<<
>>

УСПЕХИ ХЛЕБА HA ВНУТРЕННЕМ РЫНКЕ И ИЗМЕНЕНИЯ B ОРГАНИЗАЦИИ КРУПНОГО ХОЗЯЙСТВА

Незаметная с первого взгляда работа горожан и кре­стьян создавала усдовия, систематически подрывавшие

основы феодальной раздробленности. Рост внутреннего рынка несомненно требовал хотя бы некоторого объедине­ния доселе обособленных политических единиц.

Необхо­димость единения сил для защиты от внешнего врага ускоряла начавшийся процесс. Отдельные его этапы мы можем проследить между прочим на примере уже знако­мого нам монастыря Константина и Елены в городе Вла­димире.

Перечень повинностей крестьян Константиновского мо­настыря XIV века показал нам с полной очевидностью на­туральный, замкнутый характер монастырского хозяйства. Так было еще| в конце XIV века.

Через сто лет здесь произошли заметные перемены.

B концеІ XV века * игумен этого монастыря обратил внимание на то, что монастырские крестьяне на себя стали пахать много, а на монастырь пашут по-прежнему мало. Он обратился к митрополиту с проектом изменить положение, и митрополит прислал в монастырь землемера с поручением перемерить монастырскую землю И ПО'-НОВОМу разверстать ее между крестьянами. B среднем крестьянину Давалиі 15 десятин (в трех полях). Кто хотел получить больше, мсг взять на себя и больше, кто боялся не спра­виться с 15 десятинами, мог брать меньше. Ho каждый из крестьян 20°/о должен был пахать на монастырь.

Еще через сто лет картина изменилась еще резче.

Монастырь завел свою собственную и немалую за­пашку. Крестьяне должны были обрабатывать монастыр­ские поля из расчета по 3 десятины (ІУ2 озимого хлеба,- Iy2 ярового) на крестьянский двор, сеять, жать, молотить, свозить и ссыпать- хлеб в монастырские житницы, удо­брять землю, косить сено. Работали крестьяне на своих харчах.

Еслй мы обратимся к другим монастырям, то увидим то же самое в еще более ярких цифрах, Троицкая. Сер­гиева лавра в конце XVI века освободила своих крестьян от всех разнообразных работ и заменила их одной — обра­боткой земли.

Каждый крестьянин должен был вспахать на монастырь 5 десятин «за всякие монастырские до­ходы».

Te же характерные явления хозяйственной жизни мы можем наблЮдать и в крупном хозяйстве Новгородского епископа. Bce многочисленные факты, касающиеся хозяй­ства этой крупнейшей латифундии- за конец XV и самое начало XVI века, приводят нас к совершенно твердому

выводу об отсутствии в вотчинеНовгородского ёИископа собственной барской пашни. Типичное для феодальной крупной вотчины сочетание крупного землевладельца с мелким крестьянским хозяйством мы встречаем в это время во< всех владениях Новгородского епископа.

Собственную барскую пашню впервые в источниках мы начинаем наблюдать лишь в 40-х годах XVI века. По­явление ее может - быть отнесено ко времени несколько более раннему. Характерно, что обрабатывают ее наемные «дружины», — своего рода артели сельскохозяйственных рабочих.

Если Новгородский епископ, богатейший из феодалов, к тому же живущий не только от земельной (конечно, до­капиталистической) ренты, а и от, крупнейших доходов с подвластных ему многочисленных церквей и монастырей своей епархии, принялся за распашку земли и организо­вал свое барское сельское хозяйство, то этот факт гово- рит об очень многом.

He трудно догадаться, чем руководствовались земле­владельцы, заменяя старые многочисленные и разнообраз­ные повинности одной — обработкой разросшейся барской пашніи там, где она была раньше, или заводя ее вновь, если до сих пор ее не было.

Причина этих перемен заключается в росте внутреннего рынка, на котором хлеб становился все более и более за­метным товаром. Хлеб легко стало превращать в деньги. Ha деньгй было удобнее, легче и экономнее приобретать все TO1, от производства чего были освобождены кре­стьяне. Отсюда заинтересованность землевладельца в рас­ширении пашни, в увеличении продукции хлеба. Отсюда нажим на крестьянина и стеснение его правового поло­жения.

' Эта ст'орона дела прекрасно отражена в ряде публици­стических произведений первой половины XVI века.

B произведении Ермолая Эразма «БлагохотяЩим царем правительница и землемерие» прекрасно изображено поло­жение крестьянина. Он здесь признается самым .полезным членом общества, потому что он производигг самый цен­ный продукт — хлеб, «всех благих главизна», без которого не может жить ни царь, ни самый простой человек. B то же время этот наиболее ценный член общества «всегда волнениях скорбных пребывает», будучи отягчен всевозможными платежами и повинностями, среди кото­рых необходимость давать деньги — самая тяжелая. Эразм рекомендует для крестьян заменить денежные1 повинности натуральными. A деньги взыскивать с горожан («елицы во градах купующе и продающё и прикупы богатеюще»). Он рекомендует и армию содержать по городам. Из его рассуждений видно, что внутренний рынок достаточно емок, что хлеб один из самых ходких товаров.

Эта мысль подтверждается и другим не менее ярким публицистом Пересветовым, который считает идеалом со­держание армии на государственные деньги и служи­лого человека мыслит на государственном жалованье. Te же мысли можно встретить и y' известного ііопа Силь­вестра, сумевшего в бытность свою в Новгороде, а потом в Москве организовать какое-то -значительное предприя­тие, .где у него работали наемные ремесленники (серебря­ных дел мастера, книжные писцы, иконники, кузнецы, плотники', каменщики и др.).

Энергия всех этих людей в городе и деревне опло­дотворяется тем, что появились в.жизни русского обще­ства новые горизонты., новые возможности. Ф'акты боль­шого оживления торговли Москвы с Востоком и Западом со второй половины XV века хорошо известны. Приезжие в Москву иностранцы говорят об этом весьма вразуми­тельно. «Московия, — по словам Альберта Кампензе (1523— 1524 гг.), собравшего много сведений о русской торговле со слов своего отца й брата, торговавших с Москвой, — весьма богата монетою..., ибо ежегодно привозится туда из всех концов Европы множество денег за товары, не имеющие для московитян почти никакой ценности, HO сТоящйх весьма дорого в наших краях».

Москва рано за­вязывает связи с Востоком. Тверской купец Афанасий Ни­китин в 1466 г. отправляется с торговыми целями в Пер­сию и успел побывать в Индии лет за 30 до Васко-де- Гама. После завоевания Казани и Астрахани в руках Мо­сквы оказался весь торговый путь по Волге, что привело к усилению торговых связей с Персией, Бухарой и Хивой. B то же время очень энергично завязываются торговьіе отношения с Западной Европой.

Завоевание в 1514 г. Смоленска раскрыло дверь для торговли с Литвой и Польшей. B Лейпциге зарождается ярмарка русской пушнины. Устанавливаютїся торговые связи с Англией. Приобретение Балтийских гаваней во время Ливонской войны для России было весьма своевре­менным новым благоприятным условием дальнейшего ро­ста торговли с Западом. Сухопутная торговля со странами

Севера и Запада тоже играла немаловажную роль. B пис­цовой книге Обонежской пятины, например, мы имеем запись о том, что на реке Ояти стояло 24 амбара, «куда клали всякие товары»; на Вытегре стояли такие же амбары, куда «хлеб и соль и всякий товар кладут тутош­ние крестьяне и приезжие торговые люди». Весьма веро­ятно, что эти товары предназначались для Швеции.

Рост внутреннего рынка тоже виден в различных про­явлениях. Аника Строганов, например, в 1566 г., исполняя обязанности царского торгового агента, получил от царя очень серьезные поручения: 15 сентября 1566 г. ему было поручено немедленно («часа того») продать 20 300 пудов хлеба. Ему же поручается доставить в Астрахань, «за­купив»: овес, крупу, толокно, муку, всего около 16 000ny- дов. Соловецкий монастырь закупал ежегодно во второй половине XVI века около 64 000 пудов хлеба. Флетчер указывает на то, что создавшаяся в конце XVI века доро­говизна хлеба происходила не от недостатка в хлебе, а «от алчности дворянства, спекулирующего хлебом». B грамоте Бориса Годунова от 3 ноября 1601 г. изображаются очень хорошо условия торговли1, правда, при не совсем нормаль­ных обстоятельствах, ввиду голода. Тут между прочим выясняется контингент лиц, торгующих хлебом.

Это «бо­гатые люди», архимандриты, игумены, епископские дети боярскиеі, Строгановы (речь идеть о Соли Вычегодской), их приказчики, посадские люди, монастырские и дворцо­вые крестьяне и «многие приезжие прожиточные и пашен­ные люди». Особо названы «многие скупщики», коры­стующиеся «хлебною продажею»; они «рассылают» по всей Вычегодской земле в станы, волости, села, слободы и погоеты своих агентов, и сами ездят по тем же. местам, скупают хлеб и, раздав в «дешевую пору вперед задатки», продают потЬм по «большой цене». Тут же говорится о том, что и окрестные крестьяне возят хлеб свой и «про­возный» на торжки и на ярмарки; по дорогам их перехва­тывают скупщики, выезжая для этого им навстречу, и скупают у них хлеб. B этой грамоте отражено необычное время: тут много злой воли алчных до наживы торгашей, но тем не менее в грамоте есть несомненно черты, говоря­щие о наличности хлебного рьшка. Обыватель, очевидно, привык к свободной продаже хлеба в любых количествах.

Здесь ѵместно напомнить о наших больших городах, живших привозным хлебом и голодавших всякий раз, когда этот подвоз по тем или иным- причинам нарушался.

Ho еще красноречиве’е', чем большие горо;да>, говорят о росте внутренних рыночных отношений торговые успехи мелких поселений конца XV и первой половины XVI века.

Для иллюстрации этого положения возьмем небольшой сравнительно район по реке Мсте, соединяющей Новго­род с Московской областью.

B писцовой книге Бежецкой пятины можно наблюдать превращение сел и деревень в значительные торговые пункты, крестьянина — в купца. Перед нами интересный момент рождения новых городов.

Берега и острова реки Мсты с конца XV века усеяны этими новыми очагами торговли. Они возникают и растут на наших глазах. Для иллюстрации положения беру селе­ние Млево на р. Мсте. B конце XV века здесь 225 лавок, в первой половине XVI века уже 332. Оно, как и его сверстники, носит уже наименование рядка (ряды лавок). Возник он на помещичьей земле. Лавки энергично ставят помещичьи крестьяне.

B подобном же рядке Боровичах (теперь город) в 1574 г. было 138 дворов (из них 7 цер­ковных и 7 пустых). 29 из живущих дворов принадлежало недавним крестьянам, которые здесь называются людьми «пашенными», 17 — «торговым», остальные все — ремеслен­никам. Эти «пашенные» фактически «отбыли пашни»: на каждый их двор приходится лишь 2,14 четверти пашни, тогда как у окрестных крестьян пашня в среднем изме­ряется OT 8 д'о 11 четвертей. Многие из них сеют только яровое. Озимого не сеют.

Чем же торгуют эти лавки? Что хранят рядом с лав­ками стоящие амбары? Ha этот вопрос нам может отве­тить хотя бы описание Боровичских лавок. B них товар незатейливый. Больше всего лавок с хлебом и солью, за этим товаром следуют сапоги, рукавицы, щепетной то­вар, железные изделия (лемеха и косы), овощи. Ассорти­мент рассчитан на рядового среднего потребителя. Он говорит сам за себя.

Интересно подчеркнуть, что подавляющий процент тор­говцев — это недавние крестьяне, которые продолжаюі себя так и называть по привычке, несмотря на то, что они успели уже променять рало на прилавок. B Удомельском, например, рядке (тоже на Мсте) 90,3% лавок и амбаров принадлежало «крестьянам», в Лощемле (там же) все 100%.

Наличие растущего внутреннего рынка не. вызывает у нас ни малейшего сомнения.

He удивительно, что при йаличии всех этих условий деньги в общественных отношениях начинают играть все более заметную роль.

Эту стОро.ну жизни прекрасно подчеркнул в своих пи­саниях Ермолай Эразм. Оиа же подтверждается и другими обильными и красочными фактами. B конце XV века уста­ревшие уставные грамоты заменяются новыми, где нату­ральные платежи крестьян заменяются денежными. B но­вой уставной Белозерской грамоте 1488 г. отмечается и старое и новое: великокняжеские наместники по новому уставу должны получать «с сохи за полоть мяса 2 алтына, за 10 хлебов—10 ден., за бочку овса 10 ден., за.воз сена — 2 алт., за боран — 8 ден.», и т. д. и т. д. Крестьяне Артемоновского стана, Переяславского уезда по новой уставной грамоте 1506 г. должны давать волостелям «за полоть мяса 10 ден., за боран—1 алт., за воз сена — 1 алт., за хлеб — 1 ден.» Это общее положение для ковых уставных грамот говорит само за себя. Псковская Судная грамота тоже переводит натуральные повинности на день­ги, Судебник Ивана IV делает то же. Многие помещики и вотчинники производят у себя такую же реформу. A Нов­городский епископ одну из своих крупных вотчин целиком перевел на денежные платежи вместо прежней натуры.

Погоня за деньгами — дух времени. Ha этой почве ра­зыгрывается много катастроф. Особенно заметно это на крупных боярах, привыкших жить, не справляясь с подлин­ным состоянием источника своих доходов.

Невольно хочется вспомнить зде.сь замечание Энгельса относительно дворянства XIX века: «Чтобы выросший из феодализма дворянский землевладелец — лорд или сквайр— научился когда-нибудь вести хозяйство ио-буржуазному и тоже, стало быть, считать своей первой обязанностью во что бы то ни стало капитализировать ежегодно часть до­бытой прибавочной стоимости, — это противоречит опыту всех бывших феодальных стран».[6] Даже случайно дошед­шие до нас факты задолженности боярст'ва с конца XV и середины XVI века очень красноречивы. Верейский князь Михаил Андреевич был должен, например, только одному Кириллову монастырю 21 600 руб. (на деньги конца XIX века), кн. Иван Борисович Волоцкий — 64 000, брат Ивана III Юрий — 74 200 и другой его брат Андрей — 3 105 000 руб.

B завещании царского духовника Василия (1531— 1532 г.) есть перечень его должников:. кн.Мих. Вас.Вис- лый должен ему 18 000, кн. Ив. Данил. Пенков 120 000, кн. Ив. Мих. Кубенский 5 000, кн. Иван Шапка и Семен Мезецкий 7 000, кн. Мих. Бабич 7 000, кн. Ив. Мих. Воро­тынский 2 000, кн. Ив. Ив. Барбашин 4 000, кн. ФедорВас. Лопата — 5 000, кн. Ив. Мезецкий, зять протопопа Васи­лия — 20 000 p. O своем зяте в завещании протопоп при­бавил: «А зять мой, кн. Иван жил у меня во дворе ІЗлет, ел-пил мое, а служил зять мой государю все моею подмо­гою». Жена протопопа в своем завещании сообщает до­полнительные сведения, о покупке ее мужем у братьев зяТя4, князей Мезецких, имения в 50 000 руб.[7] и прибав­ляет: «а что есмя давали зятю своему приданного и в ссуду и платйья и кони, и то зять наш прослужил на цар­ской службе».

«Служба», т. e. нахождение в придворной среде, дорого обходилась русской знати. A единственный источник до­хода у бояр были их вотчины, т. e. в конечном ■ счете кре­стьянин, который должен был изворачиваться, чтобы кор­мить себя, свою семью и покрывать все растущие потреб­ности своего хозяина.

He удивительно, что при неумении рационализировать свое хозяйство, боярство и князья неуклонно шли к своей гибели, задолго до опричины, нанесшей русской знати тя­желый и решительный удар.

Конечно, эти изменения в хозяйстве не были еще явле­нием массовым и повсеместным, но тем не менее- они весьма показательны и дают нам возможность судить о направлении, в каком шло развитие русского общества в XV-XVI вв.

<< | >>
Источник: В.Д. ГРЕКОВ. ГЛАВНЕЙШИЕ ЭТАПЫ ИСТОРИИ КРЕПОСТНОГО ПРАВА B РОССИИ. ГОСУДАРСТВЕННОЕ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКВА 1940. 1940

Еще по теме УСПЕХИ ХЛЕБА HA ВНУТРЕННЕМ РЫНКЕ И ИЗМЕНЕНИЯ B ОРГАНИЗАЦИИ КРУПНОГО ХОЗЯЙСТВА:

  1. 1* Международное и внутреннее положение Советской республики в началу 1921 г* 
  2.   2. X съезд партии и его исторические решения  
  3.   2. Мероприятия партии и правительства по организации товарообмена и торговли  
  4. Глава 1. Южноуральская деревня и власть в 1917-1918 гг.
  5. Глава 3. Крестьянский вопрос в деятельности учреждений военной диктатуры
  6. ТЕМА 16. СОВЕТСКОЕ ПРАВО В 1920-е ГОДЫ
  7. Политико-экономическая и оперативная обстановка в стране. Организация деятельности ЭКУ ВЧК — ОГПУ по защите экономической безопасности государства
  8. §1. Организация и регулирование деятельности органов исполнительной власти в России в годы Первой мировой войны
  9. § 2. Организация аппарата исполнительной власти России в период февральской буржуазно-демократической революции
  10. Славянофилы в эпоху Александра III
  11. ИСТОРИОГРАФИЯ ВОПРОСА
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -