<<
>>

Вместе с тем принятое в своде 1832 года выражение "крестьяне казенные", заменено названием государственных крестьян или поселян, употребляемым во всех новейших законах и в особенности в уставах, изданных Министерством государственных имуществ.

Постановления указа 2 апреля 1842 года об обязанных поселянах включены в тот же раздел IV о сельских обывателях, в виде особой главы. Это признано удобным потому, что при таком изложении новый закон будет помещен в своде без всякой перемены, без всяких преждевременных и едва ли даже возможных объяснений, в том самом виде, в котором следуют статьи оного одна за другой в высочайшем Его Величества указе 2 апреля, а впоследствии, по мере дальнейшего развития начал, постановленных в сем указе, будет легко размещать по принадлежности все основанные на оных новые правила*(165).

Кроме того, в девятом томе постановления о православном духовенстве, во многом дополненные и поясненные, были предварительно рассмотрены общим присутствием Св. Синода; некоторые определения оного об изменении самого существа законов были подносимы, за общим подписанием графа Протасова и главноуправляющего II отделением, на высочайшее благоусмотрение. Сверх того, в сей том вошли постановления о духовенстве иностранном: римско-католическом, протестантском, армяно-грегорианском. Сии постановления доселе не были сведены в стройный, систематический состав и оттого возникали иногда разные недоразумения в практике.

По десятому тому введено немало постановлений касательно споров против законности рождения по истечении определенного срока, о праве отделенных детей на принадлежащие им в собственность имущества, о времени для подачи апелляционных жалоб от малолетних, об учреждении опек над немыми и глухонемыми, о точнейшем определении случаев, в коих имение считается выморочным, о порядке описи и оценке недвижимых имений и т.д.

Сверх того, в новое издание десятого тома включены особые, действующие в губерниях Черниговской и Полтавской постановления.

В томе XI, в уставе кредитном, размещены, по принадлежности, предложения совета государственных кредитных установлений и министра финансов, которые или поясняют кредитные узаконения, или служат дополнением к вошедшим в прежнее издание свода постановлениям. При этом не введены в новое издание устава кредитного уставы местных кредитных установлений в губерниях остзейских, а также устав Александровского дворянского банка, потому что включение означенных уставов в свод должно бы было впоследствии повлечь помещение в продолжениях и тех уставов губернских банков, которые, вероятно, в течение времени, будут учреждаемы в прочих частях империи. Через это, с одной стороны, увеличится объем свода, без всякой существенной пользы, с другой - могли бы также встретиться и противоречия между правилами уставов и действительным порядком производства*(166), ибо II отделение едва ли будет в состоянии уследить за всеми изменениями, коим правила кредитных установлений сего рода вообще и по необходимости очень часто подвергаются*(167). В уставе торговом сделаны многие довольно важные изменения в плане и разные изменения в существе статей, по сношениям с министрами финансов и юстиции. Эти изменения касались, собственно, только первой его книги, куда внесены были, при втором издании свода, правила об открытии и принятии наследства после лиц, производивших торговлю (разд. I, гл. 2), и о торговле казаков донских, оренбургских и черноморских (разд. II, гл. 5-7); причем первые две главы раздела I были соединены в одну.

Том XII дополнен постановлениями сельского полицейского и судебного устава для государственных крестьян.

В томе XIII устав об обеспечении народного продовольствия переделан во всем его составе на основании положений о запасах продовольствия 1834 года и новых правил о продовольствии государственных крестьян 16 марта 1842 г.

Устав об общественном призрении также во многом исправлен и дополнен, по замечаниям хозяйственного департамента Министерства внутренних дел. Уставы детских приютов, принадлежащих к числу заведений, состоящих под непосредственным покровительством ее величества государыни императрицы, не были внесены в устав, как и при издании свода 1832 г. на том основании, что уставы и учреждения сих заведений должны составлять предмет особого свода (всепод. докл. 12 мая 1842 г. N 52).

В томе XIV уставы о содержащихся под стражей и о ссыльных дополнены введением в оные новых постановлений об исправительных арестантских ротах гражданского ведомства и положения о ссыльных 1840 г.

При каждом уставе или учреждении находились подробные оглавления с показанием книг, разделов, глав и т.д. Кроме того, имелись при каждом уставе хронологические реестры.

В то же время составлены были два сравнительных реестра (своды сводов, по выражению графа Блудова), из коих в одном означаются статьи первого издания, с показанием, какие именно соответствуют им в издании втором или же что оные отменены или заменены новыми постановлениями; в другом же реестре приведены статьи второго издания с таковым же означением в отношении статей первого издания свода. С помощью этих двух реестров очень легко приискать соответствующие статьи по обоим изданиям свода.

Независимо от этого докладом 3 марта 1843 г. (N 10), граф Блудов представлял о порядке составления общего алфавитного указателя к Своду законов издания 1842 г., приняв за основание оглавление прежнего алфавитного указателя, дополнив оное, в продолжение работы, как теми словами, которые соответствуют новым предметам законодательства, вошедшим во второе издание (напр., словами: палата государственных имуществ, пробирная палатка, обязанные крестьяне и т.д.), так и теми, которые, относясь к прежним постановлениям, хотя и не были помещены в указателе 1834 г., но могут служить к удобнейшему приисканию сих постановлений.

Составление алфавитного указателя по каждому тому, уставу или учреждению полагалось поручить тем же чиновникам, которые приготовляли сии тома, предписав, чтобы прежде всего каждый по своей части сделал полные и, по возможности, подробные выписки из текста всех вошедших в оную статей, с указанием, к какому из слов указателя оные относятся. Эти выписки расположить в алфавитном порядке под словами, к коим оные относятся, к каждому тому или уставу.

После предварительного пересмотра этих частных указателей определить, какие слова должны войти в общий, и по утверждении его распределить слова, из коих оный будет составлен, снова между редакторами для означения под каждым, в каком или в каких именно местах свода надлежит искать постановления, относящиеся к тому предмету и ко всем оного подразделениям (так, напр., в слове "дворянство" будут следующие: 1) приобретение и сообщение дворянства, 2) доказательство дворянского состояния, 3) права дворян в составе общества, 4) личные права дворян, 5) лишение дворянства и восстановление оного, 6) акты дворянского состояния)*(168). Означенный алфавитный указатель к своду 1842 г. издан 19 февраля 1845 г. (N 18753).

Сверх всех исправлений и дополнений, введенных в алфавитный указатель, к новому его изданию добавлен еще алфавитный список всем должностям в империи, с означением при каждой как ее класса, так и разряда мундиров и пенсий. Это приложение составило до 15 полных листов мелкой печати в двух столбцах. Труд сей может указать на недостатки и несоразмерности в расписании должностей и быть поводом и руководством к пополнениям и их исправлениям. С другой же стороны, представляя чрезвычайную удобность для приискания и справок, он может со временем, быв дополняем и исправляем согласно с новыми по сему предмету постановлениями, заменить вполне расписание, помещенное в приложениях к уставам о службе и о пенсиях*(169), которое по самому своему плану не весьма удобно для справок, ибо кто не знает, в каком классе или разряде состоит должность, не иначе может отыскать оную в своде, как проходя все классы или разряды.

Вскоре за изданием свода, граф Блудов, всеподданнейше докладывая о предстоящих работах по II отделению, указывал на необходимость приступить к составлению продолжения*(170) к Своду законов. Он предполагал также собрать и составить дополнение к Своду законов, чтобы придать ему стройный систематический вид и ввести в свод те по особым частям и ведомствам положения, которые по разным причинам не вошли еще в Свод законов. Для усовершенствования отечественных законодательств граф Блудов полагал приступить теперь к работам по новому уставу уголовного судопроизводства и исправлению законов гражданских, - работе, без сомнения, труднейшей и с тем вместе важнейшей из всех законодательных работ.

Обращаясь впоследствии*(171) к более подробному рассмотрению вопроса о размещении в своде постановлений, не вошедших в состав оного, граф Блудов находил, что некоторым из них граф Сперанский указал уже соответствующее место в Своде законов. Так, устав счетоводства и контроля должен войти в III книгу Свода законов (среди уставов казенного управления), а уставы ученых и учебных заведений - в книгу шестую (среди уставов государственного благоустройства).

Прочим же не вошедшим в Свод законов постановлениям граф Сперанский хотя и не назначил места в общей системе свода, но они по существу своему могут быть отнесены в состав одной из книг законов. Так: а) учреждение Министерства иностранных дел должно быть помещено в виде особого раздела, в первом томе, т.е. в учреждении министерств; б) постановления об управлении духовных дел православной веры или по крайней мере положения и уставы об управлении духовными делами иностранных исповеданий могут быть отнесены к уставам государственного благоустройства и помещены в самом начале сей части свода, за коими будут следовать уставы о народном просвещении и потом уже уставы кредитные; в) постановления по ведомству удельному, по примеру уставов, изданных для Министерства государственных имуществ, должны быть размещены по принадлежности в разных томах свода и в особенности в томах I, II и IX; г) узаконения, относящиеся к управлению почт, принадлежат также к уставам государственного благоустройства; д) правила для учреждений Императрицы Марии и других заведений, состоящих под покровительством высочайших особ, по разнородности оных, могут составить особый отдельный том, который будет однако же находиться в связи и с уставами просвещения, входящими в шестую часть свода о государственном благоустройстве, и с постановлениями об общественном призрении, помещенными в седьмой части, в томе XIII*(172).

При этом граф Блудов полагал все не вошедшие в свод постановления издавать постепенно, одно за другим, с указанием частей свода, к коим они относятся, и затем уже при третьем издании свода соединить их с общим его составом*(173).

Предполагая приступить к работам по составлению означенных дополнительных частей свода, граф Блудов находил нужным собрать все постановления, относящиеся к этим частям законодательства, сделать из них выписки и проекты статей и по мере окончания каждой части учредить в министерствах и главных управлениях, до которых означенные постановления относятся, особые комитеты для ревизии и затем исправлять проекты по замечаниям комитетов, руководствуясь правилами, принятыми при рассмотрении текста свода с 1829 по 1832 г.

К означенным работам, по воспоследовании высочайшего на то разрешения, и было приступлено, а тем временем были закончены некоторые, начатые ранее кодификационные труды, именно:

1) По своду местных узаконений губерний остзейских и при высочайшем указе 1 июня 1845 г. (19146) обнародованы две первые части этого свода (т.е. особенное учреждение некоторых властей и мест губернского управления и законы о состояниях в этих трех губерниях).

2) В том же 1845 г. августа 15 (19233) высочайше утверждено Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, взамен I части XV тома, изданное отдельно октября 8 того же года (N 19382).

3) В 1848 году (7 октября N 22637) издан свод уставов счетных. Позволим себе сказать несколько слов об этих двух последних.

Граф Сперанский, составляя XV том Свода законов 1833 г., расположил законы уголовные (т.е. о преступлениях и наказаниях) таким образом, чтобы каждый оный раздел соответствовал бы состоящей с ним в связи и ему однородной части свода; на этом основана классификация преступлений. Общие правила извлечены были Сперанским из разных отдельно изданных и весьма неполных постановлений прежних уголовных законов. Но лестница наказания была очень неудовлетворительна; ее, собственно, не было. По представлению министра юстиции Дашкова и Сперанского, с высочайшего разрешения, приступлено было к исправлению уголовных законов, причем принято было: I) не созидать нового уложения по началам науки, а только привести в надлежащее между собой согласие разнородные части оного, посредством исправления отдельных, но на одинаковых началах и, так сказать, в одном духе*(174); 2) устранить всякую неточность и неопределительность выражений и самых положений; 3) сделать все нужные, требуемые временем и указанные опытом и наблюдением дополнения. Словом, имелось в виду собрание, сведение и усовершенствование отечественных уголовных законов и более ничего. Поэтому постановления о преступлениях и проступках были по-прежнему соединены в одном томе и распределены не по степеням предполагаемой их важности, а по родам их и предметам, т.е. по свойству узаконений, которые ими нарушаются. Все наказания разделены на два вида: уголовные (коими преступник извергается из общества безвозвратно, как-то: смертная казнь, наказание плетьми и ссылка на каторгу и на поселение) и исправительные (как-то: ссылка на житье, заключение в крепости, смирительном доме, тюрьме и т.д. до выговора в присутствии суда). Каждый из сих видов разделялся на несколько степеней, причем допускалась замена одного наказания другим и т.д. При этом имелось в виду усовершенствовать систему наказаний, определить с точностью существо каждого наказания и относительную его тягость, дать возможность строгость каждого отдельного наказания увеличивать и уменьшать по обстоятельствам дела; но на практике это далеко не было достигнуто. Несомненно только, что это Уложение 1845 г. продолжало дело, начатое Петром Великим, именно: пыталось обратить самих преступников к полезной для общества деятельности (от этого преобладающим наказанием явились всякого рода ссылки) и по возможности смягчить суровые казни прежнего времени; от этого и смертная казнь по Уложению 1845 г. определяется в весьма редких случаях; квалифицированной же смертной казни оно уже не знает.

При редакции статей принято было сколь можно менее уклоняться от метода, принятого при составлении свода уголовных законов, избегать по возможности выражений слишком отвлеченных, сохранять по возможности слова законов существующих, соблюдать одинаковую терминологию, постановить некоторые общие правила, могущие распространяться на отдельные случаи определения свойств преступлений, допускать лишь в случаях, когда надлежало, исправить или точнее выразить существующие уже в действующих постановлениях. Всех статей в Уложении о наказаниях 1845 г. имелось 2224, и при них только к четырем статьям имелись небольшие приложения.

Обращаясь затем к другому новому изданию, т.е. к своду уставов счетных, должно заметить, что основанием ему послужили различные постановления прежнего времени, имевшие влияние на образование счетной части в империи, как-то: регламент штатс-контор-коллегии 1719 г. февраля 13 (3303), регламент об управлении адмиралтейства и верфи 1722 г. апреля 5 (3937), инструкция ревизион-конторе 1722 г. декабря 4 (4127), наказ губернаторам и воеводам 1728 г. сентября 12 (5333), учреждение для управления губерний 1775 г. ноября 7 (14392), учреждение министерств 1811 г. июня 25 (24686), правила отчетности разных министерств и главных управлений, изданные после 1828 года.

Из всех сих правил и приложений извлечены в один состав общие для всех без исключения управлений статьи и сведены в одно, под названием общий устав счетный, обязательный для всех управлений. Все прочие же статьи, служащие руководством только для тех управлений, для которых оные изданы, размещены в особенных уставах, по принадлежности.

На сих основаниях положения о счетах в установлениях, подлежащих ревизии государственного контроля, разделены на следующие книги*(175): I) общий устав счетный, II) счетный устав Министерства финансов, III) счетный устав Министерства государственных имуществ, IV) счетный устав Министерства внутренних дел, V) счетный устав Министерства народного просвещения, VI) счетный устав Главного управления путей сообщения и публичных зданий, VII) счетный устав Главного управления почт, VIII) счетный устав Министерства юстиции, IX) счетный устав Министерства иностранных дел, X) счетный устав по ведомству Святейшего Синода и XI) счетные правила особых установлений, от ревизии государственного контроля не изъятых, т.е. II и III отделений С.Е.И.В. канцелярии и комитета призрения заслуженных гражданских чиновников*(176).

Постановления всех книг свода уставов счетных расположены в каждой из них в одинаковом, или, по крайней мере, в близком один к другому порядке, по трем главным, один от другого отдельным, предметам, составляющим в каждом ведомстве счетную часть вообще, именно: ведение счетов, отчет в них или в движении капиталов и поверка (иначе ревизия) сего отчета, или даже самых оснований его, т.е. счетов.

К счетоводству отнесены правила, определяющие: 1) предметы счетоводства, разделение счетов на денежные и материальные, положение, на какую монету следует вести счеты денежные и как показывать в счетах материальное имущество и т.д.; 2) правила о заготовлении счетных книг и их рассылке в места подведомственные; о разделении книг по предметам, как-то: кассовых, бухгалтерских, для записи кассовых вкладов и т.п. настольных регистрах; 3) правила о документах, по коим приходо-расходные статьи должны быть вписываемы в книги, и о доказательствах приходов и расходов.

В статьях об отчетности постановлено, кто и как должен давать отчеты по приходам и расходам денежных и материальных капиталов; разделение отчетов на ежемесячные и годовые, их формы и порядок составления их и представления начальству.

В статьях о ревизии счетной изложены правила о поверке еженедельных и других, в течение года представляемых, отчетных сведений, о поверке их с находящимся налицо и о срочном и внезапном свидетельстве денежных и материальных капиталов и т.д.

В конце общего устава счетного изложены также правила о судопроизводстве по делам о нарушении уставов счетных, с означением, что наказания за нарушение их определяются подробно в уложении.

К каждому уставу приложены частные формы его; хотя многие из них в существе своем сходны между собою, но они сохранены в том по каждому ведомству виде, как они в свое время изданы, для большего удобства лиц, привыкших ими руководствоваться.

Устав этот был рассмотрен принятым в 1829 г. порядком при рассмотрении свода законов, и затем граф Блудов докладывал государю 7 октября 1848 г. (N 51), что свод уставов счетных есть дополнение уставов казенного управления и, следственно, в некотором смысле продолжение общего свода. Он не может быть почитаем законом новым, ибо составлен из постановлений, имеющих уже полную силу и более или менее всем известных. О предположенном издании оного было, между прочим, предварительно объявлено в высочайшем его величества манифесте 31 января 1833 г., при коем обнародован общий свод законов, и потому систематическое изображение постановлений счетных, ни в чем не изменяемых, должно быть предложено непосредственно Правительствующему сенату таким же порядком, как и продолжение свода, при высочайшем указе о присоединении оного к общему своду законов империи, на том же основании, как и прочие части свода.

Государь император одобрил это предположение графа Блудова и указом, данным сенату, этот устав был обнародован. Он содержал до 3000 статей и около 900 форм*(177).

Между тем 15 июня 1851 г. утверждены правила нового устройства земских повинностей, причем поведено, чтобы сии правила и прежние, остающиеся в силе и действии положения о сем предмете, были размещены сообразно с высочайше утвержденным планом и чтобы новый, из всех сих постановлений составленный полный устав о земских повинностях был внесен в первое по издании сих правил продолжение Общего свода законов империи. Вследствие этого составленный новый устав о земских повинностях был присоединен в виде второй части составленного XV продолжения.

О введении в состав свода как устава счетного, так и Уложения о наказаниях 1845 г. представлял государю императору граф Блудов 1 ноября 1851 г., вместе с прочими своими соображениями о предстоящем новом третьем издании Свода законов, заключавшимися в следующем*(178).

Особенное обилие и объем различных постановлений, сосредоточенных в продолжениях и подлежащих включению в Свод законов при новом его издании, а также внесение в оный узаконений и уставов, которые не были введены ни в первое, ни во второе издание, должны были не только значительно увеличить объем свода, но изменить наружную его форму, т.е. составить большее число томов, нежели было прежде, и вместо 15 их будет не менее 20. При этом от общих губернских учреждений удобно отделить особые губернские учреждения, образовав из них отдельный том - третий. Точно так же в свод уставов счетных выделить все счетные формы, занимающие гораздо более места, нежели самые законоположения, в особое приложение, которое составит также отдельный том. В X томе, изд. 1842 г., отделить законы межевые от законов гражданских, разделив последние на 2 части, из коих, в первой будут изложены статьи материального права, а во второй - правила гражданского судопроизводства, а затем межевые законы составят третью часть этого X тома. Оконченный свод учреждений и уставов управлений духовных дел иностранных исповеданий христианских и иноверческих составит первую часть в разряде 6-м законов государственного благоустройства, а вторую часть - оканчиваемый свод учреждений и уставов учебных и ученых заведений; обе части составят один том. Уложение о наказаниях 15 августа 1845 г., с изготовляемым уставом судопроизводства по делам о преступлениях и проступках, составят один последний том свода, разделенный также на две части. Вместе с тем граф Блудов полагал, что из постановлений, которые будут утверждены и обнародованы во время изготовления третьего издания свода, должны быть внесены в оный все те, кои выйдут не позднее 31 декабря 1853 г.

Хотя эти предположения графа Блудова и удостоились высочайшего утверждения, на основании коего, согласно высочайше 1 декабря утвержденного наставления*(179) чиновниками II отделения было приступлено к изготовлению общего свода к новому изданию, тем не менее граф Блудов, во всепод. докладе 16 декабря 1854 г., объяснял, что, тщательно рассмотрев снова план, предварительно удостоенный высочайшего одобрения и сообразив выгоды и невыгоды всякой перемены, даже и в одной наружной форме такого собрания законов, на которое почти беспрестанно все обязаны ссылаться, а сверх того, и выслушав рассуждения и советы людей, хорошо знающих практику наших судов, он признал нужным, или, по крайней мере, весьма полезным для удобности в употреблении свода, сохранить в оном прежнее число, хотя не книг*(180), что было бы совершенно невозможно, то по крайней мере томов, а с тем вместе и прежний порядок их нумерации. К сему побуждает меня, писал граф Блудов, всего более сделанная всеми как присутственными местами, так равно должностными и частными лицами, в продолжение двадцати двух лет, привычка ссылаться в делах на тома общего свода, с указанием только их номеров и большей частью без означения к какому именно уставу или кодексу принадлежит сей том. Можно бы, конечно, и переменить сей, не столько законом, сколько обычаем введенный порядок, постановив правилом, что ссылки должны быть делаемы не на свод вообще с означением томов оного, а в особенности на каждый устав или положение или же кодекс законов гражданских или других. Но привычки обыкновенно бывают сильнее правил и такая перемена, сколь она ни проста и понятна, вероятно, поставила бы наших малограмотных приказных если не надолго, то на первое время после третьего издания свода, в некоторое затруднение и дала бы случай к сомнениям, недоразумениям, вопросам, может быть, и к ошибкам.

Для предотвращения сего, кажется, есть верное средство оставить в третьем издании и число, и порядок нумерации томов свода прежние, те же, кои были в сводах 1832-1842 гг., только разделив некоторые из сих томов, по обширности оных и для помещения следующих к ним дополнений, на части.

Граф Блудов полагал разделить тома второй, восьмой, одиннадцатый, двенадцатый и пятнадцатый на две части каждый, том же десятый на три части и включить в них все новейшие узаконения по принадлежности. Таким образом, свод состоял бы по-прежнему из 15 томов, но содержал бы в себе 22 части или волюма. Постановления об учреждениях Императрицы Марии и прочих, состоящих под непосредственным покровительством Его Величества и членов августейшего дома, издать особым сводом, в виде приложения к общему.

Эти предположения графа Блудова были также высочайше одобрены 16 декабря 1854 года.

Затем, докладывая государю 19 апреля 1856 г., что все части свода готовы к поступлению в печать, граф Блудов находил желательным: 1) ввести в подлежащие места свода все постановления 1855 г., а также и 1856 г., сколько их вышло или выйдет, до начала печатания каждой части свода по принадлежности; 2) перенумеровав все статьи, сделать точные указания на другие, служащие им объяснениями; 3) составить хронологические реестры всем постановлениям, кои послужили им основанием, а равно означить подробно, каким статьям свода 1842 г. соответствуют статьи свода вновь издаваемого.

Вскоре после этого при указе Правительствующему сенату от 12 мая 1858 г. (33140) было обнародовано о третьем издании Общего свода законов Российской империи, который содержал в себе до 90 000 статей и форм. Свод сделался обширнее потому, что в состав предшествовавшего ему издания свода включены находившиеся в изданных с 1843 по 1854 г. продолжениях различные законы, учреждения, уставы и постановления, а также и те, кои утверждены и обнародованы после сих продолжений, в виде законов положительных. При этом включены в состав свода многие из уставов и учреждений, доселе не помещенные вовсе в свод, как-то: учреждения Министерства императорского двора, кабинета Его Величества и департамента уделов, а также Министерства иностранных дел, учреждения и уставы управления духовных дел иностранных исповеданий, христианских и иноверных, учреждения и уставы почтовые, уставы о телеграфах и счетные правила учреждений Императрицы Марии. К этому изданию свода был составлен алфавитный указатель в конце 1860 г. (2-е П. С. З. 1861 г. янв. 31 N 36574). Это было последнее издание сего рода.

Из числа не вошедших в свод 1832 года постановлений оставались по-прежнему не включенными в состав свода: узаконения по ведомству Министерства народного просвещения; постановления об управлении дел православного исповедания; правила для учреждений Императрицы Марии и других состоящих под покровительством высочайших особ.

Печатание нового издания Свода законов 1857 г. продолжалось более полутора лет, а в течение этого времени опять вышло немало новых узаконений, заменявших или изменявших статьи вновь изданного свода. Это делало необходимым издавать продолжения к своду, которые, начиная с 12 мая 1858 года (2-е П. С. З. N 33140 - день состояния указа о третьем издании Свода законов), тянутся, можно сказать, непрерывно по настоящее время, так как нового полного издания общего свода законов по сей день не имеется (по настоящий день сохраняют силу весьма немногие*(181) отдельные тома свода изд. 1857 года) и количество издаваемых ежегодно узаконений, увеличивая объем продолжений, вызвало вопросы о необходимости издавать продолжения, а также о мерах к более практическому составлению свода законов и продолжений. О том и другом вопросе, по их важности, необходимо сказать несколько слов отдельно. О продолжениях к Своду законов

По мысли Сперанского, ввиду того, что своды обнимают только прошедшее и не определяют ничего в будущем, а законы по возникающим делам и случаям постоянно прибавляются, необходимо было пополнять своды вновь выходящими узаконениями, чтобы, таким образом, состав законов, единожды устроенный, сохранен был всегда в полноте и единстве. В манифесте о своде законов 31 января 1833 года повелено было, чтобы все постановления, кои после окончании Свода законов состоялись или впредь состоятся, приводя в порядок свода, издавать ежегодно в его продолжении. На этом основании после издания свода к нему, по заранее установленной форме, издавались продолжения, которые разделялись по числу томов свода, причем к каждому тому относилась известная часть продолжения, в начале которой помещалась таблица, показывающая все статьи в том томе, изменившиеся на основании новейших узаконений. После этой таблицы следует самое изложение статей, подвергшихся изменению на основании вновь вышедших узаконений или же хотя и ранее состоявшихся, но почему-либо не принятых во внимание редакторами ранее. За этим изложением статей помещается табель изменений, относящихся только к указаниям источников статей (т.е. цитатам), а затем хронологический указатель узаконений, вошедших в состав продолжения, и, наконец, указатель опечаток, замеченных по своду и продолжениям.

Сперанский вскоре представил особую записку, в которой указывал, что многие статьи свода подверглись исправлениям единственно потому, что указы, на коих исправления основаны, не опубликованные своевременно и не сообщенные II отделению, не могли быть ему известны. Он полагал возможным отвратить это неудобство, приняв за правило по комитету министров и по всем министерствам, чтобы все высочайшие поселения, составляющие пояснения или какое-либо ограничение, изменение или изъятие в законе, кроме тайне подлежащих, сообщались II отделению благовременно и чтобы печатанные указы Правительствующего сената доставлялись во II отделение сколько можно неукоснительно в четырех экземплярах.

Кроме того, Сперанский возбуждал вопрос, должно ли вводить в продолжение свода предписания, исходящие непосредственно от министров без высочайшего утверждения. Предписания сии не суть законы, писал Сперанский, но во многих случаях, где нет закона, они заменяют его, доколе закон не состоится и без них многие подробности в учреждениях и уставах остались бы совсем без правил и подверглись бы произволу средних и низших исполнителей. Разделив министерские предписания на два главные рода: пояснительные и распорядительные, Сперанский полагал возможным вносить в свод только сии последние, когда они не противны закону, когда меры исполнения закона или вовсе не означены в законе, или означены не вполне и когда эти предписания даны к постоянному и всегдашнему исполнению законов. Меры временные, на какой-либо случай отдельно принимаемые, не должны быть вносимы в продолжение. Точно так же предписания пояснительные, без высочайшего утверждения не подлежат внесению в свод, потому что: 1) пояснение закона принадлежит законодателю; 2) пояснение есть следствие возникшего недоумения, которое при своей иногда важности может требовать разрешения установленным законодательным порядком. Если разрешение недоумения не представляет затруднений и легко достигается соображением с другими законами, то такое пояснение, являясь мнением начальства о смысле закона, не может иметь силу закона и должно оставаться в пределах, установленных для этого законами, т.е. подчиненные места должны следовать пояснению, если не найдут в нем ничего противного закону (в противном случае обязаны представить министру или Правительствующему сенату). Кроме того, внесение в продолжение подобных пояснительных предписаний придало бы им свойство закона и лишило бы возможности их изменять, без особого высочайшего указа.

Сперанский означенные свои соображения о внесении в продолжение к своду министерских предписаний применял и к указам, исходящим непосредственно от Правительствующего сената и содержащим пояснение закона или меры распорядительные, без высочайшего утверждения. При этом, однако, Сперанский полагал пояснительные указы сената вводить в свод: 1) когда они не противоречат действующему закону и 2) когда они разрешают или предупреждают какое-либо сомнение в смысле закона, не поставляя ничего вновь, но единым только соображением буквального смысла закона. Такое пояснение также является простым вразумением в словесном смысле закона, но отличается от подобных же предписаний министерских тем, что не может быть впоследствии изменено, даже самим Сенатом, без высочайшего разрешения. Если бы II отделение С.Е.И.В. канцелярии усмотрело, что подобное пояснение Сената существенно изменяет смысл действующего закона, тогда оно входит о сем в сношение с Министерством юстиции, а в потребном случае таковое обстоятельство представляется на высочайшее разрешение.

Означенные предположения Сперанского были рассмотрены в Государственном совете, а затем удостоились высочайшего утверждения 15 декабря 1834 г. следующие правила.

1) Все высочайшие повеления, составляющие пояснение или какое-либо ограничение, изменение или изъятие в законе, для введения их в продолжение свода, сообщать благовременно во II отделение С.Е.И.В. канцелярии.

2) Не вносить в продолжение свода пояснительных предписаний, исходящих от министерств без высочайшего утверждения (из сего правила изъемлются только предписания по таможенной части, кои исходят от министра финансов по особенной, данной ему на сие власти).

3) Вносить в свод предписания распорядительные, к постоянному и всегдашнему исполнению закона принадлежащие, когда они, по представлению министров, будут утверждены указами Правительствующего сената.

4) Вносить в Свод законов как пояснительные, так и распорядительные меры, опубликованные от Правительствующего сената, когда оные согласны будут с действующими законами, когда разрешают или предупреждают какое-либо сомнение в смысле закона, не постановляя ничего вновь, а единым только соображением буквального смысла закона.

Но если в каком-либо указе Сената встретилось сомнение о пределах пояснения или дополнения, тогда II отделение С.Е.И.В. канцелярии входит о том в сношение с Министерством юстиции и в потребном случае таковое обстоятельство представляется на высочайшее разрешение.

5) В каждом новом уставе и положении под статьями их означать статьи свода, к коим они относятся и более или менее их изменяют. Изменения сии могут быть в отметках под статьями выражены кратко следующими словами: а) в пояснение такой-то статьи свода; б) в дополнение; в) в отмену; г) в перемену (когда статья свода косвенно отменяется новой статьей закона); д) в ограничение; е) взамен такой-то статьи. Означение сего рода употреблять и тогда, когда постановляется какое-либо изменение в статьях свода, по возникающим в производстве дел случаям.

6) При составлении каждого устава сохранять по возможности в главном расположении его частей тот план, по коему устроен соответствующий ему устав в своде.

Таким образом, стали издаваться продолжения, и при самом Сперанском вышло первое продолжение к Своду законов в 1834 г., а затем последовательно издавались и следующие, именно: 2-е - в 1835 г., 3-е - в 1836 г., 4-е - в 1837 г., 5-е - в 1838 г.; наконец, 6-е вышло в 1840 г., скоро после кончины графа Сперанского, в феврале 1839 г. Из числа этих продолжений только два, именно первое (1834 г.) и пятое (1838 г.) были продолжениями очередными, т.е. заключавшими в себе узаконения, изданные в промежуток времени или от издания свода до составления первого продолжения или же состоявшиеся в промежуток времени между четвертым и пятым продолжениями. Все остальные же продолжения являлись так называемыми продолжениями сводными, в которых, для большего удобства пользования ими, все статьи продолжений предыдущих, в действии оставшиеся, были собраны и изданы вновь в одном составе со статьями нового продолжения за последний год, так что в приискании изменений в статьях свода должно было служить руководством только одно последнее продолжение. Все изменившиеся статьи, пункты и примечания свода надлежало приводить в том смысле и теми словами, как они стоят в последнем издаваемом продолжении.

Продолжения, изданные при непосредственном руководстве творца свода, т.е. графа Сперанского, послужили образцом для составления предыдущих, а потому нелишне остановиться на них несколько долее.

Издававшиеся после издания свода различного рода узаконения, очевидно, или дополняли собою статьи свода, или их заменяли, изменяли или отменяли. Но это подробно не указывалось в перечне статей, предшествовавшем тексту продолжения к каждому тому; в этом перечне статей только означался номер статьи и страница продолжения, на которой помещено относящееся к статье новое узаконение, и более ничего. В самом же тексте продолжения, напротив, нередко было положительно означено, что "такие-то статьи свода заменены следующими или какие-то - отменены, а вместо того постановлены следующие и т.д."*(182). При этом обыкновенно указывалось точно самое узаконение, на основании которого произведены подобные изменения в статьях свода. Нередко, однако, означалось, что такие-то статьи отменены особым высочайшим повелением, без какого-либо указания, какое это высочайшее повеление и когда оно состоялось*(183).

Изданием продолжений воспользовались также для исправления различных опечаток, замеченных в Своде законов и даже просто ошибок и недосмотров при составлении самого свода, изд. 1832 г., как это можно усмотреть из обширного указателя опечаток в сто страниц, приложенного в конце сводного продолжения 1835 г. Если можно вполне справедливо относить к опечаткам анъ вместо он, ест вместо есть, тринадцать вместо тридцать и цыгане вместо царане, то до крайности трудно принять за опечатки, коль скоро вместо слова "пермского" надо читать екатеринбургского, вместо "уездного суда" читать "судебное место по принадлежности"; вместо "при 28 великороссийских казенных палатах" надо читать "в 28 великороссийских губерниях и в кавказской области" и т.д. Это уже не опечатки, т.е. не ошибки наборщика в типографии, но скорее недосмотр самих составителей свода, а таковых усматривается в упомянутом выше указателе весьма немало.

Кроме того, в продолжениях к своду были включены целые положения, обнародованные гораздо ранее составления свода и, без сомнения, хорошо известные составителям свода, но не включенные ими в свод по каким-либо особым причинам. Эти узаконения составителями свода были сочтены или не имеющими значения закона вообще, или уже утратившими свое значение и потому не подлежащими внесению в свод законов действующих и т.д. Между тем практика почему-либо находила нужным помещение этих узаконений в свод, а так как свод, по мысли его составителя, должен был соответствовать практическим требованиям жизни, то и найдено было необходимым поместить в ближайшие к своду продолжения подобные узаконения, хотя некоторые из них и не составляли собою закона в строгом значении этого слова.

В период времени с 1842 по 1859 г., т.е. в продолжение существования Свода законов, изд. 1842 года, был также издан целый ряд продолжений к нему, потому что законодательная деятельность, удовлетворяя различным потребностям государственной жизни, не прекращалась и последствием этого являлась масса новых узаконений.

Граф Блудов, озабочиваясь дать продолжениям надлежащую полноту и, так сказать, современность с этими издаваемыми вновь узаконениями и вместе с тем стараясь, по возможности, отклонить на будущее время неудобства при издании и употреблении продолжений, повергал на высочайшее воззрение в марте 1843 г. новые предположения о порядке составления и издания продолжений к Своду законов.

Граф Блудов усмотрел, что если при каждом новом издании продолжений сливать с ними все ему предшествовавшие (т.е. издавая всегда сводные продолжения), то это повлечет за собой значительные издержки для казны и вовлечет в напрасные расходы лиц, покупающих продолжения. Если же издавать продолжения всякий раз, только за известный период времени (следующий за последне изданным продолжением, т.е. очередные), то со временем значительное количество книг продолжений затруднит пользование ими, принуждая просматривать всякий раз немалое число книг. Исходя из этого, граф Блудов полагал: 1) для достижения современности издавать продолжения через каждые четыре месяца*(184) или по крайней мере каждые шесть месяцев.

2) При составлении продолжений следовать правилам, принятым уже при предшествовавших им изданиях, но, во избежание повторений в продолжениях к различным томам свода одних и тех же узаконений, граф Блудов возлагал на себя общий непосредственный надзор за составлением продолжений и вменял в обязанность редакторам представлять ему, в начале каждого месяца, соображения свои о введении в продолжение вышедших в предпоследнем месяце узаконений и самый проект статей, с той целью, чтобы граф Блудов имел возможность установить необходимую между отдельными продолжениями каждого тома или особого устава связь.

3) Чтобы не перепечатывать по несколько раз статей в разных продолжениях (как это делается при сводных продолжениях), помещать при каждом продолжении особые сводные указатели всех статей тома или устава, подвергшихся какому-либо изменению в одном из продолжений, означая на особом листке кратко, если к ним таковых вовсе не последовало.

Вместе с тем граф Блудов представлял о необходимости подтвердить к исполнению всеми ведомствами правил, высочайше утвержденных 15 декабря 1834 года.

Таким образом, стали издавать продолжения по возможности часто. Спешность работы заставила держаться системы очередных продолжений, причем, для большего удобства приискания узаконений, к каждому продолжению прилагались, при каждом томе или уставе, указатели о всех дополнениях, изменениях или отменах статей свода новейшими узаконениями, со времени последнего издания свода, с означением, в каком именно продолжении показаны происшедшие в той или другой статье изменения. Эти указатели постепенно с каждым новым продолжением увеличивались и своим объемом значительно превышали нередко самый текст продолжений.

Подобных продолжений к Своду законов издания 1842 года было издано 19 (в 1855 году издано последнее), в которых помещено много важных узаконений, вошедших в новое издание свода в 1857 году, после которого снова издавались продолжения, причем некоторые из них были издаваемы по прошествии трех месяцев одно от другого.

Вскоре после третьего издания Свода законов граф Блудов представлял Его Величеству 20 апреля 1858 года о необходимости приготовить продолжение к Своду законов в самом скорейшем времени, потому что печатание вновь составленного свода продолжалось более полутора лет и первые отпечатанные части оного не могли вместить в себе постановлений, вышедших в конце 1856 года, а также в 1857 году, а тем более узаконений, обнародованных по 12 мая 1858 года - день состоявшегося указа высочайшего о третьем издании свода (2-е П. С. З. N 33140). Немного позже, 12 ноября того же 1858 г., граф Блудов, указывая на неудобство поздних изданий продолжений, находил, что единственным средством ускорить подобного рода повременное издание, хотя и не определенное сроками, было бы составление II отделением С. Е. И. В. канцелярии особых тетрадей или же листов продолжений Свода законов, которые бы рассылались Сенатом во все правительственные и судебные места (получающие книги законов на счет государственного казначейства), а по прошествии года, даже двух или трех лет, из сих листов будут составляться и издаваться продолжения в том виде, как ныне издаются.

Испрашивая высочайшее разрешение на приведение таковых предположений в исполнение, граф Блудов снова ходатайствовал о подтверждении к исполнению канцеляриями: Государственного совета, Комитета министров, комитетов сибирского и кавказского, а также канцеляриями всех министерств и главных управлений гражданских правил, утвержденных еще в 1834 г., которые, однако, не исполнялись и только содействовали установлению того, что почти всякое новое узаконение начиналось или заканчивалось словами, что оно издается в дополнение и пояснение подлежащих статей свода, не указывая, однако, самих статей.

Означенные предположения графа Блудова удостоились высочайшего утверждения в виде опыта и были применены при издании продолжений к своду в 1859 и 1860 годах, причем продолжения издавались по прошествии трех месяцев одно от другого. Это множество продолжений, изданных в относительно короткое время, до крайности затруднило пользование ими и вызвало мысль об отмене издания продолжений, высказанную также бароном Корфом.

В своей, по этому вопросу, записке бывший главноуправляющий II отделением С.Е.И.В. канцелярии, так сказать, сам издатель продолжений, высказывал следующее.

Издавая новый закон, невозможно сразу обнять все его соотношения к прежним законам, предвидеть все изменения и толкования, какие этот закон может вызвать. Это обстоятельство влечет несоблюдение установленного правила о том, чтобы в каждом вновь издаваемом узаконении отмечались точно статьи свода, им изменяемые или отменяемые, и побуждает прибегать к известному выражению "в изменение и дополнение подлежащих статей свода постановляется", которым II отделению С.Е.И.В. канцелярии предоставляется новые узаконения, по его усмотрению, относить к той или другой статье свода, в продолжениях, им издаваемых, с целью поддержать своды на уровне современного законодательства. Сколько могло быть при подобной работе ошибок, неверных пониманий, недосмотров, говорит барон Корф, не указывая, конечно, сколько их действительно было. В настоящее время ряды новых законоположений не укладываются в рамки свода, идет ломка и перестройка всего существующего в своде и очень трудно составить продолжение, тем более, что ожидаются еще новые преобразования. Поэтому барон Корф предлагает прекратить издание продолжений нынешних и найти новый способ для доставления возможных облегчений имеющим нужду руководствоваться Сводом законов.

Казалось бы, об этом прямо и следовало бы говорить в порядке последовательности, но барон Корф предварительно касается вопроса обнародования законов (что, конечно, вовсе не идет к вопросу о продолжениях к своду) и, причисляя к этим способам (совершенно ошибочно, конечно) издание продолжений свода, находит, что достаточно было бы обнародовать издаваемые законы и постановления по мере их издания в особом периодическом издании, под заглавием "собрание законов и постановлений", затем дальнейшее издание продолжений прекратить. Но чтобы облегчить публике, привыкшей к продолжению, необходимо дополнить упомянутое собрание некоторым руководством для отыскания узаконений, именно:

1) указателем всех статей свода, по которым со времени последнего издания свода состоялись новые узаконения, их отменяющие или в чем-либо изменяющие или дополняющие, с означением против каждой статьи года, месяца и числа соответствующего узаконения, равно как и N страницы для отыскания его в подлежащей части собрания;

2) общим алфавитным указателем к собранию, в котором все законы и постановления, вышедшие со времени последнего издания свода, располагались бы по роду предметов, а также с указанием, где отыскать их в собрании, и кроме того еще

3) указателем хронологическим.

Все эти три рода указателей издавать можно бы ежегодно или через каждые шесть месяцев.

Барон Корф добавляет далее, что если это и покажется иногда затруднительным, то трудность значительно уменьшится (когда?) тем, что наше законодательство будет впредь, как следует ожидать (почему?), развиваться не столько большим числом мелких, отрывочных правил, сколько обширными положениями и уставами, которыми заменяются целые отделы свода.

Против гадательных предположений барона Корфа, что в нашем законодательстве последует перемена единственно вследствие того, что вместо продолжений будет издаваться собрание законов и постановлений, возражать до крайности трудно потому, что вообще на гадания едва ли возможно возражать. Но нельзя не удивляться, что подобное предложение о замене продолжения к своду какими-то указателями мог делать главноуправляющий II отделением С.Е.И.В. канцелярии и в особенности сотрудник Сперанского, участвовавший сам в составлении продолжений, а потому знавший прекрасно, по опыту, что самым важным и наиболее трудным делом при составлении продолжений является главнейшим образом определение, какие именно статьи свода затрагиваются новыми узаконениями (если они, конечно, не обозначены с точностью в самом узаконении). Разъяснив себе, какие статьи свода и насколько изменяются вновь вышедшими узаконениями, весьма просто выставить номер статьи и возле нее пропечатать текст самого узаконения или текст статьи свода с надлежащими изменениями, сообразно с новыми узаконениями или просто означить: отменено, изменено и т.д. Между тем эту самую трудную работу - относить новые узаконения к статьям свода - именно приходится проделывать при составлении, взамен продолжения, предлагаемого бароном Корфом указателя всем статьям свода, по которым состоялись новые узаконения. Как же составить этот указатель статей, когда в узаконениях нет указания статей, ими затрагиваемых, а имеется только фраза "в изменение подлежащих статей свода"? Каким путем и как добыть эти подлежащие статьи для указателя? Очевидно, проделав все ту же умственную работу, которая предшествует печатанию составляемых по принятому порядку продолжений. Это до того ясно, что не стоит на этом долго и останавливаться. Очевидность этого замечания, вероятно, является причиной, что в отзывах гг. министров и главноуправляющих, почти единогласно высказавшихся против этого предложения Корфа, на это прямо и не указывается; им просто было неудобно, неловко обращать на это внимание лица, некоторым образом лично участвующего в издании продолжения. Посему они предпочли представить барону Корфу, что предлагаемый им указатель сколь ни полезен, но по образу составления близко подходит к принятой в продолжениях трудной методе соглашать текст законов и может давать повод ко многим ее невыгодным последствиям. Пропуск в указе какой-либо цитаты может повести к ошибочному приложению той или другой статьи (отз. главноуправляющего III отделением С.Е.И.В. канцелярии шефа жандармов).

Существующие продолжения имеют огромное достоинство, придавая своду свойство современности, причем главным руководством служит текст продолжения (а не указатель статей - из которого ничего извлечь нельзя, не обратясь к узаконениям), с которыми свыклась судебная и административная практика. Заменить продолжения указателями на позднейшие узаконения значит предоставить каждому справляющемуся, по своему усмотрению, сличать и соображать новые законы со старыми; из этого возникают тысячи неудобств (отз. министра госуд. имущ.). Прекращение изданий продолжений приведет к страшному накоплению узаконений и поставит практику в такое положение (очевидно, скажем от себя, в то же самое, которое было некогда до издания свода), что никто не будет знать, какие законы применять к делу (отз. воен. министра). Желательно всем скорейшее издание свода и его продолжений (отз. министра юстиции). Необходимо издавать продолжения по-прежнему, до тех пор, пока не будет обнародовано новое четвертое издание свода, с подразделением его на своды законов, своды постановлений и собрание инструкций (отз. министра внутренних дел); (как будто это подразделение будет иметь влияние на дальнейшее издание новых узаконений всякого рода, изменяющих и дополняющих статьи свода).

Не следует уничтожать великое дело Сперанского; предполагаемый указатель не заменит продолжений, которые надо издавать по-прежнему, ибо к нему привыкли, сделав некоторые изменения (отз. государ. контр.). Незачем менять продолжения, большая польза которого доказана 35-летним опытом, но необходимо составлять редакцию статей до того ясно и точно, чтобы всякий без затруднений мог понимать их и находил бы твердое основание для своих действий и решений (отз. министра имп. двора).

Необходимо на будущее время издавать вместо одного разряда продолжений два, из которых один предназначался бы для законов в строгом смысле этого слова, а другой вмещал бы в себе различные распоряжения, но оба разряда продолжения должны удержать во всей полноте прежнюю систему кодификации, принятую в своде. Это имело бы и то удобство, что прямо указывалось бы на те статьи свода, какие по вновь принятому законодательному воззрению должны считаться законами и какие административными распоряжениями (отз. главноупр. IV отделением С.Е.И.В. канцелярии). Если соглашение статей свода с новыми законоположениями трудно для II отделения С.Е.И.В. канцелярии, то оно будет несравненно труднее для лиц судебного и других ведомств. Необходимо издавать продолжения к Своду законов прежним порядком, а если при этой работе окажется удобнее переделать весь какой-либо том свода или часть его, то сделать новое отдельное издание их.

Подобного рода отзывы побудили барона Корфа, в его всеподданнейшем докладе 21 февраля 1863 года, доложить государю, что, ввиду высказанного и неудобствах прекратить издание продолжения, он хотя и не отступает от своего убеждения в необходимости коренного преобразования системы продолжений на будущее время, однако считает в настоящую минуту необходимым издать таковое, ввиду затруднительного положения, в котором находится судебная и административная практика при отыскании изданных в последнее время важных узаконений. Поэтому барон Корф испросил высочайшее разрешение приступить к составлению продолжения за истекшее время, которое, как позднее (3 ноября 1863 года) докладывал барон Корф, мало чем отличается от прежних по общей системе и внешней форме; только все крестьянские положения, изданные 19 февраля 1861 года и позднее, признано необходимым соединить, не раздробляя их по разным частям свода, в одну книгу, без переделки в тексте, которая и составит особое приложение к IX тому законов о состояниях.

Позднее преемник барона Корфа, граф Панин, 26 марта 1864 г. докладывал государю, что продолжение свода составляет настоятельную, насущную потребность всех судебных и правительственных мест, ибо, независимо от затруднительности приискания для каждого отдельного случая соответствующих постановлений, их необходимо сравнивать со всеми статьями свода, до того же предмета относящимися, и удостоверяться, что в них изменено или отменено новейшими узаконениями.

Таким образом, возбужденный бароном Корфом вопрос об отмене издания продолжения не получил осуществления на деле; продолжения к Своду законов стали издаваться по-прежнему, с той только разницей, что была принята, так сказать, смешанная система продолжений, т.е. наряду с продолжениями очередными, заключавшими в себе узаконения за год или за два, издавались от времени до времени, для облегчения пользования ими, продолжения сводные, т.е. содержавшие в себе, так сказать, несколько продолжений, изданных ранее, и еще узаконения, вновь вышедшие в известный период времени после предшествовавшего последнего продолжения. Кроме того, вместе с продолжениями составлялись и новые издания некоторых отдельных томов и уставов общего свода 1857 года, по мере представлявшейся к тому возможности.

Не будем останавливаться на некоторых правилах, определявших ход работ по самому составлению продолжения, как, напр., о составлении редакторами предварительно простого хронологического реестра*(185) узаконений, относящихся к вверенным им частям свода, с указанием против каждого - статей свода, им затрагиваемых (по высочайшему докладу 18 марта 1866 года); об учреждении особой постоянной комиссии из нескольких редакторов для наблюдения за однообразным изданием продолжения к Своду законов (по высочайшему докладу 3 апреля 1869), которой была преподана в руководство особая инструкция; о составлении общего свода образцов форм, соблюдаемых в продолжениях Свода законов (повергнутых на высочайшее воззрение при докладе 17 января 1870 года и затем, на основании новых изменений и дополнений, с высочайшего одобрения 26 июня 1875 г., этих форм, вновь составленных в апреле 1876 г.) и т.д.; все это правила как бы инструкционные. Обратим, однако, внимание на то, что в 1872 году главноуправляющий II отделением С.Е.И.В. канцелярии князь Урусов нашел нужным включать в издаваемые продолжения: 1) указы Правительствующего сената, разъясняющие смысл действующих законов*(186), излагая их в особых к разъясняемым статьям свода примечаниях, которые начинались словами: "в таком-то году указом правительствующего сената в разъяснение такой-то статьи определено", после чего перепечатывать определение Сената; 2) указы Сената же, содержащие в себе распоряжения министра юстиции по вверенному ему ведомству, издаваемые в исполнение данных ему законодательным порядком полномочий, вносить лишь в случаях крайней необходимости, по особому соглашению подлежащего редактора с комиссией по изданию продолжения. По всеподданнейшему об этом докладу Его Величество изволил приказать 12 февраля 1870 года, не установляя общего безусловного правила, вносить в продолжение в предполагаемой форме те сенатские указы, которые по важности своей будут признаны, по совещанию редакторов с комиссией по изданию продолжений, подлежащими помещению.

Продолжения стали издаваться с этим небольшим дополнением их текста, в виде то очередных, то сводных и включали в себя массу всякого рода издаваемых новых узаконений, уставов и положений, отменявших множество статей в различных томах Свода законов. Кроме того, к продолжениям присоединялись и новые издания тех частей свода, которые только возможно было составить, о чем уже говорено было выше.

Вопрос - который из этих двух видов продолжения (т.е. сводное или очередное) заслуживает предпочтения - едва ли может быть разрешен отдельно, независимо от другого вопроса, в какие сроки будут издаваться продолжения. Этот же последний вопрос опять зависит от другого, именно от того, будут ли и в какое время и в каком количестве выходить новые узаконения, изменяющие текст той или другой части свода настолько, что является необходимость составить продолжение. Если нет в виду новых узаконений, очевидно, нет надобности в продолжении. Если же часто выходят в свет подобные узаконения, необходимо издавать часто продолжения к Своду законов, и в таком случае, конечно, все преимущества на стороне сводных продолжений. Заменяя собою все предшествовавшие, сводные продолжения избавляют от необходимости справляться в нескольких продолжениях. Но сводные продолжения будут содержать в себе немало дословных перепечаток статей из предшествовавших продолжений, а подобная перепечатка увеличивает немало расходы по их изданию; впрочем, это последнее можно устранить, не помещая вовсе к продолжениям указателей статей измененных, дополненных и отмененных в каждом томе или уставе. Подобные указатели, по моему мнению, едва ли полезны. Отметка против той или другой статьи, что она дополнена, изменена или отменена, нисколько не избавляет от необходимости обратиться к тексту продолжения, чтобы узнать, в чем же именно заключается изменение, которому подвергалась статья. Кроме того, возможность опечаток в самом номере статей или в словах, против них означаемых (вместо отменено, изменено или обратно) в указателе, заставляет всегда, не ограничиваясь указателем, обратиться к тексту продолжения, чтобы удостовериться в том, подвергалась ли такая-то статья какому-либо изменению по изданному продолжению или нет. Это, очевидно, делает указатель излишним, а между тем составление его требует времени, а печатание его сопряжено с расходами. Просмотреть же самый текст продолжения, чтобы увидеть, встречается ли в нем требуемая статья, займет столько же времени, сколько просмотреть и указатель.

Ввиду имеющегося уже опыта издания продолжения в разные сроки (как-то: каждый год, каждые шесть месяцев и даже каждые три месяца) едва ли можно с некоторой основательностью определить точно тот срок, по прошествии которого должно безусловно издавать продолжение; это все, как сказано выше, зависит от времени и количества издаваемых узаконений, а потому и должно быть предоставлено усмотрению того учреждения, которое, заведуя изданием продолжения, должно не упускать из виду, что своевременное их издание облегчает практику в применении законов и что оставлять ее слишком долгое время без официальных сборников дополнительных к своду узаконений - очень не желательно.

Подготовка к ЕГЭ/ОГЭ
<< | >>
Источник: Майков П.М.. О Своде законов Российской империи (под редакцией и с предисловием В.А. Томсинова). 2006 г. – 189 с.. 2006

Еще по теме Вместе с тем принятое в своде 1832 года выражение "крестьяне казенные", заменено названием государственных крестьян или поселян, употребляемым во всех новейших законах и в особенности в уставах, изданных Министерством государственных имуществ.:

  1. Непосредственным объектом преступлений является мирное сосуществование государств. Вместе с тем каждое из них имеет и дополнительные объекты.
  2. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 254-264. прав авторов и оснований их возникновения. Вместе с тем
  3. Вместе с тем характеризовать власть президента США как очень сильную или тем более чрезмерную
  4. Вместе с тем та чрезмерная абсолютизация опыта коммуны, которая существовала в марксистской теории и активно применялась в практике
  5. Закладывая свои земельные наделы, большинство крестьян превращалось в бесправных арендаторов; вместе с тем, росла прослойка зажиточных
  6. Доступ в дворянское звание, таким образом, значительно ограничивался и, вместе с тем, как
  7. ТЕМА 10. ПРАВО В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ И ПРОБЛЕМА МИГРАЦИИ
  8. ТЕМА 10 ПРАВО НА ЖИЗНЬ, СВОБОДУ И НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЛИЧНОСТИ; ЗАПРЕТ НА ПЫТКИ И ЖЕСТОКОЕ, БЕСЧЕЛОВЕЧНОЕ ИЛИ УНИЖАЮЩЕЕ ДОСТОИНСТВО ОБРАЩЕНИЯ И НАКАЗАНИЯ; СВОБОДА ОТ РАБСТВА ИЛИ ПОДНЕВОЛЬНОГО СОСТОЯНИЯ.
  9. ТЕМА 12. СУДЕБНАЯ РЕФОРМА 1864 ГОДА
  10. Глава четвертая. Последующие издания Свода законов гражданских в 1842 и 1857 гг.; продолжения к Своду законов и вопрос о продолжениях к своду вообще
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -