Глава 249 Согласование анафорического элемента

1. Относительное местоимение в силу того, что в нем содержится анафорический элемент, является изменяемым словом и согласуется с существительным, с которым оно находится в анафорической связи.

2. Согласование может идти по линии лица. Так, в немецком в слу­чае автоонтива и антионтива необходимо указывать на лицо с помощью личного показателя, ставящегося после относительного местоимения: ich, der ich spreche ’я, который [я] говорю’; Vater unser der du bist im Himmel ’Отче наш, иже [ты] еси на небеси’.

3. При отсутствии такого уточнения считается, что, как и глагол, релятив имеет форму анонтива единственного числа: ich, der ich spricht ’я, который говорит’; Mich, die neben dir so klein sich ffihlt (Schiller, Die Jungfrau von Orleans) букв. ’Меня, которая рядом с тобой ощущает себя такой маленькой’.

4. Но чаще всего согласование производится только по роду и числу: лат. epistula quam accepi ’письмо, которое я получил’. Относительное место- имение quam является формой женского рода единственного числа, по­скольку оно связано анафорически со своим антецедентом epistula, который также имеет форму женского рода единственного числа.

5. В принципе не приходится говорить о согласовании релятива со своим антецедентом в падеже, поскольку падеж релятива определяется его функцией в придаточном предложении, а эта функция не имеет ниче­го общего с функцией антецедента в главном предложении.

6. Однако иногда случается, что в результате своего рода чрезмерной чувствительности к согласованию в некоторых языках допускается со­гласование в падеже, которое никоим образом не оправдано с граммати­ческой точки зрения. Это излишнее согласование известно как явление аттракции.

7. Аттракция - частое явление в греческом. Если антецедент имеет форму генитива или датива, то релятив-второй актант вместо того, чтобы быть употребленным в форме аккузатива, принимает форму того же падежа, что и антецедент: tv dyad&v ammei (вместо J>atei) frauja fragaf mis (Второе Послание к коринфянам, 13, 10) ’По власти, данной мне Господом’; древневерхненем. thaz iz liuchte alien then (вместо thie) in huse sint (Tatian, 25, 2) ’чтобы он светил для всех тех, кто находится в доме’ (С u е n d е t 1939,94).

11. Общая тенденция к старению флексии проявляется и в анафори­ческом элементе, как и в любой другой флективной форме.

12. Эта тенденция приводит к тому, что множество флективных форм анафорического элемента сводится к одной-единственной неизме- няющейся форме, которая морфологически ничем не отличается от неизменяемой формы транслятива.

13. Это развитие можно проследить на примере английского; так в староанглийском возможно fet drigde mid |>аёге linvaede £е he was mid begyrt (Евангелие от Иоанна, 13, 5) букв. ’Он начал утирать ноги (своим ученикам) полотенцем, которым был препоясан’ (С u е n d е t 1939,96).

14. Эта тенденция привела в скандинавских языках к употребле­нию таких неизменяемых частиц, как er, sem (som), которые, впрочем, превратились теперь в настоящие союзы: старонорвеж. Konungr gaf Hqkone sweif), £at er hiqlten vqro or guile (Heimskringla) ’Король дал Xo- кону шпагу, дужка гарды которой была из золота’ (С u е n d е t 1939, 97) ; швед. Vem var den flickan som du slog? ’Кто была та девушка, кото­рую ты ударил?’

15. Наконец, может быть, к этой же тенденции следует отнести и такие французские обороты, как imbecile que (а не *qui) je suis (#. Lave­dan. Viveurs, IV) ’ну и дурак же я’ букв, ’дурак, что (а не ’кто’ или ’кото­рый’) я есть’; l’homme que je suis ’такой человек, как я’ букв, ’человек, что я есть’ (см. гл. 75, § 7).