Практическая философия

Главная проблема «прак-

тической философии» — это проявление и реализа-

ция человеческой свободы. Шеллинг, как и Фихте,

сосредоточивает внимание на социально-истори-

ческом характере свободы, которую связывает, по

сути дела, с социальной практикой людей, с сози-

данием ими «второй природы», под которой понимает,

подобно Канту и Фихте, правовой строй.

принимает кантовскую мысль, что процесс сози-

дания правового строя в каждом государстве дол-

жен сопровождаться аналогичными процессами в дру-

177

гих государствах и их объединением в федерацию,

прекращающую войны и устанавливающую вечный

мир. Правда, Шеллинг уже не уверен в осуществлении

такого состояния человечества, но все же рассматри-

вает его как важнейшую цель, к которой надо всячески

стремиться. Согласно Шеллингу, «окончательная ...

достижимость этой цели не может быть ни доказана

теоретически априори, ни получить свое подтвержде-

ние в опыте, как он до сих пор имел обыкновение про-

текать: на веки вечные это останется исповеданием

веры для человека действующего и работающего

(78. 342-343).

В социально-историческом процессе Шеллинг усма-

тривает диалектическую, по сути дела, связь свободы

с необходимостью. Основной особенностью истории

Шеллинг объявляет сочетание в ней «в полном един-

стве свободы и необходимости, причем это сочетание

должно быть условием самой истории». Заявляя, что

«свобода должна стать необходимостью, необходи-

мость — свободой», Шеллинг полагает, что «необходи-

мость в противоположении своем свободе оказывается

не чем иным, как бессознательным» (78. 343, 344).

Это значит, что превращение необходимости в свобо-

ду связывается Шеллингом лишь с познанием необхо-

димости.

Важной новацией Шеллинга является постановка

проблемы отчуждения в истории.

же самая целерациональная деятельность людей всег-

да отмечена недостаточным осознанием ее социально-

исторического смысла, в результате чего возникают не

просто неожиданные, но и нежелательные для них ре-

зультаты, ведущие к подавлению их свободы. Стрем-

ление реализовать свободу оборачивается, таким

образом, порождением противоположности — порабо-

щением. Подобное отчуждение Шеллинг счел даже су-

щественнейшим определением истории. Шеллингов-

ский тезис об отчуждении возник на основе осознания

того факта, что реальные результаты Великой фран-

цузской революции оказались разительно не соответ-

ствующими тем высоким идеалам просветительской

философии, под знаменем которых она начиналась.

«Теория и история, — делал поспешный вывод Шел-

линг, — полностью противоположны друг другу. Чело-

век лишь потому входит в историю, что ничто из его

будущих поступков не может быть учтено заранее на

178

основании той или иной теории. В силу этого в исто-

рии властвует произвол» (78. 338).

Но, согласно Шеллингу, этот «произвол» не

является абсолютным и история «неразумна» лишь по

меркам человеческого разума — в том смысле, что не

направляется идеями, «мнениями» людей. Шеллинг

приходит к заключению, что в истории царит «слепая

необходимость», перед которой индивиды со своими

субъективными целями и замыслами бессильны. Под-

ходя к постановке вопроса об объективной историче-

ской необходимости, пробивающей себе дорогу сквозь

разноголосицу индивидуальных целей и субъективных

идей, непосредственно мотивирующих человеческую

деятельность, Шеллинг смог предложить лишь мисти-

фицированное решение этого вопроса, являющееся мо-

дифицированной версией теологического понимания

истории, отвергнутого просветительской философией.

Смысл истории Шеллинг усматривал в том, что

в своем целостном виде она «представляется бес-

прерывным и постепенно осуществляющимся открове-

нием абсолюта», относительно которого уточняется,

что «в истории нельзя указать ни одного момента, где

бы ни приобретали осязательную форму следы прови-

дения или само божество».

истории, мысль Шеллинга переходила на бесплодную

в научном отношении почву теософии истории,

и именно в этой проблемной области четче всего обо-

значилось начало поворота этой мысли в теософский

тупик. В основу шеллинговской периодизации всемир-

ной истории положено представление о двух типах бо-

жественного мироправления — скрытом (косвенном)

и явном (прямом), между которыми каким-то образом

вклинивается детерминирование исторического про-

цесса природой. В истории, по Шеллингу, следует раз-

личать три периода: 1) трагический, когда слепая сила

судьбы уничтожает великие государства древнего ми-

ра; 2) период начинающегося (после расширения Рим-

ской республики) объединения народов под влиянием

природной закономерности; 3) грядущий период, ког-

да царившие до сих пор силы судьбы и природы

«преобразуются в провидение — тогда приидет бог»

(78. 358). Каким образом этот провиденциальный

финал истории может быть согласован с представле-

нием Шеллинга о «правовом строе» как цели полити-

ческого развития человечества — неясно.

179

Трактовка Шеллингом (а затем и Гегелем) вопроса

об объективной закономерности во всемирной исто-

рии созвучна в ряде отношений философии истории,

изложенной итальянским мыслителем Д. Вико

(1668—1744) в «Основах новой науки об общей приро-

де народов» (1726). Но названное сочинение осталось

вне поля зрения как Шеллинга, так и Гегеля, и прямо-

го влияния на их воззрения не могло оказать. В целом

Вико приобрел известность как философ истории

лишь с 20-х годов XIX в.