной целью обращает социалистическое имущество в свою пользу или в пользу других лиц безвозмездно, а при коммерческом посредничестве он незаконно получает имущество за свою деятельность. Кроме того, если при хищении (кроме хищения в форме мошенничества) имущество переходит к виновному, помимо воли его собственника, то при коммерческом посредничестве собственник или распорядитель имущества сознательно и добровольно передают его в качестве вознаграждения за посредническую деятельность.

Особенно близко состав коммерческого посредничества соприкасается с составом хищения путем мошенничества (ст. 93 УК РСФСР). Хищение путем мошенничества имеет место тогда, когда виновный, заключая соглашение о коммерческом посредничестве и получая вознаграждение, не имел в виду оказать посредничество, а просто стремился получить имущественную выгоду. В таких случаях обман или злоупотребление доверием для преступника выступали 'лишь как средство завладения имуществом. Иное положение при коммерческом посредничестве, когда лицо получает вознаграждение за действительно выполненные им работы.[52]

В практике встречаются случаи одновременного совершения коммерческого посредничества и хищения социалистического имущества, когда посредник, кроме получения обусловленного вознаграждения, похищает имущество путем завышения командировочных расходов, цен на приобретенные товарно-материальные ценности, представления нарядов на невыполненные работы и т. д. При таких ситуациях действия виновных должны квалифицироваться по совокупности как коммерческое посредничество и хищение социалистического имущества.

Коммерческое посредничество следует отграничивать от занятия частнопредпринимательской деятельностью. Коммерческое посредничество есть один из видов частнопредпринимательской деятельности. И то и другое преступление выражается в том, что лицо занимается определенной деятельностью, направленной на получение нетрудового дохода. Основное их отличие заключается в том, что частнопредпринимательская деятельность всегда осуществляется с использованием государственных кооперативных или иных общественных форм. Этого нет при коммерческом посредничестве, которое всегда совершается частными лицами. Поэтому, если лицо заключает с другими лицами соглашения реализовать их вещи и получает за это вознаграждение, то, при наличии всех других признаков ч. 2 ст. 153 УК РСФСР, налицо коммерческое посредничество. Если же в подобном случае посредник действует от имени комиссионного магазина, то его действия должны квалифицироваться как частно- предпринимательская деятельность по ч. 1 ст. 153 УК РСФСР.

Некоторые авторы считают недостаточным наличие этого признака для разграничения составов. В. Я. Таций пишет, что «деятельность коммерческого посредника также довольно часто осуществляется под прикрытием форм государственного, кооперативного или иного общественного предприятия (например, оказания содействия колхозам в заготовке деловой древесины, содействия предприятиям в поставке дефицитного оборудования и др.)».[53] Автор смешивает два разных обстоятельства: что такое «использование государственных... форм» и то, для кого осуществляется посредническая деятельность. Использование государственных, кооперативных и других общественных форм означает, что виновный действует от имени государственного или иного социалистического предприятия, учреждения, организации. В пользу кого осуществляется посредничество (государственной организации или частного лица), не имеет значения.

Коммерческое посредничество «в пользу» социалистического предприятия может иметь место и с использованием виновным социалистических форм, и без использования таковых. В приведенном В. Я. Тацием примере содействие колхозу в заготовке деловой древесины могло оказать и частное лицо (т. е. не прикрывающееся никакими социалистическими формами), и лицо, внешне выступающее в качестве представителя лесозаготовительной организации. В первом случае его действия будут коммерческим посредничеством, во втором —• частнопредпринимательской деятельностью.

Вопрос об отграничении коммерческого посредничества и спекуляции возникает тогда, когда посредничество выражается в форме оказания посреднической помощи в приобретении или сбыте товаров и иных предметов, поскольку спекуляция есть скупка и перепродажа товаров или иных предметов. Отличие между этими составами прежде всего в том, что коммерческий посредник, получая вознаграждение за приобретение или реализацию товаров, никогда не становится его собственником. Спекулянт же, наоборот, приобретает товар путем покупки или обмена его и на определенное время становится собственником товара. Другой отличительной особенностью спекуляции является то, что она состоит из двух взаимосвязанных действий, тогда как коммерческое посредничество выражается либо в приобретении товаров, либо в их реализации. Для отграничения имеет значение форма получения незаконой прибыли. «Если при коммерческом посредничестве виновный получает доход в виде определенной оплаты услуг в соответствии с заранее обусловленным соглашением, то спекулянт сам изымает прибыль в виде разницы'между покупной и продажной ценой».[54]

Иногда коммерческое посредничество фактически является соучастием в спекуляции. Эти два преступления следует разграничивать по субъективной стороне. Если виновный сознавал, что он оказывает содействие скупке и перепродаже товаров или иных предметов с целью наживы, он должен отвечать за соучастие в спекуляции. При этом посредничество должно квалифицироваться как соучастие в спекуляции только в случаях, когда оно подпадает под признаки ст. 17 и ч. 2 ст. 153 УК РСФСР. Посредничество в простой спекуляции (ст. 17 и ч. 1 ст. 154 УК РСФСР) является менее тяжким преступлением, чем коммерческое посредничество, и поэтому его следует квалифицировать по ст. 153 УК РСФСР, так как оно полностью охватывается признаками предусмотренного этой статьей состава преступления.

Действия виновного квалифицируются по совокупности как спекуляция и коммерческое посредничество в случаях реальной совокупности, т. е. тогда, когда виновный помимо занятия коммерческой деятельностью скупал и перепродавал товары или иные предметы в целях наживы. В. Сташис и В. Таций положительно решают вопрос о возможности аналогичной квалификации и при ¦идеальной совокупности преступлений.75 Определенные трудности вызывает разграничение коммерческого посредничества и занятия запрещенным промыслом (ст. 162 УК РСФСР). В старом законодательстве (УК РСФСР 1926 г.) состав коммерческого посредничества отсутствовал. Однако законодательство знало понятие «торгового посредничества», которое рассматривалось как один из видов запрещенных промыслов. После включения в уголовное законодательство состава коммерческого посредничества торговое посредничество стало охватываться этим составом. Коммерческое посредничество отличается от занятия запрещенным промыслом в основном по объективной стороне. Объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 162 УК РСФСР, составляют только такие виды промыслов, перечень которых дан в Правилах регистрации некооперированных кустарей и ремесленников.

Запрещенные промыслы выражаются, как правило, в производстве нового товара из скупленного или давальческого сырья, тогда как коммерческое посредничество никогда не бывает связано с изготовлением каких- либо предметов. Остальные виды запрещенных промыслов (т. е. не связанных с изготовлением предметов) не выражаются в посреднической деятельности.

Наибольшие трудности вызывает решение вопроса о разграничении коммерческого посредничества и занятия запрещенным промыслом, когда лицо сбывает за вознаграждение продукты, материалы и изделия, изготовленные кустарями и ремесленниками и переданные посреднику для реализации.

В тех случаях, когда посредническая деятельность не охватывается составом коммерческого посредничества в силу отсутствия тёких признаков, как «промысел» или «цель обогащения», или когда речь идет о посредничестве в совершении действий, предусмотренных ч. 2 ст. 162 УК РСФСР (квалифицированные виды занятия запрещенным промыслом), действия виновного должны квалифицироваться как соучастие в занятии запрещенным промыслом соответственно по ч. 1 или ч. 2 ст. 162 УК РСФСР.

В остальных случаях, т. е. когда посреднические действия подпадают под признаки коммерческого посредничества, но не являются посредничеством в квалифицированных видах запрещенного промысла (ч. 2 ст. 162 УК РСФСР), эти действия должны квалифицироваться как коммерческое посредничество.

В советской юридической литературе предлагаются и иные решения этого вопроса.[55]

Состав коммерческого посредничества имеется в уголовных кодексах союзных республик. Содержание этого преступления не раскрывается в уголовных кодексах РСФСР, УССР, БССР, УзССР, КазССР, АзССР, ЛитССР, МССР, ЛатвССР, КиргССР, ТаджССР. В уголовных кодексах других союзных республик понятие коммерческого посредничества раскрывается. Объективная сторона преступления в уголовных кодексах, где понятие коммерческого посредничества раскрывается, сводится к торговому посредничеству (посредничество в приобретении или реализации товаров или иных предметов). По УК РСФСР и УК союзных республик, указанных выше, под признаки коммерческого посредничества подпадает не только посредничество в торговле, но и посредничество в заключении любых сделок имущественного характера.

По-разному сформулированы квалифицирующие обязательные признаки состава коммерческого посредничества.

УК РСФСР, УК МССР, УК ЛатвССР и УК КиргССР признают коммерческое посредничество преступлением, если оно совершено в виде промысла либо в целях обогащения. УК УССР и УК АзССР в качестве признаков коммерческого посредничества указывают промысел и крупные размеры, УК БССР, УзССР, ТаджССР — промысел и цель наживы в крупных размерах, УК ГССР — промысел и значительное обогащение, УК остальных союзных республик — промысел.

Наказание за коммерческое посредничество по УК РСФСР — лишение свободы на срок до 3 лет с конфискацией имущества или ссылка на срок до 3 лет с конфискацией имущества.

Меры наказания по УК других союзных республик довольно разнообразны. Такое же наказание, как и по УК РСФСР, предусмотрено в уголовных кодексах БССР, УзССР, КазССР, ЛитССР, КиргССР, ТаджССР. По УК АзССР1 и УК ТССР такая же мера наказания может быть назначена с конфискацией имущества или без таковой. Уголовные кодексы ГССР, МССР, ЛатвССР в качестве наказания предусматривают лишение свободы до 5 лет с конфискацией имущества, УК РСФСР — лишение свободы на срок до 5 лет с конфискацией имущества или без конфискации, УК ЭССР — лишение свободы до 5 лет с конфискацией всего или части имущества, или ссылку до 5 лет и УК АрмССР — лишение свободы до 4 лет с высылкой или без высылки.

§ 3. Преступления в области промышленного производства

Промышленное производство играет огромную роль в развитии социалистического общества. Без правильного функционирования и дальнейшего развития социалистической промышленности невозможно создание материально- технической базы коммунизма, так как одной из важнейших задач промышленности является производство средств производства для всех отраслей народного хозяйства. Другой важнейшей задачей промышленности является производство средств потребления, без изобилия которых также невозможен переход от социализма к коммунизму.

Коммунистическая партия СССР и Советское государство всегда уделяли и уделяют серьезное внимание развитию промышленного производства. Одной из вспомогательных мер, которая используется Советским государством для налаживания правильного функционирования промышленного производства, является установление уголовной ответственности за совершение некоторых деяний, нарушающих порядок хозяйствования в области производства промышленных товаров. Такими деяниями являются выпуск недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции (ст. 152 УК РСФСР) и незаконное пользование товарными знаками (ст. 155 УК РСФСР).

Выпуск недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции (ст. 152 УК РСФСР). Главной задачей, стоящей перед промышленным предприятием, является выполнение плана по количеству, качеству и ассортименту изготовляемой продукции. Руководители предприятия обязаны использовать предоставленные возможности для решения задач, стоящих перед предприятием. Подавляющее большинство предприятий успешно выполняет государственные планы. В постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О повышении роли стандартов в улучшении качества выпускаемой продукции» 77 от 10 ноября 1970 г. отмечалось, что «за истекшие годы пятилетки повысились технико-экономические показатели выпускаемой продукции, созданы новые высококачественные материалы, машины, приборы, которые пользуются заслуженным спросом. Ряду изделий промышленного и бытового назначения присвоен Государственный знак качества».

«Вместе с тем, — отмечается там же, — качество многих видов продукции еще не в полной мере отвечает современным требованиям. Министерства и ведомства не развернули должной работы по реализации указаний декабрьского (1969 г.) Пленума ЦК КПСС о дальнейшем наращивании производства и улучшении качества продукции за счет более полного и рационального использования имеющихся мощностей и внедрения достижений современной науки и техники, слабо используют стандарты как важнейшее средство улучшения качества продукции... Качество выпускаемой продукции все еще не стало одним из основных показателей оценки деятельности предприятий». ЦК КПСС и Совет Министров СССР обязали руководителей министерств, ведомств, предприятий и организаций разработать и осуществить мероприятия по всемерному улучшению качества выпускаемой продукции на основе более полного и рационального использования имеющихся материальных и трудовых ресурсов, внедрения достижений современной науки и техники, а также по улучшению деятельности ведомственных инспекций по качеству, органов технического контроля и метрологических служб предприятий по укреплению государственной дисциплины и повышению ответственности во всех звеньях производства и управления за своевременное введение в действие и строгое соблюдение стандартов и технических условий. «В опубликованном в декабре 1975 г. постановлении ЦК КПСС о ходе выполнения постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 10 ноября 1970 г. „О повышении роли стандартов в улучшении качества выпускаемой продукции*4 сказано, что в девятой пятилетке разработано свыше шести тысяч новых и пересмотрено около шести тысяч действующих государственных стандартов, в которых заложены повышенные требования к техническому уровню и качеству продукции».[56]

Выпуск недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции наносит серьезный ущерб народному хозяйству. Этот ущерб заключается в том, что оказываются испорченными материалы, затраченные на изготовление недоброкачественной продукции, впустую растрачивается труд рабочих предприятий, срывается плановая работа тех отраслей народного хозяйства, куда должна быть отправлена готовая продукция, страдают интересы советских граждан/(если недоброкачественная продукция поступает в торговую сеть). Наше Советское государство ведет решительную борьбу с подобного рода отрицательными явлениями. Основными формами борьбы за качество продукции являются повышение квалификации рабочих, внедрение в производство новой техники, улучшение технологического процесса, постоянная работа по повышению уровня сознательности должностных лиц и рядовых- работников промышленных предприятий. Установлена гражданско-правовая ответственность предприятий за поставку недоброкачественной продукции. В целях решительной борьбы за качество выпускаемой продукции Советское государство установило уголовную ответственность за выпуск промышленными предприятиями недоброкачественной продукции. В постановлении ЦИК и СНК СССР от 23 ноября 1929 г. «Об уголовной ответственности за выпуск недоброкачественной продукции и за несоблюдение стандартов»[57] указывалось, что «это явление служит серьезной помехой делу социалистического переустройства народного хозяйства, а также наносит большой вред интересам рабочих и крестьян как потребителей товаров». Этим постановлением союзным республикам было предложено предусмотреть в уголовных кодексах ответственность за массовый или систематический выпуск недоброкачественной и нестандартной продукции. Оно сыграло положительную роль, однако не смогло обеспечить решительной борьбы с этими преступлениями.

В целях усиления уголовно-правовой борьбы с выпуском недоброкачественной продукции ЦИК и СНК СССР постановлением от 8 декабря 1933 г. «Об ответственности за выпуск недоброкачественной продукции» установили, что управляющие трестами, директора предприятий и лица административно-технического персонала, виновные в выпуске недоброкачественной или некомплектной продукции, привлекаются к уголовной ответственности с применением меры судебной ответственности — лишения свободы на срок не ниже 5 лет.[58]

Это постановление рассматривало выпуск недоброкачественной или некомплектной продукции как «тяжкое противогосударственное преступление». Постановление от 8 декабря 1933 г. в отличие от постановления 23 ноября 1929 г. установило уголовную ответственность за выпуск не только недоброкачественной, но и некомплектной продукции, не только за массовый или систематический выпуск, а и за всякий выпуск, установило круг лиц, ответственных за это преступление, и повысило санкцию.

Применение на практике постановления ЦИК и СНК СССР от 8 декабря 1933 г. показало, что очень часто

к уголовной ответственности за это преступление привлекались второстепенные административно-технические работники, а основные виновники — руководители предприятий — оставались безнаказанными.

В целях повышения персональной ответственности руководителей предприятий за качество выпускаемой продукции Президиум Верховного Совета СССР 10 июля 1940 г. издал Указ «Об ответственности за выпуск недоброкачественной или некомплектной продукции и за несоблюдение обязательных стандартов промышленными предприятиями» .81

Указ установил, что за выпуск продукции с нарушением обязательных стандартов, недоброкачественной или некомплектной продукции — директоров, главных инженеров и начальников отделов технического контроля промышленных предприятий необходимо предавать суду и подвергать тюремному заключению на срок от 5 до 8 лет. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 16 ноября 1940 г. эта норма была включена в УК РСФСР 1926 г.

Осуществление целого ряда мероприятий, направленных на повышение качества выпускаемой продукций, и решительная борьба с предприятиями и лицами, допускающими изготовление и выпуск недоброкачественной продукции, привели к сокращению количества преступлений, ответственность за которые была предусмотрена ст. 128а УК РСФСР. В настоящее время отпала необходимость привлекать к уголовной ответственности за каждый случай выпуска недоброкачественной продукции. В целом ряде случаев борьбу с такими действиями можно с успехом вести путем применения общественных мер. Отпала также необходимость применять к виновным в выпуске недоброкачественной продукции те суровые санкции, которые были предусмотрены в ст. 128а УК РСФСР.

Ст. 152 УК РСФСР предусматривает, что «неодно-1 кратный или в крупных размерах выпуск из промышленного предприятия недоброкачественной, или не соответствующей стандартам либо техническим условиям, или некомплектной продукции директором, главным

инженером или начальником отдела технического контроля, а также лицами, занимающими другие должности, но выполняющими обязанности указанных лиц, — наказывается лишением свободы на срок до 3 лет, или исправительными работами на срок до 1 года, или увольнением от должности».

^''іЗбществ енная опасность этих действий заключается в том, что они могут причинить ущерб любой отрасли народного хозяйства, в которую поставлена недоброкачественная продукция или куда она недопоставлена, если переход ее к потребителю предотвращен. Эти действия наносят ущерб и интересам отдельных граждан непосредственно, если потребитель получает недоброкачественную продукцию, либо в конечном счете, когда предприятие недопоставляет продукцию в торговую сеть или заказчикам ввиду признания этой продукции недоброкачественной. Выпуск недоброкачественной продукции всегда связан с изготовлением таковой, а, следовательно, в целом указанные действия всегда наносят ущерб социалистической собственности, ибо совершение их означает бесцельную, непроизводительную затрату сырья, материалов и / денежных средств, их прямую порчу и уничтожение.

Объектом преступления являются отношения в обла- j сти руководства хозяйственной деятельностью промыш- V ленного предприятия.

В советской литературе объект преступления определяется различно. Б. С. Утевскпй считал объектом этого преступления различные отрасли деятельности Советского государства, интересы советских. граждан и социалистическую собственность[59].- Примерно так же определял объект этого преступления Ю. М. Ткачевский.83

Встречаются и такие определения объекта, как «социалистическая система хозяйства и материальные и культурные интересы членов общества, связанные с потреблением промышленной продукции»,[60] «интересы социали-

стического хозяйства»,[61] «интересы социалистического хозяйства и интересы потребителя»,[62] «конкретные общественные отношения, существующие в сфере промышленного производства»,[63] «интересы промышленности и других отраслей народного хозяйства, а также социалистическая собственность и отдельные лица как потребители продукции».[64]

Действительно, всем этим объектам может быть причинен ущерб при выпуске недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции, но все же они не могут признаваться непосредственным объектом рассматриваемого преступления. Их следовало бы рассматривать в качестве объекта, если бы преступление заключалось в изготовлении недоброкачественной продукции, причем такой продукции, которую невозможно было бы исправить, и считалось бы оконченным с момента получения продукции потребителем. Этого нет в составе преступления, предусмотренном ст. 152 УК РСФСР. По этой статье- карается не изготовление, ‘а выпуск продукции и безотносительно к тому, можно ли исправить эту продукцию и поступила ли она потребителю^ Таким образом, выпуск и е д о б р о к а ч е ст в СНной продукции карается и тогда, когда ни одному из указанных объектов непосредственно

ущерб не причшГен

^Объективная сторона состава преступления заключается в неоднократном или в крупных размерах выпуске недоброкачественной^ некомплектной или нестандартной продукции.

Продукцией признаются готовые материальные предметы, создаваемые промышленными предприятиями из сырья и полуфабрикатов. Продукцией признаются готовые изделия, предназначенные для использования в соответствии с их целевым назначением. Поэтому не считаются продукцией изделия, изготовленные в качестве образцов, экспонатов для выставок. Не являются продукцией изделия, производство которых еще не завершено. Выпуск недоброкачественной продукции из одного цеха и передача ее в другой цех того же предприятия для последующей обработки не может рассматриваться, как преступление, предусмотренное ст. 152 УК РСФСР.

Должностные лица, виновные в передаче внутризаводского брака из цеха в цех, из отдела в отдел и т. д., отвечают в гражданско-правовом и дисциплинарном порядке, а прп наличии в их действиях признаков должностного преступления — в уголовно-правовом порядке по соответствующим статьям УК РСФСР и УК других союзных республик. В определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР по делу 3. говорится: «Отсутствие оснований для привлечения к ответственности ио Указу от 10 июля 1940 г., карающему за выпуск недоброкачественной продукции (ст. 152 УК РСФСР. — Н. Б.), не исключает само по себе возможности привлечения к уголовной ответственности за внутризаводской брак по соответствующим статьям Уголовного кодекса о должностных преступлениях».[65] Исключение составляет продукция таких цехов, которые изготовляют и направляют продукцию непосредственно для потребителей. Например, выпуск недоброкачественной продукции из цеха ширпотреба, изготовляющего готовые изделия из отходов основного производства, может квалифицироваться по ст. 152 УК РСФСР.              '

В обзоре судебной практики по применению законодательства об ответственности за выпуск недоброкачественной продукции приводится дело Черняева и Дьячук. Народным судом Единецкого района Молдавской ССР по ст. 156 УК МССР (соответствует ст. 152 УК РСФСР)’1, были осуждены директор маслозавода Черняев и заведующая лабораторией Дьячук, в результате бесконтрольности которых заводом в течение 1970—1973 гг. было выпущено и сдано на холодильник более 12 т сливочного масла, которое как недоброкачественное возвращено на доработку. Осужденные в кассационной жалобе про- сили отменить приговор и дело за отсутствием состава преступления прекратить в связи с тем, что маслозавод и холодильник входят в одно объединение «Молоко», а поэтому сдачу масла на холодильник нельзя отнести к выпуску продукции, а следует рассматривать как внутризаводской брак. Верховный суд МССР жалобу осужденных отклонил, обоснованно указав, что поскольку масло на холодильник сдавалось как готовая продукция по товарно-транспортной накладной и спецификации, в которой фиксировались вес и сорт, такая операция является выпуском продукции.90

Недоброкачественной признается продукция, которая^ не может быть использована по назначению в результате товой продукции, которая пригодна для использования или явившихся последствием неудовлетворительного качества материалов. Недоброкачественной считается продукция, которая вообще не может быть использована по своему прямому назначению и подлежит уничтожению, переработке или использованию по иному назначению, а также продукция, которая может быть использована по своему первоначальному назначению, но только после дополнительных работ по приведению ее в состояние, годное для использования.              1—

Понятие недоброкачественной продукции в смысле ст. 152 УК РСФСР не следует путать с понятием несортовой продукции, которая пригодна для использования по своему назначению и подлежит переводу в более низкий сорт.

Ответственность по ст. 152 УК РСФСР наступає лишь за выпуск продукции столь низкого качества, когда понизить ее сортность и использовать по назначению без дополнительной переработки невозможно.              ^

Пленум Верховного Суда СССР в постановлении «О судебной практике по делам о выпуске недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции» от 19 октября 1971 г. разъяснил судам, что «по смыслу закона недоброкачественной должна признаваться продукция, которая вовсе или без существенной переработки не может быть использована по назначению, а также продукция, которая при надлежащем ее использовании или хранении не выдержала установленных для нее

гарантийных сроков эксплуатации либо хранения или иных гарантийных показателей». [66] Недоброкачественность продукции, как правило, обусловливается либо низким качеством сырья, либо нарушениями технологии ее изготовления. Причина, по которой продукция была изготовлена недоброкачественной, не имеет значения для решения вопроса об ответственности за ее выпуск. Поэтому должностное лицо не может в свое оправдание по обвинению в выпуске недоброкачественной продукции ссылаться на то, что оно получило недоброкачественное сырье или что на предприятии используется устаревшее оборудование.

В определении по делу В. и Н. судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР отметила, что «Указ от 10 июля 1940 г. карает директоров предприятий за выпуск недоброкачественной, некомплектной и нестандартной продукции независимо от тех производственных причин, которые породили неудовлетворительное качество продукции или ненадлежащую ее стандартность» ,[67]

В постановлении пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г. указано, что «некомплектной является продукция, выпущенная без деталей, запасных частей и других элементов, которые предусмотрены стандартом, техническими условиями или иными нормативно-техническими документами».[68]

Б. Борисов в статье «Комплектность продукции» раскрывает понятие комплектности как «обусловленную государственным стандартом или заменяющим его документом (техническими условиями, прейскурантом), или договором совокупность деталей, сборочных единиц, узлов, которые при использовании их в составе законченного изделия выполняют предназначенные им функции основного или вспомогательного назначения, а также техническая документация, если она включена в перечень комплектности поставки государственным стандартом или заменяющим его документом».[69]

В комплект продукции входят различные по своей сложности и значимости предметы (сборочные единицы, детали, комплект), начиная от сложных изделий, непосредственно используемых в процессе эксплуатации, и кончая предметами вспомогательного характера (инструмент, запасные части и т. д.).

Спорным в литературе является вопрос, входит ли в комплект продукции техническая документация (чертежи, инструкции по монтажу, эксплуатации, ремонту и т. п.), которую поставщик отнравляет вместе с продукцией. Ряд авторов считают, что техническая документация не входит в понятие комплектности продукции,[70] другие придерживаются противоположной точки зрения.[71] Наиболее правильно решает этот вопрос Б. Борисов.[72] Он вполне обоснованно считает, что техническая документация имеет разный характер и отсутствие ее по-разному отражается на практическом использовании продукции. Там, где продукция сложна и ее невозможно использовать (монтировать, эксплуатировать, ремонтировать и т. д.) без документации, — документация должна включаться в комплект. Это и делается при определении государственных стандартов, технических условий, прейскурантов и договоров. Таким образом, если техническая документация официально включена в комплект, то продукция, выпущенная без нее, считается некомплектной и наоборот.

По общему правилу, продукция должна выпускаться и отправляться полным комплектом, за исключением случаев, когда это нецелесообразно с хозяйственной точки зрения (например, крупная турбина, естественно, отправляется изготовителем и направляется для монтажа по частям).

Ст. 264 ГК РСФСР устанавливает, что «продукция должна поставляться комплектно, в соответствии с требованиями государственных стандартов, технических условий или прейскурантов. Если комплектность не определена государственным стандартом, утвержденными техническими условиями или прейскурантом, она в необходимых случаях может определяться договором». В соответствии со ст. 260 ГК РСФСР «продукция должна быть поставлена в ассортименте, предусмотренном договором. Поставка продукции одних видов, входящих в данный ассортимент, в большем количестве, чем предусмотрено договором, не засчитывается в покрытие недопоставки продукции других видов, кроме случаев, когда такая поставка произведена с согласия покупателя». Однако продукция, выпущенная с нарушением ассортимента, не считается некомплектной, и виновные не могут быть привлечены к ответственности по ст. 152 УК РСФСР.

Нестандартной является продукция как не отвечающая требованиям стандарта по качеству, так и имеющая отклонения от других, устанавливаемых стандартом, требований (размеров, форм и т. д.). При этом для ответственности не имеет значения, может ли быть эта продукция использована по назначению. Неверным является утверждение, что нестандартность в смысле ст. 152 УК РСФСР имеет место тогда, когда «результатом является невозможность использования данной продукции в соответствии с ее назначением в соответствующей отрасли народного хозяйства».[73]

В постановлении пленума Верховного * Суда СССР от 19 октября 1971 г. говорится, что не соответствующей стандартам либо техническим условиям (нестандартной)’ является продукция, Выпущенная с отступлением от требований стандартов, технических условий или других обязательных норм, независимо от того, «может ли быть такая продукция использована по назначению».

ЦК КПСС и Совет Министров СССР в постановлении от 10 ноября 1970 г., отмечая значение стандартизации, обязали руководителей министерств, ведомств, предприятий и организаций «принять меры к коренному улучшению разработки стандартов и технических условий, повышению их научно-технического уровня, имея в виду резко поднять роль стандартов и технических условий в улучшении качества продукции...».[74]

В соответствии с утвержденной 30 августа 1968 г. Государственной системой стандартизации[75] стандарты подразделяются на государственные (ГОСТ), республиканские (РСТ), отраслевые (ОСТ), стандарты предприятий (СТП). Эти стандарты отличаются друг от друга по органам, которые их утверждают, и по обязательности их соблюдения определенным кругом предприятий. Государственные стандарты утверждаются Государственным комитетом стандартов Совета Министров СССР,[76] особо важные — Советом Министров СССР, а стандарты на строительную продукцию — Госстроем СССР.

Отраслевые стандарты утверждают министерства -и ведомства, являющиеся ведущими в производстве того вида продукции, стандарт на которую подлежит утверждению. Эти стандарты обязательны для всех предприятий, производящих эту продукцию, безотносительно к их подчиненности тому или иному министерству. Республиканские стандарты утверждаются советами министров союзных республик или по их поручению Госпланами союзных республик. Они обязательны для всех предприятий республиканского и местного подчинения. В стандартах предприятий отсутствуют требования, предъявляемые к продукции (они содержатся в ГОСТ, ОСТ, РСТ), так как они утверждаются только на инструмент, оборудование, оснастку, применяемые на самом предприятии. Государственный стандарт — это акт соответствующего органа государственного управления, предусматривающий основные технико-экономические, эксплуатационные показатели, которым должна удовлетворять промышленная продукция данного вида (качество материала, размеры и т. д.). Продукция, выпущенная с нарушением хотя бы одного из требований стандартов, признается нестандартной. Однако это не означает, что при выпуске продукции с нарушением любого требования стандартов должна наступать уголовная ответственность. Правильно пишет Б. Коробейников; «...обобщение судебной и следственной практики показывает, что к уголовной ответственности по ст. 152 УК РСФСР виновных привлекают не во всех

случаях выпуска продукции с нарушением стандарта, а лишь когда нарушения существенные и требуется дополнительная работа по устранению дефектов в самой про- / дукции».[77]

Действительно, когда нарушение стандарта малозначительно и не представляет общественной опасности, ответственность исключается в силу ч. 2 ст. 7 УК РСФСР.

Например, завод, выпускающий шестерни для сельскохозяйственных машин, обязан в соответствии с требованиями ГОСТа отправлять потребителю шестерни густо смазанными техническим маслом и завернутыми в промасленную бумагу. Очевидно, что отправка шестерен, не смазанных маслом, не является преступлением, хотя продукция будет выпущена с нарушением стандартов. Не является преступлением и выпуск нестандартной продукции тогда, когда отклонение от стандарта было связано с улучшением качества продукции (например, уменьшение веса детали за счет использования нового, более легкого, но более прочного и дешевого материала).

В этих случаях выпускается продукция, соответствующая своему производственному назначению. Но, например, выпуск шестерен с 18 зубьями вместо 22 есть выпуск нестандартной продукции, т. е. преступление, предусмотренное ст. 152 УК РСФСР, так как такое нарушение стандарта исключает возможность использования продукции в соответствии с ее целевым назначением.

Государственные стандарты имеются не по всем видам продукции. По некоторым видам продукции вместо государственных стандартов установлены технические условия.

Технические условия — это акты ведомственного порядка, в них дается описание качественных показателей продукции, по которой не разработаны государственные стандарты. Технические условия утверждаются министрами.

Действие общесоюзных стандартов не распространяется на продукцию, вырабатываемую из отходов производства, утиля и некондиционного сырья. Основные требо-

вания, которым должна удовлетворять эта продукция, указываются в утвержденных местными органами власти (министерствами местной промышленности автономных республик, краевыми, областными, городскими управлениями местной промышленности) технических условиях п образцах. «При отсутствии ГОСТа качество поставляемой продукции определяется техническими условиями, либо образцом, утвержденным в установленном законом порядке, или заключенными сторонами договорами».103

Органы, утверждающие стандарты, технические условия, образцы, имеют право дать разрешение конкретным предприятиям на определенное время (без отмены стандарта, технического условия, образца) выпускать продукцию с отклонением от требований, содержащихся в этих документах. «Не может служить основанием для привлечения должностных лиц предприятия к уголовной ответственности выпуск продукции с отступлением от требований стандартов, технических условий и других нормативно-технических документов в тех случаях, когда эти отступления были разрешены предприятию - органом, на который возложено утверждение соответствующего нормативно-технического документа», — сказано в постановлении пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г.

По ст. 152 УК РСФСР карается выпуск продукции только промышленными предприятиями. Понятие предприятий, относящихся к промышленным, раскрывается в постановлении пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г. в связи с анализом субъекта преступления. В п. 3 постановления говорится:              «Разъяснить судам,

что субъектами преступления, предусмотренного ст. 152 УК РСФСР и соответствующими статьями УК других союзных республик, являются перечисленные в этих статьях должностные лица, работающие на промышленных , предприятиях, вырабатывающих продукцию производственно-технического и иного назначения, товары народного потребления либо добывающих и перерабатывающих природные богатства». Таким образом, прежде всего к промышленным предприятиям оносятся такие, которые из сырья, заготовок и полуфабрикатов изготовляют

65

качественно новую продукцию производственно-технического назначения и товары народного потребления (завод, фабрика, производственные мастерские и др.). К промышленным относятся предприятия, добывающие или перерабатывающие природные богатства (рудники, шахты, нефтяные промыслы,' нефтеперерабатывающие заводы, консервные заводы и др.). К промышленным относятся ремонтные предприятия, которые осуществляют массовый ремонт по заказам государственных или общественных организаций (авторемонтный завод, завод по ремонту сельскохозяйственных машин и др.).

«В союзных республиках, где законодательством специально не предусмотрена ответственность за выпуск недоброкачественных изделий, субъектами данного преступления могут быть перечисленные в ст. 152 УК РСФСР и соответствующих статьях УК других союзных республик должностные лица предприятий, производящих промышленный ремонт оборудования, машин и механизмов», — говорится в п. 3 постановления пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г.

Не. точно утверждение, что «недоброкачественный ремой^ транспортных средств (паровозов, вагонов и т. д.), если он повлек или заведомо для виновного мог повлечь несчастные случаи с людьми, крушение, аварию или иные тяжкие последствия, должен при наличии прочих необходимых условий влечь ответственность не по ст. 147, а по ст. 77» (соответствуют ст. ст. 152 и 85 УК РСФСР).т

При сравнении этих составов следует учитывать, что один (ст. 152 УК РСФСР) предусматривает ответственность за выпуск недоброкачественной продукции, а другой (ст. 85 УК РСФСР) — за недоброкачественный ремонт. Если соответствующее должностное лицо виновно в недоброкачественном ремонте и в выпуске недоброкачественной продукции, то оно должно отвечать по совокупности ст. ст. 85 и 152 УК РСФСР.

К промышленным относятся предприятия, изготовляющие сборные жилые дома, узлы, детали, блоки для строительных работ. Не являются промышленными строительные организации, осуществляющие постройку и ремонт зданий и сооружений (ремонтно-строительные тресты, строительно-монтажные предприятия и др.)* Не относятся к промышленным предприятия, изготовляющие и ремонтирующие предметы по индивидуальным заказам (мастерские по ремонту часов, обуви, электроаппаратуры и т. д.), а также предприятия, выпускающие сельскохозяйственную продукцию, торговые предприятия И т. д. «Не могут быть признаны субъектами данного Преступления должностные лица, работающие в строительных организациях, производящих строительство зданий и сооружений, на предприятиях торговли, общественного питания и бытового обслуживания» (постановление пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г.)*

Должностные лица непромышленных предприятий за выпуск недоброкачественной продукции при наличии в их действиях соответствующего состава преступления отвечают по другим статьям УК (злоупотребление служебным положением, должностная халатность, выпуск в продажу недоброкачественных, нестандартных и некомплектных товаров и некоторые другие).

Ведомственная принадлежность, степень технической оснащенности и иные обстоятельства не влияют на отнесение того или иного предприятия к категории промышленных.

«Под понятие промышленного предприятия, должностные лица которого... несут предусмотренную уголовную ответственность, подпадает не только самостоятельная хозяйственная единица, но и отдел, цех с законченным производственным циклом и обладающий правом самостоятельного выпуска продукции (например, цех ширпотреба, изготавливающий продукцию из отходов основного производства».[78]

В постановлении пленума Верховного Суда СССР по делу Т. и X. говорится, что понятие «промышленное предприятие не определяется степенью его механизации».[79]

Для состава преступления не имеет значения, вся ли продукция, изготовленная и выпущенная промышленным предприятием, является недоброкачественной или некомплектной.

ґ"

* Состав преступления, предусмотренного ст. 152 УК РСФСР, считается оконченным с момента выпуска недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции. «Выпущенной из промышленного предприятия является продукция, переданная или отправленная заказчику, а равно продукция, которая прошла отдел технического контроля и оформлена документом, удостоверяющим его качество» (п. 5 постановления пленума х Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г.).

Таким образом, продукция считается выпущенной, если она передана или отправлена заказчику независимо от того, прошла ли она отдел технического контроля или нет, оформлена ли она соответствующими документами. Продукция признается выпущенной и тогда, когда она не отправлена заказчику, но прошла отдел технического контроля и оформлена к сдаче, т. е. снабжена документом, удостоверяющим качество продукции (технический паспорт, акт технической приемки, удостоверение о качестве, сертификат и т, д.). Выпуск недоброкачественной продукции без соответствующего оформления документами о качестве, а с личным клеймом рабочего, также подпадает под признаки ст. 152 УК РСФСР. Наступление вредных последствий для потребителя (получателя, заказчика) не является обязательным признаком состава. Факт наступления или ненаступления последствий не влияет на квалификацию и лишь учитывается при избрании меры наказания.

Не влияет на ответственность и квалификацию преступления и то обстоятельство, что заказчик сознательно, зная о недоброкачественности, нестандартности или некомплектности продукции, дал согласие на принятие ее или принял эту продукцию. Принятие такой продукции, а следовательно, и согласие на принятие являются незаконными действиями. Ст. 261 ГК РСФСР устанавливает, что «в случае поставки продукции более низкого качества, чем требуемое государственным стандартом, техническим условием или образцом, покупатель обязан отказаться от принятия и оплаты продукции...».

Ст. 264 ГК РСФСР обязывает покупателя отказываться от оплаты поставленной некомплектной продукции. Закон установил ответственность за выпуск, а не за изготовление недоброкачественной продукции. В определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР по делу Я. и Ч. говорится, что «Указ от 10 июля 1940 г. предусматривает уголовную ответственность за выпуск недоброкачественной продукции независимо от причин, повлиявших на изготовление такой продукции и возможности устранения их со стороны подсудимого, так как по Указу карается не изготовление, а выпуск илн предъявление к выпуску из предприятия недоброкачественной продукции».[80]

Для состава преступления необходимо, чтобы продукция была недоброкачественной в момент выпуска. Если она стала таковой уже после выпуска, ответственность по ст. 152 УК РСФСР исключается.

В определении по делу С. судебная коллегия Верховного Суда СССР указала, что «ч. 1 ст. 128а УК РСФСР не распространяется на те случаи, когда продукция после ее выпуска подверглась порче от причин, не связанных с производственным процессом изготовления продукции».[81] Иное дело, когда продукция становится недоброкачественной, хотя и после выпуска, но по причинам производственного характера, связанным с ее изготовлением.

« Например, если она при правильной эксплуатации и надлежащем хранении до истечения гарантийных сроков эксплуатации или хранения или до истечения сроков действия других гарантийных показателей превратилась в недоброкачественную. В этих случаях ответственность должностных лиц по ст. 152 УК РСФСР не исключается, если, конечно, эти недостатки были известны дли могли быть им известны в момент выпуска. Например, консервный завод выпустил крупную партию тушеного мяса. В момент выпуска консервы были доброкачественными. Через месяц консервы пришли в негодное для употребления в пищу состояние ввиду того, что при их изготовлении были допущены нарушения технологического процесса. При этих обстоятельствах руководители предприятия, которые дали разрешение на выпуск продукции, могут быть привлечены к уголовной ответственности за выпуск недоброкачественной продукции несмотря на то, что в момент выпуска она была доброкачественной.

По ст. 152 УК РСФСР карается не всякий выпуск недоброкачественной продукции, а лишь выпуск неоднократный или в крупных размерах. Неоднократный выпуск имеет место тогда, когда недоброкачественная продукция выпускалась два и более раза, т. е. когда дважды директором предприятия, начальником отдела технического контроля или главным инженером давались разрешения на выпуск недоброкачественной продукции и два или более раза выпуск этой продукции юридически оформлялся. При этом необходимо учитывать, что эпизоды, по которым истекли сроки давности уголовного преследо- I вания, не могут вменяться в вину должностному лицу. Неоднократность имеется и тогда, когда виновный был ; осужден за первый эпизод, но не отбыл за него наказания или отбыл наказание, но судимость еще не погашена и не снята. Преступлением признается и однократный выпуск недоброкачественной продукции, если он имел место в крупных размерах. Закон не определяет понятия «крупные размеры», поэтому на практике квалификация преступления по этому признаку вызывает определенные трудности. Под крупным размером следует понимать выпуск недоброкачественной продукции в большом количестве или на значительную сумму. В юридической литературе кроме этих двух критериев при определении размера выпуска предлагается использовать и такой критерий, как ценность сырья.. Думается, что этот критерий не имеет самостоятельного значения, ибо из дорогостоящего сырья может быть изготовлено и незначительное количество продукции и на небольшую сумму. Поэтому дорогостоящее сырье должно сказываться на стоимости выпущенной продукции, превращая ее в значительную.

Не имеет значения для отнесения выпуска продук- ~ ции к крупным (по размеру причиненного материального ущерба) и процент недоброкачественной продукции к общему объему продукции, выпускаемой предприятием. Так, начальник ОТК Мичуринской лыжно-мебельной фабрики П. в кассационной жалобе просил отменить приговор по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного ст. 152 УК РСФСР, и дело прекратить за малозначительностью. При этом он выдвигал довод, что выпущенная им недоброкачественная продукция составляет незначительный процент от всей продукции, выпущенной фабрикой. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР обвинительный приговор оставила в силе, указав, что выпуск недоброкачественных 1655 пар лыж и 2000 штук бельевых прищепок есть выпуск продукции в крупных размерах.109

Субъективная сторона выпуска недоброкачественной продукции может характеризоваться умышленной и неосторожной виной. В постановлении пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г. говорится: «Ответственность за выпуск недоброкачественной, нестандартной и некомплектной продукции наступает как при умышленной, так и при неосторожной форме вины, за исключением случаев, когда законодательством союзной республики предусмотрена ответственность за эти деяния лишь при наличии умысла».

Так, Е. признан виновным и осужден по ст. 152 УК РСФСР за то, что, работая директором Ядринского маслозавода, халатно относился к обязанностям по организации контроля за качеством выпускаемой продукции. В результате этого завод неоднократно и в крупных размерах выпускал недоброкачественную, не соответствующую стандартам продукцию.110

В случаях, когда преступление совершено умышленно, необходимо обращать внимание на цель и мотив совершения преступления. Если преступление совершено с целью скрыть халатное отношение к контролю за процессом производства со стороны руководителей предприятия, скрыть лиц, виновных в изготовлении недоброкачественной продукции, избежать убытков, добиться получения премии при невыполнении плана и т. д., то налицо преступление, предусмотренное ст. 152 УК РСФСР. Если выпуск недоброкачественной продукции направлен на подрыв народного хозяйства нашей страны, то эти действия должны квалифицироваться как вредительство (ст. 69 УК РСФСР).

В практике имеют место случаи, когда недоброкачественная продукция изготовляется с целью создания излишков материалов для последующего хищения их (на- нример, в краску вместо олифы заливают другую жидкость, а олифу расхищают) или с целью получения пре- 1 *

О р л о в А., Вольфман Г. Эффективность применения законодательства об ответственности за выпуск недоброкачественной продукции. — «Советская юстиция», 1973, № 15, с. 4.

Бюллетень Верховного суда РСФСР, 1972, № 4, с. 9—10.

мий за перевыполнение плана. Такие действия должностных лиц должны квалифицироваться как выпуск недоброкачественной продукции и хищение (или приготов- ленне к хищению) социалистического имущества. Вина і директора предприятия, начальника отдела технического контроля, главного инженера устанавливается к факту выпуска недоброкачественной продукции, а не по отношению к факту ее изготовления. Они будут отвечать по ст. 152 УК РСФСР, если умышленно или неосторожно выпустили недоброкачественную продукцию даже в том случае, если они не виновны в изготовлении такой продукции.

Субъектом преступления, предусмотренного ст. 152 УК РСФСР, могут быть только директора предприятий, главные инженеры, начальники отделов технического контроля и лица, занимающие другие должности, но выполняющие обязанности указанных лиц. Лицами, занимающими другие должности, но выполняющими обязанности директора, главного инженера, начальника отдела технического контроля, являются лица, носящие иные должностные наименования, но выполняющие их функции, лица, отвечающие за организацию всего процесса изготовления продукции, осуществляющие контроль за качеством изготовляемой и выпускаемой продукции.

На мелких предприятиях по спискам министерств и ведомств, согласованным с Государственным комитетом Совета Министеров СССР по вопросам труда и заработной платы, функции отдела технического контроля возлагаются на технического контролера. Таким образом, по ст. 152 УК РСФСР за выпуск недоброкачественной продукции могут отвечать не тольксР’Начальники отделов технического контроля, но и заведующие лабораториями, технические контролеры, не толыюДиректора предприятий, но и заведующйе^предйриятиями, начальники предприятий, не только главные инженеры, но и техноруки. Так, Калининградским областным судом по ст. 152 УК РСФСР были осуждены капитан-директор плавбазы «Пионерск» и его помощник по производству Марков, виновные в выпуске недоброкачественных рыбных консервов в течение одного рейса на сумму более 99 тыс. руб. , Верховный суд РСФСР признал приговор законным, поскольку в соответствии с Уставом службы на судах флота рыбной промышленности СССР капитан обязан обеспечивать не только выполнение рейсового задания, но и при- йимать меры к обеспечению высокого качества продуктов промысла, а помощник капитана по производству является ответственным за весь процесс приемки, переработки сырья и сдачи рыбной продукции.111

Другие должностные лица, виновные в изготовлении недоброкачественной продукции или в выпуске таковой, могут быть привлечены к уголовной ответственности по статьям УК РСФСР, предусматривающим ответственность за должностные преступления (ст. ст. 170, 171, 172, 175). Не могут быть привлечены к уголовной ответственности по ст. 152 УК РСФСР за выпуск недоброкачественной продукции рабочие, имеющие личное клеймо, т. е. выпускающие изготовленную ими продукцию самостоятельно, без дополнительного осмотра ее работниками отдела технического контроля. За выпуск недоброкачественной продукции такими лицами к ответственности должен привлекаться начальник отдела технического контроля. Предоставляя рабочему право самостоятельного выпуска продукции, он мог и должен был предвидеть, что эти действия могут привести к выпуску недоброкачественной продукции. Должностные лица и иные граждане, если они умышленно содействовали выпуску недоброкачественной продукции, могут быть привлечены к ответственности по ст. 152 УК РСФСР за соучастие в выпуске этой продукции.

Выпуск недоброкачественной продукции необходимо отличать от порчи или уничтожения государственного имущества, которыми сопровождается изготовление этой продукции. Должностные лица, виновные в изготовлении недоброкачественной продукции, могут быть привлечены к ответственности за должностные преступления. Рабочие, виновные в изготовлении брака, могут быть привлечены к уголовной ответственности за умышленное или неосторожное уничтожение или повреждение государственного или общественного имущества, если в их действиях есть признаки составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 98 или 99 УК РСФСР.

Должностное лицо, виновное в выпуске недоброкачественной продукции, при определенных обстоятельствах привлекается к ответственности за совокупность преступлений. В постановлении пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г. по этому поводу говорится: «В тех случаях, когда по делу установлено, что должностное лицо, виновное в выпуске недоброкачественной, нестандартной либо некомплектной продукции, совершило, помимо этого, другие преступления (злоупотребление служебным положением, приписки или искажения отчетности о выполнении плана и т. п.), действия такого должностного лица должны квалифицироваться по совокупности преступлений».

Наказание за выпуск недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции — лишение свободы на срок до 3 лет, или исправительные работы на срок до 1 года, или увольнение от должности.

«Изучение статистических данных и материалов судебной и следственной практики за 15 послевоенных лет свидетельствует о неуклонной линии местной практики на отказ от уголовного наказания и применение к виновным мер дисциплинарного воздействия», — отмечает П. Т. Некипелов.[82] Вряд ли подобную тенденцию можно считать правильной. Принцип неотвратимости наказания — один из ведущих принципов советского уголовного права. К лицам, виновным в совершении преступления, уголовный закон и наказание должны применяться со всей решительностью. Освобождение от уголовной ответственности, замена наказания более мягким могут иметь место в порядке исключения только в случаях, указанных в законе. Поэтому своевременно и правильно пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 19 октября 1971 г. указал, что «суды должны обеспечить применение строгих мер наказания к лицам, совершившим преступление при отягчающих ответственность обстоятельствах, обсуждая в необходимых случаях вопрос о применении к виновным дополнительных наказаний по основаниям, предусмотренным ст. 26 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик».

Нормы, аналогичные ст. 152 УК РСФСР, имеются в уголовных кодексах всех союзных республик. В УК БССР (ст. 149), УК ГССР (ст. 160), УК АзССР (ст. 151), УК ЛитССР (ет. 156), УК МССР (ст. 156), УК ТаджССР (ст. 165), УК ТССР (ст. 166) составы этих преступлений полностью соответствуют ст. 152 УК РСФСР. В отличие от них в УК УССР (ст. 147) предусматривается ответственность не за неоднократный, а за систематический выпуск недоброкачественной продукции. По УК УзССР [(ст. 172), КазССР (ст. 152), КиргССР (ст. 152) и ТССР [(ст. 166) наказывается любой выпуск недоброкачественной продукции, а не только неоднократный или в крупных размерах.

В УК ЛатвССР (ст. 147) установлена ответственность лишь за умышленный выпуск недоброкачественной продукции. Кроме того, в качестве субъекта преступления указаны только директор, главный инженер и начальник ОТК и ничего не говорится о должностных лицах, занимающих иные должности, но выполняющих функции указанных лиц. Наоборот, по УК ЭССР (ст. 147) предусмотрен широкий круг ответственных за это преступление. К ним относятся все должностные лица, на которых возложена ответственность за выпуск доброкачественной и комплектной продукции.

В большинстве уголовных кодексов в качестве меры наказания, как и в УК РСФСР, предусмотрено лишение свободы до 3 лет или исправительные работы до 1 года. В ряде кодексов (в том числе и в УК РСФСР) ь качестве альтернативы предусмотрено наказание в виде увольнения от должности.

По УК УзССР (ст. 172), УК АзССР (ст. 151), УК ЛитССР (ст. 156) это деяние карается лишением свободы до 2 лет, а по УК МССР — лишением свободы на срок до 5 лет.

В УК КазССР (ст. 154) и УК КиргССР (ст. 154) есть самостоятельные составы, предусматривающие ответственность за выпуск недоброкачественно отремонтированных сельскохозяйственных машин.

Самостоятельными составами предусмотрена уголовная ответственность за недоброкачественное строительство в УК КазССР (ст. 153), УК ЛитССР (ст. 158), УК МССР (ст. 157), УК КиргССР (ст. 153), УК АрмССР (ст. 153), УК ТССР (ст. 168) и УК ЭССР (ст. 147і).

Незаконное пользование товарными знаками. Ст. 155 УК РСФСР и соответствующие статьи уголовных кодексов других союзных республик предусматривают уголовную ответственность за незаконное пользование чужим товарным знаком. Товарным знаком называют оригинальный знак, помещенный на товаре или его упаковке, для отличия по внешнему виду однородных изделий, выпускаемых различными предприятиями. В соответствии с действующим законодательством все государственные, кооперативные и общественные предприятия или организации обязаны пользоваться таким знаком в целях повышения ответственности за качество выпускаемой ими продукции производственно-технического назначения и товаров народного потребления. На 1 января 1971 г. у нас в стране было зарегистрировано 21 194 знака, из них 73% — советских и 27% — зарубежных из 36 стран мира.[83] Товарные знаки не применяются для товаров, стандартами и техническими условиями освобожденных от всех видов маркировки. Предприятия и фирмы, оказывающие бытовые услуги (мастерские по ремонту обуви, ателье индивидуального пошива, химчистки и т. п.), пользуются не товарными знаками, а знаками обслуживания, которые по своей юридической природе приравниваются к товарным знакам. Торговым предприятиям (организациям), а также внешнеторговым организациям предоставлено право помещать на реализуемых ими товарах, изготовленных по их специальным заказам (образцам, особым рецептурам и т. д.), вместо товарного знака предприятия-изготовителя или наряду с ним свой товарный знак. Товарные знаки могут быть изобразительными, словесными, комбинированными, объемными. Правила пользования знаками устанавливаются постановлением Совета Министров СССР № 442 от 15 мая 1962 г. «О товарных знаках»,[84] Положением о товарных знаках, утвержденным Государственным комитетом по делам изобретений и открытий при Совете Министров СССР от 23 июня 1962 г. и указаниями по составлению заявки на товарный знак.

Общественная опасность нарушения этих правил заключается в том, что использование чужого товарного знака ослабляет внимание к борьбе за качество выпускаемой продукции. Предприятие, которое пользуется чужим, уже завоевавшим авторитет у потребителя товарным знаком, подрывает авторитет предприятия, чьим знаком пользуется, так как под прикрытием этого знака сбывается, как правило, продукция более низкого качества, чем продукция владельца товарного знака. Интересы потребителей нарушаются, так как под влиянием обмана они приобретают не тот товар, который желали получить.

Объективная сторона состава преступления заключается в незаконном пользовании чужим товарным знаком.

Чужим является товарный знак, принадлежащий другому предприятию, зарегистрированный в Комитете по делам изобретений и открытий при Совете Министров СССР и внесенный в реестр.

Под пользованием понимается помещение на товарах, изготовленных одним предприятием, товарного знака, принадлежащего другому предприятию.

Оконченным преступление считается с момента выпуска в обращение товаров с чужим товарным знаком.

По вопросу о субъективной стороне этого преступления в литературе высказаны различные позиции. «Рассматриваемое преступление чаще всего совершается с прямым умыслом. Возможно, однако, применение ст. 154 УК РСФСР при наличии неосторожности, в том числе небрежности. Например, руководитель предприятия не знал, что данным товарным знаком уже пользуется другое предприятие, однако он должен был и мог это знать».[85] Более правильную позицию занимает М. И. Якубович, который считает, что «с субъективной стороны рассматриваемое преступление характеризуется виной умышленной. Виновный сознает, что незаконно пользуется чужим товарным знаком, и желает этого».[86] Действительно, содержание вины в этом составе преступления характеризуется не осознанием или возможностью осознания того, что данным товарным знаком уже пользуется другое предприятие, а тем, что виновный понимает, что пользуется чужим товарным знаком, что этот знак им самим не представлялся для регистрации в Комитет по делам изобретений и открытий при Совете Министров СССР. Невозможно себе представить, чтобы руководитель предприятия не осознавал этого, и значит имеет место вина в форме прямого умысла.

По вопросу о субъекте преступления общепринятой является точка зрения, что отвечать по ст. 154 УК

РСФСР и соответствующим статьям УК других союзных республик могут только должностные лица. Вряд ли эта позиция достаточно обоснована. Так, например, в СССР на началах взаимности могут быть зарегистрированы товарные знаки иностранных юридических лиц (п. 8 постановления Совета Министров СССР от 15 мая 1962 г.)« Таким образом, в принципе, владельцами товарного знака могут быть не только юридические лица, но и отдельные граждане. Как же быть, если товарный знак, принадлежащий одному гражданину, незаконно использует другой гражданин (советский или иностранный) ? Думается, что никаких оснований для исключения ответственности по ст. 154 УК РСФСР нет. Возможны случаи, когда отдельные граждане (кустари, ремесленники и др.) для облегчения сбыта своей продукции незаконно пользуются товарными знаками предприятий, организаций. Например, кустарь-сапожник на продукцию собственного изготовления ставит товарный знак фабрики «Скороход». В этих случаях частные лица также подлежат ответственности по ст. 154 УК РСФСР.

Незаконное пользование товарными знаками может сопровождаться и другими преступными действиями* Так, отдельные граждане, использующие товарные знаки юридических лиц для прикрытия своей частной деятельности, должны отвечать по ст. 154 УК РСФСР за незаконное пользование чужим товарным знаком и но ч. 1 ст. 153 УК РСФСР за частнопредпринимательскую деятельность с использованием государственных, кооперативных или иных общественных форм.

Если -чужой товарный знак используется частным лицом лишь для обмана покупателя с целью сбыть предмет; практически не представляющий никакой ценности, то виновный должен отвечать по ст. 154 УК РСФСР за незаконное пользование чужим товарным знаком и по ст. 147 УК РСФСР за мошенничество.

Если чужой товарный знак используется в торговой организации для продажи товара по завышенной цене, то виновные отвечают по ст. 154 УК РСФСР и по ст. 156 УК РСФСР за обман покупателей.

Наказание по ст. 154 УК РСФСР — исправительные работы на срок до 6 месяцев или штраф до 300 руб.

Ответственность за незаконное пользование чужим товарным знаком предусмотрена в уголовных кодексах

БССР (ст. 152), ГССР (ст. 166), ЛитССР (ст. 166), МССР (ст. 158), ТаджССР (ст. 169), ТССР (ст. 172).

Диспозиция во всех этих нормах сформулирована аналогично диспозиции ст. 154 УК РСФСР. Совпадают также и санкции. Лишь в УК МССР за совершение этого преступления предусматривается возможность назначения исправительных работ на срок до 1 года, а не до 6 месяцев, как во всех других союзных республиках.

<< | >>
Источник: Н. А. Беляев и др.. КУРС СОВЕТСКОГО УГОЛОВНОГО ПРАВА. (Часть Особенная) т. 4. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЛЕНИНГРАДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА, 1978г.. 1978

Еще по теме Частнопредпринимательская деятельность:

  1. Таким образом, когда частнопредпринимательская деятельность в перестроечный период в СССР была в полной мере
  2. Общества такого типа создавались с учетом государства и частных лиц.
  3. 2.1 ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПРИРОДА ФИРМЫ
  4. Частнопредпринимательский сектор (малый и средний бизнес)
  5. 3. Российский Империализм и Коммунизм
  6. 18.5. Трудовой договор (контракт): понятие, стороны и содержание
  7. ГЛАВА 4. РАЗДЕЛЕНИЕ ВЛАСТЕЙ: РОЛЬ В АДАПТАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ
  8. 1. Имущественные преступления, выражающиеся в изъятии чужого имущества: проблемы совершенствования законодательной и судебной практики
  9. § 1. Вымогательство
  10. § 1. Понятие и виды хозяйственных преступлений
  11. Частнопредпринимательская деятельность
  12. § 6. Преступления в области занятия частными промыслами
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -