<<
>>

Введение

Предлагаемые ниже утверждения, в чем читатель убедится из дальнейшего, носят гипотетический харак­тер. Без более полного охвата разных языков отсут­ствие исключений для большинства универсалий, уста­новленных здесь, не может быть полностью гаранти­ровано.

Как указано в заглавии работы, свое внимание мы сконцентрировали главным образом, но отнюдь не ис­ключительно, на вопросах, касающихся порядка слов и морфем. Это объясняется тем, что предшествующий опыт позволил нам сделать вывод о большой степени упорядоченности в этом частном аспекте грамма­тики. В настоящей статье предложен ряд универсалий. Значительная их часть представляет собой имплика­ционные универсалии, и их можно выразить в следую­щем виде: «если в данном языке есть х, в нем всегда есть и у». Если ничего больше не сказано, то имеется в виду, что обратное, а именно — «если в языке есть у, в нем всегда есть я», не имеет силы. Когда два ряда характеристик бинарны, типичная дистрибуция в четы­рехклеточной таблице — это пустая клетка (с нулевым заполнением) как одна из четырех возможностей1. С точки зрения научной методологии подобный подход[41] представляется вполне оправданным по двум причи­нам. Во-первых, закономерности на самом низшем уровне, как это указывается в руководствах по науч­ной методологии, выражаются именно в такой[42] форме2.

Во-вторых, те языковые универсалии, которые представ­ляются нам неимпликационными, на самом деле имеют импликационный характер, поскольку они следуют из каких-то дедуктивных предпосылок относительно язы­ка3. Между тем формулировать эти предпосылки непо­средственно было бы очевидной тавтологией.

Вероятно, необходимо указать, что ряд универсалий второго типа, то есть универсалий, следующих из опре­деленных дедуктивных предпосылок относительно язы­ка, хотя они формально и не постулированы в настоя­щей статье, фактически следуют из общего допущения о сравнимости языков на грамматическом уровне.

На­пример, целая серия универсалий имплицитно предпо­лагается в таком утверждении, как нижеследующее: если в языке основным порядком слов для главного по­вествовательного предложения является порядок «гла­гол— субъект — объект», то определение в родительном падеже всегда следует за управляющим существитель­ным. Здесь предполагается, в частности, что все языки имеют субъектно-предикативные конструкции, разные классы слов и конструкции с родительным падежом, или генитивные конструкции. Я хорошо понимаю, что при идентификации таких явлений в языках различной структуры в основном используется семантический кри­терий. Вероятно, определенное формальное сходство дает нам возможность сравнивать указанные явления в различных языках. Однако концентрация внимания на этой задаче, важной самой по себе, помешала бы мне, в силу ее сложности, двигаться вперед к тем специаль­ным гипотезам, которые основаны на эмпирическом ис­следовании и представляют главный интерес для не- лингвиста. Более того, адекватность некоторого межъ­языкового (то есть относящегося к различным языкам) определения понятия «имени» должна в любом случае проверяться с точки зрения тех семантических явлений, для обозначения которых предназначался данный тер­мин. Если, например, в результате формального опреде­ления понятия «существительного» класс слов одного языка, содержащий такие слова, как ‘мальчик’, ‘нос’ и ‘дом’, будет отождествлен с классом слов другого языка, содержащим такие единицы, как ‘есть’, ‘пить’, ‘давать’, то такое определение будет тотчас отвергнуто, и это бу­дет сделано на основании семантики. На практике по­добные вопросы никогда не вызывают сомнений. Пред­ставляется, что это имеет достаточно глубокое основа­ние. Если бы, например, кто-нибудь захотел проверить утверждение о связи порядка слов и конструкции с ро­дительным падежом, постулируемое в настоящей статье, то в общем достаточно ясно, на каком материале такое утверждение может быть принято или отвергнуто.

Для многих утверждений в этой статье был исполь­зован список из следующих 30 языков: баскский, серб­ский, уэльсский, норвежский, новогреческий, итальян­ский, финский (Европа); йоруба, нубийский, суахили, фуль, масаи, сонгаи, берберский (Африка); турецкий, иврит, бурушаски, хинди, каннада, японский, тайский, бирманский, малайский (Азия); маори, лоритья (Океа­ния); майя, сапотек, кечуа, чибча, гуарани (языки аме­риканских индейцев).

Этот список был выбран главным образом для удоб­ства. В основном он содержит языки, с которыми я имел раньше некоторое знакомство или для которых я располагал достаточно надежным грамматическим опи­санием. Этим и объясняется мой выбор языков, хотя при этом была еще сделана попытка получить как мож­но более широкий генетический и пространственный ох­ват. Привлечение данного списка языков подсказано следующими соображениями. Во-первых, казалось, что любое утверждение, верное для этих 30-ти языков, мо­жет с большой степенью вероятности рассматриваться как универсалия или неполная универсалия. Во-вторых, этот список дает возможность составить некоторое пред­ставление о вероятностной связи определенных грамма­тических признаков. При рассмотрении ряда вопросов я выхожу за рамки данного списка.

Основная часть настоящей статьи посвящена установ­лению универсалий на основе рассмотрения эмпириче­ского языкового материала. Оно сопровождается мини­мальным теоретическим комментарием. Последняя часть статьи — исследовательская; в ней предпринимается по­пытка найти какие-то общие принципы, из которых могли бы быть выведены хотя бы некоторые обобщения, сделанные в первых разделах. Для удобства описания универсалии, разбросанные по тексту, приведены в си­стему в Приложении III, Теоретический раздел более умозрителен и менее точен, чем разделы, посвященные самим универсалиям. В некотором смысле мы предпо­чли бы иметь как можно меньше, а отнюдь не больше универсалий, то есть мы хотели бы вывести их из отно­сительно меньшего числа общих принципов. Однако вначале в целом должно быть установлено как можно большее число эмпирических обобщений. Вывести част­ную универсалию из кажущегося действительно общим принципа было бы затруднительно по той причине, что обобщение может не быть эмпирически правильным.

2. Типология основного порядка4

Лингвистам в общем хорошо известно, что в некото­рых языках наблюдается тенденция помещать опреде­ляющие или ограничивающие элементы перед теми, ко­торые они определяют или ограничивают, тогда как в других языках происходит противоположное. Пример первого типа: в турецком языке прилагательные ста­вятся перед именами существительными, которые они определяют, объект глагола — перед глаголом, зависи­мый генитив — перед управляющим именем существи­тельным, наречия — перед прилагательными, которые они определяют, и так далее. Более того, подобные язы­ки имеют тенденцию употреблять послелоги для поня­тий, выраженных в английском предлогами. Язык проти­воположного типа — это тайский, в котором прилага­тельное следует за именем существительным, объект следует за глаголом, генитив — за управляющим именем и есть предлоги. Большинство языков, как, например, английский, не так характерны в этом отношении. В английском, как и в тайском языке, есть предлоги, и объект, выраженный существительным, следует за гла­голом. С другой стороны, английский похож на турец­кий в том отношении, что прилагательное в нем предше­ствует существительному. Более того, в генитивной кон­струкции сосуществуют оба типа порядка: John’s house «Джонов дом» и the house of John «дом Джона».

Более детальное рассмотрение этих и других явлений порядка слов приводит к тому выводу, что некоторые факторы тесно связаны один с другим, тогда как другие относительно независимы. По причинам, которые вскроются в ходе изложения, весьма результативно вы­являть типологию некоторых основных факторов поряд­ка слов. Такая типология будет называться типологией основного порядка. При этом будут использованы три вида критериев. Первый из них — наличие предлогов или послелогов. Предлоги и послелоги будут обозначены соответственно как Рг и Ро. Второй — относительный порядок субъекта (S), глагола (V) и объекта (О) в повествовательных предложениях с именными субъек­том и объектом. Громадное большинство языков обла­дает не одним, а несколькими типами порядка, но один из них является доминирующим в языке. Логически су­ществует 6 возможных типов порядка: SVO, SOV, VSO, VOS, OSV и OVS. Однако из этих шести лишь три встре­чаются обычно как доминирующие. Остальные три не встречаются совсем или, во всяком случае, чрезвычайно редки; к ним относятся: VOS, OSV и OVS. Все они имеют одно общее: в этих типах объект предшествует субъекту. Это дает нам нашу первую универсалию.

Универсалия 1. В повествовательных предложе­ниях с именными субъектом и объектом почти все­гда преобладает порядок слов, при котором субъ­ект предшествует объекту5.

Таким образом, мы получаем три общих типа: VSO, SVO и SOV. Они обозначаются, соответственно, как I, II и III и отражают относительную позицию гла­гола.

Третьим критерием является позиция определяющих прилагательных, указывающих на качество, по отноше­нию к существительному. Как мы увидим далее, пози­ция указательных местоимений, артиклей, числительных и количественных определителей (например, «некото­рые», «все») часто отличается от позиции таких прила­гательных. И здесь иногда бывают отклонения, но в громадном большинстве языков имеется какой-то один доминирующий порядок слов. Доминирующий порядок с прилагательным, предшествующим существительному, мы обозначим как А, а доминирующий порядок, при ко­тором существительное предшествует прилагательно­му,— как N. Таким образом, мы приходим к типоло­гии, которая дает 2X3X2, то есть 12 логических

возможностей. 30 языков списка распределяются по этим двенадцати классам следующим образом6.

I Табл.

II

1

III

Ро-А 0 1 6
Po-N 0 2 5
Рг-А 0 4 0
Pr-N 6 6 0

Таблица устроена так, что «крайние» типы Ро-А и Pr-N находятся в первом и четвертом ряду соответствен­но. Очевидно, что в отношении к этим крайностям I и III — полярные типы, первый соотносится с Pr-N, а по­следний— с Ро-А. Тип II более связан с типом Pr-N, чем с типом Ро-А. Ясно также, что позиция прилага­тельных имеет менее непосредственное отношение к ти­пам I, II и III, чем противопоставление Рг/Ро. Таблица, я надеюсь, дает ясное представление об относительной частоте этих альтернатив на широкой основе языков мира. Тип II — наиболее частый, тип III — почти такой же частый, тип I, несомненно, свойствен меньшинству языков. Это означает, что именной субъект обычно пред­шествует глаголу в большинстве языков мира.

Обращаясь теперь к генитивному порядку, можно заметить, что и эта характеристика с успехом могла бы быть использована для целей типологии. Отказ от нее объясняется крайне высокой степенью соотнесенности ее с противопоставлением Рг/Ро — факт, в общем извест­ный лингвистам. Генитивный порядок фактически копи­ровал бы последний критерий. Он не был выбран, по­тому что противопоставление Рг/Ро в целом более тесно соотносится с другими явлениями. Из приведенного спис­ка в 30 языков 14 языков имеют послелоги, и в каж­дом из них генитивный порядок состоит в том, что гени­тив предшествует управляющему существительному. Из 14 языков с предлогами 13 имеют генитив, следующий за управляющим существительным. Единственное ис­ключение— норвежский язык, в котором генитив нахо­дится із препозиции. Таким образом, 29 из 30 случаев подчиняются правилу. При всех условиях 1/30 — это слишком преувеличенная цифра для исключений в мас-

штабе всех языков мира. Таким образом, мы можем сформулировать следующую универсалию:

Универсалия 2. В языках с предлогами генитив почти всегда следует за управляющим существи­тельным, тогда как в языках с послелогами он почти всегда предшествует ему [43].

Обратившись снова к данным табл. 1, мы видим, что из 12 возможностей 5, то есть почти половина, не пред­ставлены примерами в списке. Все эти типы или до­вольно редки или вовсе не существуют7. В типе I мы видим, что все 6 языков списка принадлежат к типу Pr/N. Это относится, с очень небольшими исключения­ми, ко всем языкам мира. Существует, однако, несколь­ко ярких примеров типа I/Рг/А, так сказать, зеркальное отражение очень частого типа Ill/Po/N. С другой сто­роны, насколько я знаю, не обнаружено ни примеров типа 1/Ро/А, ни примеров типа I/Po/N. На основании этого мы можем сформулировать следующую универ­салию:

Универсалия 3. Языки с доминирующим поряд­ком VSO характеризуются наличием предлогов.

Языки типа III, как мы видели, полярно противопо­ложны языкам типа I. Поскольку в типе I языков с по­слелогами нет, мы ожидаем, что в типе III не будет языков с предлогами. В подавляющем большинстве случаев это верно, но я знаю несколько исключений8. Поскольку, как мы видели, позиция генитива в высокой степени соотносима с противопоставлением Рг/Ро, мы ожидаем, что языки типа III обычно имеют порядок GN[44]. Но имеется и несколько исключений. Однако вся­кий раз, когда генитивный порядок нарушается, то же происходит и с порядком адъективным, тогда как соот­ветствующее утверждение не имеет силы для противо­поставления Рг/Ро9. И таким образом, мы получаем сле­дующие универсалии:

Универсалия 4. С вероятностью, гораздо боль­шей, чем случайная, языки с нормальным поряд­ком SOV имеют послелоги.

Универсалия 5. Если язык имеет доминирующий порядок SOV и генитив в этом языке следует за управляющим существительным, тогда прилага­тельное также следует за существительным.

Важное различие может быть отмечено между язы­ками типов I и III. Что касается наречий и словосоче­таний, определяющих глагол, а также наречных предло­жений, то языки типа I не проявляют нерасположенно- сти к тому, что наречие ставится перед глаголом, и глагол таким образом не обязательно начинает предло­жение. Кроме того, все языки с порядком слов VSO, очевидно, имеют альтернативные типы основного поряд­ка, среди которых всегда встречается порядок SVO. С другой стороны, в значительном количестве, а, возможно, и в большинстве языков типа III глагол следует за всеми своими определителями, и если допускается какой-ни­будь другой основной порядок слов, то таким порядком является порядок OSV. Следовательно, глагол — если не принимать в расчет, может быть, несколько видов слов, определяющих предложение в целом (например, вопросительных частиц), — всегда стоит в конце глаголь­ных предложений. Конечно, логика не требует, чтобы во всех языках, где в соответствии с основным поряд­ком глагол стоит на третьем месте, также и все глаголь­ные определители предшествовали бы глаголу, но это как будто имеет место эмпирически. Таким образом, языки с таким порядком слов, при котором глагол, стоит в конце предложения, могут быть названы «жестким» подтипом типа III. В приведенном списке языки буру- шаски, каннада, японский, турецкий, хинди и бирман­ский относятся к данной группе, а нубийский, кечуа, баскский, лоритья и чибча к этой группе не относятся 10. Эти соображения позволяют нам сформулировать сле­дующие универсалии:

Универсалия 6. Все языки с доминирующим по­рядком VSO имеют порядок SVO как один из аль­тернативных или как единственно альтернативный основной порядок слов.

Универсалия 7. Если в языке с доминирующим порядком SOV нет альтернативного основного по­рядка или в качестве альтернативы встречается только порядок OSV, то все наречные определи­тели глагола будут также предшествовать глаголу.

(Это «жесткий» подтип типа III.)

3. Синтаксис

Определив типологические возможности основного порядка слов и сформулировав несколько универсалий, которые были установлены в процессе рассмотрения этих возможностей, мы обратимся теперь к ряду син­таксических универсалий, из которых многие, но не все, связаны с типологией порядка слов. Одним из крите­риев, которым мы пользовались, является порядок именного субъекта, именного объекта и глагола в пове­ствовательных предложениях. Установление этого кри­терия именно в такой форме объясняется тем, что во­просительные предложения определенным образом от­личаются от повествовательных предложений. Сущест­вует две основные категории вопросов: общие вопросы, требующие ответа «да» или «нет», и специальные во­просы, содержащие особые вопросительные слова. Обык­новенно общие вопросы бывают противопоставлены в языке соответствующим утверждениям по интонацион­ному рисунку (как, например, в английском). Область ин­тонации все еще изучена плохо. Однако следующее утверждение кажется достаточно обоснованным:

Универсалия 8. Когда вопрос, требующий от­вета «да-нет», отличается от соответствующего утверждения интонационными различиями, диф­ференциальные интонационные признаки выяв­ляются в конце предложения отчетливей, чем в начале.

Например, в английском общий вопрос отмечается повышением тона на последнем ударном слоге предло­жения, а соответствующее утверждение — понижением тона. Таким образом, интонация, присущая концу пред­ложения, выступает как различительный признак для всех интонационных моделей.

Общий вопрос может также распознаваться по во­просительной частице или аффиксу. Некоторые языки используют этот способ и интонацию как альтернатив­ные. Позиция таких вопросительных показателей в пред­ложении является закрепленной — или относительно ка­кого-то определенного слова, чаще всего глагола или эмфатического вопросительного слова, или относительно предложения в целом. В языках «жесткого» подтипа типа III, конечно, невозможно отделить позицию после глагола от позиции конца предложения. В рассматри­ваемом списке языков мы находим 12 языков с такими начальными или конечными частицами. В соответствии с типологией основного порядка слов эти 12 примеров распределяются следующим образом11.

Табл. 2
I II III
Начальная частица 5 0 0
Конечная частица 0 2 5

Два примера с конечной частицей в типе II предста­влены языками с предлогами (тайский и йоруба). Таб­лица включает только те случаи, когда в языке имеется лишь одна такая частица или аффикс или же несколь­ко, следующих одному и тому же правилу. В двух язы­ках списка существует более, чем один такой элемент, и каждый следует своему правилу. Язык сапо*гек (1/Рг) имеет или одну начальную частицу, или эту же самую частицу в соединении с конечной частицей. Язык сонгаи (II/Ро) имеет три такие частицы, две из них начальные и одна конечная. Эти осложнения, так же как и тот факт, что по крайней мере один язык из списка, принад­лежащий к типу II/Ро, а именно, литовский, имеет на­чальную частицу, вызывают следующее довольно осто­рожное утверждение:

Универсалия 9. Если вопросительные частицы или аффиксы закреплены в позиции относительно предложения в целом, то с вероятностью большей, чем случайная, начальные элементы обнаружи­ваются в языках с предлогами, а конечные — в языках с послелогами.

Там, где специфика предложения зависит от какого- то особого слова, частица почти всегда следует за ним.

Такие частицы обнаруживаются в 13 языках настоящего списка 12.

Примеры «жесткого» подтипа типа III включаются как в эту, так и в предыдущую категорию. Из этих 13 языков 12 суффигированы. Они включают как языки с предлогами, так и языки с послелогами, но не из группы I. Поэтому, возможно, имеет место следующее положение:

Универсалия 10. Вопросительные частицы или аффиксы, которые относятся к определенному сло­ву в предложении, почти всегда следуют за этим словом. Такие частицы не встречаются в языках с доминирующим порядком VSO.

Другой основной вид вопросительных предложений содержит вопросительное слово и также имеет опреде­ленное отношение к типологии основного порядка слов. Во многих языках порядок слов в предложениях этого типа отличается от порядка в соответствующих повест­вовательных предложениях. Характерно при этом, что вопросительное слово стоит на первом месте (исключе­ние составляет лишь стремление сохранить обычный по­рядок слов в пределах более мелких единиц, например словосочетаний). Этого правила придерживается, напри­мер, английский, где объект, представляющий собой вопросительное слово, стоит на первом месте в вопроси­тельном предложении What did he eat? ‘Что он ел?’, в отличие от утверждения Не ate meat. ‘Он ел мясо’. Вто­рое положение иллюстрируется вопросом With whom did he go? ‘С кем он шел?’ в противоположность Не went with Henry. ‘Он шел с Генри’, где вопросительное соче­тание находится на первом месте, но порядок внутри самого сочетания не нарушен. Многие языки, помещаю­щие вопросительные местоимения на первое место, ме­няют также порядок глагола и субъекта (например, не­мецкий: Wen sah ег? ‘Кого он видел?’). Такие языки ме­няют иногда порядок и в общем вопросе, требующем ответа «да-нет» (например: Kommt ег? ‘Он пришел?’). Представляется, что только языки с вопросительным словом [45] всегда меняют порядок слов в начале предло­жения и только языки, которые меняют порядок в вопросительных предложениях с вопросительным словом, меняют его и в общих вопросах 13.

В приведенном списке 16 языков помещают вопроси­тельное слово или сочетание на первое место. Они рас­пределяются следующим образом:

Табл. 3

I II III
Вопросительное

месте

слово на первом 6 10 0
Вопросительный и утвердительный порядок одинаковы 0 3 11
Рг Ро
Вопросительное

месте

слово на первом 14 2
Вопросительный и утвердительный 2 12

порядок одинаковы

Таким образом устанавливается определенное отно­шение, и мы получаем следующие универсалии:

Универсалия 11. Инверсия утвердительного по­рядка, состоящая в том, что глагол предшествует субъекту, встречается только в тех языках, где во­просительное слово или словосочетание стоят на первом месте. Та же самая инверсия встречается в общих вопросах, требующих ответа «да-нет», если только она встречается также и в вопроси­тельных предложениях с вопросительным словом.

Универсалия 12. Если язык имеет доминирую­щий порядок VSO в повествовательных предложе­ниях, то в вопросительных предложениях с вопро­сительными словами в этом языке вопросительные слова или словосочетания стоят на первом месте; если в повествовательных предложениях язык имеет доминирующий порядок SOV, то это правило не­обязательно.

Далее будут рассматриваться формы, подчиненные глаголу. Семантически понятия, учитываемые здесь, включают время, причину, цель и условие. Формально они могут быть выражены следующим образом: вводя­щие слова (то есть «союзы») и глагольные флексии, соответствующие личным формам, включающим катего­рии лица и числа (например, формы сослагательного наклонения), или неличцым, таким, как глагольные имена, герундивы и т. д. Кажется вероятным, что союзы чаще встречаются в языках с предлогами, неличные гла­гольные формы — в языках с послелогами, а личные глагольные формы представлены и в тех и в других, но это еще не доказано. В соответствии с общей направ­ленностью статьи мы сосредоточили свое внимание на рассмотрении относительного порядка подчиненных и главных глагольных форм. Поскольку подчиненный гла­гол определяет главный глагол, мы должны ожидать, что он должен предшествовать главному глаголу во всех языках «жесткого» подтипа типа III. Так как этот подтип был определен только как характеризующийся посто­янным предшествованием именного объекта, необходима эмпирическая проверка. Действительно, это оказывается верным для всех языков данного подтипа в нашем спи­ске и в общем не вызывает сомнения 14. В языках дру­гих типов выявляются некоторые характеристики инди­видуальных конструкций. Нормальный порядок везде — протазис условных конструкций предшествует аподо- зису, то есть условие предшествует заключению. Это присуще всем 30 языкам списка. В языках «жесткого» подтипа типа III протазис никогда не следует за глав­ной частью, но в других языках это изредка случается.

С другой стороны, в конструкциях цели и желания нормальный порядок состоит в следовании подчиненных частей за главным глаголом; исключение составляют лишь языки «жесткого» подтипа типа III. Таким обра­зом, мы получаем следующие универсалии:

Универсалия 13. Если именной объект предше­ствует глаголу, то глагольные формы, подчиненные главному глаголу, также предшествуют ему.

Универсалия 14. В условных конструкциях услов­ная часть предшествует заключению. Такой поря­док является нормальным порядком слов для всех языков.

Универсалия 15. В конструкциях желания и це­ли подчиненная глагольная форма всегда следует за главным глаголом, и это нормальный порядок слов; исключение составляют лишь те языки, в ко­торых именной объект всегда предшествует глаголу.

Другим видом связи двух глаголов является отноше­ние спрягаемого вспомогательного глагола к главному.

Для наших целей такую конструкцию можно опреде­лить как конструкцию, в которой замкнутый класс гла­голов (вспомогательные глаголы), изменяющихся по лицам и числам, сочетается с открытым классом глаго­лов, не изменяющихся по лицам и числам. Примером такой конструкции в английском является is going. Ко­нечно, это определение исключает возможность подоб­ной конструкции в тех языках, где глагол не имеет ка­тегории лица и числа (например, в японском языке). В списке 30-ти языков 19 имеют такие спрягаемые вспо­могательные глаголы. Они распределяются по типам порядка слов, как показано в таблице 4 15.

Табл. 4
I II III
Вспомогательный глагол предшест- 3 7 0
вует главному глаголу
Вспомогательный глагол следует за 0 1 8
главным глаголом
Рг Ро
Вспомогательный глагол предшест- 9 1
вует главному глаголу
Вспомогательный глагол следует за 0 9

главным глаголом

На этих данных основывается следующая универса­лия:

Универсалия 16. В языках с доминирующим по­рядком VSO спрягаемый вспомогательный глагол всегда предшествует главному глаголу. В языках с доминирующим порядком SOV спрягаемый вспо­могательный глагол всегда следует за главным глаголом.

Неспрягаемые вспомогательные глаголы будут рас­смотрены в дальнейшем, в связи с глагольными флек­сиями.

В именных словосочетаниях позиция определительных прилагательных (А) по отношению к определяемому имени существительному (N) является ключевым факто­ром. Позиция качественного прилагательного имеет определенное, хотя только статистически устанавливае­мое отношение к двум другим основаниям типологии (порядка слов). Суммарно эти данные для языков списка представлены в таблице 5.

Табл. 5
I II III
NA 6 8 5
AN 0 5 6
Рг Po
NA 12 7
AN 4 7

В общем, тенденция такова, что прилагательные сле­дуют за существительным в языках с предлогами и наи­более последовательно — в языках типа I, которые, как было отмечено, характеризуются наличием предлогов. Есть несколько редких исключений в языках типа I (не из данного списка языков) с прилагательным, стоящим перед именем. На основании этого мы устанавливаем следующую неполную универсалию (near universal):

Универсалия 17. С вероятностью, большей, чем случайная, можно ожидать, что в языках с доми­нирующим порядком VSO прилагательное стоит после существительного.

По данным табл. 5 также можно обнаружить, что существует 19 языков с прилагательным, следующим после существительного, в противоположность 11 язы­кам с прилагательным, стоящим перед существитель­ным. Это — образец общей тенденции, которая почти одерживает верх над противоположным правилом, ожи­даемым в языках типа III.

Позиция указательных местоимений и числительных в отдельных языках связана с позицией описательных прилагательных. Однако эти элементы показывают заметную тенденцию к предшествованию, даже когда описательное прилагательное следует за существитель­ным. С другой стороны, когда описательное прилага­тельное предшествует существительному, то указатель­ные местоимения и числительные фактически также всегда предшествуют ему. Данные о языках списка сле­дующие:

NA AN 12 7

11 О 8 10 И О

Табл. 6

Указ. мест. — сущ. Сущ. — указ. мест. Числ. — сущ.

Сущ. — числ.

В одном из языков, языке гуарани, обозначения чи­сла могут как предшествовать существительному, так и следовать за ним, и этот случай не включен в таблицу. В этом же языке, то есть в языке гуарани, прилагатель­ное следует за существительным, как можно было ожи­дать. Что касается числительных, то нужно отметить, что для языков с классифицирующими нумеративами во внимание принималась именно позиция числительного по отношению к нумеративу16. Кажется, нет связи меж­ду позицией числительного и позицией указательного местоимения, кроме той, которую осуществляет позиция прилагательного. Языки, в которых прилагательное сле­дует за существительным, могут иметь числительное, предшествующее существительному, а указательное ме­стоимение— не предшествующее ему, или указательное местоимение — предшествующее, а числительное — не предшествующее существительному; в других случаях и местоимение и числительное могут предшествовать су­ществительному или оба не предшествовать ему. Однако вне списка встречается небольшое число примеров (к ним относится язык эфик), в которых указательное ме­стоимение следует за существительным, в то время как прилагательное предшествует существительному. Можно отметить, что количественные местоимения (например, «некоторый», «все»), вопросительные местоимения и при­тяжательные прилагательные проявляют ту же самую тенденцию предшествовать существительному, что на­блюдается, например, в романских языках, но такие слу­чаи не изучены. В связи с этим получаем следующие универсалии:

Универсалия 18. Когда описательное прилага­тельное предшествует существительному, указа­тельное местоимение и числительное в подавляю- щем большинстве случаев также предшествуют су­ществительному.

Можно сделать дополнительное, связанное с этим замечание:

Универсалия 19. Общее правило, устанавливаю­щее, что описательное прилагательное следует за существительным, может не распространяться на небольшое число прилагательных, которые обычно предшествуют существительному; но когда общее правило гласит, что описательные прилагательные предшествуют существительному, то это правило не имеет исключений.

Эта последняя универсалия иллюстрируется в нашем списке уэльсским и итальянским языками.

Порядок внутри именного словосочетания опреде­ляется очень жесткими правилами. Когда какой-нибудь один или все три типа определителей предшествуют су­ществительному, они всегда стоят в одном и том же по­рядке: указательное местоимение, числительное и при­лагательное, как, например, в английском: these five houses ‘эти пять домов’.

Когда какой-нибудь один или все определители сле­дуют за существительным, то порядок слов обычно прямо противоположен: существительное, прилагатель­ное, числительное, указательное местоимение. Менее распространенная альтернатива — это тот же самый по­рядок, данный для примеров, в которых указанные элементы предшествуют существительному. Последний встречается в кикуйу и языках банту (восточная Аф­рика), где имеет место порядок слов: houses these five large ‘дома эти пять большие’ вместо более распростра­ненного houses large five these ‘дома большие пять эти’. Таким образом, мы получаем следующую универ­салию:

Универсалия 20. Когда какой-нибудь один или все элементы (указательное местоимение, числи­тельное и описательное прилагательное) предше­ствуют существительному, они всегда располагают­ся именно в указанном порядке. Если они следуют за существительным, порядок будет или тем же са­мым или прямо противоположным.

Теперь рассмотрим порядок наречий, определяющих прилагательные, относительно прилагательных. Этот по­рядок также находится в определенной связи с поряд­ком, который существует между описательным прилага­тельным и существительным, как видно из следующей таблицы 7. В третьем ряду приведены случаи, в кото­рых одни наречия предшествуют прилагательным, а другие — следуют за ними17.

Табл. 7

AN NA
Наречие — прилагательное 11 5
Прилагательное — наречие 0 8
Прилаг. — наречие и наречие — прилаг. 0 2

Как показывает табл. 7, наречие имеет тенденцию предшествовать прилагательному; оно может переме­щаться лишь в некоторых случаях, когда прилагатель­ное следует за существительным. Ситуация, таким обра­зом, сходна с той, какая существует относительно ука­зательных местоимений и числительных. Однако если мы будем продолжать свои наблюдения, то заметим, что все те языки, в которых некоторые или все наречия сле­дуют за прилагательным, не только имеют существи­тельное, за которым следует прилагательное, но принад­лежат еще к языкам типов I и II. Таким образом, мы получаем универсалию:

Универсалия 21. Если в каком-то языке некото­рые или все наречия следуют за прилагательным, которое они определяют, то тогда данный язык при­надлежит к тем языкам, в которых определяющее прилагательное следует за существительным, а глагол предшествует своему именному объекту, и такой порядок является доминирующим.

Рассмотрим теперь еще один вопрос из сферы прила­гательного, который касается степеней сравнения, осо­бенно сравнительной степени, выраженной, как, напри­мер, в английском, предложениями типа «X is larger than У» (1Х больше, чем У’). Такая флективная сравни­тельная форма прилагательного представлена в относи­тельно меньшем числе языков. Чаще форму прилага­тельного определяет какое-то отдельное слово, что так­же имеет место в английском (X is more beautiful than У ‘X более прекрасен, чем У’), но во многих языках это не является обязательным или не встречается вовсе. Кроме того, всегда существует какой-то элемент, кото­рый выражает сравнение как таковое, слово ли это или аффикс, соответствующий английскому than, а также, очевидно, существуют прилагательное и тот объект, с которым производится сравнение. Таким образом, мы имеем три элемента, порядок которых необходимо рас­смотреть, например, в английском: larg(er), than, У. Данные элементы мы назовем: прилагательное, показа­тель сравнения и образец сравнения. При этом обычны­ми порядками слов будут следующие: прилагательное, показатель сравнения, образец (как в английском) или же противоположный порядок — образец, показатель сравнения, прилагательное. Приведенные альтернативы связаны с типологией основного порядка слов, о чем свидетельствует следующая таблица18.

Та б л. 8
I II III
Прилагательное — показатель сравне- 5 9 0
ния — образец
Образец — показатель сравнения — 0 1 9
прилагательное
Оба типа порядка 0 1 0
Рг Ро
Прилагательное — показатель сравне- 13 1
ния — образец
Образец — показатель сравнения — 0 10
прилагательное
Оба типа порядка 0 1

Ряд языков не входит в эту таблицу, потому что они используют глагол с общим значением ‘превосходить’. Особенно распространен этот способ в африканских языках (например, в йоруба): ‘X большой, превосходит У’. Не включен в таблицу также и лоритья (австралий­ский язык), который имеет конструкцию ‘X большой, У маленький’.

Универсалия 22. Если единственным порядком или одним из альтернативных типов порядка в сравнительной конструкции является порядок

«образец — показатель сравнения — прилагатель­ное», то язык принадлежит к группе языков с по­слелогами. Если единственным типом порядка является порядок «прилагательное — показатель сравнения — образец», то с более чем случайной вероятностью язык относится к группе языков с предлогами.

Явная связь с типологией основного порядка также обнаруживается в конструкциях с именным приложе­нием, особенно в тех, которые содержат нарицательное имя вместе с именем собственным. Сюда входит ряд се­мантических и формальных подтипов (например, обра­щения «Мг. X» в противоположность названиям «Avenue X»). Последний тип представляет собой в определенных случаях ассимиляцию генитивной конструкции и может поэтому иметь соответствующий порядок (например, city of Philadelphia ‘город Филадельфия’). Английский язык использует оба типа, вероятно, в связи с порядком «прилагательное — существительное», как можно видеть из сочетаний 42nd Street ‘42-я улица’ — Avenue А ‘про­спект А’ или Long Lake ‘Длинное озеро’ — Lake Michi­gan ‘Озеро Мичиган’. Большинство языков, однако, имеет один-единственный порядок (например, француз­ский: Place Vendome ‘Площадь Вандомская’, Lac Ge­neve ‘Озеро Женевское’, Boulevard Michelet ‘Бульвар Мишле’ и т. д.). Мои данные далеко не полны, потому что в грамматиках этот вопрос часто не излагается, и я привлекал примеры только из текстов 19.

Табл. 9
I II III
Нарицательное имя существитель­ное — имя • существительное собст­венное 2 7 0
Имя существительное собственное — нарицательное имя существитель­ное 0 2 6
GN NG
Нарицательное имя существитель­ное — имя существительное собст­венное 8 1
Имя существительное собственное — 0 8

нарицательное имя существитель­ное

В таблице 9, вопреки обычной практике, генитивная конструкция (G) используется вместо признака Рг/Ро, поскольку она дает более ясные результаты.

Универсалия 23. Если в приложении имя суще­ствительное собственное обычно предшествует на­рицательному имени существительному, то язык принадлежит к числу тех, в которых управляющее существительное предшествует зависящему от него генитиву. Для подавляющего большинства языков если нарицательное имя обычно предшествует име­ни собственному, то зависимый генитив предше­ствует своему управляющему существительному[46].

Для того чтобы закончить исследование именных конструкций, рассмотрим относительное предложение, которое определяет имя существительное (например, англ. I saw the man who came ‘Я видел человека, кото­рый пришел’, I saw the student who failed the examina­tion ‘Я видел студента, который провалился на экза­мене’). Здесь снова можно отметить расхождение по разным языкам в формальных средствах. Нами будет рассмотрен лишь порядок для существительного и гла­гола в относительном предложении (например, «man» и «came» в первом предложении; см. выше). Дистрибу­ция возможных здесь случаев, как показывает табли­ца 10, обнаруживает явную связь с типологией основ­ного порядка слов20.

I II III
0 0 7
6 12 2
0 1 1
Рг Ро
0 7
16 4
0 2

Табл. 10

Относительное предложение предше­ствует существительному Существительное предшествует отно­сительному предложению Обе конструкции

Относительное предложение предше­ствует существительному Существительное предшествует отно­сительному предложению Обе конструкции

Из табл. 10 вытекает, что если относительное пред­ложение предшествует существительному как единствен­ная конструкция или как альтернативная, то язык отно­сится к типу языков с послелогами. Однако вне списка существует по крайней мере одно исключение — китай­ский, который является препозитивным языком и в ко­тором относительное предложение предшествует суще­ствительному. Правдоподобно объяснить это отклоне­ние, связав его с тем фактом, что в китайском прилага­тельное предшествует существительному. Как и для порядка «прилагательное — существительное», здесь об­наруживается общая тенденция для относительного предложения — следовать за существительным, которое оно определяет. Эта тенденция иногда преодолевается, но только если 1) язык препозитивен или 2) если опреде­ляющее прилагательное предшествует существительному.

Универсалия 24. Если относительное предложе­ние в каком-то языке предшествует имени суще­ствительному как единственная конструкция или как альтернативная, то в таком случае или этот язык является языком с послелогами, или прила­гательное в данном языке предшествует имени су­ществительному, или и то и другое вместе.

До сих пор ничего не было сказано о местоимениях. В общем, местоимения неадэкватны именам существи­тельным в отношении порядка слов. Это и явилось при­чиной того, что мы говорили об именном субъекте и именном объекте при установлении закономерностей ти­пологии основного порядка слов. Характерной особен­ностью в этом плане обладает французский язык, где мы имеем: Je vois l’homme ‘Я вижу человека’, но Je le vois ‘Я его вижу’, то есть местоименный объект предшествует глаголу, а именной объект следует за ним. Подобные примеры обнаруживаются в ряде языков спи­ска. В итальянском, греческом, гуарани и суахили действует правило, согласно которому местоименный объект всегда предшествует глаголу, а именной объект следует за ним. В итальянском и греческом, однако, при императиве местоимение, так же как и именной объект, следует за глаголом. В берберском местоименные объ­екты, прямые или косвенные, предшествуют глаголу, ко­гда он сопровождается отрицательной частицей или по­казателем будущего времени. В языке лоритья место­именный объект может быть добавлен как энклитика к первому слову предложения. В нубийском имеет место обычный именной порядок SOV, но довольно часто встречается альтернативный порядок SVO. Что же ка­сается местоименного объекта, то такая альтернатива никогда не встречается. Другими словами, местоимен­ный объект всегда предшествует глаголу, тогда как именной объект может либо предшествовать, либо сле­довать за ним. В уэльсском языке при альтернативном порядке с эмфазой на местоименном субъекте место­именный субъект ставится на первое место в предложе­нии. В таких предложениях местоименный объект пред­шествует глаголу, а именной объект следует за ним. Наконец, в языке масаи, где нормальным порядком для именного объекта является порядок VSO, местоименный объект предшествует именному субъекту и непосред­ственно следует за глаголом.

В списке языков не встречается противоположных примеров, то есть случаев, когда местоименный объект регулярно следовал бы за глаголом, а именной объект предшествовал бы ему. Мы можем поэтому сформули­ровать следующую универсалию:

Универсалия 25. Если местоименный объект сле­дует за глаголом, то за глаголом следует также и именной объект.

4.

<< | >>
Источник: Б. А. УСПЕНСКИЙ. НОВОЕ В ЛИНГВИСТИКЕ. ВЫПУСК V. (ЯЗЫКОВЫЕ УНИВЕРСАЛИИ) ИЗДАТЕЛЬСТВО „ПРОГРЕСС" Москва - 1970. 1970

Еще по теме Введение:

  1. Статья 314. Незаконное введение в организм наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов
  2. ВВЕДЕНИЕ История нашего государства и права — одна из важнейших дисциплин в системе
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. Мысли об организации немецкой военной экономикиВведение
  5.   ПРЕДИСЛОВИЕ [к работе К. Маркса «К критике гегелевской философии права. Введение»] 1887  
  6. Под редакцией доктора юридических наук, профессора А.П. СЕРГЕЕВА Введение
  7. ВВЕДЕНИЕ
  8. Введение
  9. Введение
  10. ВВЕДЕНИЕ
  11. Введение