<<
>>

ПОДПИСКА ЧААДАЕВА

Во исполнение высочайшей его императорского величества воли, объявленной повсеместно и по долгу верноподданнической присяги чести и совести моей, я, нижеподписавшийся, признаюсь чистосердечно, что в 1814 году на службе в городе Кракове был принят в масонскую ложу, которой название запамятовал, и получил в оной первые две степени. В 1822 году, находясь в отставке, подписки о пресечении всякого сношения с масонством требовано от меня не было, по сему таковой в то время и дать пе мог. Но прежде того, принадлежа с 1815 года к российскому Востоку, получил следующие шесть степеней.

С 1825 года же пресек всякое сношение с масонством по собственному уверению в ничтожестве и безрассудстве оного. Ныне даю сию подписку в том, что впредь ни к каким тайным обществам, где и под каким бы они названием пи существовали, принадлежать и сношений с оными ни письменно, ни словесно ниже вообще другими какими-либо способами, ни сам собою, пи посредством других я иметь пе буду, подвергая себя в противном случае строжайшему наказанию как государственный (пропуск).

Брест-Литовский, 1826 года августа 29 дня. Отставной лейб-гвардии Гусарского полка ротмистр Петр Яковлев сын Чаадаев.

1836-го ГОДА

1836 года, ноября 17 дня. Во исполнение воли высшего начальства, против показаний, сделанных г. Надеждиным, имею честь изъяснить нижеследующее.

Я сказал графу Строганову и господину обер-полицмейстеру, что никогда не имел намерения, ни желания печатать известную статью, а что узнал о печатании опой тогда только, когда она получила одобрение цензора и находилась в корректуре Это и теперь подтверждаю. Вероятно, я бы мог и тогда еще остановить печатание, если бы усильно того требовал. Но этого я не сделал.

Ни прежде, ни во время печатания я не виделся с г. Надеждиным, потому что он был болен; а виделся с ним тогда, как статья была уже напечатана. Если я говорил о снисходительном расположении правительства в отношении цензурном, то не основывался пи на каких верных сведениях, а на статьях журнальпых; а о намерениях правительства дать высказать писателям свои мнения, конечно, ничего не говорил.

Справедливо то, что когда г. Надеждип пришел ко мне и говорил о впечатлении, произведенном статьей, и о своем беспокойстве, то я в утешение ему сказал, что князь Элим Петрович Мещерский 2, человек известный своим благомыслием и служайщий у министра просвещения, взял у меня подлинник известного письма, чего вероятно он бы не сделал, если бы оно было вовсе непозволительного содержания, и что я кн. Мещерскому сказал, с ним прощаясь, что он может с этим письмом делать что ему угодно. Показывать же это письмо г. Министру просвещения, а еще менее уведомлять г. Министра об напечатании оного в «Телескопе» князя Мещерского я никогда не думал просить и г. Надеждину об этом ни слова не говорил.

Очень вероятно, что сказал г. Надеждину, что добрые люди за меня заступятся, потому что в том был тогда уверен и теперь еще уверен; но при этом никого не имел в виду; а о людях с голосом вовсе не говорил. О Тургеневе, который, как известно, никакого голоса не имеет, сказал г. Надеждину одно то, что он в переписке со многими в Петербурге, что его, вероятно, известят, какое эта статья там произведет действие, и что я ему сообщу, что от Тургенева узнаю. Все это г. Надеждин странным образом перепутал.

Каким образом г. Надеждину вздумалось, что я будто бы сказал ему, что графу Бенкендорфу известны мои письма, этого я не понимаю. Вероятно, имя графа Бенкендорфа было мной в разговоре произнесено, и так как лично я знаю графа, то с похвалой, но конечно больше ничего не было сказано3.

На первый из последних двух вопросов отвечаю, что, может быть, говорил я, что будут писать в Петербург и что поэтому узнаем, что там говорят; но из этого никакого другого заключения, конечно, не выводил и никакой надежды на это не имел, потому что я совершенно знал, что никто мнений, изложенных в этой статье, не разделяет.

В заключение позволю себе прибавить, что никто, конечно, более мепя не сожалеет о том, что эта статья напечатана, и никто менее меня не желал видеть ее напечатанной.

Из 25 книжек, доставленных мне г. Надеждиным, взяты:

Иваном Ивановичем Дмитриевым 4              1

В семействе Левашовых              4

Князем Иваном Сергеевичем Гагариным для дачи Александру Сергеевичу Пушкину, князю Михайле Петровичу Голицыну, графине Сиркур, князю Элиму

Петровичу Мещерскому и для него самого              5

Михайле Федоровичу Орлову                            . 1

Княгипе Наталье Дмитриевне Шаховской              1

Авдотье Петровне Елагиной              1

Александром Сергеевичем Норовым                            . 1

Николаем Филипповичем Павловым              1

Александром Ивановичем Тургеневым              2

С моими бумагами              2 или 3

г. Я ниш ом                            . 1

Сверх того 3 или 4, на которых я стал было делать поправки, изорвал, потому что они чрез то сделались неудобочитаемыми, и несколько еще взяты были со стола приходившими ко мне, но которых имена теперь не вспомню.

Все сие показал по сущей справедливости, и если что впоследствии сему показанию противного окажется, то подвергаюсь законной ответственности.

<< | >>
Источник: П.Я.ЧААДАЕВ. Полное собрание сочинений и избранные письма. Том1 Издательство  Наука  Москва 1991. 1991

Еще по теме ПОДПИСКА ЧААДАЕВА:

  1. КОНТУРЫ РУССКОЙ ИДЕИ
  2. Глава 3. Европа и славянский мир
  3. ПОКАЗАНИЯ ЧААДАЕВА 1826-го ГОДА
  4. ПОДПИСКА ЧААДАЕВА
  5. 15. М. Я. Чаадаеву. 19 июня 1821
  6. X. Я. И. Тургенев Париж, 20 нояб./2 дек. 1825.
  7. УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН[112]
  8. Глава восьмая