<<
>>

сисмонди Жан Шарль Леонар Симонд де

СИСМОНДИ (Sismondi) Жан Шарль Леонар Симонд де (9 мая 1773 — 25 июня 1842) — швейцарский экономист и историк, согласно марксистскому подходу — последний представитель классической политической экономии и родоначальник экономического романтизма.

С. первым подверг научной критике экономическую систему капитализма, выступил противником некоторых идей, высказанных представителями классической политической экономии, разработал теорию мелкобуржуазного капитализма. Родился С. в окрестностях Женевы. Предки его происходили из Северной Италии, долгое время жили во Франции, а позже, приняв кальвинизм и спасаясь от религиозных преследований, переселились в Женеву. Отец экономиста был кальвинистским пастором; семья была состоятельная и принадлежала к женевской аристократии.

В XVIII в. Женева была крошечной независимой республикой, связанной с остальными кантонами Швейцарии лишь довольно зыбким союзом. Население этой части Швейцарии говорит по-французски. Подобно Руссо, его великому земляку и в какой-то мере учителю, С. был, по словам одного из его биографов, женевец по рождению и чувствам, но француз по характеру ума и направлению его трудов. С. могут считать своим и итальянцы: не говоря уже о его происхождении, он значительную часть своих трудов посвятил истории и экономике Италии и вообще чувствовал себя в этой стране как дома. С. свободно владел, кроме того, латинским, немецким, английским, испанским, португальским и провансальским языками.

Не закончив образования, С. в 18 лет был вынужден уехать в Лион и работать там конторщиком у купца, с которым был дружен его отец, поскольку Сисмонди-старший вложил деньги во французские государственные бумаги и потерял их, когда началась революция. Это подорвало его состояние. Якобинская революция скоро дошла до Лиона, а затем захватила и Женеву, всегда тесно связанную с соседней Францией. В начале 1793 семья С. эмигрировала в Англию, где они прожили полтора года. Вскоре после возвращения им пришлось снова бежать — на этот раз в Северную Италию, которая, однако, скоро тоже была оккупирована французами. В течение пяти лет С. управлял небольшой фермой в Тоскане, купленной на спасенные при бегстве деньги. За эти годы он несколько раз побывал в разных тюрьмах как политически подозрительное лицо.

Семья С. вернулась на родину после того, как Женева (в 1798) стала официально частью Франции, где первый консул Наполеон Бонапарт «восстановил законность и порядок». К этому времени достаточно определяются способности и склонности молодого С. Первый его труд — книга о сельском хозяйстве Тосканы. В 1803 он публикует работу по политической экономии «О коммерческом богатстве», в которой выступает как ученик А. Смита и проповедник его идей.

С. входит в кружок ученых и писателей, которые группировались вокруг известного банкира, политика и мыслителя Неккера и его дочери мадам де Сталь, писательницы и общественной деятельницы, женщины, по словам Пушкина, необыкновенной. С. подолгу жил и работал в имении Неккера и мадам де Сталь, сопровождал ее в путешествиях. Литературный романтизм мадам де Сталь и близких к ней писателей оказал, очевидно, известное влияние на С.

Главным занятием С. была история. Он написал многотомную «Историю итальянских республик» и прочел блестящий курс лекций по истории литературы романских народов. В 1813 С. отправился в Париж, где наблюдал падение Наполеона, реставрацию Бурбонов и трагедию Ста дней. Эти события внезапно превратили его из противника в сторонника Наполеона: он надеялся, что новая империя осуществит его довольно туманные идеалы свободы и счастья.

После Ватерлоо и Венского конгресса (1815) С. вернулся в Швейцарию, частью которой вновь стала Женева.

Он побывал также в Англии и некоторых других странах. В эти годы сложились социально-экономические идеи С., которые он изложил в опубликованной в 1819 книге «Новые начала политической экономии, или О богатстве в его отношении к народонаселению» О Это — главный вклад С. в экономическую науку. Книга вскоре сделала его экономистом с европейской известностью. В 1827 С. выпустил второе издание, где его полемика со школой Д. Риккардо в Англии и «школой Сея» во Франции еще более обострена. Экономический кризис 1825 он считал доказательством своей правоты и ошибочности представлений о невозможности общего перепроизводства.

Книга эта, как пишет С., возникла не столько в результате углубленного изучения трудов других ученых, сколько выросла из жизненных наблюдений, которые убедили его в неверности самих основ «ортодоксальной» науки, т.е. учения А. Смита, как оно было развито, с одной стороны, Д. Рикардо, а с другой — Ж.Б. Сеем. Д. Рикардо рассматривал все общественные явления с точки зрения интересов производства, роста национального богатства.

С. заявил, что производство не самоцель, что национальное богатство, в сущности, не богатство, так как от него подавляющему большинству населения достаются жалкие крохи. Путь крупной промышленности гибелен для человечества. С. требовал, чтобы политическая экономия видела за своими абстрактными схемами живого человека. Книга С. была исполнена благородного гуманизма и резкой критики капитализма.

В 1819 С. женился на молодой англичанке. Детей у них не было. Остаток жизни он мирно прожил в своем небольшом имении под Женевой, погруженный в работу над грандиозной «Историей французов». Выпустив 29 томов, С. все же не успел довести этот труд до конца. Он опубликовал также ряд других исторических и политических сочинений. Экономические работы С., написанные в этот период, не имели такой популярности, как «Новые начала политической экономии», в то время как исторические труды С. высоко ценились. При жизни он считался более историком, чем экономистом.

С. много работал. До последних дней жизни он неизменно проводил за письменным столом ежедневно восемь часов, а часто и больше. Сочинения С. составляют в общей сложности 70 томов! Развлечениями его были прогулки и беседы с многочисленными друзьями и гостями, которые охотно собирались в этом гостеприимном доме. Закат жизни знаменитого женевца был таким же ясным и счастливым, как его детство и отрочество. Он умер в возрасте 69 лет.

В развитии социально-экономических взглядов С. можно выделить два периода. Вначале С. пропагандировал идеи Смита, выступал за свободу конкуренции и свободную игру личных интересов, что он отразил в работе «О коммерческом богатстве» (1803). В «Новых началах политической экономии» (1819) С. уже резко осуждал режим свободной конкуренции, в котором он видел корень всех зол. Не экономическая свобода, а государственное вмешательство стало основным требованием С. По мысли С., интересы общества в увеличении производства и коммерческого богатства и интересы частного производителя не совпадают. Противоположность интересов общества и отдельных производителей, с его точки зрения, должно устранить государство. С. также исследовал природу кризисов. Основной причиной кризисов он считал несоответствие производства и потребления и выводил кризисы из недостаточного потребления.

С. считал политэкономию нравственной наукой, которая имеет дело с человеческой природой, а не с экономическими отношениями; она приведет к цели лишь тогда, когда приняты во внимание чувства, потребности и страсти людей. На такую трактовку предмета политической экономии оказала влияние работа А. Смита «Теория нравственных чувств». Увеличение производства благ, по С., не самоцель и само не является показателем богатства, если в процессе его распределения большинство получает жалкие крохи. И здесь также видно влияние А. Смита, который пишет, что «ни одно общество, без сомнения, не может процветать и быть счастливым, если значительнейшая часть его членов бедна и несчастна».

Таким образом, С. развивает нравственные аспекты экономической науки.

С. способствовал утверждению в общественном мнении нового понимания древнеримского термина «пролетариат» как неимущего, угнетенного слоя работников. Он видел в политической экономии науку о совершенствовании социального механизма ради счастья людей. С. считал, что политическая экономия — это нравственная наука, за основу в которой взят человеческий фактор (чувства, потребности и т.д.). Для него характерна абстрактная трактовка нравственных категорий («свобода», «счастье» и др.), представление, согласно которому изучение истории должно служить для извлечения из нее практических уроков.

С. — сторонник трудовой теории стоимости, согласно которой стоимость товара определяется затратами труда на его производство. Совершенно естественно, что он считает прибыль доходом капиталиста, представляющим собой вычет из продукта труда рабочего. С. прямо говорит об ограблении рабочего при капитализме, подчеркивая эксплуататорскую природу прибыли и считая, что заработная плата должна быть равна всей стоимости продукта труда рабочего. Но почему рабочий получает лишь малую часть стоимости созданного им продукта? С. не искал регуляторов заработной платы в «естественных» законах природы, как Д. Рикардо и Т.Р. Мальтус, тем не менее он принимал господствующее в экономической литературе положение, что заработная плата рабочих стремится к прожиточному минимуму. Причину такого положения С. видит в специфических капиталистических отношениях, в стремлении капиталистов «выжать» как можно больше прибыли из своих рабочих. Возможность же сведения заработной платы к минимуму у С. связана с процессом вытеснения труда машинами, т.е. с ростом безработицы, которая вынуждает рабочих наниматься за меньшую заработную плату. Отсюда видно, что, отрицая закон народонаселения Т Мальтуса, С. не отрицал наличия связи между ростом населения и заработной платой. Не случайно С. предлагал ограничить рост населения рамками дохода семьи.

С. поставил в центр своей теории проблему рынков, реализации и кризисов и тесно связал ее с развитием классовой структуры буржуазного общества, с тенденцией к превращению масс трудящихся в пролетариев. Идеальной экономической системой он считал мелкое товарное производство; защищал патриархальность быта и цеховую регламентацию производства. Едва ли лавочник или кустарь представлялись С. венцом творения. Но он не знал другого класса, с которым мог бы связать свои надежды на лучшее будущее человечества.

Модель капитализма у С. заключается в следующем. Поскольку движущей силой и целью производства является прибыль, капиталисты стремятся выжать возможно больше прибыли из своих рабочих. Вследствие естественных законов размножения (С. в основном следовал Мальтусу) предложение труда хронически превышает спрос, что позволяет капиталистам удерживать зарплату на голодном уровне. Чтобы прожить, рабочие вынуждены работать, как отмечал С., 12—14 часов в сутки. Покупательная способность этих пролетариев крайне низка и ограничивается небольшими количествами предметов первой необходимости.

Между тем их труд способен производить все больше и больше товаров. Внедрение машин лишь усиливает диспропорцию: они повышают производительность труда и одновременно вытесняют рабочих. В результате неизбежно получается, что все больше общественного труда занято производством предметов роскоши богатых. Но спрос последних на предметы роскоши ограничен и неустойчив. Отсюда почти без промежуточных звеньев в логике С. выводит неизбежность кризисов перепроизводства.

В противовес классической политической экономии, принявшей тезис об автоматическом приспособлении совокупного спроса к совокупному предложению и невозможности общего кризиса перепроизводства, С. выдвинул тезис о постоянстве кризисов перепроизводства в капиталистической экономике. Сведя стоимость общественного продукта к доходам, С. заявляет, что для реализации всего произведенного продукта необходимо, чтобы производство полностью соответствовало доходам общества. И далее он делает вывод о том, что если производство превышает сумму доходов общества, то продукт реализован не будет. В стоимость созданного продукта у С. не входит стоимость израсходованных средств производства. Далее следует упомянутый ранее ход рассуждений.

Заработная плата рабочих тяготеет к прожиточному минимуму вследствие давления безработицы, причиной которой является внедрение техники. Этот процесс приводит к сокращению совокупного спроса, так как, по выражению С., «машины не знают никаких потребностей и потому не предъявляют никакого спроса». Не расширяет внутреннего рынка и спрос капиталистов, которые часть дохода, предназначенную для потребления, накапливают. Другими словами, способность экономики производить все больше товаров наталкивается на недостаточный спрос со стороны основных производительных классов.

В работе «Новые начала политической экономии» С. высказывает мысль, абсурдную для представителей классической политической экономии, что «народы... могут разоряться не только оттого, что тратят слишком много, но и оттого, что тратят слишком мало». Ведь согласно воззрениям и Смита, и Рикардо именно бережливость и накопление представляют собой ключ к богатству нации. Парадокс заключается в том, что представление С. о перманентных кризисах перепроизводства при капитализме вытекает из посылки именно классической политической экономии — положения Смита, что годовой продукт нации представляет собой сумму прибыли, заработной платы и ренты, которые тратятся на потребительские товары. Вслед за Смитом С. игнорирует тот факт, что годовой продукт включает в себя и средства производства, причем с ростом накопления капитала потребности хозяйства в средствах производства создают особый рынок, в определенной степени независимый от рынка потребительских товаров. Более того, в периоды экономического подъема темпы роста производительного потребления превышают темпы роста личного потребления. Игнорирование этого положения стало причиной выводов

С. о неизбежности постоянных кризисов перепроизводства при капитализме, где спасение от них он видит в существовании промежуточных (помимо классов капиталистов и рабочих) групп населения, прежде всего мелких товаропроизводителей, предъявляющих значительный спрос на созданный продукт, и в расширении внешних рынков сбыта.

С. считает кризисы перепроизводства постоянным явлением в экономике, так как для полной реализации продукта стоимость должна соответствовать доходам общества. Слабое место в теории кризисов С. в том, что он не различал производственное и личное потребление.

Взгляд на причину кризисов как результат «недопотребления» существует и в современной экономической науке; правда, причины недопотребления рассматриваются с несколько иных позиций.

Из представленных логических рассуждений вытекают и рецепты, которые дает С. Общество, в котором существует более или менее «чистый» капитализм и преобладают два класса — капиталисты и наемные рабочие, обречено на жестокие кризисы. Спасения С. ищет, подобно Мальтусу, в «третьих лицах» — промежуточных классах и слоях. Только для С. в отличие от Мальтуса это прежде всего мелкие товаропроизводители — крестьяне, кустари, ремесленники. Кроме того, С. полагал, что развитие капиталистического производства невозможно без обширного внешнего рынка, который он трактовал односторонне — как сбыт товаров более развитых стран в менее развитые. Наличием внешних рынков объяснял он тот факт, что Англия еще не задохнулась под бременем своего богатства.

С. отвергал основополагающий тезис Смита о благотворности своекорыстного интереса и конкуренции. У С. конкуренция имеет гибельные экономические и социальные последствия: обнищание основной массы населения, экономические кризисы. С. считал, что именно наемный труд и конкуренция подрывают основу равенства в экономических системах, приводят к разрушению баланса производства и потребления, поскольку в условиях конкуренции производство увеличивается без конкретных потребителей. Ситуация усугубляется неравным распределением. По мнению С., необходимо существование границы расширения производства, которая должна соизмеряться с социальными доводами. Негативное последствие свободной конкуренции, по С., заключается и в том, что она меняет тип народонаселения, приводя к перенаселению. Если раньше рост населения «соизмерялся с ростом дохода и в определенной степени регламентировался (так, ремесленник не вступал в брак до окончания ученичества), то сейчас (в эпоху промышленного переворота. — Примеч. авт.) положение рабочего меняется в зависимости от спроса на рабочую силу, но семья рабочего не может изменяться — так возникает излишнее население». Поэтому С. выступает за законодательное ограничение свободной конкуренции, которая ведет, по его мнению, к противоположности интересов общества и отдельных товаропроизводителей. Противоположность интересов общества, которое заинтересовано в том, чтобы все товары имели сбыт и не пострадал ни один товаропроизводитель, и отдельных производителей, с его точки зрения, должно устранять государство. Вмешательство государства у С. связано прежде всего с регулированием темпов экономического роста («все беды от слишком быстрого развития капитализма»), контролем за распределением «сверхстоимости» и ограничением конкуренции. С. выступал за широкое вмешательство государства в хозяйственную жизнь. Только с помощью государства надеялся он утвердить в экономической жизни те естественные и здоровые нормы, которые стихийный процесс развития неудержимо подрывал.

Мерами по ограничению конкуренции С. считал поощрение мелкого капитала, участие рабочих в прибыли, законодательное ограничение новой техники. На государство он также возлагал реализацию программы социальных реформ, в частности введение социального обеспечения рабочих за счет предпринимателей, ограничение рабочего дня, установление минимума заработной платы. Это позволяет рассматривать С. как одного из первых реформаторов, идеи которого в значительной мере реализовались лишь в XX в.

К. Маркс многократно цитировал С. как своего предшественника в «Нищете философии». Труды С. изучал и В.И. Ленин в ходе подготовки социалистической революции. В работе «К характеристике экономического романтизма (Сисмонди и наши отечественные сисмондисты)» Ленин писал: «...в истории политической экономии Сисмонди занимает особое место, стоя в стороне от главных течений. он горячий сторонник мелкого производства, выступающий с протестом против защитников и идеологов крупного предпринимательства.»

Имя и идеи С. оказались в центре борьбы, которую вели в 1890-х гг. русские революционные марксисты против либеральных народников. Народники заявляли, что капитализм в России не может и не должен развиваться, так как народ слишком беден, чтобы потреблять массы товаров, которые будут производиться капиталистическими предприятиями. В отличие от других стран, раньше вступивших на путь промышленного развития, Россия не может рассчитывать и на сбыт товаров на внешних рынках: эти рынки уже давно захвачены. Народники высказывались за то, чтобы Россия пошла «особым» путем развития: к социализму, минуя капитализм, через мелкое кустарное производство и крестьянскую общину. При этом они, по существу, повторяли идеи С., который предсказывал в свое время крах капитализма от «недопотребления» и тоже возлагал надежды на кустарей и крестьян.

<< | >>
Источник: Румянцева Е.Е.. Мировая экономическая наука в лицах. — М., 2010. — 456 с.. 2010

Еще по теме сисмонди Жан Шарль Леонар Симонд де:

  1. сисмонди Жан Шарль Леонар Симонд де