<<
>>

Введение.

Более полувека прошло со дня окончания Великой Отечественной войны, но до сих пор события 1941-1945 гг. привлекают к себе внимание историков, ветеранов, любителей военной истории.

Особенно это относится к тем страницам войны, которые в советское время были отнесены к “закрытым” и не получили достаточно полного и объективного освещения в исторической и мемуарной литературе. Целый ряд событий Великой Отечественной войны был закрыт для изучения и правдивой оценки по идеологическим соображениям негласной установкой сверху. Руководство Коммунистической партии определяло как писать историю войны, как оценивать её отдельные эпизоды. Опыт войны делился на положительный, полезный для воспитания молодежи, и отрицательный, вредный и непригодный для этой цели. Последнее относилось и к истории военных действий в 1942 - начале 1943 гг. на центральном участке советско-германского фронта, в районе ржевско-вяземского выступа. Происходившие здесь события не относились к победным страницам нашей истории, считались “неудобными” и поэтому многие десятилетия практически замалчивались.

В то же время в годы войны центральное направление было одним из главных стратегических направлений действий воюющих сторон, к этому участку фронта в течение длительного времени было приковано внимание командования и Красной Армии, и вермахта, больше года в советских и иностранных газетах печатались сводки о военных действиях у Ржева, Сычевки, Вязьмы. Советское руководство во время войны ставило боевые действия в районе Ржева в один ряд с боями под Москвой, Ленинградом, Сталинградом, Севастополем, Одессой, с боями за Кавказ. Единственный выезд на фронт Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина в 1943 г. был именно на территорию бывшего немецкого ржевско-вяземского плацдарма - в район Юхнова и под Ржев. Но как только опасный плацдарм немецких войск вблизи столицы был ликвидирован, о длительных и жесточайших боях на этом участке фронта “забыли”.

Неудачные действия наших войск на этом участке фронта, неосуществленные замыслы известнейших советских полководцев, огромные человеческие и материальные потери - все это привело к тому, что советское руководство и официальная военно-историческая наука просто вычеркнули “ржевскую мясорубку” и из истории войны, и из истории страны.

В то время, как Московская и Сталинградская битвы описаны почти по часам, об обороне Ленинграда, боях за Одессу и Севастополь написаны тома, о боях по ликвидиции немецкого плацдарма на подступах к Москве советская историография давала довольно скудную информацию. Именно это, в первую очередь, делает крайне актуальным даже простое хронологическое описание истории военных действий на центральном стратегическом направлении.

Cравнения Ржева со Сталинградом - “Ржев-второй Сталинград”, Ленинградом, Брестской крепостью, которые появлялись в последнее десятилетие в прессе, свидетельствуют о том, что люди в массе своей, и даже участники войны, не знают, что же на самом деле происходило в районе Ржева. Незнание истинной истории событий в районе Ржева наблюдается и в правительственных кругах, что проявилось, в частности, в поздравлении А.Волошина, руководителя Администрации Президента РФ, участникам Ржевской битвы с 57-й годовщиной освобождения Ржева от фашистских захватчиков. В нем говорится: “Подвиг защитников Ржева (выделено автором данной работы), ценой невероятных усилий остановивших мощное наступление немецкой группировки, позволил уберечь столицу нашей Родины от захвата”.1 Администрация города Ржева, ряд ветеранских организаций в последние годы обращались к Правительству России с просьбой присвоить городу Ржеву звание “Город-герой”, или ввести для Ржева звание “Город солдатской славы”. Дисскуссия о создании в городе Ржеве кладбища немецких солдат, перешагнувшая границы города, еще более остро ставит задачу правдивого описания военных действий в районе ржевско-вяземского выступа и придает этому определенное социально-политическое звучание.

Ликвидация этого “белого пятна” в истории войны должна способствовать восстановлению исторической справедливости хотя бы через 57 лет после её окончания. Несмотря на общие неудачи наших войск в районе ржевско-вяземского выступа, ратный труд миллионов солдат, воеваших здесь, перемалывавших силы врага - весомый вклад в общее дело Победы над врагом. Сотни тысяч погибших здесь и практически забытых просто взывают о том, чтобы о них вспомнили. Честное, добросовестное, жертвенное выполнение воинского долга, зачастую даже без надежды на успех, достойно уважения и памяти не меньше, чем о дошедших до Берлина.

Наконец, актуальность иследованиия вопроса подтверждается и достаточно большим вниманием, которое проявляют к нему ряд западных исследователей, а также немецкие участники войны. В начале 1990-х годов в немецком городе Гютерсло была создана негосударственная общественная организация “Kuratorium Rshew” - “Попечительский совет Ржева”. В него вошли участники боев под Ржевом, учителя, врачи, студенты, школьники. Члены общества считают, что боевые действия в “большом пространстве Ржева” имели гораздо большее значение, чем об этом говорится в исторической литературе, этим действиям историки не уделили достаточного внимания. И хотя это общество не ставит перед собой научно-исследовательских задач, оно активно сотрудничает с молодым немецким политологом К.Затлером, который является комментатором при издании воспоминаний членов общества и переводов на немецкий язык книг ржевских краеведов.2 Необходима российская версия событий, которые получили немецкую интерпретацию. Приоритет в изучении данной темы должен остаться за российскими исследователями.

Но российские официальные научно-исследовательские учреждения не уделяют должного внимания военным действиям на ржевско-вяземском направлении. Так, например, Институт военной истории Министерства обороны Российской Федерации считает, что есть более важные проблемы для исследований.3

В то же время целый ряд фактов уже в советский период позволял довольно скептически относится к официальной точке зрения на эти бои как части Московской битвы.

Появившиеся в последнее десятилетие новые публикации архивных и статистических материалов, исследования западных авторов, книги краеведов, воспоминания немецких участников боев просто вынуждают пересмотреть и опровергнуть официальную точку зрения. Новые и уже имеющиеся материалы в комплексе позволяют утверждать, что в январе 1942-марте 1943 гг. на московском направлении развернулась длительная, ожесточенная и одна из самых кровопролитных битв Великой Отечественной войны - Ржевская битва. Поскольку такого понятия в советской историографии не существовало, нет и работ по её истории.

Исходя из этого, объектом исследования диссертационной работы являются военные действия сторон на московском направлении центрального участка советско-германского фронта в январе 1942 - марте 1943 гг., предметом исследования - наступательные и оборонительные операции советских и немецких войск, образование и ликвидация ржевско-вяземского выступа в линии фронта в результате этих операций.

Хронологические рамки исследования охватывают период от образования ржевско-вяземского выступа в январе 1942 г. до момента его ликвидации в марте 1943 г., так как на этом выступе в линини фронта был создан немецкий плацдарм, с которого войска группы армий “Центр” длительное время угрожали столице государства. Советские войска осуществили здесь ряд наступательных операция с целью разгрома сил центральной немецкой группировки, плацдарм противника был ликвидирован в марте 1943 г. В качестве предыстории коротко рассматриваются военные действия на центральном направлении, прежде всего, на ржевском, в октябре-декабре 1941 г.

Территориальные границы исследования: основные - в границах ржевско-вяземского выступа: Белый-Нелидово-Оленино-Ржев-Зубцов-Сычевка-Гжатск-Вязьма, вспомогательные - примыкающие к выступу территории с севера до Осташкова и до Кирова с юга. Такое разделение территориальных границ объсняется тем, что основные действия по уничтожению немецкого ржевско-вяземского плацдарма осуществлялись силами Западного и Калининского фронтов в рамках выступа, но в начале 1942 г.

и в марте 1943 г. эти усилия поддерживали на флангах выступа войска Северо-Западного, Брянского, Центрального фронтов.

Начало изучению военных действий на московском направлении центрального участка советско-германского фронта было положено ещё в годы Великой Отечественной войны, в рамках описания битвы за Москву. Не выделяя отдельно действий противостоящих армий в районе ржевско-вяземского плацдарма, советская историография ограничивалась лишь небольшим описанием зимнего наступления начала 1942 г. на центральном направлении. Так, например, в работе генерал-лейтенанта Е.А.Шиловского “Разгром немецких войск под Москвой”, вышедшей в 1944 г., хотя и упоминались последовавшие после поражения вермахта под Москвой зимние наступательные операции 1941/42г., но ни Ржев, ни Вязьма не назывались. Речь шла лишь об “успешном наступлении” в условиях суровой зимы, а окончание Московской битвы датировалось концом января 1942 г. 4

Сразу после войны сведения о боях в районе Ржева были минимальны и отрывочны. Советская историография начала 1950-х годов прежде всего говорила об успешной, хотя и незавершенной Ржевско-Вяземской операции 1942 г. и успешной ликвидации в результате наступления советских войск немецкого ржевско-вяземского плацдарма в марте 1943 г. При этом признавалось, что противник отвел войска с плацдарма сам. Иногда встречалось упоминание о наступлении советских войск под Ржевом в ноябре 1942 г. Незавершенность операций, неудачи подавались в свете победоносного шествия советских войск. То, что при этом искажались действительные события, во внимание не принималось. В целом, бои в районе ржевско-вяземского плацдарма не выделялись из общего хода войны. И это при том, что в переиздававшихся сборниках приказов и речей И.Сталина “О Великой Отечественной войне Советского Союза” был включен приказ от 23 февраля 1943 г., где бои под Ржевом назывались отдельно от боев за столицу и в одном ряду с боями под Сталинградом, Ленинградом и т.д. 5

Во второй половине 1950-х - 1960-е гг.

появились более благоприятные условия для изучения вопроса. В официальных коллективных трудах уже более подробно рассматривалась Ржевско-Вяземская операция 1942 г., анализировались причины её незавершенности. Она рассматривалась как составная часть Московской битвы. Впервые в эти годы было сказано об окружении частей 39-й армии летом 1942 г., упоминанались наступательные действия на ржевском и сычевском направлениях в июле-августе 1942 г. При описании ликвидации ржевско-вяземского выступа говорилось об отводе с него немецких войск, но при этом оспаривались утверждения немецких генералов о планомерности этих действий. 6

Среди работ советских исследователей этого периода особо хочется выделить работу Д.М.Проэктора “Агрессия и катастрофа.” Он дал большой и интересный фактический материал, цитировал некоторые немецкие материалы, которые не были известны широкому кругу историков. Автор высказал интересную точку зрения о том, что немецкая группа армий “Центр” была исключена летом 1942 г. из активных наступательных действий вермахта потому, что вынуждена была отвлечь свои силы на борьбу с партизанами и регулярными войсками, оказавшимися в окружении в тылах группы армий, а значит действия советских войск на московском направлении сыграли большую роль в определении немецкой стратегии на Восточном фронте в 1942 г. 7

Несмотря на отдельные положительные моменты этого периода в историографии военных действия на ржевско-вяземском направлении, в частности, расширение круга рассматриваемых событий, в целом господствующей оставалась практика замалчивания и игнорирования их значительности и значимости в ходе Великой Отечественной войны. Например, в большой работе “Важнейшие операции Великой Отечественной войны 1941-1945гг.”, вышедшей в 1956 г. не названа ни одна из операций в районе ржевско-вяземского выступа. То же, о чем говорилось, оценивалось лишь с точки зрения успешных действий советских войск. Официальной была установка рассматривать все военные действия на этом участке фронта как часть битвы за Москву. Так, поздравляя ржевитян с 25-летием освобождения города от фашистов, И.С.Конев писал: “Бои за Ржев неразрывно связаны с Московской битвой...” При этом завершение Московской битвы в некоторых работах датировалось концом января 1942 г., а итоги подводились на декабрь 1941 г. Описание Ржевско-Вяземской операции если и присутствовало, то в самых общих чертах, с большими пробелами. Целый ряд фактов из истории этих боев просто не упоминался в научной и мемуарной литературе. Так, например, в статье В. Желанова “Из опыта первой операции на окружение в “Военно-историческом журнале” в 1964 г. нет ни слова о том, что параллельно с окружением демянской группировки противка шла более крупная операция на окружение основных сил группы армий “Центр” в ходе Ржевско-Вяземской операции 1942 г. 8

В 1970-1980-е годы число рассматриваемых по теме проблем ещё более увеличилось. К числу основных на центральном участке фронта были отнесены уже три наступательные операции советских войск по разгрому основных сил группы армий “Центр”: Ржевско-Вяземская (1942 г.), определенная как стратегическая, Ржевско-Сычевская (лето 1942 г.), Ржевско-Вяземская (1943 г.). Присутствовало некоторое описание этих операций, при этом внимание акцентировалось на их положительных результатах. Лишь однажды была упомянута крупная наступательная операция советских войск на этом участке фронта - операция “Марс” в конце 1942 г. Советскими историками эта операция была полностью “забыта”, хотя удалось найти ее критику как “наступательной операции Западного фронта на сычевском направлении”. Попыток соединить эти операции с участием одних и тех же фронтов, имевшие практически одну и ту же конечную цель, разворачивавшиеся практически на одной территории, не было. 9

Официальная установка в оценке боев в районе выступа оставалась прежней: “Бои в районе Ржева являлись частью общего сражения за Москву”. В работах по истории Московской битвы Ржевско-Вяземская наступательная операция начала 1942 г. продолжала рассматриваться как составная часть Московской битвы в рамках общего контрнаступления Советских Вооруженных Сил зимой 1941-1942 гг., но при этом основные итоги Московской битвы подводились, как правило, на декабрь 1941 г. Признавалось, что в районе ржевско-вяземского выступа были “многочисленные бои и частные операции”, 10 при этом было непонятно, куда отнести крупные наступательные операции советских войск летом, осенью, зимой 1942 г. и в начале 1943 г., если битва за Москву закончилась, согласно официальной периодизации, в апреле 1942 г. Если и их следовало считать часть битвы за Москву, то значит Московская битва закончилась с ликвидацией ржевско-вяземского плацдарма, т.е. в марте 1943 г. Такая точка зрения высказывалась, но официального признания не получила. В целом же, официальная точка зрения вносила неясность в оценку боев под Ржевом и их место в истории Великой Отечественной войны.

В эти годы следует отметить появление сразу нескольких свидетельств о приезде Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина под Ржев, в д.Хорошево, что прежде было поводом для споров. После этого данный факт был признан и ведущими советскими, и западными историками. 11

При наличии редких попыток, чаще всего бывших участников событий, проанализировать небольшие удачные операцию некоторых дивизий, полков, серьезных научных разработок отдельных боев, сражений, операций на плацдарме не было. Авторы старательно обходили эти вопросы. Например, А.Шиманский, начинал рассмотрение операции на окружение только со Сталинградской битвы, В.Смирнов и группа авторов под руководством О.А.Ломка, описывая встречные сражения, даже не упоминали о крупном встречном сражении августа 1942 г. в районе Зубцова, Б.Лебеденко, изучая управление танковыми и мехпнизированными корпусами в операциях, не рассматривал действия таковых на ржевско-вяземском плацдарме летом и зимой 1942 г. 12

Целый ряд сражений, крупных операций на ржевско-вяземском плацдарме не удостоился внимания историков, и не заслужил даже упоминания в мемуарной литературе. Так, например, в справочной военно-исторической литературе в составе Ржевско-Вяземской наступательной операции 1942 г. называется Ржевская операция, но какие армии её проводили, как она осуществлялась, не раскрывалось. В некоторых работах по истории воинских соединений ряд армейских операций на этом участке фронта также названы Ржевскими, но полного описания не получили. 13

Нет подробного описания истории окружения и выхода из него частей 29-й армии в феврале 1942 г., по крупицам приходилось собирать сведения о действиях немецких войск по очистке тылов группы армий “Центр” в мае-июле 1942 г. и оборонительных действиях советских войск в это время. Основное внимание при этом уделялось успешным действиям группы генерала Белова и лишь констатировался факт окружения и боев в окружении войск 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса Калининского фронта. Не подверглось изучению крупное встречное сражение 9-10 августа 1942 г. между реками Держа, Вазуза и Гжать в рамках Ржевско-Сычевской операции. В нем, кроме других частей, участвовало с двух сторон 1500 танков. И это на год раньше Прохоровки! Лишь Л.М.Сандалов в своих работах в самых общих чертах касался этого сражения. 14

Можно предположить, что ряд операций на данном участке фронта наверняка рассматривался военными историками, но их работы не были обнародованы и не стали известны широкому кругу исследователей.

В 1950-1980-е годы вышло большое число работ по истории отдельных родов войск, частей и соединений. Большинство из них грешили тенденциозностью, недомолвками, неточностями, а иногда и искажениями. Так, например, как только речь заходила об участии частей в операции “Марс”, сразу совершался прыжок к началу 1943 г., как-будто никаких серьезных событий в конце 1942 г. в районе ржевско-вяземского выступа не происходило. Своеобразная “дыра” в общем ходе военных действий! Справедливости ради следует отметить, что и в этих изданиях можно найти интересные факты и даже цифры. 15 Все авторы, которые в той или иной степени касались истории боев в районе ржевско-вяземского плацдарма, отмечая в целом их ожесточенность, иногда называли цифры потерь противника в отдельных боевых эпизодах, но при этом не называли цифры потерь советских войск на этом участке фронта.

Обобщая анализ литературы этого периода о боях за ржевсковяземский плацдарм, следует сказать, что советская историография в целом продолжала следовать традиционной точке зрения, не придавая особого значения этим боям. Оценку знаний об боях в районе Ржева дали А.Н. и Л.Н. Мерцаловы в книге “Г.К.Жуков: новое прочтение или старый миф”, изданной в начале 1990-х годов: “Почти ничего не известно о кровопролитных и, очевидно, безрезультатных для нашей стороны боях под Ржевом.” 16

В 1990-е - начале 2000 гг. в связи с изменением политической обстановки в стране и публикацией новых архивных материалов ряд авторов, в том числе западных, выступили с нетрадиционными взглядами на события в районе ржевско-вяземского плацдарма, попытались сломать существующие догмы и схемы в их оценке.

В ряду особо значимых публикаций по рассматриваему вопросу прежде всего следует назвать иисследование группы военных истороиков о потерях советских войск в операциях, в том числе на ржевско-вяземском выступе, в книге “Гриф секретности снят”. Несмотря на явно заниженные цифры потерь и отсутствие данных по целому ряду операций, эти сведения сразу поставили военные действия в районе плацдарма по потерям в один ряд со Сталинградской битвой. 17

Эти данные и другие новые материалы позволили отдельным российским исследователям громко заявить, что на центральном участке советско-германского фронта в 1942 - начале 1943 гг. развернулась одна из кровопролитнейших битв Великой Отечественной войны - Ржевская битва.

В 1990-е годы вышли интересные работы краеведов. Так, в книге ржевитян И.Ладыгина и Н.Смирнова “На ржевском рубеже” использовано большинство опубликованных к тому времени в нашей стране материалов по теме и воспоминания участников войны, хранящиеся в ржевских музее и архиве, но в книге отсутствует справочный аппарат. Здесь же следует назвать и публикации О.Кондратьева, и совсем новые очерки по истории ржевской земли. В последней книге Ржевская битва датируется 1941-1943 годами, при этом недельным боям в октябре 1941 г. отведено около листа, а боям в январе 1942 - марте 1943 гг. - более 25 листов. Исследователи истории Смоленщнны М.Воробьев и В.Усов, хотя и не в полном объеме, описали события июля 1942 г. в районе окружения 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса. 18

В 1998 г.в журнале “Вопросы истории” было опубликовано письмо автора данной диссертации “Не пора ли переосмыслить роль и значение боев под Ржевом ?”, а 2000 г. там же - её статья “Битва за ржевско-вяземский плацдарм”, где были обозначены основные параметры Ржевской битвы . 19

Внимание к событиям на ржевско-вяземском плацдарме заставило редакцию “Военно-исторического журнала” опубликовать целый ряд новых материалов, так или иначе связанных с рассматриваемой проблемой. Особо следует отметить публикацию журнала в № 2 за 1999 г. Здесь практически впервые названа оборонительная операция войск Калининского фронта в июле 1942 г. и официальная цифра потерь в ней. Здесь же впервые даются и официальные данные о потерях в операции “Марс”. И хотя цифры вызывают сомнения, это уже определенный прогресс в исследовании проблемы. В 2000 г. журнал, наконец-то, дал официальную версию операции “Марс”. 20

В эти годы большое внимание уделялось 1-й Ржевско-Вяземской наступательной операции. Появились работы, в которых анализировалось её проведение и были названы нетрадиционные причины гибели частей 33-й армии Западного фронта. Одним из главных виновников неудач советских войск в этой операции ряд авторов называет командующего Западным фронтом Г.К. Жукова. Подверглась критике ранее считавшаяся довольно удачной 1-я Ржевско-Сычевская наступательная операция, в частности использование армиями Западного фронта подвижных групп. Автор данной работы пердлагает новую дату завершеня этой операции и впервые в отечественной историографии дает подробное описание оборонительной операции войск Калининского фронта в июле 1942 г. 21

В 1998 г в издательстве “Наука” вышел коллективный четырехтомный труд Института военной истории МО и Центрального архива МО по истории Великой Отечественной войны, представлявший официальную точку зрения на военные события 1941-1945 гг. Главное в этом издании по рассматриваемому вопросу то, что, по-прежнему не считая бои на ржевско-вяземском выступе битвой, авторы соответствущих разделов более критически оценивают результаты наступательных операций, в том числе и последней, Ржевско-Вяземской 1943 г., в результате которой плацдарм был ликвидирован. Она названа неудачной, так как окружить и разгромить группу армий “Центр” так и не удалось. Объединив эти оценки, можно сделать вывод, что все крупные действия советских войск на этом участке фронта были неудачными, так как главная цель так и не была достигнута.

Авторы этого труда твердо заявляют, что немцы ушли с плацдарма сами, причем части первого эшелона сделали это так скрытно, что это не сразу обнаружили советские войска. В работе подчеркивается мысль о крайне больших человеческих потерях на плацдарме, а Ржевско-Вяземская операция 1942 г. названа одной из самых кровопролитных в Великой Отечественной войне. Есть в этом издании и новые моменты: хронологические рамки Ржевско-Вяземской операции 1943 г. определяются со 2 по 22 марта, а в прежних работах - 2-31 марта. К сожалению, и это издание страдает недосказанностью. Так, успешным действиям одной армии Калининского фронта по освобождению Великих Лук посвящена целая глава, а неудачным действиям восьми армий двух фронтов в операции “Марс” посвящено лишь несколько абзацев. Есть в книге и просто неточности. 22

В этот период более остро стали ставиться вопросы о роли в действиях Красной Армии в районе ржевско-вяземского выступа и ответственности за результаты этих действий ведущих советских полководцев, в первую очередь, Г.К.Жукова и И.С.Конева: “Какова мера ответственности Жукова за трагический исход операции по освобождению Вязьмы?” Наряду с традиционной апологетизацией этих военачальников, появилась резкая критика их действий, методов командования, ведения боевых действий. Даже среди военных, не позволявших себе прежде высказывать замечания по отношению к этим полководцам, появилось критическое отношение к их действиям на отдельных участках фронта. 23

К началу нового века сложилась ситуация, когда профессиональные военные историки и ведущие исследователи истории Великой Отечественной войны, преставляющие государственные органы и учреждения - Генеральный штаб, Российскую Академию Наук, признавая существование четырех крупных наступательных операций, осуществленных советскими войсками на центральном - московском - направлении в 1942 - начале 1943 гг., придерживаются традиционной точки зрения. Они не признают не только характеристику совокупности этих операций как битвы, называя события в районе выступа “действиями Советской армии под Ржевом”, “сражением”, но категорически возражают против утверждений об очень больших потерях советской армии в боях на ржевско-вяземском плацдарме. При этом продолжается практика замалчивания, например, 2-й Ржевско-Сычевской операции. Целый ряд армейских, фронтовых, и даже признанные четыре крупные наступательные операции нескольких фронтов не получили полного объективного освещения в научных трудах, а некоторые вообще никогда не рассматривались. В то же время термин “Ржевская битва” вошел в оборот в средствах массовой информации, в выступлениях на научных конференциях, используется региональными историками, публицистами, ветеранами войны, краеведами, а в марте 2000 г. был использован и руководителем Администрации Президента РФ А.Волошиным. 24

Об изученности рассматриваемого вопроса западными исследователями автор данной работы могла судить лишь по изданным в нашей стране переводам научных трудов, обзорам, сделанным отечественными авторами, и по большому числу появившихся в последнее десятилетие непереводных работ по истории отдельных соединений и частей вермахта. Интерес представляют, в первую очередь, работы немецких авторов, показывающих точку зрения бывшего противника.

Можно предположить, что первые попытки анализа боев в районе Ржева были сделаны ещё в годы войны самими участниками событий. Это позволяет утверждать факт появления в 1943 г. рукописи майора Хёке из 6-й пехотной дивизии “Пехотный батальон в боях за Ржев”, в которой говорилось, в частности, о больших потерях немецких войск. Рукопись была рекомендована к печати командующим 9-й немецкой армией В.Моделем. Но в годы войны книга в Германии не вышла по соображениям цензуры. 25

В 1950-1960-е годы были переведены на русский язык и изданы в Советском Союзе многие работы западных авторов, в том числе и немецких, что позволяло узнать их мнение о значимости боев в районе ржевско-вяземского выступа. Так, в сборнике статей немецких авторов “Мировая война. 1939-1945 годы”, изданном в 1957 г. при описании действий группы армий “Центр” на Восточном фронте немалое место уделено боям в районах Ржева и Вязьмы, говорится о постоянных беспокоящих действиях русских войск, проводится мысль о больших потерях вермахта на этом участке фронта летом 1942 г. 26

Представлял интерес перевод книги немецкого генерала К.Типпельскирха “История второй мировой войны”, изданный в 1956 г. Создавалась она при активной поддержке английского историка Б.Л. Гарта и была попыткой оценить ход войны с точки зрения немецкого генералитета. В рамках истории всей Второй мировой войны автор уделил достаточное внимание военным действиям сторон на центральном участке советско-германского фронта и в районе ржевского выступа, что свидетельствовало о значимости этого участка фронта для командования вермахта. В отличие от советских историков он писал об организованном отходе немецких войск с ржевского плацдарма. 27

В эти годы в Германии стали повляться работы по истории отдельных немецких соединений. Интерес для рассматриваемого вопроса представляли книги генерала Гроссманна, командира 6-й пехотной дивизии, воевавшей во Ржеве в 1942 г., особенно вторая - “Rshew-Eckpfeiler der Ostfront” (“Ржев -краеугольный камень Восточного фронта”), изданная в 1962 г. Название книги позволяло предположить, что автор покажет значение Ржева в масштабах всего немецкого Восточного фронта, но он описал действия одной лишь немецкой 9-й армии группы армий “Центр” между Сычевкой, Зубцовом, Ржевом, Оленином, Белым. При этом к книге прилагались схемы всего ржевско-вяземского выступа. По мнению автора, с октября 1941 г. по апрель 1943 г. было шесть сражений вокруг Ржава. Четыре их них хронологически практически соответствовали четырем крупным наступательным операциям советских войск. Сражениями Гросссманн назвал и 2-3-х дневные бои в октябре 1941 г., и операцию “Зейдлиц” по уничтожению 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса Калининского фронта. Утверждения Гроссманна о шести сражениях определяют точку зрения немецкой стороны на военные действия в районе Ржава до сегодняшнего дня. 28

В 1970-1980-е годы переводов работ немецких историков, где затрагивались бы вопросы боев в районе Ржева немного. Из непереведенных на русский язык работ прежде всего представляли интерес труды, изданные в ФРГ. Историки ГДР писали в русле официальной советской исторической науки. Лишь иногда они давали чуть большую информацию, чем советские издания. Так, например, в коллективной обзорной книге по истории Второй мировой войны, вышедшей в Берлине в 1981 г., уточняется место действий войск в ноябре-декабре 1942г. - по обе стороны от Ржева. 29

Автор данной диссертационной работы, естественно, не имела возможности познакомиться с многочисленными трудами западногерманских историков-профессионалов по истории войны Германии с Советским Союзом и публикациями документов военного времени из немецких архивов. Из советских обзоров западногерманской литературы невозможно составить представление о том, что писали немецкие историки о боевых действия на небольшом участке советско-германского фронта. При оценке значительности событий у Ржева немецкой стороной автор диссертации может привести лишь несколько фактов. Так в “Календаре военных и политических событий 1939-1945 гг.”, вышедшем в Дюссельдорфе в 1978 г., в числе таких событий называется захват немецкой 9-й армией маленького районного города Ржева, но не говорится о захвате областного центра на Верхней Волге - Калинина, а альбом фотографий по истории группы армий “Центр” назван “Москва-Ржев-Орел-Минск”. 30

В этот период продолжали выходить работы по истории отдельных частей, соединений, армий, которые были в составе центральной группировки немецких войск на ржевско-вяземском плацдарме. Написанные бывшими участниками боев эти работы были неодинаковы по методам подхода, уровню написания и издания, и в большинстве страдали теми же недостатками, что и подобные советские работы, т.е. были тенденциозны в подаче материала. Авторы их рассказывали об успешных действиях своих частей, о большом численном превосходстве русских войск, об их огромных потерях, и лишь изредка говорили о своих потерях. Тем не менее они свидетельтвовали о большом значении для немецкой армии волжского города Ржева. 31

В 1990-е годы выход таких работ продолжался. Особенностью этого периода стало то, что они в виде ксерокопий, машинописных копий и типографских изданий в большом количестве стали появляться в Тверской области. Несмотря на названные выше недостатки, они давали информацию о многих эпизодах боев и операций под Ржевом, о которых отечественная историография умалчивала, в частности, об операции “Зейдлиц”, “Бюффель”. В 1996 г. в Ржеве была переведена и издана книга генерала Х. Гроссманна “Ржев-краеугольный камень Восточного фронта”. Её повление было отмечено как первое издание работы немецкого генерала на русском языке по рассматриваемой теме. Это был взгляд с другой стороны. Естественно, многое в работе вызывает возражение или вопросы. В частности, почему 2-3-х-дневные бои под Ржевом с небольшими группами советских войск громко называются сражением, или почему, говоря о больших потерях советских войск, немецкий генерал не говорит о своих потерях, и другие. 32

Известные западные историки также рассматривали отдельные стороны военных действий в годы Второй мировой войны на центральном участке советско-германского фронта. В работах, переведенных и изданных в Советском Союзе или позднее в России, Ржев, Вязьма называются в ряду стратегически важных железнодорожных узлов, превращенных немцами в период русского наступления 1941-1942 гг. в укрепленные центры - “города-бастионы”, “ежи”. Они стали мощными препятствиями для русских войск с тактической точки зрения. Английский историк Б.Лиддел Гарт писал о создании здесь после зимней кампании 1941/42 гг. выступа в линии фронта, который имел форму “сжатого кулака”. Он упоминал и о сильном августовском 1942 г. “ударе по укрепленному пункту Ржев” русских войск для отвлечения немцев от Сталинграда. Назвав “двойной угрозой” для немцев наступление русских под Сталинградом и последовавшее за ним наступление под Ржевом, Л.Гарт задолго до американского историка Д.Глантца поставил рядом наступательные операции советских войск “Уран” и “Марс”. Л.Гарт писал, что после капитуляции под Сталинградом Гитлер с трудом согласился с ликвидацией “клина” в районе Ржева и Вязьмы. Другой английский историк Дж. Фуллер, говоря о наступлении русских армий на рубеже 1942-1943 гг., называл операцию в районе Великих Лук и Ржева отвлекающей. 33

Внимание известных западных историков, пишущих о Второй мировой войне, к боевым действия на ржевско-вяземском выступе свидетельствовало о значении этих боев, хотя О.А.Ржешевский не отмечает у авторов, придерживающихся теории “решающих битв”, выделение отдельной Ржевской битвы. 34

Значительным событием в изучения операций в районе ржевско-вяземского выступа стали в 1990-е годы статьи американского историка Д.Глантца, который вначале в ряду “забытых” назвал 2-ю Ржевско-Сычевскую операцию советских войск, а потом первым в историографии вопроса дал её подробное описание. Эти статьи заполнили пробел в истории хода военных действий на ржевско-вяземском выступе, что позволило говорить о непрерывноcти наступательных действий советских войск для ликвидации немецкого плацдарма. Среди “забытых” Д.Глантц назвал и операции армий левого крыла Западного фронта в июне-августе 1942 г., которые проводились параллельно с военными действиями на ржевско-вяземском плацдарме, и вероятно, были их частью. В ряду других зарубежных авторов, пишущих о Г.К.Жукове, Д.Глантц относится к критикам его методов руководства войсками, что вызвало крайнее несогласие с ним советских ветеранов войны. Так, участники боев под Ржевом утверждают, что 2-я Ржевско-Сычевская операция была не стратегической, а частной, и потери в ней были незначительными. Они не согласны и с утверждением Д.Глантца, что это было “величайшее поражение Жукова”. 35

Таким образом, к началу 2000-х годов налицо большой интерес и активность в описании событий в районе ржевско-вяземского выступа немецких участников событий, критика отечественной историографии войны и рассматриваемого вопроса со стороны некоторых западных историков, их особая оценка ряда операций на этом участке фронта. Сложилась ситуация, когда при больших пробелах в российской историографии, при отсутствии доступа ко многим архивным материалам отдельные события Ржевской битвы освещаются только зарубежными авторами. Невозможность познакомиться с новыми российскими публикациями по теме из-за маленьких тиражей и их отсутствия в библиотеках даже областного уровня толкает ряд российских участников войны, историков к отстаиванию традиционной точки зрения, а нетрадиционный взгляд объяснять влиянием западного мнения. Примерно такой вывод содержится в статье Н.Сошина “Исправили прошлое” в областной газете “Тверская жизнь”. 36

В настоящее время основные разногласия по теме существуют по следующим вопросам:

· Ржевская битва: миф или реальность, бои за город или битва за плацдарм,

· стратегические или фронтовые 2-я Ржевско-Сычевская и Ржевско-Вяземская 1943 г. операции,

· потери сторон в Ржевской битве.

Для ответа на эти вопросы необходимо рассмотреть военные действия в районе ржевско-вяземского выступа.

Цель данного диссертационного исследования - изучив военные действия в январе 1942 - марте 1943 гг. на центральном стратегическом направлении советско-германского фронта, в районе ржевско-вяземского выступа, определить их масшабность, дать им характеристику, основываясь на существующем понятийном аппарате.

Для этого необходимо выполнить следующие задачи:

· показать последовательность и одновременность наступательных и оборонительных операций с января 1942 г. по апрель 1943 г. крупных группировок советских войск на этом участке фронта, их связь и единство, участие в военных действиях крупных сил противника,

· обосновать новую дату завершения 1-й Ржевско-Сычевской операции и хронологические рамки военных действий за ликвидацию немецкого ржевско-вяземского плацдарма,

· определить потери сторон в ходе этих военных действий,

· проанализировать итоги военных действий и определить их место и значение в ходе Векой Отечественной войны.

Для достижения цели и выполнения поставленных задач был привлечен широкий круг разнообразных источников, как опубликованных, так и неопубликованных.

Хронологически первыми для исследователя опубликованными источниками прежде всего стали материалы периодической печати военного времени. Это военные сводки и сообщения Совинфорбюро о ходе боевых действий на московском направлении в 1942-начале 1943 гг., которые достаточно часто не отражали действительных событиий. В них не говорилось о неудачах, окружениях наших войск, не назывались цифры потерь нашей армии, в то же время назывались конкретные цифры потерь противника, проверить которые было трудно. В газетах впервые публиковались и приказы Верховного Главнокомандующего. Некоторые из них были включены в сборник приказов и речей И.В.Сталина “О Великой Отечественной войне Советского Союза”, что делало оценку событий, о которых шла речь, установочной. Именно в приказе Верховного Главнокомандующего от 23 февраля 1943 г. бои в районе Ржева поставлены в один ряд с самыми значительными битвами и сражениями первых лет войны 37, что является одним из базовых утверждений диссертационной работы.

Основной документальной базой изучаемого вопроса стали директивы, приказы Ставки ВГК, командования группы армий “Центр”, немецкой 9-й армии, приказы и донесения командующих войсками Калининского и Западного фронтов, записи переговоров представителей Генерального штаба с командующими войсками названных фронтов и другие документы высшего командования обеих сторон, относящиеся к периоду военных действия в районе ржевско-вяземского выступа. Большинство из них впервые были опубликованы в 1990-е годы в сборниках документов серии “Русский архив. Великая Отечественная война 1941-1945”. Там, например, представлены тексты директив Ставки на проведение наступательных операций в начале 1942 г, летом 1942 г. и в марте 1943 гг. По документам Ставки можно проследить как разворачивались военные действия в феврале-марте 1943 г., в результате которых был ликвидирован ржевско-вяземский выступ. Но следует отметить иногда довольно тенденциозную подборку документов отдельных томов. Так директива о подготоке и начале операции “Марс” опять не обнародована, зато дана промежуточная директива от 8 декабря 1942 г. 38

Интересные публикации архивных материалов были и в появившемся в 1990-е годы новом издании - “Военно-историческом архиве”. Наряду со статьями и воспоминаниями в журнале публикуются и документы военного времени. Для данной работы были использованы публикации документов Западного фронта, группы армий “Центр”, Генерального штаба Красной Армии за февраль-апрель 1942 г., приказ Главнокомандующего пратизанским движением 30 сентября 1942 г. и др. В диссертационном исследовании использованы также отдельные документы верховного командования вермахта, опубликованные в работе В.И.Дашичева. 39

Документы немецких частей и соединений, воевавших на плацдарме, отдельные высказывания немецких генералов, на которые ссылается автор диссертации, имеются в материалах и книгах по истории отдельных воиских формирований. Интересно, что в них опубликованы и некоторые советские документы, в частности, приказы командующего Калининским фронтом. Здесь же нужно назвать перевод и публикацию Н.Беловым и Т.Михайловой записей за август 1942 г. из журналов боевых действий 18-го и 58-го пехотных полков 6-й пехотной дивизии. Немецкие документы свидетельствуют о том, что немецкое командование считало ржевско-вяземский плацдарм крайне важным в стратегическом отношении для наступления на центральном - московском - направлении. Общеизвестны немецкие названия этого плацдарма: “трамплин для прыжка на Москву”, “кинжал, нацеленный на Москву”. В высказываниях немецких генералов уже в годы войны шла речь о нескольких последовательных, связанных единой целью, наступательных операциях советских войск и соответственно нескольких последовательных оборонительных операций немецких войск на этом участке фронта. Все немецкие источники военного времени отмечают крайнюю ожесточенность и кровопролитность этих боев. 40

Совершенно особым источником по изучаемой теме стала публицистика, в первую очередь, военного времени, как советская, так и немецкая. Она была, если можно так сказать, первой “исследовательницей” боев на московском направлении. Публицистические статьи корреспондентов разных изданий давали первую характеристику боев в районе Ржева. Отражая официальную точку зрения, они заложили базовые позиции, с которых рассматривался исследуемый вопрос советской историографией в последующем. Так, например, при описании боев летом и осенью 1942 г. подчеркивалась их цель - помощь нашим войскам на юге, отвлечение сил противника. Одна из статей И.Эренбурга так и называлась “За юг!”. О значительности боев в районе Ржева свидетельствует название статьи американского журналиста Л.Стоу ”С Красной Армией на Ржевском фронте” в 1943 г. в журнале “Знамя”, выпуск в том же году отдельной брошюрой в серии “Библиотечка краснофлотца” очерков “Под Ржевом” корреспондента “Красной Звезды” А.Ф. Полякова, погибшего под Ржевом в 1942 г. Все авторы отмечали массовый героизм и самоотверженность участников боев, крайнюю ожесточенность боев. 41

Именно в газетных публикациях в годы войны появилась впервые и оценка этих боев как битвы. Так, в одном из репортажей И.Эренбурга со ссылкой на генерал-лейтенанта Д.Д.Лелюшенко о боях в районе Ржева было сказано: “Это не локальный бой, это большая и длительная битва”. 42

Особое место при изучении Ржевской битвы занимают работы Е.М. Ржевской. Её документальная проза с элементами публицистики и автобиографичности, появившаяся после войны, но созданная на основе фронтовых записей, может быть источником для изучения отдельных немецких документов, которые она переводила в качестве переводчицы 30-й армии, а также эмоционального настроя участников боев. 43

Велико значение для изучаемой темы такого вида источников как воспоминания советских и немецких участников войны, генералов и рядовых, их дневники.

Из крупных советских военачальников военным действиям по ликвидации немецкого плацдарма на подступах к Москве больше других внимания уделил Г.К. Жуков. В 1942-марте 1943 гг. он практически все время осуществлял общее руководство действиями советских войск на этом участке фронта. Описывая эти действия в ключе официальной историографии, он делал это отрывочно, а иногда с искажениями. Например, говоря об операции конца 1942 г., он писал, что “с 20 ноября по 8 декабря планирование и подготовка наступления были закончены” 44 при том, что операция началась 25 ноября, а 8 декабря начался ее очередной этап.

И.С.Конев и Д.Д.Лелюшенко, несмотря на то, что длительное время командовали здесь соответственно фронтами и армией, не оставили воспоминаний о боях на ржевском направлении, ограничившись лишь минимальными упоминаниями о них. Другие военачальники, воевавшие здесь, как правило, описывали лишь действия своих частей и соединений, причем, иногда очень неконкретно, с большими пробелами. Все же среди воспоминаний известных военачальников-участников боев на плацдарме можно назвать несколько более откровенных и достоверных: это воспоминания П.А.Белова, Л.М.Сандалова, М.Д.Соломатина, появившиеся в 1950-1960-е годы. Например, П.А.Белов довольно подробно рассказал о действиях своего корпуса в тылу врага в начале 1942 г., М.Д. Соломатин - о действиях 1-го механизированного корпуса Калининского фронта в даже не упоминаемой тогда Ржевско-Сычевской операции ноября-декабря 1942 г., Л.М.Сандалов - об августовской 1942 г. операции 20-й и 31-й армий Западного фронта. 45

Большинство же изданных воспоминаний непосредственных участников событий грешат тенденциозностью, недомолвками, неточностями, а иногда и искажениями. Известно, что эти воспоминания редактировались, иногда переписывались целые страницы для того, чтобы подогнать их к официальной точке зрения. В разных изданиях одних и тех же авторов можно найти следы цензуры. Так, в воспоминаниях М.Е. Катукова в 1974 г. называется Ржевско-Сычевская операция в конце 1942 г., а в других изданиях это просто наступательная операция войск Калининского фронта. 46

В 1990-е годы появились более объективные воспоминания. К таким можно отнести воспоминания летчика, который летал к частям окруженной 39-й армии и вывез раненого генерала Масленникова, людей, обеспечивавших поездку Сталина в августе 1943 г. под Ржев. Интересные замечания по теме есть и в 11-м полном издании воспоминаний Г.К.Жукова, хотя и здесь остались те недостатки в описании боевых действий на ржевско-вяземском выступе, о которых говорилось выше. В эти же годы Ржевским книжным клубом были выпущены несколько сборников воспоминаний офицеров низшего и среднего звена, рядовых - участников боев на ржевско-вяземском выступе, правда, без должной редакции. 47

В 1950-1960-е годы в Советском Союзе был переведен на русский язык и опубликован ряд дневников, воспоминаний известных немецких генералов. Для изучаемой темы прежде всего интересен дневник начальника Генерального штаба сухопутных восйк Германии Ф.Гальдера. Тот факт, что города Ржев и Вязьма вместе с Москвой, Ленинградом, Кавказом, Африкой и несколькими другими объектами в книге дневников, где речь идет о военных действиях на территории Советского Союза, упоминались “по всей книге” свидетельствует об огромном внимании высшего командования вермахта к военным действиям между Ржевом и Вязьмой. Летом 1942 г. Ф.Гальдер назвал Ржев и Сычевку “главными опорами нашего продвижения на Восток”. 48

Источником по истории войны, в том числе по истории военных действия на московском направлении, для советских исследователей была уже упоминаемая работа К.Типпельскирха. Он дал сведения, которых не было в советских источниках. Так, говоря об очистке тылов немецкой 9-й армии в июле 1942 г. в районе Белого, он сообщал, что были полностью окружены не только войска 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса Калининского фронта, но и отрезаны части 22-й и 41-й армий фронта, что подтверждается материалами Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО). Также у него можно было получить, хотя и очень небольшую, информацию о действиях здесь советских войск в ноябре-декабре 1942 г. Источником для изучения отдельных операций стала и названная выше книга генерала Гроссманна “Ржев-краеугольный камень Восточного фронта”, переведенная в 1996 г. в Ржеве на русский язык. Так, только здесь можно было довольно подробно узнать, как шла ликвидации окруженных частей 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса Калинииского фронта в июле 1942 г., описывается и немецкая операции “Бюффель”. 49

Интересны для исследования отдельных эпизодов боев на выступе фронтовые письма немецких солдат и офицеров, воспоминания немецких участников войны низшего и среднего звена. Следует отметить, что для многих из них книга Гроссманна стала основой для периодизации и оценки этих боев. 50

Особенно большее значение для раскрытия темы имеют неопубликованные материалы военного времени, хранящиеся в Центральном архиве Министерства обороны Российской Федерации.

Это, прежде всего, документы 1942-1943 гг. оперативных отделов полевых управлений штабов Калининского (Ф. 213) и Западного фронтов (Ф.208) - директивы Ставки ВГК, боевые приказы, донесения, сводки, журналы боевых действий, записи переговоров по прямому проводу, отчеты об операциях, оперативные карты, материалы по боевому и численному составу и другие. Большую группу источников составили документы (виды документов такие же, как и выше перечисленные) оперативных отделов армий, входящих в состав названных фронтов - 20-й, 22-й, 29-й, 30-й, 31-й, 39-й, 41-й. Документы фронтов и армий позволили более полно представить ход, состав участников, хронологические рамки операций, в частности, Ржевско-Сычевских, провести анализ потерь в операциях и сопоставить их с официальными данными, сделать вывод о несоответствии сводок Совинформбюро действительным событиям. Изучение документов Калининского фронта, 39-й, 22-й и 41-й армий позволило впервые объективно показать ход оборонительной операции войск Калининского фронта в июле 1942 г.

С целью выяснения потерь, уточнения хода боевых действий на ряде участков фронта в определенные периоды времени был изучен ряд дел из фондов некоторых корпусов - 6-го танкового Западного, 1-го механизированного, 6-го стрелкового Калининского фронтов. В фонде 11-го кавалерийского корпуса оказалось лишь шесть дел военной прокуратуры, в выдаче которых исследователю было отказано. В качестве источника была использована опись этого фонда.

Нет допуска к политдонесениям фронтов, материалам окруженных армий и корпусов, многим оперативным картам. Политдонесения удалось получить лишь однажды. В общей сложности было изучено до 100 дел из 13 названных выше фондов, в диссертационной работе использованы материалы из 56-х дел.

Справочно-информационные материалы по составу и использованию отдельных воинских формирований, подготовленные отделами Генерального штаба в 1950-1970-е годы и хранящиеся в библиотеку ЦАМО также помогли в исследовании вопроса.

Были изучены материалы рукописного отдела (архива) Ржевского краеведческого музея. Это подборки материалов дивизий, воевавших в районе Ржева: 215-й, 274-й, 359-й, 369-й, 375-й и других. В них входят копии документов дивизий, хранящихся в ЦАМО (например, выписки из исторических формуляров, копии журналов боевых действий), и воспоминания ветеранов дивизий. Использована также переписка музея с военачальниками и научно-исследовательскими организациями. Материалы Ржевского архива просматривались, но так как они во многом повторяют материалы рукописного отдела РКМ, в работе не использовались.

Изучались материалы и неопубликованные воспоминания ветеранов боев под Ржевом, хранящиеся в архивах отдела истории советского общества Тверского государственного объединеного музея, Вяземского, Бельского, Зубцовского музеев. Это, как правило, машинописные копии, рукописи, фото- и информационный материал по отдельным воинским частям и соединениям. Они более откровенны, чем опубликованные.

При цитировании источников были сохранены их стиль и орфография.

В целом источниковедческая база исследования достаточно широка, но следут подчеркнуть, что наиболее достоверная часть источников сосредоточена в ЦАМО. Лишь исследования в комплексе документов Ставки ВГК, фронтов, армий и других соединений и частей, относящихся к военным действия в районе ржевско-вяземского выступа, позволяют создать довольно полную историю битвы на московском направлении в 1942-1943 гг. К сожалению, рядовой исследователь не имеет доступа с документам выше фронтовых. К тому же, даже получив некоторые документы, находящиеся на особом хранении, исследователь не имеет права на них ссылаться. Такая ситуация не способствует правдивому показу исторических событий.

Методологической основой диссертационного исследования являются приниципы объктивности и историзма (выявление разных точек зрения, при определении позиции автора опора на исторические факты), соотношения общего и особенного (понятие “битва” и особенности конкретной - Ржевской - битвы), соотношения роли личности и народных масс в историческом процессе (роль командующих фронтами, солдатских масс и офицерского состава).

При работе над диссертацией использовались как общенаучные методы: исторический, логический, классификационный, аналитический, так и исторические методы: хронологический подход, синхронный, сравнительно-исторический и статистико-сравнительный методы. Крупные операции советских войск в районе выступа даны по хронологии, что позволило показать их последовательность, изложить ход оборонительной операции войск Калининского фронта в июле 1942 г., обосновать новую дату завершения 1-ой Ржевско-Сычевской операции. Анализ операций проведен по одной схеме: цель, задачи, участие и количество воннских формирований, командование, ход, итоги, значение. Сравнительно-исторический метод использован при выявлении единства целей, территории, командования, результатов операций. Метод периодизации операций воюющих сторон позволил показать их практически полную параллельность. Метод классификации и логический метод использовались для оценки масштабности наступательных операций, отнесения некоторых из них к категории стратегических. Синхронизация, статистико-сравнительный метод позволили сравнить военные действия в районе Ржева-Вязьмы со Сталинградской битвой и сделать вывод о не меньшей масштабност этих событий.

Исследовательская работа построена по хронологическо-проблемному принципу. При этом за основу взята традиционная периодизация истории Великой Отечественной войны.

<< | >>
Источник: Герасимова С.А.. Военные действия в районе Ржевско-Вяземского выступа в январе 1942 - марте 1943 гг.:. 2002

Еще по теме Введение.:

  1. Статья 314. Незаконное введение в организм наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. Тема 1ВВЕДЕНИЕ В ТЕОРИЮ И ПРАКТИКУ МЕНЕДЖМЕНТА
  4. ВВЕДЕНИЕ В ШКОЛЬНУЮ ЖИЗНЬ
  5. "Падение Запада" и глобальные проблемы человечества (общедоступное введение)
  6. Мысли об организации немецкой военной экономикиВведение
  7. Введение
  8.   ВВЕДЕНИЕ 
  9. Введение
  10. Введение
- Археология - Великая Отечественная Война (1941 - 1945 гг.) - Всемирная история - Вторая мировая война - Древняя Русь - Историография и источниковедение России - Историография и источниковедение стран Европы и Америки - Историография и источниковедение Украины - Историография, источниковедение - История Австралии и Океании - История аланов - История варварских народов - История Византии - История Грузии - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Казахстана - История Крыма - История мировых цивилизаций - История науки и техники - История Новейшего времени - История Нового времени - История первобытного общества - История Р. Беларусь - История России - История рыцарства - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - Історія України - Методы исторического исследования - Музееведение - Новейшая история России - ОГЭ - Первая мировая война - Ранний железный век - Ранняя история индоевропейцев - Советская Украина - Украина в XVI - XVIII вв - Украина в составе Российской и Австрийской империй - Україна в середні століття (VII-XV ст.) - Энеолит и бронзовый век - Этнография и этнология -