Глава 149 Анафорическая юнкция

1. Подобная юнкция отличается тем не менее от собственно юнкции, поскольку она не влечет за собой раздвоения. Слова каждого из двух предложений, связанных анафорически, являются составными частями совершенно различных предложений, и каждое из этих слов играет в своем предложении особую роль.

2. В речевой цепи предложения, связанные только по смыслу, в структурном отношении остаются совершенно независимыми. Но иногда одно из этих предложений, будучи как бы заключенным в скобки, встав­ляется внутрь другого, рассекая его на две части. Предложение, интер- калированное таким образом в другое, называется вводным (incise).

3. Поскольку вводные предложения невозможно расклассифициро­вать согласно особенностям их структурной связи, которой они не име­ют, оставаясь независимыми, приходится классифицировать их соглас­но семантической связи, которая устанавливается между вводным пред­ложением и другим предложением. Эта связь может быть сочинительной или подчинительной.

4. Наглядный пример семантической связи сочинительного типа содержится в следующих стихах:

A ces mots, Гапішаї pervers (C’est le serpent que je veux dire,

Et non l’homme: on pourrait aisement s’y tromper...)

(La Fontaine. Fables, X, 1) букв, ’При этих словах порочное животное (Я имею в виду змею,

А не человека: тут легко ошибиться...)

В этом примере анафорическое с[68] вводного предложения непосред­ственно соотносится со словом animal другого предложения, в котором оно играет роль актанта.

5. Семантическая связь может быть и более слабой:

Mais un fripon d’enfant (cet age est sans pitie)

Prit sa fronde et, d’un coup, tua plus qu’a moitie La volatile malheureuse.

(La Fontaine. Fables, IX, 2) букв. ’Но какой-то негодный мальчишка (этот возраст не знает жалости) Взял рогатку и одним ударом чуть совсем не убил Бедную птицу’.

Здесь анафорическое cet вводного предложения, очевидно, соотно­сится не со словами fripon d’enfant в другом предложении, а со словом age (du fripon d’enfant) ’возраст (негодного мальчишка*), хотя слово age присутствует только во вводном предложении.

6. Связь оказывается также весьма слабой, когда анафорическое сло­во во вводном предложении вместо того, чтобы отсылать к актанту, вы­раженному в другом предложении, отсылает ко всему этому предложе­нию в целом. Рассмотрим, например, стихи:

Je suis jeune, il est vrai, mais aux ames bien nees La valeur n’attend point le nombre des annees.

(Corneille. Le Cid, II, 2).

Я молод, это так; но

если сердце смело,

Оно не станет ждать,

чтоб время подоспело*.

Первый актант вводного предложения (il является здесь псевдо­субъектом, ср. гл. 50, § 7) не выступает в то же время каким-либо актантом в другом предложении, он в самом общем смысле повторяет идею, выраженную этим предложением: первым актантом est vrai ’верно* является предложение в целом je suis jeune ’я молод’.

7. Можно видеть, что оцениваемая с точки зрения истинности мысль je suis jeune *я молод* высказывается в качестве преадверсатива до пред­ложения, вводимого противительным юнктивом mais. Поэтому все пред- ложейие в целом il est vrai ’это верно* превращается постепенно в простой преадверсативный юнктив, не разложимый на составные части (см. гл. 140, § 13).

8. Однако этот неразложимый преадверсатив все же может быть под­вергнут анализу, так как его структура остается пока прозрачной. Этого нельзя сказать о немецком преадверсативе zwar ’хотя* (см. выше, гл 140, § 22), составные части которого es ist wahr ’это верно* уже не восприни­маются говорящими и выявляются только в ходе этимологического анализа.

9. Также анафорическое с’ во французском выражении c’est-a-dire ’то есть’ устанавливает семантическую связь сочинительного типа; и это выражение все более становится неразложимым и все более воспри­нимается в целом как юнктив, функцией которого является введение пояснения к ранее высказанному члену или предложению.

10. То же значение имеет лат. id в обычном выражении id est ’то есть’, совершенно аналогичном французскому выражению c’est-a-dire.

11. Как уже было сказано (см. выше, §4), семантическая связь, соединяющая вводное предложение с другим предложением, может быть также подчинительного типа. Но в этом случае именно другое, не ввод­ное, предложение подчиняется в смысловом отношении вводному пред­ложению, которое играет роль управляющего члена. Так обстоит дело с выражениями типа dit-il ’говорит он’, dit-on ’говорят’, се dit-on ’так го­ворят’, по отношению к которым то, что сказано, является вторым ак­тантом. Возьмем предложение Merci, dit-il ’Спасибо, говорит он; ясно, что сказанное, то есть merci ’спасибо’, является вторым актантом глагола dit ’говорит’. Отметим, что в устаревшем выражении се dit-on ’так гово­рят’, несмотря на инверсию, се берет на себя роль второго актанта, а on — роль первого актанта.

12. Анализ нескольких предложений показывает, что семантическая связь между вводным предложением и предложением, в которое это вводное предложение вставляется, может быть самой разнообразной. Как мы убедились, эта связь довольно слаба и. она не позволяет распре­делить соединяемые ею предложения по точно очерченным логическим типам. В действительности в отношениях между вводными предложени­ями и предложениями, в которые они вставляются, господствует абсо­лютная свобода.