<<
>>

Ф. А. Степун

  Федор Августович Степун (1884 - 1965) родился в Москве. Его отец - владелец писчебумажных фабрик - был выходцем из Восточной Пруссии. С 1902 по 1910 г. Степун занимался философией в Гей- дельбергском университете у Виндельбанда.
Но неокантианство своего наставника дополнялось у Степуна влиянием немецкого романтизма и философией Вл. Соловьева. Философии истории Соловьева была посвящена докторская диссертация Степуна. К рационалистической стороне системы русского философа он вскоре утратил интерес, и задуманное им большое исследование о Соловьеве ограничилось докторской работой.
Степун, как один из инициаторов журнала «Логос», возвратившись в Россию, принимал активное участие в его издании. В «Логосе» он напечатал свои философские статьи: «Трагедия творчества (Фридрих Шлегель)» (1910), «Трагедия мистического сознания (Опыт феноменологической характеристики)» (1911-1912), «Жизнь и творчество» (1913).
Последнюю статью сам Степун рассматривал как «первый набросок философской системы, пытающейся на почве кантовского критицизма научно защитить и оправдать явно навеянный романтиками и славянофилами религиозный идеал»[287]. Печатался он также и в других журналах, публикуя статьи по философии, об общественной жизни, литературе, театре.
Встретив недоброжелательное отношение к неокантианству со стороны академических кругов Москвы, Степун пришел к выводу, что «в России, быть может, правильнее заниматься философией вне университетских стен»[288]. Он организует свой курс лекций «Введение в философию», который читает в снятой квартире. Дважды он выступал с докладами на заседаниях Петербургского религиозно-философского общества. Степун ведет лекционную деятельность в Москве и провинциальных городах России.
Во время Первой мировой войны Степун - прапорщик артиллерийского полка. Февральская революция 1917г. застала его на фронте в Галиции. Он во главе делегации Юго-Западного фронта приезжает в Петроград и затем избирается депутатом Всероссийского Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, с мая по июнь 1917 г. возглавляет культурно-просветительный отдел при Политическом управлении Военного министерства Временного правительства, а затем становится и начальником Политического управления, редактором «Журнала армии и флота Свободной России».
После Октябрьской революции Степун становится идейным руководителем Государственного Показательного театра, а потом и режиссером. Но практическая театральная деятельность Степуна длилась недолго: он был отстранен от работы в театре после обвинительно- революционного выступления режиссера В. Э. Мейерхольда. Однако увлечение театром продолжалось уже на теоретическом уровне. Сте- пун преподавал «философию театра» в различных театральных школах и студиях, в том числе в Студии молодых актеров, в которой уроки давал К. С. Станиславский. Через несколько лет, уже находясь в эмиграции, Степун выпустит свою книгу «Основные проблемы театра» (Берлин, 1923). Не прерывается и литературная работа Степуна. Он сотрудничает в культурно-философском отделе эсеровской газеты «Возрождение», не разделяя эсеровскую идеологию, но будучи сторонником «окультуривания русского демократического социализ- ма»[289]. В 1918г. выходит его книга воспоминаний о войне «Из писем прапорщика-артиллериста». В 1922 г. под его редакцией и с его статьей выходит первый и единственный номер журнала «Шиповник», в котором опубликована работа Бердяева, произведения Леонида Леонова и Бориса Пастернака. В этом же году вышел сборник статей Бердяева, Франка, Степуна и Букшпанна, посвященный книге О. Шпенглера «Закат Европы». Степун, возражая Шпенглеру, утверждал, что не погибнет «подлинная, то есть христиански-гуманитарная культура», как не погибнет и европеизированная Россия, давшая миру Пушкина. Но Степун вполне солидаризировался с автором «Заката Европы» в резко отрицательной оценке марксистского социализма.
Неудивительно, что Степун попал в список философов и ученых высылаемых из России большевистским правительством. Он эмигрирует в Германию, где сотрудничает в русских и немецких журналах, выпускает ряд книг, в том числе основной свой философский труд - «Жизнь и творчество» (Берлин, 1922). С 1926 г. Степун работает на кафедре социологии Высшего Технического училища в Дрездене, но в 1927 г. нацисты увольняют его за идейную неблагонадежность. У него на квартире производили обыски. Степун - решительный противник национал-социализма[290]. Имея немецкое этническое происхождение, Степун в период Второй мировой войны был патриотом России. После войны он с 1946 г. с большим успехом читает лекции о русской духовной культуре, возглавляя специально для него созданную в Мюнхенском университете кафедру по истории русской культуры. В 1956 г. выходит на немецком языке его книга «Большевизм и христианское существование», а в 1962 г. «Мистическое мировосприятие». В 1947 г. на немецком языке напечатаны воспоминания Степуна, которые в 1956 г. издаются по-русски под названием «Бывшее и несбывшееся». В 1992 г. увидел свет и сборник его статей о русских писателях «Встречи», в 1999 г. - «Чаемая Россия». В 2000 г. в серии «Из истории отечественной философской мысли» опубликованы его «Сочинения».
Философские воззрения Степуна представляют собой своеобразный синтез неокантианства и романтизированной «философии жизни» с религиозной философией в духе Вл. Соловьева. Многим современникам этот синтез не казался органичным, но он показателен для умонастроений определенного течения русской философской мысли. Попытаемся понять логику столь разнородного философского построения автора очерка «Жизнь и творчество» - основного концептуального произведения Степуна.

По его убеждению, «единственной подлинной задачей философии» является «узрение абсолютного»[291]. Эту задачу философии раз- решал и Кант, но иначе, чем ему предшествующая философия, которая, по образному определению Степуна, стремилась «узреть абсолютное в образе стоящего высоко над землею солнца». Кант же «действительно переложил горизонт философии так, что солнце абсолютного осталось за ее горизонтом» (140). Поэтому и современный кан- товский критицизм «ищет не солнца в небе, а лишь его следы и отсветы на гаснущей земле» (141). Для Степуна кантовский критицизм характеризует современный уровень научной философии, хотя не все положения Канта представляются ему приемлемыми[292].
Свои рассуждения о жизни и творчестве Степун и начинает с «гаснущей земли». За основу он берет понятие «переживание», имея в виду не конкретное субъективно-психическое переживание, а некое «переживание» вообще. Для него и жизнь, и творчество являются двумя полюсами этого «переживания». При этом переживание-жизнь является «переживанием мистическим» (157). Дело в том, что «то понятие, которым знаменуется жизнь, есть понятие «положительного всеединства» (160). Так Степун пытается совместить «философию жизни» с учением Вл. Соловьева. Он стремится также Соловьева «скрестить» с Кантом, отмечая, что для него положительное всеединство не есть «само абсолютное», а только «логический символ этого абсолютного, да и то не абсолютного, как оно есть на самом деле и в самом себе, но как оно дано в переживании» (179). Но само это «переживание жизни» постулируется «как переживание религиозное, как религиозное переживание Бога». Таким образом, «знание Жизни» приравнивается к знанию «Бога живого» (180).
Творчество рассматривается Степуном также как переживание, но такое переживание, которое противостоит переживанию жизни. Если переживание жизни характеризуется как «положительное всеединство», то в переживании творчества единства нет. Оно расколото на субъект и объект и распадается на многообразные формы культурного творчества: на науку и философию, на искусство и религию. По отношению к творчеству Степун применяет, по примеру своих учителей-неокантианцев Виндельбанда и Риккерта, аксиологический, т. е. теоретико- ценностный подход, который он своеобразно развивает.
Сами ценности он подразделяет на «ценности состояния» и «ценности предметного положения». «Ценности состояния» - это ценности, «в которых организуется каждый человек (с ценностью личности во главе)», и ценности, «в которых организуется человечество (с основною ценностью судьбы)» (171). «Ценности предметного положения» - второй слой ценностей творчества. К ним относятся ценно- сти «научно-философские» и «эстетически-гностические». «Научно-философские ценности те, что построяют культурные блага точной науки и философии». «.Эстетически-гностические ценности те, которые построяют культурные блага искусства и символически-метафизические системы философии» (171).
Взаимоотношение жизни и творчества, по Степуну, противоречиво. Он утверждает «равномерное признание обоих полюсов» - «как полюса Жизни, так и полюса творчества» (182). В то же время он полагает, «что Жизнь есть Бог, а творчество - отпадение от Него» (181). Вместе с тем творчество «никак не может быть осмысленно и отвергнуто, как греховное и богоборческое самоутверждение человека. Творя, человек покорно свершает свое подлинно человеческое, т. е. указанное ему самим Богом дело» (182). Но это двойственное отношение творчества к Жизни-Богу и составляет «трагедию творчества», которую Степун в статье «Трагедия творчества» характеризует, как стремление решить невозможную задачу: «Вместить жизнь, как таковую, в творчестве»[293].
Степун был творческой личностью, что выразилось и в его собственном философском и художественном творчестве (в 1923 г. он опубликовал свой философский роман «Николай Переслегин»; его воспоминания «Бывшее и несбывшееся» имеют не только документальное, но и художественное значение), и в глубоком интересе к литературному и театральному творчеству[294].
<< | >>
Источник: Столович Л. Н.. История русской философии. Очерки. - М.: Республика,2005. -495 с.. 2005

Еще по теме Ф. А. Степун:

  1. §1. Идейно-теоретические и научные основания исследования моды как способа символизации социальных изменений
  2. Эколого-гуманистическая цивилизация.
  3. Библиография
  4. КОНТУРЫ РУССКОЙ ИДЕИ
  5. "Падение Запада" и глобальные проблемы человечества (общедоступное введение)
  6. 7. Теория круговорота локальных цивилизаций
  7. ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО, ТВОРЧЕСТВО
  8. 1.4. Закат европейской культуры: прогнозы русских мыслителей
  9. Е.Н. Трубецкой. Москва в конце восьмидесятых и в начале девяностых годов. Лопатинский кружок.  
  10. Жизненный путь философа
  11. НЕАКАДЕМИЧЕСКОЕ КАНТИАНСТВО