<<
>>

ОСОБЕННОСТИ ВОЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКОГОПЛАНИРОВАНИЯ НАЦИСТСКОЙ АГРЕССИИ ПРОТИВ СТРАН ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ


Исследование военно-экономических аспектов стратегии фашистской Германии в период с сентября 1939 г. по июль 1940 г. представляет большой политический и научный интерес. На основании изучения военно-экономических мероприятий нацистского руководства в это время можно сделать правильные выводы о его военно-стратеги- ческих целях в войне на Западе, в частности, выяснить действительные намерения гитлеровцев в отношении Англии после разгрома Франции и установить важнейшие причины того, почему летом 1940 г. не состоялось вторжение немецких войск на британские острова (операция «Зеелёве») — вопрос, который поныне вызывает много споров среди историков разных школ и направлений.
Кроме того, периоду подготовки и развертывания гитлерозской агрессии на Западе сопутствовали столь странные на первый взгляд явления в планировании и развитии германской военной экономики, что это дало повод для многих кривотолков в послевоенной буржуазной исторической и экономической литературе. Прежде всего обращает на себя внимание тот факт, что хотя с 1939 по 1940 г. индекс военного производства Германии поднялся с 25 до 44 (1943 г. = 100), в целом объем ее промышленной продукции за это время даже снизился по сравнению с довоенным уровнем. Большинство буржуазных исследователей связывает это с субъективными факторами — просчетами гитлеровского руководства. Так, авторы американского исследования экономики фашистской Германии писали: «Характерной чертой германских военных усилий является удивительно низкий уровень производства вооружений в первые три года войны,— удивительно низкий, если его сопоставить не только с более поздними достижениями Германии, но и с общераспространенной оценкой его в то время и с уровнем производства ее врага — Британии. По самолетам, грузовым автомобилям, танкам, самоходным орудиям и некоторым другим видам вооружений британское производство было выше, чем в Германии в 1940, 1941 и 1942 гг. Для этих первых лет неизбежно напрашивается вывод, что военное производство Германии лимитировалось не ее военным потенциалом — имеющимися в ее распоряжении ресурсами, а спросом, иными словами, мнением германских военных руководителей о том, что было необходимо для достижения их целей»
Несомненно, субъективные ошибки сыграли в этом немалую роль, ибо всякая война есть состязание не только материальных средств, но и духовных сил и организационных способностей обеих сторон. Но все же решающими здесь были объективные •факторы. Ключ к разгадке указанных явлений лежит в возможностях Германии, которые были в значительной мере исчерпаны к сентябрю 1939 г. в результате всей довоенной политики гитлеровского руководства в области экономической подготовки к войне. Дело в том, что уже к сентябрю 1939 г. в Германии была создана экономика, предельно сходная с экономикой военного времени. С точки зрения использования материальных и людских ресурсов в интересах подготовки к войне была достигнута крайняя черта, после которой дальнейший значительный подъем военного производства был очень труден. Именно поэтому начатая 25 августа 1939 г. скрытая мобилизация во-оруженных сил почти не коснулась экономики фашистской Германии.
3 сентября, когда в войну были вовлечены Англия и Франция, по приказу Гитлера вступил в силу мобилизационный план развертывания производства в военное время («Вермахт»). Но этот приказ ограничивал экономическую мобилизацию проведением самых необходимых мер, обусловленных военной обстановкой. Никакой перестройки военной промышленности и экономики в целом не потребовалось.
В решении Гитлера
1 «The Effects of Strategic Bombing on the German War Economy». Washington, 1946,
p. 6.
от 3 сентября говорилось: «Самой первоочередной задачей германской экономики является обеспечение военных действий вооруженных сил необходимыми боеприпасами и важными видами оружия и снаряжения, подверженными наибольшим издержкам. Поэтому виды вооруженных сил обязаны поставить эту задачу иа первое место в своих производственных программах. Выпуск всей материальной части, предусматривавшейся прежним производственным планом, но не являющейся крайне необходимой, следует на время отложить»2. Дело ограничилось прекращением строительных работ мирного характера, некоторым перераспределением производственных мощностей и сырья в пользу военной промышленности (по указанию Геринга предприятиям сухопутных войск было передано 2500, ВВС— 1500, ВМС— 1500 станков, завод «Фольксваген» переключался на производство бомбардировщиков «Ю-88» и т. д.); замораживалась заработная плата, вводилось нормированное потребление продуктов питания и широкого потребления. Однако в целом на гражданском секторе промышленности война в первые два месяца отразилась не столь значительно. Следует отметить, что крутой перестройке экономики противились определенные финансово- промышленные и торговые круги, которые были заинтересованы в сохранении прибылей, связанных с конъюнктурой мирного времени (крупные банки, строительная промышленность, легкая и обрабатывающая промышленность, торговля и др.).
Молниеносный разгром Польши, казалось, подтвердил в глазах гитлеровцев пра-вильность теории «блицкрига» и их военно-экономических концепций, а главное — возможность успешного проведения изолированных актов агрессии, опираясь на имеющийся военный потенциал. Эти настроения нашли отражение в выступлении министра экономики Функа 14 октября 1939 г., в котором он, в частности, заявил, что «...ранее намеченные планы сейчас должны быть значительно изменены, исходя из того, что экономическая жизнь не нуждается в столь большой перестройке, как это предусматривалось мобилизационными планами»3. В свете этого надо рассматривать и брошенный в то время в Германии оптимистический лозунг — «деловая жизнь, как обычно», а также выдвинутый в первые месяцы войны нацистскими экономистами тезис о том, что германская военная экономика «сходна с экономикой мирного времени». Внесла свой вклад в это и пропаганда Геббельса. Стремясь психологически нейтрализовать беспокойство и глухое недовольство в народе в связи с начавшейся войной, она внушала общественному мнению, что эта война будет непродолжительной и не потребует от населения больших лишений, а от промышленности чрезмерного напряжения. В известной мере это отражало официальное мнение военно-политического руководства фашистской Германии (Геринга, Фуика и др.).
Легкость, с какой гитлеровцам досталась победа над Польшей, воодушевила их на агрессию более крупного масштаба на Западе. «Быстрый исход польской войны,— писал Томас,— и полностью оборонительная позиция Англии и Франции повысили надежды на короткую войну и усилили во многих инстанциях мнение, что в экономическом отношении — если не иметь в виду возможность затяжной войны — следует использовать все имеющиеся средства, чтобы уничтожающим ударом одержать победу над Францией и Англией»4. Опьянение военными успехами было настолько ве-лико, что Гитлер поставил перед вермахтом задачу напасть на Францию зимой 1939 г. Это свидетельствует о том, насколько дилетантски он представлял себе требования к военно-экономической подготовке крупных стратегических операций. Даже польская кампания, в которой мгновенно разрядилась военная и экономическая энергия Германии, накапливавшаяся на протяжении ряда лет, выявила много слабых мест в материально-техническом обеспечении вермахта. Несмотря на то что она длилась меньше мссяца, в ней было израсходовано такое количество боеприпасов, что это привело военное командование в замешательство. За 14 дней войны немецкая бомбардировочная авиация использовала весь , запас бомб. За 30 дней боев расход пороха составил 5650 т, а взрывчатых веществ- 21 200 т, соответственно 82,5% и 167% от уровня производства в ноябре 1939 г.5 Война против Польши вызвала также громадный износ
G. Thomas. Geschichte der deutschen Wehr- und Riistungswirtschaft (1918—1943/45).
Eoppard am Rhein, 1966, S. 404.
«Промышленность Германии в период войны 1939—1945 гг.» М., 1956, стр. 39.
G. Thomas. Op. cit., S. 171.
Ibid., S. 176; Б. Мюллер-Гиллебранд. Сухопутная армия Германии 1939—1945, т. II,
стр. 67.
средств моторизации войск и танкового парка. Авиация израсходовала до конца сентября половину месячного производства самолетов Германии . Это не предвещало ничего хорошего в войне на Западе, которая представлялась гитлеровскому командованию значительно более тяжелой. А продолжительность ее нельзя было предвидеть заранее с большой степенью точности.
Чтобы устранить выявившиеся изъяны и подготовиться к французской кампании, от фашистской Германии требовались длительные военно-экономические усилия. «Странная война» Франции и Англии на Западном фронте, продолжавшаяся более 8 месяцев, явилась для гитлеровцев желанной стратегической паузой, которая позволила им снова аккумулировать военно-экономическую энергию для очередного удара. В этот период фактор времени, если иметь в виду ограниченный отрезок времени, играл на пользу гитлеровской Германии.
С началом подготовки нападения на Францию появились первые признаки несоответствия широких захватнических планов германского империализма имевшимся возможностям — производственным, людским и сырьевым ресурсам Германии. Это проявилось прежде всего в том, что значительного увеличения производства вооружения не последовало за быстрым ростом вооруженных сил, в первую очередь сухопутных войск, увеличившихся с начала войны до мая 1940 г. более чем на 50 дивизий. Уже 29 сентября 1939 г. начальник военно-экономического управления ОКВ заявил генералу Гальдеру, что «требования армии, авиации и флота далеко превосходят производственные возможности» .
Понадобились новые чрезвычайные мероприятия, чтобы хоть частично преодолеть большие трудности развертывания германского военного производства для обеспечения «блицкрига» на Западе. Эти мероприятия проводились под девизом — максимальное напряжение снл в кратчайшее время для выполнения одной задачи. Исходя из того, что Германии «длительную войну не выдержать», нацистское руководство считало, что «все надо поставить на одну карту (т. е. разгром Франции.— В. Д.) — как использование запасов, так и сырья» и что это следует сделать, «не взирая на возможное продолжение войны в последующие годы» .
С конца ноября 1939 г. наблюдается крутой поворот в военно-экономическом планировании новой агрессии. 29 ноября Гитлер подписывает директиву о военно-промышленной подготовке войны против Франции , а Геринг издает специальное постановле-ние о дальнейшем широком переводе предприятий гражданского сектора промышленности на военные рельсы. В тот же день начальник военно-экономического управления ОКВ выступил на совещании ведущих промышленников фашистской Германии с изложением программы военно-экономической подготовки агрессии против западных держав. «Задача всякого военного руководства,— заявил ои,— в кратчайшее время на-нести противнику решающее поражение. Необходимой предпосылкой достижения этой цели яиляется развертывание военного производства до предельно высокого уровня в кратчайший срок» . Однако, подчеркнул Томас, выполнение промышленностью производственных программ вермахта находилось в неудовлетворительном состоянии и поэтому «фюрер распорядился проводить перестройку немецкой экономики с мак-симальной энергией, призвав руководителей немецкой промышленности к предельному напряжению всех сил».
Томас требовал провести, не взирая на «настроения и поведение людей в тылу», дальнейшее беспощадное свертывание гражданского сектора, чтобы высвободить еще больше производственных мощностей, сырья и рабочей силы для военных нужд. «Домашними радиоприемниками, пылесосами и кухонной утварью победить Англию не удастся»,— говорил он. «Безответственное» предпочтение «частноэкономических интересов» военным нуждам Томас квалифицировал как «измену отечеству», караемую законом. От имени верховного главнокомандования он призывал промышленников «превратить всю Германию в единое великое и мощиое военное предприятие, способное соревноваться с англо-французским, а при необходимости — и с американским военным производством» . Однако Томас ничего не сказал, откуда Германия могла взять средства для выполнения этих целей.
Новые задачи подготовки агрессии против западных держав потребовали от гитлеровцев перестройки высших органов военно-экономического планирования и руководства. Еще 30 августа 1939 г. специальным указом Гитлера из совета обороны империи был выделен комитет в составе шести человек, оформившийся в совет министров по обороне империи во главе с Герингом. Этот совет был наделен правом издания постановлений, имевших силу закона. Однако, несмотря на то что Геринг взобра'лся на вершину власти, став подлинным «экономическим диктатором» Германии, он не смог, не обладая специальными знаниями и будучи обремененным многими другими высшими политическими и военными постами, лично заниматься повседневными вопросами руководства экономикой. Как и до войны, он продолжал передоверять свои обязанности в строго очерченных сферах экономики генеральным и особым уполномоченным, оставляя за собой право принятия самых общих решений. Это создавало мноюведомственность и часто неразбериху в управлении экономикой. Такое положение вызывало неудовольствие как в военных, так и в определенных промышленных кругах, требовавших жесткой централизации экономической власти в стране, под-чиненной единой воле и задаче. Иллюстрацией этого является совещание Томаса с ведущими промышленными и финансовыми магнатами Германии 18 декабря 1939 г. (Фликом, Клекнером, Круппом, Рёхлингом, Плейгером, Бломом и др.). Выступивший на совещании промышленник Бюхер заявил: «Прежде всего необходимо единое руко-водство экономикой и его мыслимо простая организация. Тогда можно будет выжать максимальную мощность из промышленности, являющейся очень послушным организмом. Одна инстанция должна знать обо всех потребностях вооруженных сил, иметь представление о всех наличных ресурсах сырья и выносить окончательные решения об их использовании. Другая инстанция должна по единым принципам ясно и недву-смысленно устанавливать очередность и срочность удовлетворения потребностей» . В резолюции совещания прямо указывалось: «Делами надо управлять диктаторски. Все взывает к одному человеку, который со знанием дела может осуществлять руководство...» Это был явный намек по адресу Геринга, некомпетентность которого в вопросах экономики была широко известна. Однако в условиях фашистского господства, где решающее значение имело положение руководителя в государственно-партийной иерархии и отношение к нему «фюрера», а не его знания и способности, какое-то радикальное изменение механизма управления экономикой в ущерб престижу и амбициям Гериига было грудным делом, даже если этого требовали государственные интересы.
Генералы Томас и Геннекен в ноябре 1939 г. разработали план централизации экономической власти в руках военного ведомства, но под руководством Геринга. Они предлагали создать непосредственно подчиненное ему управление военной промышленности со штабом руководства. Частично эта идея была проведена при реорганизации органов экономического управления в декабре 1939 г. Должность генерального уполномоченного по военной экономике была упразднена. Функ сохранил за собой посты имперского министра экономики и президента Рейхсбанка. Руководство военной экономикой было возложено на Геринга как генерального уполномоченного по четырехлетнему плану '4. При нем 7 декабря был создан новый орган руководства военной экономикой — генеральный совет, в котором было представлено и ОКВ в лице Томаса.
Но это не улучшило положение. Военное производство, особенно боеприпасов, про-должало развертываться очень медленно. Гитлеровцы вынуждены были прибегнуть к новым организационным мерам. В начале 1940 г. у Гитлера было созвано совещание промышленников, где обсуждались вопросы улучшения работы военной промышленности 15. Очевидно, одним из результатов совещания явилось назначение Тодта 23 февраля 1940 г. «генеральным инспектором по особым вопросам четырехлетнего плана». В его обязанности входила организация снабжения промышленности боеприпасов сырьем, рабочей силой и оборудованием. 17 марта 1940 г. Тодт был назначен указом Гитлера главою вновь созданного имперского министерства вооружений и бое-припасов. Его задача определялась так: «Добиться наибольшей мощности всех предприятий, занимающихся выпуском вооружений и боеприпасов»16. Тодт получил право директивных указаний по отношению к управлению вооружений сухопутных войск. Он стал главным советником Гитлера по вопросам военного производства и в последующие два года оказывал большое влияние на военно-экономическое планирование фашистской Германии ,7. Так, в результате закулисной борьбы монополистических группировок и ведомств фашистского партийного и государственного аппарата произошло некоторое перераспределение ролей в руководстве германской военной эконо-микой. Но все эти организационные «перетряхивания» являлись паллиативными мерами, предназначенными для рационализации и интенсификации военного производства в рамках ограниченных возможностей фашистской Германии.
Основным методом военно-экономического планирования, применявшимся гитлеровским командованием вплоть до разгрома вермахта под Москвой, являлось определение очередности выполнения производственных программ по тем или иным видам боевой техники и боеприпасов в зависимости от намеченных стратегических целей и потребностей обеспечения военных действий. Всякий раз эта очередность устанавливалась приказами и директивами ОКВ или Геринга. Предприятия, выполнявшие наиболее важные производственные программы, имели преимущественные права в получении сырья, рабочей силы и промышленного оборудования.
Такой метод был обусловлен также ограниченными производственными, сырьевыми и людскими ресурсами Германии, если их сопоставить с масштабами поставленных перед вермахтом стратегических задач. Он оправдал себя более или менее в период молниеносных побед в Западной Европе. «В надежде быстро закончить войну серией молниеносных военных кампаний программы и очередность выпуска военной продукции,— отмечается в комментариях к дневнику ОКВ,— пересматривали и изменяли до лета 1941 г, более десяти раз»Впервые очередность выполнения про-изводственных программ военной промышленностью была установлена приказом ОКВ от 7 сентября 1939 г.19 По степени важности эти программы распределялись так: выпуск бомбардировщиков Ю-88, расширение производства боеприпасов и взрывчатых веществ, переход с дефицитных материалов на заменители, увеличение производства горючего, расширение сети аэродромов и т. д. Однако уже 4 октября 1939 г. ЭТи установки были заменены новыми20. Главные усилия еще в большей степени были подчинены задаче обеспечения вооружением и боеприпасами сухопутных войск. Следующая директива, изменившая очередность производственных программ, появилась 10 октября 1939 г. В ней предпочтение отдавалось быстрому восстановлению после войны с Польшей и расширению автомобильного и танкового парка для подвижных войск — основного орудия «блицкрига» против Франции.
Столь частая переориентация в производственных целях ставила перед военной экономикой Германии большие трудности. «Разумеется,— писал генерал Мюллер-Гил- лебранд,— невозможно было коренным образом перестроить промышленность в столь короткие сроки... Возникавшие вследствие этого трудности осложнялись еще и тем, что не было сколько-нибудь значительных запасов ни готовых военных материалов, ни сырья, за счет которых можно было бы удовлетворять быстроменяющиеся требования. С другой стороны, именно недостаток запасов порождал стремление так часто вносить изменения в производство. Эта дилемма ясно свидетельствовала о том, "что
,5 G. Thomas. Op. cit., S. 508, 511. ,8 «Reichsgesetzblatb, 1940, N 1, S. 513. 17 «КТВ OKW», Bd. I. Frankfurt а/М., 1965, S. 85Е. is iijjfj s 53Е.
G. Thomas. Op. cit., S. 404—405.
Ibid., S. 169.
военная экономика Германии не могла или пока еще не могла справиться с задачами ведения войны таких масштабов»21.
На основе оценки опыта войны с Польшей и исходя из задач военной кампании на Западе центральной сферой деятельности германской военной промышленности в период с октября 1939 г. по май 1940 г. гитлеровское руководство сделало производство боеприпасов и автобронетанковой техники для сухопутных войск. Все прочие производственные программы вермахта были отнесены на второй план.
Основная трудность, с которой столкнулись гитлеровцы при экономической подго-товке агрессии на Западе, была связана с острой нехваткой рабочей силы. По сравнению с довоенным периодом количество занятых в германской экономике рабочих и служащих сократилось к 31 мая 1940 г. на 3,4 млн. человек, или примерно на 9%. Из них 1 млн. человек составляли промышленные рабочие. Лишь путем предельного оголения гражданского сектора экономики удалось увеличить на 3%' число рабочих военной промышленности22. Особенно большим был дефицит квалифицированной рабочей силы. В ноябре 1939 г. он составлял 100 тыс. человек23. Все это было большим тормозом для увеличения военного производства. 5 декабря 1939 г. Томас докладывал в высшие инстанции: «Полное использование предприятий, изготовляющих боеприпасы, путем введения второй и третьей смен оказалось из-за недостатка рабочей силы по большей части невозможным»24.
В связи с этим нацистское руководство вынуждено было прибегать к чрезвычайным мерам. Еще 13 сентября 1939 г. ОКВ отдало приказ о возвращении в промышленность квалифицированных рабочих. Но по этому приказу было уволено из армии лишь 25% затребованных рабочих. В конце 1939 г. последовал новый приказ об увольнении военнослужащих 1900 г. рождения и старше, владевших дефицитными профессиями. 17 января снова был отдан приказ о предоставлении мобилизованным квалифицированным рабочим долгосрочных отпусков для работы в промышленности. К 15 мая по этому приказу удалось высвободить для военного производства 84 тыс. человек.
Такие меры отрицательно отражались на вооруженных силах. В записке Томаса от 27 января 1940 г. о совещании у главнокомандующего сухопутными войсками отме-чалось: «Генерал-полковник Браухич заявляет, что не может допустить дальнейшего ослабления действующей армии в результате отзыва квалифицированных рабочих» 25.
Но все эти меры не принесли существенного улучшения положения с рабочей силой. В марте 1940 г. для выполнения военных программ не хватало 300 тыс. рабочих, из них половина квалифицированных26. «...В военной промышленности,— писал Томас,— повсеместно обнаружился такой недостаток рабочей силы, что о выполнении поставленных требований нечего было н думать. Для военного руководства единственным средством обеспечить выполнение по меньшей мере важнейших программ оставалось свертывание его требований или сосредоточение сил на отдельных, особенно важных отраслях производства. Было выбрано последнее средство, пришлось установить новые степени срочности. Это была цепь без конца» 27'.
Второй причиной медленного роста германского военного производства в первые месяцы войны было недостаточное оснащение предприятий оборудованием и медленное изъятие производственных мощностей из невоенных отраслей промышленности. Сказывалась устарелость капитального оборудования, не обновленного в годы гонки вооружений; станкостроительная промышленность не покрывала возросших потребно-стей военного производства. В связи с этим Геринг отдал 19 января 1940 г. директиву министру экономики о расширении выпуска станков. В ней, в частности, указывалось: «Обеспечение станками военной экономики и промышленности, в особенно-сти промышленности боеприпасов, совершенно не соответствует задаче достижения
2' Б. Мюллвр-Гиллебранд. Сухопутная армия Германии. 1939—1945, т. II, стр. 61.
D. Eichholtz. Op. cit., S. 104.
G. Thomas. Op. cit., S. 236.
Цит. no: D. Eichholtz. Op. cit., S. 105.
KTB OKW, Bd. I, S. 957.
G. Thomas. Op. cit., S. 236, 239—240.
Ibid., S. 238.
уровня производства, необходимого для ведения войны. Для преодоления этого недопустимого явления имперскому министерству экономики надлежит в тесном контакте со штабом верховного главнокомандования (управлением военной экономики и военной промышленности) принять все меры, ведущие к быстрейшему подъему производительности станкоинструментальной промышленности»28. Однако производство станков выросло в 1940 г. очень незначительно по сравнению с Ї939 г.: с 277 тыс. т до 288 тыс. т
Третьим фактором, сдерживавшим рост германского военного производства в 1939—1940 гг., являлась нехватка сырья и материалов. Это можно проиллюстрировать на примере выполнения программ выпуска боеприпасов, поглотивших в 1940 г. 2/.3 всех расходов на военное производство. После польской кампании, выявившей большую неподготовленность Германии к войне в этой области, нацистское военное руководство разработало план значительного расширения производства боеприпасов. 12 декабря 1939 г. Гитлер утвердил этот план, намного повысив установленные для него контрольные цифры. Предусматривалось увеличить выпуск снарядов для легкой полевой гаубицы — до 5 млн., для тяжелой полевой гаубицы —до 1 млн., для 100-мм орудия — до 500 тыс., для тяжелого пехотного орудия — до 100 тыс. штук. Для этого пришлось принять решение о сокращении на 1/3 выпуска боеприпасов для военно- морского флота и понизить производство снаридов для 88-мм зенитного орудия с 400 тыс. до 200 тыс. штук.
Однако для выполнения принятого плана требовалось довести производство пороха до 20 тыс. т и взрывчатых веществ до 47 тыс. т в месяц. А в ноябре 1939 г. это производство составляло соответственно 6,8 т и 12,7 т30. Причем мощности промышленности боеприпасов были исчерпаны. «В пределах производственных мощно-стей заводов, снабжающих сухопутные войска,— писал Гальдер,— производство боеприпасов едва ли может быть увеличено...» . Но для расширения базы этого производства в требуемых размерах (по плану Крауха) не хватало стали и других металлов. В связи с этим Томас писал в ноябре 1939 г.: «Увеличение контингентов железа и стали для плана Крауха невыполнимо. У ОКВ больше нет резервов, а взять что-либо из промышленности невозможно» . Поэтому утвержденная Гитлером программа производства боеприпасов оказалась далекой от реальности. Характерно мнение Браухича об этом прожекте, высказанное Томасу и доложенное Кейтелю: «^Главком сухопутных войск в будущем не сможет учитывать приказы начальника штаба верховного главнокомандования — как, например, отданный недавно приказ о выполнении программы производства боеприпасов,— если одновременно не будут создаваться все предпосылки в отношении сырья и т. п. для их выполнения; 2) главком су-хопутных войск отказывается выполнять приказы о проведении программы производства боеприпасов для сухопутных войск..., 3) главком сухопутных войск заявляет, что предусмотренная в вышеупомянутом приказе программа производства боеприпасов невыполнима» .
Острая нехватка стали н других видов сырья побудила гитлеровцев еще раз пересмотреть в начале 1940 г. очередность выполнения военных программ в пользу наиболее важных и срочных. 3 февраля Геринг писал Функу: «Фюрер придает решающее значение тому, чтобы в 1940 г. военнаи промышленность была поднята на максимально высокий уровень. Поэтому следует потребовать проведения в жизнь всеми средствами тех планов, которые могут дать свои результаты уже в 1940 г. или к весне 1941 г. Все прочие военные программы, которые дадут свои плоды лишь позже, но уже теперь потребуют значительной затраты сил, будут приостановлены в интересах выполнения указанных выше планов»35.
Так путем свертывания одних отраслей военной промышленности и сосредоточения максимально возможных сил и средств на других гитлеровскому руководству удавалось добиваться временных успехов в выпуске тех или иных видов вооружения, боеприпасов и боевой техники. В период подготовки агрессии против Франции оно даже пожертвовало программой строительства подводных лодок — главного оружия блокады Англии — ради форсирования производства средств континентальной воины. Об этом свидетельствует следующая документальная запись от 8 февраля 1940 г.: «По поручению главкома ВМФ адмирал Витцель представил доклад относительно необхо-димого для ВМФ сырья на следующий год. Генерал-полковник [Кейтель] разъяснил ему, что не может быть и речи о развертывании крупного строительства подводных лодЬк (в конце его предусмотрен выпуск 30 лодок в месяц) по причине нынешнего положения с сырьем и что может быть осуществлена только сокращенная программа (21 лодка в месяц). Во всяком случае на 1940 г. следует ограничиться планированием по сокращенной программе»36. Здесь генерал Томас сделал приписку: «Я указал на то, что даже уменьшенная программа будет выполнима лишь в том случае, если она будет осуществляться в ущерб другим программам»37.
В результате проведения всех этих мер гитлеровскому руководству удалось существенно повысить производство боеприпасов. Об этом свидетельствует следующая таблица.
Таблица 1 Период времени Стальные Другие припасы детали Порох взрывчатые к иим вещества Индекс производства боеприпасов и компонентов к ним в Германии в первый год войны (январь — февраль 1942 г. —100) *
г.
4-й квартал 74 65 47 38
г.
1-й квартал 82 77 49 41 2-й квартал 125 107 67 88 3-й квартал 139 113 74 101 * «The Effects of Strategic Eombinp on German War Economy», p. 283.
Нехватка стали, а также резины сильно отразилась на другой важной области подготовки войны на Западе — моторизации войск. В 1940 г. производство грузовых автомобилей упало по сравнению с 1939 г. с 101,7 тыс. до 87,8 тыс. штук38. Этот факт покажется особенно разительным, если учесть, что сухопутные войска вермахта вступили 1 сентября в войну, имея 40% штатного количества автомашин. Насыщение войск автомобильной техникой, развертывание новых мотодивизий проходило с большими трудностями. 4 февраля 1940 г. Гальдер писал в дневнике: «Теперь у нас 120 тыс. грузовых автомашин. Новые поступления в сухопутные войска составляют не более 1 тыс. единиц в месяц (менее 1%). Резервов нет. По сведениям, поступившим из войск, некомплект в частях достигает 2668 грузовых автомашин (2%), а фактически — вместе с машинами, требующими ремонта,— около 5 тыс. (4%). В частях — матчасть старая (при таком положении мы не сможем вести операции). Если учесть, что по опыту прошлого ежемесячно выходит из строя — вследствие изношенности и аварий (не учитывая боевых потерь)—около 2% машин, то новые поступления покрывают лишь половину убыли»39. В связи с этим немецко-фашнст-
КТВ OKW, Bd. h s. 962.
Ibidem.
Ibid., S. 281.
Ф. Гальдер. Военный дневник, т. 1, стр. 254.
ское командование вынуждено было прибегнуть к частичной демоторизации войск, т. е. замене машин конной тягой всюду, где это представлялось возможным.
Серьезные трудности военная промышленность фашистской Германии испытывала в этот период из-за тяжелого положения с транспортом, особенно железнодорожным. Причиной этого являлись недостаточная оснащенность железных дорог, огра-ниченный и в значительной мере устаревший вагонный н паровозный парк. Некомплект паровозов составлял 10—15%, вагонов— 140—150 тыс. штук 4°, что было следствием предвоенной политики гонки вооружений. Касаясь положения на транспорте, генерал Томас в выступлении перед промышленниками 29 ноября 1939 г. говорил: «Господа», я знаю, сколь оно печально. Вы вправе задать мне вопрос: чего стоит вся наша работа, если мы не получаем угля и руды, или если готовую продукцию не на чем перевозить... Надеюсь, что положение улучшится, как только изменится обстановка на западе. А до этого придется перебиться, поскольку ошибки прошлых лет нельзя исправить в течение недель»41.
Из-за транспортных трудностей один концерн «Ферейнигте Штальверке» не смог вывезти в декабре 1939 г. 150 тыс. т полуфабрикатов, что по весу равнялось месячной квоте стали для промышленности боеприпасов,42. Зимой 1939/1940 г. возник кризис снабжения углем. Для его перевозки подавалось лишь 30—60% необходимого количества вагонов. В разгар этого кризиса около 185 предприятий вынуждены были временно прекратить работу. Лишь в апреле положение улучшилось благодаря при-нятию ряда специальных мер 43.
Преодолевая все эти трудности, гитлеровское руководство смогло увеличить рост производства вооружения с 1939 по 1940 г. примерно на 54%. За тот же период удельный вес его во всем промышленном производстве поднялся С 9% ДО 16% 44. Этот относительно небольшой рост военного производства проходил на фоне общего падения промышленного производства фашистской Германии, в том числе, как это ни парадоксально, выплавки стали и чугуна, хотя она составляла основу военной промышленности.
Рост производства бронетанковой техники в Германии характеризуется следующей таблицей.
Таблица 2
Производство танков и штурмовых орудий в Германии в начале войны *
Время
Танки
Штурмовые орудия
Всего 1939 г. сентябрь 51 — 51 октябрь 77 — 77 ноябрь 77 — 77 декабрь 62 — 62 1940 г. январь 66 2 68 февраль 70 3 73 март 78 6 84 апрель 69 10 79 май 116 40 156 июнь 109 12 121 * «The Effects of Strategic Bombing on German War Economy» . P.
В связи с тем, что рост производства танков был незначительный, бывший начальник организационного отдела генштаба сухопутных войск отмечал: «Действующая армия начала западную кампанию, практически не располагая возможностями пополнения потерь в танках» .
О развертывании самолетостроения, занимавшего второе место в германской военной промышленности по производственным расходам после боеприпасов, свидетельствуют следующие цифры.
Таблица 3
Производство самолетов в Германии в 1939—1940 гг. * Истребители Бомбардиров Транспортные Учебные Прочие щики самолеты самолеты самолеты
1856 2877 1037 1112 1413 8295
3103 1997 763 1328 1632 10826
* A. Mtlward. Op. cit., p. 37.
военной экономики и вооружений ОКВ была внесена такая запись: «1. Перестройка военной промышленности. Начальник отдела ознакамливает руководителей отделений с проектом перестройки промышленности... Он разъясняет, что в результате приспособления к новой обстановке произошло перемещение центра тяжести производства на военно-воздушные, военно-морские силы и подвижные войска. Положение с сырьем уже выяснено, квота сырья остается прежней — около 800 тыс. т с сильным сокращением у сухопутных войск в пользу авиации и флота и увеличением для подвижных войск. Начальник отдела военной экономики ссылается на новое решение фюрера, подшитое к делу в качестве приложения № 6, и подчеркивает важность быстрейшего увеличения производства для нужд авиации, флота и танковых войск, для чего необходимо наладить взаимодействие между ОКВ, министром боеприпасов, командованиями видов вооруженных сил и другими инстанциями. Министр боеприпасов уже сообщил председателям комитетов по производству боеприпасов о «зажиме». Необходимо устранить помехи в увеличении производства... Начальник отдела военной экономики требует до 2 июля представить соображения о последствиях, которые вызовет перестройка военной промышленности... С настоящего момента предпочтение во всех вопросах следует отдавать авиации, флоту и подвижным войскам. Командование флота уже установило первоочередную потребность в рабочей силе и производственных мощностях и связанные с этим изменения. То же надо потребовать от ВВС и сухопутных войск. Проект директивы о перестройке военной промышленности был срочно направлен начальнику штаба ОКВ...»48.
30 июня 1940 г. была установлена новая очередность выполнения военно-про- мышленных программ. В основу ее был положен принцип: «Срочно все, что непосредственно необходимо для войны против Англии» 49.
5 и 6 июля состоялось совещание руководителей органов военно-экономического планирования и руководства, где были обсуждены пути выполнения новых задач. Выступивший на нем Тодт заявил, что «в связи с реорганизацией сухопутных войск сначала не следует ожидать облегчения для всей военной промышленности; произойдет лишь перемещение усилий с сектора боеприпасов на сектор вооружений, в первую очередь для подвижных войск. По некоторым видам боеприпасов даже потребуется 8—10-кратное увеличение нынешнего производства. Очень важно отставить строительные мероприятия в секторе вооружений, особенно, если строительство объектов находится в начальной стадии. Необходимо напрячь все силы, чтобы одержать победу над Англией и обеспечить автаркию Германии» 50.
9 июля 1940 г. штаб ОКВ отдал директиву об очередности выполнения военно- промышленных программ. В ней говорилось: «По окончании операций во Франции надлежит как можно быстрее приспособить всю программу вооружений к новым военным задачам.
1. Для вытекающей отсюда перестройки военной промышленности руководствоваться следующей целью:
а) полное проведение в жизнь повышенной программы авиационного вооружения;
б) продолжение, согласно отданному ранее приказу, военно-морского воору-жения,
в) продолжение вооружения сухопутных войск военного времени на основе приобретенного опыта войны, обращая при этом особое внимание на выпуск танков»5|.
Далее в директиве указывалось: «Эта цель может быть достигнута только при том условии, что сухопутные войска в кратчайший срок проведут на основе военной обстановки и имеющихся запасов максимальные ограничения в области производства боеприпасов, оружия и технических средств, а также если военно-морской флот и авиация отставят все не являющиеся неотложными задачи. Только таким образом "могут быть высвобождены сырье, производственные средства и рабочая сила, которых не хватает для выполнения требований, возникших в связи с новыми центрами тяжести в области вооружений» S2.
КТВ OKW, Bd. I, S. 73—74Е.
Ibid., S. 74Е.
Ibidem.
G. Thomas. Op. cit., S. 408.
Ibidem.
{№
18 июля директивой Гериига очередность выполнения производственных прог- рамм в соответствии с новыми стратегическими задачами — борьбой против Англии — была установлена для всей экономики фашистской Германии,53.
С конца июня началась перестройка германского военного производства. Квота стали, предназначенная для сухопутных войск, была урезана на 130 тыс. т. Высвободившийся металл передали другим видам вооруженных сил . Резко сократился выпуск боеприпасов. Индекс его упал с 139 в Ш квартале до 102 в IV квартале 1940 г. За этот же период произошло некоторое падение производства артиллерии для сухопутных войск53.
Бывший начальник управления вооружений сухопутных войск генерал артиллерии Э. Лееб писал по этому поводу: «После окончания войны во Франции верховный глав-нокомандующий вооруженными силами отдал пресловутый приказ об уменьшении производства боеприпасов, который снизил их выпуск для всех видов оружия до минимума. Этот приказ был еще более усилен имперским министром вооружений и боеприпасов. Несмотря на возражения управления вооружений сухопутных войск и предостережения представителей промышленности, началось сокращение производства боеприпасов. И оно было в основном проведено. Большое количество заводов лишилось заказов, новостройки были заморожены или переданы другим отраслям, а наряды на изготовление станков ликвидированы. Десятки тысяч рабочих ушли в другие отрасли промышленности: даже стальные болванки для снарядов пустили в металлолом» .
Директива Кейтеля от 26 июля 1940 г., подписанная от имени председателя имперского совета обороны, требовала усилить перестройку производства вооружений и «начать в полном объеме подготовку к операции «Зеелёве» как в отношении ее материального обеспечения, так и в области комплектования» .
Однако гитлеровскому руководству очень скоро стало ясно, что намеченная им новая военно-промышленная программа связана для Германии с непомерными эко-номическими трудностями и тяжелыми военно-стратегическими издержками. Прежде всего подготовка к войне против Англии — крупнейшей морской державы мира — упиралась в строительство крупного надводного и подводного флота. На это могли потребоваться годы, что означало бы для германского фашизма потерю темпов и стратегической инициативы в войне. Кроме того, это могло поглотить большую часть сырьевых и материальных ресурсов Германии, чего гитлеровское командование не могло допустить накануне нападения на Советский Союз, которое в соответствии с решением совещания в ставке Гитлера от 31 июля 1940 г. планировалось начать в мае 1941 г. Даже тот объем военно-промышленных программ, который был намечен в директиве ОКВ от 18 июля 1940 г., оказался для Германии непосильным. Об этом говорит следующая запись в дневнике ОКВ: «Новая очередность производственных программ вермахта. В записке от 3.8.1940 г. главнокомандующий военно-морским флотом обратил внимание начальника штаба верховного главнокомандования на то, что число и объем программ первой очередности, установленных секретным распоряжением управления военной экономики и вооружений ОКВ № 550/40 от 18.7.1940 г., заставляет на основании опыта усомниться в возможности даже в рамках этой одной очередности предоставить военно-морскому флоту в полном объеме и своевременно производственные мощности, рабочую силу и сырье, необходимые для выполнения программы строительства подводных лодок. Уже обнаружилось, что верфи не могут уложиться в сроки строительства подводных лодок, торпедных катеров, эсминцев и крупных кораблей и что особенно чувствительный прорыв создается в изготовлении торпедных аппаратов. Генеральный конструктор ВВС [Удет] также выразил опасение, что производство, предусмотренное в программах первой очередности, хотя оно и велико по объему, недостаточно, чтобы быстрейшим образом восполнять потери, возникающие в борьбе против Англии. Начальник вооружений сухопутных войск и командующий армией резерва обратили внимание на то, что намеченное усиление подвижных войск некоторыми типами танков ставится под угрозу срыва ввиду приказанного перемещения центра тяжести производства вооружений для удовлетворения потребностей военно-морского флота и авиации для борьбы против Англии»59. Следовательно, поставленная нацистским руководством перед военной промышленностью задача — быстро обеспечить вооружением и боевой техникой развертывание крупных сил флота и авиации для борьбы с Англией и одновременно увеличить вдвое танковые и моторизованные войска оказалась не реальной. Об этом ярко свидетельствует следующая таблица.
Таблица 4
Производство самолетов в июне 1940 г. *
Типы самолетов
Действительное производство
Планируемое производство Ю-88 235 345 Ю-87 55 60 Ме-109 180 300 Ме-110 117 175 Ю-58 35 40 ДФС-230 20 160 • A. Milward. Op. cit., р. 38.
ухудшению положения, если бы благодаря решающим военным успехам и политическому использованию этих успехов не были созданы новые предпосылки» .
Нацистское руководство смогло несравненно лучше и эффективнее, чем союзники, использовать накопленную за период «странной войны» боевую технику и вооружение для достижения победы. Загипнотизированные гитлеровской пропагандой о несокрушимой мощи Германии, правящие круги Франции и Англии ничего не предприняли, чтобы помешать планомерной военно-экономической подготовке гитлеровцев. Решающий шанс в этом отношении был упущен ими в период нацистской агрессии против Польши. Вместе с тем они не смогли с достаточной эффективностью использовать свой военно-экономический потенциал, хотя он в совокупности превосходил германский. Одна Англия не уступала Германии в производстве основных видов вооружения.
Таблица 5
Сравнительные показатели военного производства Англии и Германии в 1940 г. *
Германия
Англия
Виды вооружений
Военные самолеты 9498 9924
Танкн н штурмовые орудия 1643 1397
Артиллерия (75 мм и выше) 5499 1872
Артиллерийские боеприпасы (млн. т) 27 13
* «The Effects of Strategic Bombing on German War Economy», p. 143; см также N. Kaldcr. The German War Economy. Manchester, 1940, p. 123; H. Hillman. Comparative Strength of the Great Powers—«Survey of International Affairs. 1939 — 1945. The World in March 1929». London, 1952; B. Klein. Germany's Economic Preparations for War. Cambridge, 1959, p. 99.
<< | >>
Источник: В. И. ДАШИЧЕВ. БАНКРОТСТВО СТРАТЕГИИ ГЕРМАНСКОГО ФАШИЗМА. ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ. ДОКУМЕНТЫ И МАТЕРИАЛЫ.ТОМ I. ПОДГОТОВКА И РАЗВЕРТЫВАНИЕ НАЦИСТСКОЙ АГРЕССИИ В ЕВРОПЕ 1933—1941. 1973

Еще по теме ОСОБЕННОСТИ ВОЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКОГОПЛАНИРОВАНИЯ НАЦИСТСКОЙ АГРЕССИИ ПРОТИВ СТРАН ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ:

  1. ОСОБЕННОСТИ ВОЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКОГОПЛАНИРОВАНИЯ НАЦИСТСКОЙ АГРЕССИИ ПРОТИВ СТРАН ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -