§ 3. Функции языка

Прежде чем приступить к описанию языковых функций, необходимо понять, что подразумевается под данным термином. Функция – неотъемлемый атрибут языка, форма его существования. По мнению А.А.

1) Языковые функции осуществляются совокупно в абсолютно любом высказывании. Речевые осуществляются не полной своей совокупностью и могут остаться нереализованными в конкретном высказывании. Произнося фразу, человек формирует мысль (мыслеообразующая функция), выражает ее (мыслевыражающая) и направляет ее собеседнику (коммуникативная), у которого есть тот же фонд лексических, грамматических, культурно-прагматических сведений о языковых знаках (аккумулятивная). При этом не обязательно выражаются эмоции или изъявляется воля, содержится эстетический элемент или регулируется поведение собеседника.

2) Языковые функции не имеют специфических средств своего проявления / речевые реализуются специально закрепленными за ними средствами. Планом выражения языковых функций является весь фонд языка – от звука до предложения. Для реализации речевых функций используются конкретные средства (морфема, слово, порядок слов, интонация и т.д.) или их совокупность. Например, волюнтативная функция осуществляется в русском языке несколькими способами: повелительным наклонением (Уходи), инфинитив (Стоять!), интонацией (Скальпель! Пинцет!). Каждому жанру волеизъявления (мольба, просьба, пожелание, приказ) соответствуют собственные средства. Один и тот же жанр получает различное речевое воплощение. Просьба может содержать «волшебное слово» пожалуйста, а может быть крайне пренебрежительной: «Эй, ты, как там тебя, хватить ворон считать! Помоги-ка!».

Большинство исследователей отрицает принципиальное различие между языковыми и речевыми функциями. В отдельном высказывании они переплетены настолько тесно, что нет необходимости и возможности строго выдерживать оппозицию функция языка / функция речи.

Другой проблемой является вопрос числа языковых функций. Монофункционалисты все проявления языка сводят к одной функции. Чаще всего ею признается коммуникативная (Н.И. Жинкин, Р.В. Пазухин, Л. Блумфилд). К. Фосслер единственной функцией языка считал функцию выражения чувств, а Г.В. Колшанский – функцию выражения мыслей. Оба называют ее экспрессивной. Полифункционалисты различают в языке несколько функций.

Промежуточную позицию занимают ученые, считающие множество функций аспектами главной функции. В.А. Аврорин выделяет четыре языковые функции:

1. коммуникативная

2. мыслеообразующая (конструктивная)

3. мыслевыражающая (экспрессивная),

4. аккумулятивная (накопление и использование знаний и опыта).

В.А. Аврорин признает связь между ними настолько тесной, что всю их систему «можно представить себе как единую функцию, имеющую четыре неразрывные стороны»[91].

Сознание, осуществляемое в языковой форме, всегда на что-то направлено. Сознание диалогично, что отражено и во внутренней форме слова: со-знание «совместное знание». Язык всегда употребляется для общения: «Язык фактически является в известном смысле другим названием самой коммуникации…»[92]. Коммуникация остается коммуникацией и при нежелании сообщать кому-либо что-либо (дневник, «писательство в стол»), и при нулевом коммуникативном эффекте (отсутствие реакции адресата; риторическое обращение), и при автокоммуникации посредством внутренней речи.

На данном основании все функции языка можно свести к коммуникативной. Остальные функции – всего лишь различные ее стороны: фазовые (мыслеообразующая), инструментальные (номинативная, когнитивная (лат. сogito ‘понимаю, сознаю’), содержательные (эмотивная, волюнтативная (лат. voluntas ‘воля’), эстетическая), идентифицирующие (этническая, корпоративная).

Л.И. Баранникова выделяет две функции (коммуникативную и познавательную), на базе которых развиваются все остальные – номинативная, эмотивная, регулятивная и т.д.

В.А. Аврорин указывает, что немотивированно расширенный полифункционализм языка основан на нетерминологическом значении слова функция. Под ним понимается в таком случае любое возможное использование языка.

Необходимо оговорить один момент, касающийся представленной в учебной литературе трактовки мыслеформирующей и мыслевыражающей функций. В.Н. Немченко пишет: «…Единицы мышления (понятия, суждения) выражаются языковыми средствами (словами, словосочетаниями, предложениями). На этом основании выделяется функция формирования мысли…»[93]. Как мы видим, выражение и формирование здесь отождествляются, что вносит двусмысленность в понимание данных функций и требует терминологической определенности.

На основе современных психолингвистических представлений можно сказать, что формирование мысли – это процесс перекодировки ментальных репрезентаций (концептов) в глубинную структуру языка. Глубинная структура представляет собой универсальный язык мысли (lingua mentalis) человечества. Выведение ее элементов в поверхностную структуру – т.е. в собственно языковую форму – относится к мыслевыражающей функции. Мыслеформирующая функция называется по-другому конструктивной. Иногда ее признают орудийной функцией мышления, а не языка.

Считается, что мыслевыражающая функция состоит в материализации мысли: «Обычно мысль формируется, конструируется с целью передачи ее другим. А это возможно лишь при условии, что мысль имеет материальное выражение, звуковую оболочку, т.е. выражена языковыми средствами»[94]. Однако языковыми средствами, хотя и не фонетическими, мысль формулируется не только для других, но и для самого себя. По логике фонетической трактовки мыслевыражающей функции, следовало бы признать, что в автодиалоге она не реализуется.

Нам представляется, что мыслевыражающая функция осуществляется и в процессе думания про себя. Выразить мысль – значит вывести ее из аморфного состояния глубинной структуры, сформулировать ее в языковой (нефонетической) форме. В этом случае мысль, не выражаясь во вне, выражается, однако, для самого человека. Тогда мыслевыражающая функция должна пониматься как трансформация глубинной структуры языка в поверхностную.