ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

ВВЕДЕНИЕ

В настоящей работе изучаются синтаксические и коммуни­кативные свойства вопросов, непосредственно направленных на получение информации в виде ответа «да» или «нет» (ВДН), и вопросов, в которых используются вопросительные слова (ВВС).

Между порядком слов в утвердительных и вопроси­тельных предложениях в турецком языке существует тесная связь, поэтому сначала мы дадим краткое описание порядка слов в утвердительных предложениях.

Немаркированный порядок синтаксических составляющих в турецком предложении следующий: ПОДЛЕЖАЩЕЕ — НЕ­ПРЯМОЕ ДОПОЛНЕНИЕ ~ ПРЯМОЕ ДОПОЛНЕНИЕ - СКА­ЗУЕМОЕ*, см. (1) и (2).

(1) Aytiil Pinar-a para ver-di.

-дат. деньги давать-прош.

’Айтюль дала Пынар денег’.

(2) Aytiil Pinar-a para-yi ver-di.

-дат. деньги -акк. давать-прош.

’Айтюль дала деньги Пынар’.

При немаркированном порядке слов старая информация, обычно выражаемая подлежащим, сообщается в начале, а но­вая информация — в конце предложения. Это значит, что новая информация, обычно выражаемая прямым дополнением, не-

Sabahat Т u г a, Mu§erref Dede. Sentential and constituent quest- tions in Turkish. — «Chicago Linguistic Society. Papers from the parasessions». Chicago, 1982, pp. 228—236.

© Chicago Linguistic Society, 1982

* Здесь и далее мы переводим термин автора «verb» как «сказуе­мое», если этот термин встречается в одном контексте с терминами «подлежащее», «прямое дополнение » и т.д. — Прим. перев.

посредственно предшествует сказуемому. Прочие составляю­щие, если они имеются, располагаются между этими двумя крайними точками в соответствии со степенью новизны или значительности передаваемой ими информации. Составляю­щая, которая сообщает новую информацию, всегда получает нейтральное фразовое ударение.

В (1) неопределенное существительное para ’деньги’ выра­жает новую информацию; поэтому оно занимает место не­посредственно перед глаголом и получает нейтральное фразо­вое ударение.

В (2) определенное существительное para-yi1 ’деньги’ выражает старую информацию, то есть говорящий предполагает, что к моменту произнесения данного высказы­вания референт определенного существительного para-yi ’деньги’ уже стал фактом сознания слушающего (Chafe 1976). Поскольку все прочие составляющие, как и прямое дополнение, сообщают старую информацию, нейтральное фра­зовое ударение падает на глагол.

Однако в случаях, когда новая информация выражется не прямым дополнением, а какой-либо иной составляющей, по­следняя перемещается в позицию, непосредственно предшест­вующую сказуемому, и получает нейтральное фразовое уда­рение.

(3) Aytiil para-yi Pinar-a ver-di.

денги-акк. -дат. давать-прош.

’Айтюль дала деньги Пынар\

(4) para-yi Pinar-a Aytiil ver-di. деньги-a к к. -дат. давать-прош.

’Айтюль дала деньги Пынар’.

В (3) и (4) новую информацию передают соответственно существительные Ріпаг и Aytiil. Маловероятно, что в высказы­ваниях (3) и (4) говорящий предполагает, что слушающий не имеет никаких предварительных знаний о Пынар и Айтюль, однако он предполагает, что к моменту произнесения данного высказывания слушающий не думает об этих персонажах. Таким образом, говорящий вводит в сознание слушающего информацию, сообщаемую этими двумя именами, помещая их в непосредственно предглагольную позицию и придавая им нейтральное фразовое ударение (см. Chafe 1976).

Предглагольную позицию может занимать также выделен­ная составляющая, которая в данной позиции получает контрас­тивное фразовое ударение, обозначаемое здесь подчеркива­нием:

(5) Aytiil Pinar-a para ver-di.

-дат. давать-npoui.

’Айтюль дала Пынар денег’.

Хотя порядок слов в (1) и (5) совершенно одинаков, (5) отличается тем, что прямое дополнение para ’деньги’ является выделенной составляющей и получает соответственно кон­трастивное фразовое ударение. В (5) говорящий утверждает, что среди всех допустимых альтернатив, которые могли бы прийти в голову слушающему, единственно правильным яв­ляется выбор альтернативы para ’деньги’, а не какой-либо другой.

Сказанное выше демонстрирует, что линейная аранжиров­ка составляющих и постановка нейтрального или контрастив­ного ударения базируются на ряде дискурсных параметров, таких, как данное/новое, контрастивность/неконтрастивность и определенность/неопределенность.

П. ПОСТРОЕНИЕ ВОПРОСОВ

ВДН образуются присоединением вопросительной частицы (ВЧ) к той составляющей, относительно которой задается вопрос. Предметом вопроса — как ВДН, так и ВВС — может быть все предложение или же какая-либо из его составляю­щих. В первом случае мы будем говорить об общих вопросах (ОВ), во втором — о частных вопросах (ЧВ).

II. 1. Общие вопросы

всегда занима­

В общих ВДН вопросительная частица (ВЧ) ет последнее место в предложении.

(6) Aytiil Pinar-a para ver-di mi?

-дат. деньги давать-ирош. ВЧ ’Айтюль дала Пынар денег?’

ли?

ВЧ

(7) Aytiil Pinar-a para-yi ver-di

-дат. деньги-атстс. давать-ирош.

’Айтюль отдала Пынар деньги?’

(8) Aytiil para-yi Pinar-a ver-di mi?

деньги-акте. -дат. даватъ-npoiu. ВЧ ’Айтюль отдала деньги Пынар?’

(9) Para-yi Pinar-a Aytiil ver-di mi?

деньги-акк. -дат. давать-лрош. ВЧ

’Деньги Пынар Айтюль отдала?’

Во всех этих общих вопросах говорящий хочет узнать только, является ли вся пропозиция истинной или ложной. У него нет какого-либо предварительного предположения относительно истинности значения этих пропозиций. Аранжи­ровка составляющих в предложениях (6—9) в точности соот­ветствует порядку слов в утвердительных предложениях соответственно (1—4). Как указывалось выше, порядок со­ставляющих во всех этих предложениях отражает иерархию новизны и значительности сообщаемой информации.

Что касается общих ВВС, то их формальное разнообразие резко ограничено. Можно, собственно, утверждать, что суще­ствует только один их тип, образуемый вопросительным сло­вом ’что’ и глаголом ’быть, становиться, происходить’.

(10) Ne ol-mu§?

что происходить-лрош.

’Что случилось?’

Ответами на этот вопрос будут утвердительные предло­жения, в которых говорящий располагает составляющие в соответствии с новизной и значительностью информации, кото­рую они сообщают.

(11) a) Ali Hasan-i dov-mii^.

-акк. бить-прош.

’Али побил Хасана’,

b) Hasan-1 Ali dov-mii§.

-акк. бить-прош.

’Хасана побил Али’.

11.2. Частные вопросы

Частные ВДН образуются присоединением вопросительной частицы к той составляющей, к которой относится вопрос. Иными словами, когда говорящий задает частный вопрос, он уже знает всю содержающуюся в предложении информацию, за исключением той ее части, которая содержится в компо­ненте, находящемся под вопросом.

(12) Ali Hasan-i mi dov-muq?

-акк. ВЧ бить-прош.

’Али Хасана побил?’

Произнося (12), говорящий уже знает, что Али кого-то побил, и предполагает, что Хасан и есть этот «кто-то», причем он хочет выяснить, истинно ли его предположение.

(13) Hasan-i Ali mi dov-muq?

-акк. ВЧ бить-прош.

’Хасана Али побил?’

При произнесении (13) говорящему уже известно, что какой-то человек побил Хасана, и, предполагая, что этот чело­век—Али, говорящий спрашивает о том, является ли его предположение истинным. Как в (12), так и в (13) составляю­щая, за которой следует вопросительная частица, несет на себе контрастивное фразовое ударение.

Структура частных ВВС сходна со структурой частных ВДН. Разница лишь в том, что в частных ВДН выделенный компонент сопровождается вопросительной частицей, тогда как в ВВС элемент, относительно которого задается вопрос, просто замещается вопросительным словом.

(14) Ali kim-i dov-muq?

кто-a к к. бить-прош.

’Кого побил Али?’

(15) Hasan-1 kim dov-muq?

-акк. кто бить-прош.

’Кто побил Хасана?’

В случае (14), как и в случае (12), говорящему известно, что Али кого-то побил. Однако, в то время как в (12) у него есть определенное предположение о личности пострадавшего, в (14) подобное предположение отсутствует, и именно эта личность и является предметом вопроса. Аналогичное разли­чие существует между (13) и (15).

Грамматическая неправильность приводимых ниже приме­ров (16,а—Ь) показывает, что вопросительная частица и вопро­сительные слова в непосредственно направленном на получе­ние информации вопросе (straight, information eliciting ques­tion) являются взаимоисключающими.

(16) a) *Hasan-i kim dov-mu§ mu?

-акк. кто бить-проіи. ВЧ

уКто побил Хасана?’

b) *Hasan-i kim mi dov-mu§?

-акк. кто ВЧ битъ-прош.

’Кто побил Хасана?’

c) Hasan-i kim mi dov-mu§?

-акк. кто ВЧ битъ-прош.

’Вы спрашиваете, кто побил Хасана?’

Предложение (16,Ь), рассматриваемое в качестве вопроса, непосредственно направленного на получение информации, грамматически неправильно. Однако, как показано в примере (16,с), это предложение можно интерпретировать как пере­спрос — повторение вопроса, заданного в (15). Повторение в такой форме означает либо то, что спрашиваемый не уверен в том, правильно ли он понял содержание заданного вопроса, и ожидает, что спрашивающий еще раз повторит его, либо то, что спрашиваемый пытается выиграть время для обдумывания ответа или преследует какие-либо иные прагматические цели.

II .3. Расщепление как способ построения частных вопросов

Еще одним способом, при помощи которого в турецком языке выражается контрастивность, или выделение, как в утвердительных, так и в вопросительных предложениях, яв­ляется расщепление. При расщеплении выделенная составляю­щая перемещается на последнее место в предложении и пре­вращается в сказуемое, а оставшаяся часть предложения пре­вращается в относительную группу (релятивизуется).

(17) а) АИ Hasan-i dov-mii^.

-акк. битъ-прош.

’Али побил Хасана’.

Ь) АИ-nin dov-dug-u Hasan-тщ.

-ген. бить-прич.-посесс. -прош.

’Тем, кого побил Али, был Хасан (букв. Али побитым Хасан-был) ’.

(18) a) Hasan-i Ali dov-mu§.

-акк. бить-прош.

’Хасана побил Али \ b) Hasan-i . dov-en Ali-утщ.

-акк. бить-прич. -прош.

’Тот, кто побил Хасана, был Али (букв. Хасана побившим Али-был) ’.

В (17,а) выделенной составляющей является прямое до­полнение Hasan-i. При расщеплении оно перемещается в конеч­ную позицию, становясь сказуемым. При релятивизации остальной части предложения подлежащее, выраженное опре­деленным существительным Ali, оформляется суффиксом генитива -(п)1п, а глагол релятивизуется посредством присое­динения к основе показателя относительности -DIK и суффик­са посессива, согласующегося с субъектом в лице и числе.

В случаях, когда выделяемая составляющая является исход­ным подлежащим, при релятивизации к основе присоединяет­ся суффикс -(у)Еп2.

Образование расщепленных ВДН происходит по тем же синтаксическим правилам, что и образование общих ВДН. Это значит, что в конце предложения ставится вопроситель­ная частица, которая следует за выделенной составляющей, функционирующей в качестве сказуемого данного пред­ложения.

(19) a) Ali-nin dov-dug-ii Hasan mi-ymi§?

-ген. бить-прич. -посесс. ВЧ-прош.

’Тот, кого побил Али, был Хасан?

(буке. Али побитым Хасан ли-был?) ’ b) Hasan-i dov-en Ali ті-утщ?

-акк. бтъ-прич. ВЧ-прош.

’Был ли Али тем человеком, кто побил Хасана? (буке. Хасана побившим Али ли-был?) ’

При образовании ВВС используется замещение, то есть сказуемое расщепленного предложения просто замещается подходящим вопросительным словом.

(20) a) Ali-nin dov-diig-ti kim-тщ?

-ген. бить-прич.-посесс. кто-прош.

’Кто был тот, кого побил Али?

(буке. Али побитым кто-был?) ’

b) Hasan-1 dov-en kim- miq?

-акк. бить-прич. кто-прош.

’Кто был тот, кто побил Хасана?

(букв. Хасана побившим кто-был?) ’

Сравним теперь расщепленные и нерасщепленные частные вопросы.

(21) a) Hasan-i dov-en A li mi-ymi^?

-акк. бить -прич. ВЧ-прош.

’Тем, кто побил Хасана, был Али?

(буке. Хасана побившим Али ли-был?) ’ b) Hasan-i Ali mi dov-muq?

-акк. ВЧ бить -прош.

’Хасана побил Али?’

Поскольку и в расщепленном предложении, и в соответ­ствующем ему простом предложении содержатся идентичные пресуппозиции и делаются идентичные утверждения (см. Harries-Delisle 1978), оба приведенных выше вопроса имеют одну и ту же пресуппозицию и ставят под вопрос истин­ностное значение одного и того же предположения. Пресуп­позиция, как (21,а), так и (21,Ь), заключается в том, что «некто побил Хасана», а предположение — в том, что «этим человеком, возможно, является Али». Говорящий спраши­вает, истинно или ложно это его предположение. Из сказанно­го вытекает, что расщепленные и нерасщепленные частные во­просы различаются только синтаксически, но не семантически, то есть у них одни и те же пресуппозиция и предположение. Данный вывод подтверждается, если предложения (21,а—Ь) сделать отрицательными:

(22) a) Hasan-i dov-en Ali degil mi-ymiq?

-акк. бить-прич. не ВЧ-прош.

’Не Али ли тот человек, кто побил Хасана?’ b)*Hasan-i Ali mi dov-me-miq?

-акк. ВЧ бить-отр.-прош.

Тот человек, кто не побил Хасана, был Али?

(буке. Хасана Али ли не-побил?) ’

Предложение (22,Ь) грамматически неправильно, посколь­ку отрицание сказуемого dov-miiq ’побил’ противоречит пре­суппозиции, являющейся необходимым условием для образо­вания вопроса (21,Ь). Как отмечено выше, пресуппозиция

этого вопроса — «некто побил Хасана». Без этой пресуппози­ции было бы невозможно построить положительный частный вопрос (21,Ь). Следовательно, частный вопрос может иметь отрицательную форму, только если у говорящего имеется отрицательная пресуппозиция3.

(23) a) Dun Ali gel-me-mi§.

вчера прихо дить-о тр.-прош.

’Вчера Али не пришел’,

b) Dun Ali mi gel-me-mi^?

вчера ВЧ приходить-отр.-прош.

’Али (ли) вчера не пришел?’

Как в (23,а), так и в (23,Ь) содержится пресуппозиция: «кто-то вчера не пришел». (23,а), будучи утверждением, сооб­щает, что «тем, кто не пришел вчера, является Али». В (23,Ь) предполагается, что «тем, кто не пришел вчера, возможно, был Али», и ставится под вопрос истинностное значение этого предположения. В соответствующем расщепленном вопросе подлежащее, выраженное относительной группой и выражаю­щее пресуппозицию, будет иметь отрицательную форму, тогда как форма сказуемого будет положительной.

(24) Dun gel-me-yen Ali mi-ymi§? вчера приходить-огр.-лрич. ВЧ-проіи.

’Тем человеком, который не пришел вчера, был Али? (буке. Вчера не-пришедшим Али ли-был?) ’

Можно заметить, что отрицательная пресуппозиция в прос­тых частных вопросах содержится в сказуемом, тогда как в расщепленных вопросах отрицательная пресуппозиция выра­жается подлежащим. Следовательно, расщепленные вопросы могут быть преобразованы в отрицательную форму, но для простых частных вопросов это невозможно.

Итак, в построении общих и частных вопросов используют­ся следующие синтаксические стратегии:

1) вставка вопросительной частицы ml после составляю­щей, к которой относится вопрос;

2) замещение составляющей, к которой относится вопрос, соответствующим вопросительным словом.

Совместная встречаемость вопросительной частицы и воп­росительных слов допустима только в переспросах. При обра­зовании ВДН вопросительная частица может следовать за любой составляющей, включая не-термы (non-terms), или оформлять все предложение. В примерах, приводившихся до сих пор, вопросы относились только к подлежащему и пря­мому дополнению. Ниже приводятся примеры, где вопрос относится к непрямому дополнению и к ряду других со­ставляющих.

(25) a) Aytiil kitab-i Pmar-a mi ver-di?

книга-акк. -дат. ВЧ давать-прош.

’Айтюль книгу Пынар (—ей) дала?’

b) Ali bu okul-a mi gid-iyor?

эта школа-дат. ВЧ идти -наст.

’В эту ли школу идет Али?’

c) Ali Ankara-da mi otur-uyor?

-лок. ВЧ сидеть-наст.

’Али живет в Анкаре?’

d) Ali Hasan-la mi oynu-uyor?

-совместно ВЧ играть-наст.

’Али с Хасаном играет?’

При обсуждении этих двух синтаксических стратегий мы отмечали, что в процессе образования вопросительных предло­жений участвуют также порядок слов и фразовое ударение. Однако последние не используются для выражения вопроса сами по себе, отдельно от других описанных синтаксических стратегий.

Что касается интонации, играющей первостепенную роль среди признаков простого вопросительного предложения (см. Ultan 1978, с. 218), то она также входит в систему средств образования вопросительных предложений в турец­ком языке. Высказывалось мнение, что ВДН в турецком язы­ке характеризует восходящий терминальный интонацион­ный контур (там ж е, с. 236). В результате нашего исследо­вания ВДН и ВВС мы пришли к выводу, что турецким вопро­сительным предложениям свойственны и восходящий и ни­сходящий терминальные интонационные контуры. Однако факторы, влияющие на выбор того или другого из них, пред­ставляются слишком сложными, чтобы их можно было адек­ватно изложить в краткой работе, основной задачей которой является исследование синтаксических стратегий образования вопросов.

Помимо двух универсальных стратегий, использующихся для выражения выделения, или контраста, в вопросительных предложениях, — ВВС и расщепления — в данной работе обсуж­дается еще одна стратегия, используемая в турецком языке. Это применение так называемой «плавающей» вопроситель­ной частицы ml, делающей вопрос относящимся к любой не­посредственно предшествующей составляющей4.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Определенное прямое дополнение всегда маркируется суффик­сом аккузатива. Этим суффиксом маркируется и неопределенное пря­мое дополнение, если оно перемещается с позиции, непосредственно предшествующей сказуемому (для прямого дополнения такая позиция является немаркированной), на какое-либо другое место в предложении.

2 Правило выбора между -D1K и -(у)Еп для оформления подлежаще­го сложнее, чем это представлено здесь. Поскольку приведенная форму­лировка представляется достаточной для целей настоящей работы, мы не будем обсуждать данную тему подробнее.

3 Пример (22,Ь) показывает, что отрицательная пресуппозиция ограничена семантическими свойствами глаголов, а также рядом праг­матических моментов. Для того чтобы обеспечить грамматическую пра­вильность (22,Ь), подлежащее этого предложения Ali должно быть выде­ленной составляющей, при этом требуется, чтобы пресуппозицией было «никто не побил Хасана», а утверждаемым предположением — «этот человек (=никто) есть Али». Поскольку возможным кандидатом на участие в подобном (не выполненном) действии может быть «кто угод­но», предположение выглядит совершенно нелогичным. Однако можно представить себе ситуацию, когда некоторая группа людей побила Хаса­на, причем Али оказался среди этих людей, но Хасана не бил. В этом случае можно сказать:

Hasan-i yalniz Ali dov-me-mis.

-акк. только бить-о тр.-п рош.

’Только Али не бил Хасана’.

Это утверждение подразумевает, что какие-то другие лица били Хасана, и Али был единственным, кто этого не делал. Поскольку здесь есть отрицательная пресуппозиция, a Ali является выделенной состав­ляющей, отрицательный частный вопрос становится возможным.

Hasan-i yalniz Ali mi dov-me-miq?

-акк. только ВЧ бить-о тр.-п рош.

Только Али не бил Хасана?’

4 Хотя расщепленные и нерасщепленные частные вопросы кажутся синонимичными, мы полагаем, что могут существовать определенные прагматические условия, заставляющие говорящего предпочесть одну из этих двух форм.

<< | >>
Источник: А. Н. БАРУЛИН. Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск XIX. Проблемы современной тюркологии. Москва "Прогресс" - 1987. 1987

Еще по теме ВВЕДЕНИЕ:

  1. Статья 314. Незаконное введение в организм наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов
  2. ВВЕДЕНИЕ История нашего государства и права — одна из важнейших дисциплин в системе
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. Мысли об организации немецкой военной экономикиВведение
  5.   ПРЕДИСЛОВИЕ [к работе К. Маркса «К критике гегелевской философии права. Введение»] 1887  
  6. Под редакцией доктора юридических наук, профессора А.П. СЕРГЕЕВА Введение
  7. ВВЕДЕНИЕ
  8. Введение
  9. Введение
  10. ВВЕДЕНИЕ
  11. Введение
  12. Введение
  13. Введение
  14. ВВЕДЕНИЕ
  15. Введение
  16. ВВЕДЕНИЕ
  17. ВВЕДЕНИЕ
  18. ВВЕДЕНИЕ
  19. ВВЕДЕНИЕ