«ПРАКТИЧЕСКАЯ» (ЭТИКО-СОЦИАЛЬНАЯ)ФИЛОСОФИЯ

В практической философии Фихте, тоже существен-

но видоизменявшейся на протяжении его творческой

деятельности, могут быть выделены этическая и со-

циально-историческая части, тесно связанные между

собой.

Этическая концепция Фихте подчеркнуто социаль-

на. Кантовское понятие категорического императива,

которое Фихте кладет в ее основание, истолковывается

им как повеление людям предпринимать самые ак-

тивные, не считающиеся ни с какими препятствиями

усилия во имя реализации своей свободы. Стать сво-

бодным и достичь этого благодаря своей активности,

устраняющей все препятствия, — нравственный долг

человека, включающий в себя также обязанность ува-

жать свободу других, что является единственным пра-

вомерным ограничением свободы каждого индивида.

Такое содержание фихтевской этики естественным

образом соединяет ее с правом, политикой, социаль-

но-историческим развитием, причем связующим зве-

ном является принцип свободы. В ее трактовке у Фихте

причудливо сочетаются идеалистический волюнтаризм

с конкретностью социально-политических требований

и глубиной исторического подхода. При всех волюнта-

ристских декларациях для Фихте было характерно по-

нимание того, что к осознанию свободы как высшей

ценности и к ее реализации в своей жизни люди при-

ходят в определенных исторических условиях, на опре-

деленной ступени общественного развития. Вместе

с тем в духе «наукоучения» и одновременно по-просве-

тительски Фихте считал свободу неотделимой от зна-

ния и возможной лишь при достаточно высоком его

уровне, развитой духовной культуре.

Демократическо-революционный этап. Исходный

пункт социальной философии Фихте — это руссоистский

вариант теории общественного договора, причем в его

подчеркнуто революционном, якобинском прочтении.

В работах 1793 — 1796 гг.

вой всякого государственного устройства договор, на-

правленный на обеспечение свободы каждого гражда-

нина посредством справедливых общеобязательных

законов. Когда же фактической целью какого-либо го-

сударственного устройства становится противополож-

148

ная установка, т. е. «рабство всех и свобода одного»,

такое устройство должно быть изменено в соответ-

ствии с целью общественного договора. В духе учения

Руссо о суверенитете народа Фихте утверждал, что

«народ действительно и по праву есть высшая власть»,

и «перед лицом собрания народа исполнительная

власть теряет свою силу фактически и юридически».

Если исполнительная власть в данной ситуации проти-

водействует народу, то он имеет право свергнуть ее

вооруженным путем, и это действие нельзя квалифи-

цировать как бунт, — оно есть восстановление права,

закона. Именно с этих позиций революционного демо-

кратизма Фихте предпринял «попытку содействовать

исправлению суждений публики о французской рево-

люции». Считая справедливым осуществленное рево-

люцией лишение аристократов их привилегий, Фихте

иронизирует над теми, кто льет слезы по поводу того,

что в новых условиях французской королеве «однажды

не хватило чистых простыней», но считает «вполне

естественной нужду матери, народившей отечеству

здоровых детей» и вынужденной одеваться в лохмотья

и голодать, так что из ее груди исчезает молоко, «ко-

торого жалобно с плачем требует младшее дитя».

В работе «О назначении ученого» Фихте заявлял о не-

обходимости всецело уничтожить отношения господ-

ства и порабощения, указывая, что «всякий, считаю-

щий себя господином других, сам раб» и что «только

тот свободен, кто хочет всё сделать вокруг себя сво-

бодным». В середине 90-х годов Фихте представля-

лось, что уже наступила эпоха полного освобождения

человечества от феодального порабощения, освящав-

шегося церковью как богоугодное общественное

устройство: «Кончились времена варварства, когда

вам, народы, осмеливались объявлять, именем бога,

что вы — стадо скота, ниспосланное на землю, чтобы

служить дюжине богосыновей в качестве батраков

и служанок для облегчения их тягот, для их удобства

и в конце концов для убоя...» Фихте разъяснял, обра-

щаясь к народам: «Вы сами знаете или же можете

в этом убедиться, если вы еще не знаете, что вы не

являетесь даже собственностью бога, а что он вместе

со свободой глубоко вложил в вашу грудь свою боже-

ственную волю не принадлежать никому, кроме как .

самим себе».

149

В начале рассматриваемого периода моральным

императивам Фихте придавал первостепенное значение

в человеческой жизни.

дит принципы общественного устроения, права и госу-

дарства и полагает, что при достижении людьми «со-

вершенного состояния» они будут руководствоваться

только нравственным законом. Согласно Фихте, из

нравственного закона вытекает, что государство, необ-

ходимое лишь в условиях нереализованности этого за-

кона, должно со временем исчезнуть и цель всякого

правительства заключается с этой точки зрения в том,

чтобы «сделать правительство излишним». Эта фих-

тевская идея «отмирания» государства возникает

в русле руссоистской концепции перехода обретающе-

го свободу человечества из «царства законов» в «цар-

ство нравов».

К концу же рассматриваемого периода на первый

план в «практической философии» Фихте выдвигаются

социальные императивы и вопрос о реализации челове-

ческой свободы начинает трактоваться по-новому, во

многом значительно глубже прежнего. Эти изменения

были результатом внимания Фихте к экономической

политике якобинского правительства, которое после

четырех лет французской революции было вынуждено

прилагать колоссальные усилия, чтобы государствен-

но-правовыми мерами бороться с возрастающей не-

хваткой продуктов питания и предметов первой необ-

ходимости. В «Основах естественного права» Фихте

писал: «Прежде чем думать о свободе, надо подумать

о том, чтобы жить. Высшая и всеобщая цель всякой

свободной деятельности — возможность жить». Во

главу угла социальных задач Фихте поставил обеспе-

чение народных масс жизненно важными средствами

существования, неразрывно связывая это с реализа-

цией их права на труд, достаточным образом возна-

граждаемый: «Каждый должен иметь возможность

жить своим трудом». Это право понимается Фихте

вместе с тем как обязанность каждого трудоспособно-

го человека трудиться. Жизнь за счет труда других,

социальный паразитизм категорически осуждались

Фихте и объявлялись недопустимыми в обществе лю-

дей, освободившихся от порабощения.

труд и на его результаты Фихте выводил право соб-

ственности, понимаемой как обладание такими мате-

риальными благами личного пользования, которые не-

150

льзя использовать для наживы и жизни за счет труда

других людей. Этот взгляд на собственность был явно

отличен от ее сугубо буржуазного понимания и наря-

ду с другими положениями «практической филосо-

фии» Фихте выражал появившуюся в ней социалисти-

ческую тенденцию. Не следует предавать забвению

слова Ф. Энгельса, что предметом гордости герман-

ской социал-демократии является наличие в числе ее

предшественников такого выдающего представителя

немецкой классической философии, как Фихте. За-

являя, что «каждый взрослый и разумный человек

должен иметь собственность», Фихте считал, что «за-

бота о собственности каждого есть дело в первую оче-

редь государства». Тем самым на государство возла-

галась очень важная экономическая функция, что

находилось в противоречии с концепциями буржуазно-

го либерализма, снимавшими с государства ответ-

ственность за экономическое положение граждан, ка-

ким бы тяжелым оно ни оказывалось для социальных

низов. «Договор об объединении», конституирующий

общество, Фихте считал необходимым дополнить до-

говорами «о защите» и «о собственности», призван-

ными обеспечить благосостояние членов общества.

Новый взгляд на государство и право сопровождался

соответствующей модификацией фихтевской этики,

в которой прежний призыв рассматривать себя и свои

действия как цель заменяется в «Системе учения

о нравственности» (1798) установкой на то, что

«целью для каждого служат другие, а сам он — никог-

да...». Просветительский идеал гармонии частных

и общих интересов замещался положением о безуслов-

ном превалировании общественного, «родового» (фак-

тически — государственного) начала над личностными

устремлениями.