<<
>>

Спрос, предложение и цены у Маркса

Чего бы она ни потребовала, ей давали всё

(2:13 Есфирь) я предложу тебе кусок хлеба... и...

(28:22 1-я Царств) спросил чего ты хочешь (10:51 От Марка)

Из всего вышесказанного простой, естественный вывод.

Денежное богатство или капитал, а также прибавочная стоимость тысячи лет назад создавалось и создаётся ныне только в торговле и только на базе объективной разности потребительных стоимостей товара у покупателя и продавца. Если потребительная стоимость на данном рынке у покупателей ниже себестоимости у купцов, то такой рынок рухнет. Недаром во всех экономических теориях существует извечная пара категорий для описания свойств рынка это: спрос и предложение, на противоречиях в анализе которых у Маркса мы здесь и остановимся.

Характерна по этой проблеме позиция Маркса в 1-м томе его "Капитала". Отдельных экономических категорий спроса и предложения в их единстве и борьбе, как некоторых противоположных моментов, для реальных действующих субъектов рынка - покупателя и продавца у Маркса нет, и им... не вводится. В основном он рассматривает спрос на рабочую силу и далее предложение произведённых этой силой товаров на рынке со стороны одного субъекта - капиталиста, одновременно и покупателя и продавца. Повторяю, исследования взаимодействия различных субъектов рынка - покупателя и продавца в реализации акта купли-продажи, или акта превращения товара в потребительную стоимость у него нет! На рынке у Маркса один субъект - капиталист, который левой рукой покупает дешёвую рабочую силу и сырьё, а правой продаёт свои дорогие товары. Покупатель и продавец у него в одном лице, а объекты рынка - потребительные стоимости (в виде средств производства и рабочей силы) и произведенные ими товары - в двух разных ипостасях. Реальный рынок покупателей и продавцов "вокруг товара" им просто... проигнорирован. Более того, Великий Экономист раннего разлива заявлял: "Предложение не знает спроса, а спрос не знает предложения", и в ином месте противоположное: "торговля...

господствует над... миром благодаря отношению спроса и предложения". Если вам некий математик заявит: "Сложение не знает вычитания, а вычитание - сложения", или философ: "Материя не знает движения, а движение - материи", или биолог: "Жизнь не знает смерти, а смерть - жизни", - то тут диагноз ясен и однозначен.

Попутно приведу интересную фразу, где Маркс и ошибся, и гениально предсказал будущее: "с коммунистическим регулированием производства... исчезает также и... отношения спроса и предложения". В СССР предложение исчезло (точно предсказать будущее, да за 100 лет до его реализации дано не каждому), а вот со спросом на импортное барахло - грубый прокол. И пустопорожняя болтовня философа: "Спрос есть в то же время предложение, предложение есть в то же время спрос". Сравните с первой цитатой раздела, где: "Предложение не знает спроса....". а также с первым, что пришло мне в голову: "Дурак есть в то же время умный, умный есть в то же время дурак", или: "Прозаик есть в то же время поэт, поэт есть в то же время прозаик", - при желании, на досуге советую: приобщайтесь к "фразотворчеству". Hy не вписывались спрос и предложение в его теорию, и не лежала у мэтра душа к их изучению, потому можно найти у него незаконченные фразы: "Уровень заработной платы [где? - В.Ш.]... зависит от соотношения между спросом [на что? - В.Ш.] и предложением [а чего? - В.Ш.]", и ещё полнейший бред: "колебания спроса и предложения всякий раз приводят цену товара к уровню издержек производства". А если колебаний нет, то что приведёт цену к этому уровню? Или фраза-отписка: "Как товар, заработная плата зависит... от спроса и предложения". А как зависит, и где хотя бы описание на словах вида этой зависимости, - этого в "Капитале" нет. И такая непонятная фраза: "если спрос на труд... велик... рабочий может присвоить себе часть возросшей производительности [чего?, труда или "природного водопада" - В.Ш.]".

Эту фразу я понял так, что если работяг маловато, то им разрешают красть-присваивать. .. неясно что.

Фраза, когда надо что-то прокукарекать: "деньги... их стоимость... зависит от отношения издержек производства к спросу (конкуренция) и предложению". Во-первых, если учесть, что издержки производства оцениваются в деньгах, стоимость тоже имеет размерность денег, то перед вами рекурсия чистой воды, но в скрытом виде. Во-вторых, и спрос, и предложение имеют смысл, в отношении к некоторому товару, а не сами по себе, а к какому товару они относятся в этой фразе - не ясно. И в-третьих, болтать об отношении некоторых величин, да без написания формулы их связи - это негласная привилегия популистов-журналистов, или политиков, или философов, или экономистов, но никак не уважающих себя учёных.

Ещё автономно о спросе: "если цена высока, значит спрос на товар очень велик". - и это положение уже полтора^толетия господствует в экономической науке (подробный анализ этого бреда будет дан в 1У-Й части работы). Если фраза верна, то... повышайте цены на все товары и вы автоматически поднимете спрос. Проблема кризисов перепроизводства решена.

А вот определение, что такое спрос у Маркса: "Спрос... совокупность предметов обмена, совокупность товаров, предназначенных для обмена и торговли". В СССР на прилавках и на складах пылилась огромная совокупность товаров, предназначенных для торговли, а спроса на них как-то и не наблюдалось. Спрос был на дефицит, на те товары совокупность которых в мизерных количествах была под прилавком, и для торговли оные никак не предназначались, а были предметом обмена между "своими людьми", на некие услуги, или на тот же дефицит.

А вот и определение меры, для спроса: "предложение есть мера собственного спроса". У фантаста С.Пэма это прозвучало бы так: "сепуляция есть мера собственных сепулек". Как, не дав вразумительных определений понятий, величин и их размерностей, сразу же давать их определение меры во взаимных ссылках? Вот первое, что приходит в голову из этой серии: "атака есть мера собственной обороны", или же: "любовь есть мера собственной ненависти", или: "строительство есть мера собственного разрушения", и т.п..

Звук-то есть, а смысла нет.

Причина такого отношения одна. Если исследовать категории спроса и предложения, то его теория обмена по эквиваленту стоимости при научном анализе окажется несостоятельной и провальной, и в этом он сам признаётся, но только в 3-м томе. В одном месте 1-го тома, при анализе постоянного и переменного капитала встречается крамольная для теории фраза: "...производство и рост части постоянного капитала, состоящий из основного капитала, машин и т.д., значительно обгоняет производство, и рост той его части, которая состоит из органического сырья; вследствие этого спрос на такое сырье увеличивается быстрее его предложения, и потому цена его повышается". Почему эта фраза крамольная? Потому, что дальше по тексту он отмечает (негативные для его теории эквивалентов) последствия этого факта, говоря: "...следовательно, происходят те потрясения, которые вытекают из этого сильного колебания цены одного из главных элементов процесса воспроизводства". Итак, колебание иены в зависимости от соотношения спроса и предложения для Маркса по его же словам - потрясение, или неожиданность, случайность, а не естественная закономерность рынка, которую как факт надо не отмечать, но и изучить. Конечно, по его теории стоимости подобное иначе как потрясением не назвать, а мы знаем: то, что не соответствует теории должно быть отброшено и забыто. Вот цитата капиталиста Энгельса: "Вечное колебание цен, создаваемое условиями конкуренции, окончательно лишает торговлю последних следов нравственности. О стоимости нет больше и речи". Оказывается, в допотопные времена конкуренции не было, торговля была нравственной, и цены стояли, как у молодожёна стоит... вопрос о нравственности супруги. Откуда взялась эта напасть: конкуренция, которая лишила супругу невинности, простите, заговорился, конечно же лишила торговлю её нравственности. Энгельс и его патрон Маркс исследовать забыли. Забыли они также, или вовсе не знали, что не одной конкуренцией, но и опросом-предложением определяется вечное (!?) колебание цен.

Маркс изобрёл свой фантом стоимости, которую безнравственные торгаши попросту... игнорируют. А к моральным аргументам, типа хорошо-плохо, нравственно-безнравственно и пр. прибегают исключительно те "учёные", у коих окончательно исчерпались иные средства доказательств. Если заявить, что: безнравственно складывать путь и скорость, то чем это не аргумент в доказательстве безнравственности политэкономии, и её основоположников. Как видим, экономика Маркса и понятие стоимости могут существовать только в нравственном обществе, но определения пролетарской, или какой-либо иной буржуазной нравственности- безнравственности, в их трудах я не обнаружил. Воровство считается безнравственным (когда крадут у вас), но и вполне нравственным (когда крадёте вы). Что же это такое: безнравственная или нравственная торговля - допишите в "Капитал" самостоятельно. Итак, Маркс отказался от понятия стоимости (о ней нет больше и речи), и здесь уместно привести слова Маркса касательно Прудона: "Чтобы спасти свою систему, он [Прудон - В.Ш.] готов пожертвовать ее основой". Как видим, методы экономических учений тривиальны: когда они заходят в тупик, то забываются основы учений и в ход идут конъюнктурные соображения.

Неужели, трудно поставить мысленный эксперимент: рассмотреть мировой рынок зерна. Пусть будет общий неурожай. Затраты производителя зерна и его суммарная стоимость по Марксу даже уменьшится, поскольку снизятся затраты на его уборку и транспорт, а цена и общая денежная прибыль взлетит до... потребительной стоимости голодных покупателей. И такое может продолжаться несколько лет подряд. А в урожайный год - всё наоборот. Затраты производителя зерна и общая его масса вырастут, поскольку убирать-сушить-хранить, надо больше, чем обычно, а цены - обвалятся и... часть урожая придется уничтожать, иначе все производители зерна разорятся. Объективная необходимость именно уничтожения излишков продукции для предотвращения обвала рынка дана ниже, с выводом соответствующих формул, и с их исследованием.

Для экономики Маркса, основанной на обмене эквивалентов и фантоме стоимости, этот естественный закон рынка, - есть прямое потрясение. Подобные метаморфозы с ценами у Маркса мимоходом им отмечены и даже в разных местах, но никак им не исследованы. Рынок у Маркса тоже рассмотрен односторонне только со стороны обмена в производстве, когда покупатель и продавец - одно лицо, но никак не со стороны обмена в потреблении, или между производством и потреблением, когда субъекты рынка противостоят друг другу в отношениях обмена. Потребления у Маркса нет. О воровстве или не эквивалентном обмене даже не упоминаю. И после этого мэтр претендует на: "открытие экономического закона движения современного общества". Увы, у Маркса свойства части (экономика только производства и обмена) распространяются автоматически на свойства целого (жизнь общества), и это его, как "учёного"-экономиста, нисколько не волнует. Типичный философ с его универсальным "философским камнем" - эквивалентом, да и только.

_К проблематике спроса и предложения уже "зрелый" Маркс обращается только в 3-м томе в Х-й главе, и то, когда ему приходится доказывать, почему выравнивается норма прибыли при разном органическом строении капитала. При этом он делает одно замечание, что: "Те представляющие исключение товары, которые имеют цены, но не имеют стоимости, не входят здесь в наше рассмотрение". Попутно ещё отмечу, что исключений в настоящей науке и в её законах не бывает, а они есть только в законах полицейских, устанавливаемых для их исполнения произволом власти. Если в экономике появились товары, имеющие цену, а не имеющие стоимости, то... правильно, понятие стоимости и есть этот полицейский термин, и в экономике ему ничего не соответствует. Это придумал не я, а это следует из формально логической расшифровки этого замечания Маркса. Исключив стоимость из экономики, мы автоматически ставим её на научную основу, и её законы не будут иметь исключений. И на рынке останутся только атрибуты её объектов - цены. Для "не экономического" читателя поясню сущность проблемы. По Марксу прибавочная стоимость и, позже, прибыль возникают как присвоение капиталистом неоплаченного труда рабочих. По этой теории завод-автомат с минимумом рабочей силы должен давать меньше прибыли по сравнению с заводом с полностью ручным производством данного товара. А прибыль для этих заводов реально одинакова, и Маркс это объясняет неким феноменом конкуренции. Вот его т.н. "объяснения" (которые меня отнюдь не убедили): "Что осуществляет конкуренция, и притом первоначально в одной сфере производства, так это - установление одинаковой рыночной стоимости и рыночной цены из различных индивидуальных стоимостей товаров". А реалии-факты таковы: конкуренция продавцов приводит к падению цен (распродажа), конкуренция покупателей - к росту цен (аукцион), а не к её фиксации на уровне несуществующей стоимости. Конкуренция покупателя и продавца (торг) устанавливает третью цену. Если есть монополия, и вообще нет конкуренции, то какая-то цена на товар всё равно будет. Если товар уникальный, то конкуренции в принципе быть не может. Вопрос к Марксу. К какой же цене (монопольной или конкурентной) надо привязывать его фикцию стоимости? Три вида конкуренции дают в итоге три уровня цен. Как быть с эксклюзивными товарами, когда для них конкуренции не существует? И как быть, когда секрет уникального товара теряется, и он становится товаром массового производства, когда возникает конкуренция производителей и цена падает (например - натуральный китайский шёлк)? И, действительно, ровно через 14 страниц в этой главе читаем: "если один из конкурентов производит дешевле других, может сбывать больше товара и отвоевать для себя больше места на рынке... то он... мало-помалу принуждает других ввести более дешевый метод производства". Если я произвожу дешевле других, то это вовсе не значит, что я продаю дешевле других. Я продаю по рыночной цене и на этом имею добавочную прибыль. А, чтобы сбывать больше товара, надо расширить производство и это вовсе не обязательно за счёт удешевления производства. Удешевление даёт добавочную прибыль и всё. Что же означает: "дешёвый метод производства" в данном конкретном случае, - нам не поясняют, ибо по Марксу удешевить производство товара можно: или применением дешёвого сырья, или же повышением интенсивности производства, а эти два различных фактора по теории марксизма влияют на стоимость товаров по разному. Читаем: "Экономия на издержках производства не может быть чем-либо иным, как только экономией на количестве труда, употребляемого на производство". Но при повышении производительности труда на одной и той же странице можно найти два взаимоисключающих утверждения: "один и тот же труд в равные промежутки времени создает равные по величине стоимости, как бы ни изменялась его производительная сила". И тут же, для тех, кто с этим категорически не согласен, читаем: "изменение производительной силы, которое увеличивает плодотворность труда, а потому и массу доставляемых им потребительных стоимостей, уменьшает, следовательно, величину стоимости этой возросшей массы". В дальнейшем Маркс, когда он освоил алгебру, стал на иную точку зрения: "Стоимость товаров обратно пропорциональна производительной силе труда". Хотя критика Марксом Рикардо была за то его положение, которое совпадает с первым положением Маркса: "Как бы ни изменялась производительная сила, «миллион людей на фабриках всегда произведет одну и ту же стоимость»". Пусть я сапожник, и шью в день две пары сапог. Потом я увеличил свою производительность втрое и потому начал шить в день шесть пар сапог. Масса производимых сапог возросла втрое. Из предпоследней цитаты я делаю вывод, что стоимость шести пар моих сапог не изменилась. Кто с этим не согласен, может воспользоваться последней цитатой, где утверждается, что величина стоимости возросшей массы сапог уменьшается, но в какой пропорции - думайте сами, ибо Маркс об этом нам не говорит. Вопрос к читателю. Может ли существовать реально такая субстанция как стоимость, относительно которой можно в одинаковых условиях выносить взаимоисключающие суждения? Таковое возможно для субстанций абстрактных, свойства которых наблюдать (или косвенно проверить) никак нельзя, или для любых субстанций, но в чисто религиозных, а не научных построениях. Но сейчас не об этом противоречии, а о спросе и предложении (кстати, это тоже почти вид конкуренции).

Начинает Маркс с того, что: "Действительная трудность при общем определении понятий спроса и предложения заключается в том, что определения эти как будто сводятся к тавтологии". Как могут противоположные по их определению два диалектических момента некоторой сущности быть... тавтологией, - это знает диалектика Маркса. И далее Маркс рассматривает термин предложения лишь как: "продукт, который находится на рынке или может быть доставлен на него". В корне не верное положение, ибо предложение - это продукт который не находится на рынке и не может быть доставлен на него, а который непрерывно доставляется на рынок. Опять горе-экономист споткнулся о размерность. Продукт, находящийся на рынке, или может быть доставлен, измеряется в [шт.], а продукт, доставляемый на рынок измеряется [шт. в день]. Спрос и предложение имеют размерности скорости, соответственно: покупок и поставок, а то, что лежит-находится на рынке - всё это интеграл разности предложения и спроса по времени, это... затоваривание рынка.

Затем Маркс даёт понять, что количество товаров на рынке и (ещё один вид стоимости!) рыночная стоимость - это независимые вещи: "между количеством находящихся на рынке товаров и их рыночной стоимостью не существует необходимой зависимости", попутно скажу, что в другом месте можно прочесть: "Между количеством товаров, находящихся на рынке, и рыночной стоимостью этих товаров существует лишь следующая зависимость". Что такое рыночная стоимость им определяется двояко. C одной стороны у него это просто: "средняя стоимость товаров, произведенных в данной сфере производства", - сколько товаров не производи (это на фабрике), а найдешь среднее значение стоимости и получишь величину рыночной стоимости (уже на рынке). А, с другой стороны, тут же рядом читаем: "рыночная стоимость всей массы товаров данного вида выражает только необходимый труд", - и пояснения: "раз определенный товар произведен в количестве, превышающем наличную общественную потребность [это и есть необходимый труд, но не спрос], часть общественного рабочего времени оказывается растраченной попусту". Необходимый труд, или пустой труд затрачен на фабрике, - всё это можно выяснить только на рынке уже после затраты этого труда. Поэтому подобные определения не стыкуются. Пусть произведено в день 100 единиц товара на разных фабриках с разными стоимостями, и средняя стоимость по фабрикам оказалось 10. По первому определению число 10 и есть величина рыночной стоимости. Пусть рынок смог поглотить 60 единиц товара, и необходимый труд будет: 60·10 = 600. Вся масса товаров равна 100 и потому уже из второго определения та же рыночная стоимость единицы товара будет: 600/100 = 6. Не стыковка двух этих определений очевидная. Но далее находим в виде решения этого парадокса очень интересную фразу: "Поэтому эти товары должны быть уступлены ниже их рыночной стоимости, а часть их и вовсе не может найти покупателей". А здесь разберём подробнее. Как видим, о цене здесь нет ни слова. Ну, нет на рынке такого понятия, как цена, и там товары вам лишь: "уступают". Если общественная потребность - это всего 60 единиц товара в день, и я их продам по рыночной стоимости (цене?) равной 10, то я выручу 600. И 40 единиц товара не найдёт покупателей и пропадёт, а мои убытки составят: 1000 - 600 = 400. Маркс почему-то рекомендует "уступать" товар ниже рыночной стоимости. Я следую его мудрому совету и "уступаю" те же 60 единиц (а это и есть т.н. общественная потребность в количестве моего товара) по заниженной величине, равной 8 и в итоге получаю выручку: 60·8 = 480, и убытки: 1000 - 480 = 520, а ранее, до его мудрого совета, я имел убыток всего: 400. Пусть общество потребляет не единицы товара, а некий необходимый труд (как это может быть, я не представляю), который в нашем примере равен 600. Если я снижу цену и начну продавать по 8, то продам: 600/8 = 75 единиц товара, а 25 придется выкинуть и выручка составит: 75·8 = 600, а мои убытки составят: 1000 - 600 = 400. Вопрос к Марксу. Зачем снижать цену, если в первом случае растут убытки, а во втором, сомнительном с точки зрения рынка случае (покупка и "потребление" труда) убытки не меняются?

Маркс нигде в "Капитале" и в экономической теории не поясняет, а обходит молчанием и принимает как нечто данное тот факт, что снижение цены почему-то повышает и его, Маркса, "общественную потребность" в количестве товара, а, заодно, и "необходимый труд" в плане рыночной стоимости. Например, если я установлю цену 8, то реально я продам не 75, а 78 единиц товара и выручка составит: 78*8 = 624, а убыток снизится до уровня: 1000 - 624 = 376. Как я показал на моих примерах, из теории эквивалентов этого не следует. Моя теория такого парадокса не имеет (модель и расчёты приведены в IV-й части) и не имеет просто потому, что предложения, как самостоятельной категории на рынке... не существует. И рассмотрение предложения без его противоположности - спроса это, и не по диалектической методике Гегеля, и бессмысленно, как изучение лишь левого конца палки. Сколько всего ни предложи, а не будет спроса и предложения бесполезны. Как ни спрашивай, а не будет предложения и все ваши запросы, вопросы и спросы лишь: "глас вопиющего в пустыне (3:3 От Матфея)".

Далее Маркс отдельно рассматривает спрос. Вначале определения спроса у него нет, и он просто говорит, что: "Товары покупаются или как средства производства или как жизненные средства". Значит, спрос это явление, когда товары покупаются. Далее Маркс показывает, что при снижении производства или при росте численности населения спрос возрастает. А потом им фиксируется бездоказательно всем известный рыночный феномен: "Если бы жизненные средства были дешевле или денежная заработная плата была бы выше, то рабочие покупали бы их больше... Если бы, с другой стороны, цена напр. хлопка, понизилась, то возрос бы спрос капиталистов на хлопок". Почему это так происходит, если по теории Маркса на рынке меняются только эквиваленты, и на том же рынке реализуется только необходимый труд и действует по Марксу некоторая общественная потребность. - мне абсолютно не ясно. Если население не растёт, то и необходимый труд и общественная потребность суть величины постоянные, а если ко всему обмениваются эквиваленты, то при любой цене спрос... не должен меняться. Ведь сам Маркс говорил, что цена это лишь мера стоимости и когда меняются цены, - масштабы всех стоимостей в обществе меняются пропорционально. Если цены выросли, то у рабочих в равной пропорции вырастет зарплата, и спрос меняться не должен. Если все продавцы поднимут цены вдвое, то и покупать им придется по двойным ценам и, если исключить эффект переходного процесса, то от этого никто не выиграет, так нас учит Маркс. Как видим, в анализе спроса появились уже как деньги, так и цены, чего в анализе предложения нет. Вот определение спроса: "Пределы, в которых представленная на рынке потребность в товарах - спрос - количественно отклоняется от действительной общественной потребности, конечно очень различны для различных товаров". Как нам отличить спрос от действительной общественной потребности Маркс не говорит. Он просто утверждает, что можно определить отклонение спроса от этой общественной потребности, но лишь: "как разницу между количеством товаров, на которое фактически предъявлен спрос, и тем количеством их, на которое был бы предъявлен спрос при иных денежных ценах". Вопрос к Марксу. При каких же это денежных (??) ценах спрос будет равен действительной общественной потребности? Если ты определяешь только разницу, то сама величина может быть... любой. Тот вопрос, почему цены влияют на эту действительную общественную потребность, у него так и завис в воздухе без ответа. В моей модели рынка, изложенной в JV-й части, все феномены рынка получают объяснение, а у Великого экономиста всех времён - ещё одна аксиома теории: если цены растут, значит, спрос падает и наоборот. Спрашивать у Маркса о виде функции зависимости спроса от цены как-то и неудобно, поскольку дальше арифметики он не пошёл, и может не понять даже смысла поставленного мною вопроса.

Кстати, это замечание относится к экономистам из всех экономических школ и течений, - обычным математическим анализом там никто не владеет, а если кто-то когда-то и изучал, то вообще не знает, что с ним делать в экономической "науке". Во всяком случае, методы математического анализа в учебной экономической литературе никак не задействованы.

Есть и такое определение: "спрос и предложение товаров регулируют их рыночные цены". А как происходит это регулирование - это мелочи жизни. Вопрос к Марксу: предположим, что предложение товара увеличилось в 2 раза. Как это отразится на цене и на спросе? Ответа вы в его работах так и не найдёте, разве, что вот такую отмазку для детишек: "Поэтому, если их предложение внезапно увеличивается... они находят быстро расширяющийся рынок". Итак, ещё одно свойство товаров: они сами могут перемещаться и искать (и находить) не просто иные, стационарные рынки, но и быстро расширяющиеся рынки. И всё это только для того, чтобы на всех найденных рынках установилась цена, равная стоимости, открытой Марксом.

А дальше у Маркса великолепный образец псевдо диалектической тавтологии типично в сталинском стиле обезличенных вопросов и ответов на них. Читаем: "Предложение и спрос покрываются, если... масса товаров... может быть продана по ее рыночной стоимости, не выше и не ниже. Вот первое, что нам говорят по этому поводу". Кто и кому говорит (как и у И.В.Сталина, который сам себе ставил нужные ему вопросы, и сам же "правильно" отвечал на них), - не ясно. И далее: "И, во-вторых, если товары продаются по их рыночной стоимости, то предложение и спрос покрываются". Даю читателю время самому разобраться, в чём состоит отличие этих цитат, в плане, что здесь причина, а что следствие. А далее Маркс даёт "научный" ответ уже и на мой вопрос о действительной общественной потребности в товарах, от которой спрос всегда отклоняется по вине цен. Читаем: "Раз спрос и предложение взаимно уничтожаются, они перестают объяснять, что бы то ни было, не воздействуют более на рыночную стоимость и оставляют нас в полном неведении относительно того, почему рыночная стоимость выражается именно в этой сумме денег, а не в какой-либо иной". Гегель перевернулся в гробу. И это заявление гегельянца, провозгласившего диалектический метод основным методом экономической науки. По Гегелю, если в объекте (рынок) имеются две противоположности (спрос и предложение), то они не уничтожают друг друга до нуля, или до взаимного исчезновения, а лишь снимают друг друга в своём взаимодействии (это в цене), оставаясь равными себе самим. Наступает равновесное состояние. Но такое равновесное состояние противоположностей Марксом не признаётся, поскольку противоречит его теории революционного "развития изнутри" объекта. Откуда "вывод". Если противоположности не борются, и одна из них не берёт верх, значит они... взаимно уничтожаются. Куда деваются их останки, и от какого "Святаго Духа" они, потом опять возрождаются в объекте, - об этом не сообщают. И вот окончательный вердикт Маркса: "Законы капиталистического производства. очевидно, не могут быть объяснены из взаимодействия спроса и предложения... так как законы эти оказываются осуществленными в чистом виде лишь тогда, когда спрос и предложение перестают действовать, т.е. покрываются". Хорошо, что вставил знаменитое "очевидно", иначе, непонятно, что вообще должна изучать экономика. Спрос и предложение это чисто рыночная пара противоположностей. Причём здесь производство? Представьте, что Сэр Исаак Ньютон изучая колебания маятника, заявит, что когда маятник колеблется, то на период его колебания влияют внешние силы, но когда колебания прекращаются, то эти силы уничтожаются (кем?) и перестают объяснять, что бы то ни было. На равновесный и на колеблющийся маятник действуют две силы: сила тяжести и натяжение нити, и маятник колеблется, когда эти силы не уравновешены, и просто висит, когда есть равенство этих сил. То же и в экономике: если спрос и предложение "покрываются" по терминологии Маркса, то цены рынка со стороны продавца и покупателя находятся в равновесии, в противном случае имеет место колебание цен до тех пор, пока равновесие цен не наступит. Это всем известный из физики колебательный затухающий процесс и в 1-м и во 2-м случае. И ни там, и ни там ничего не уничтожается. Равновесное состояние революционно настроенному Марксу эквивалентно уничтожению уравновешенных сторон. Не знать алгебры ещё простительно философу, но не знать Гегеля и диалектики, - это переходит все границы. Если этот "принцип Маркса" об уничтожении сил применить в механике, то целый её раздел - статика просто перестанет существовать. Статика изучает условия равновесия тела под действием системы сил и рассчитывает величины этих сил и их направления при условии покоя этого тела. По Марксу же в равновесии тела силы перестают действовать (спрос и предложение перестают действовать) и законы равновесия не могут быть объяснены взаимодействием этих сил (из взаимодействия спроса и предложения). Хорошо, что Сэр Исаак Ньютон не читал экономиста Маркса и очень плохо, что основоположники, легко флиртуя с естествознанием вообще, так и не удосужились-таки хотя бы немного "познать" его королеву - механику Сэра И.Ньютона.

Но всё же глупышку-Сталина Маркс превзошёл. Сталин сам ставил нужные ему вопросы и сам же отвечал на них, и эти вопросы-ответы освещались в прессе. Марксу-журналисту было достаточно поговорить с собой, поставить вопрос, и забыть о нём: "спрос и предложение... быть может их следует рассмотреть уже при анализе простого обращения или простого производства?". Вопрос поставлен в пустоту, ибо ответа на него и решения проблемы нет.

Если это вам не понравилось, то на следующей странице можно найти противоположное: "Если спрос и предложение определяют рыночную цену, то, с другой стороны, рыночная цена, а при дальнейшем анализе рыночная стоимость, определяет спрос и предложение". И чему верить? В 1-й фразе нам заявили, что спрос и предложение перестают действовать, или перестают объяснять цену, а здесь, - что они определяют рыночную цену. Я - в шоке! Такой же шок получат все читатели от фразы знатока экономики: "после какой-нибудь войны... все падает в цене - как хлеб, так и промышленные товары - по причинам, которые не подлежат здесь рассмотрению". Прошла война, разруха, голод. Промышленность стоит, рабочих рук не хватает, везде дефицит самого необходимого, но у Маркса... всё падает в цене. Если же вы попросите назвать причины такого интересного экономического феномена, то вот вам ответ Маркса: причины этого не только не надо перечислять, но они и не подлежат рассмотрению. Налицо необъяснимый экономический феномен (падение цен при дефиците), который наш Великий экономист фиксирует, но от изучения уклоняется без пояснения причин. Представьте в математике такую фразу: "после какого-нибудь преобразования уравнения... все параметры падают по величине - как постоянные, так и переменные параметры - по причинам, которые не подлежат здесь рассмотрению". Или в физике: "после какого-нибудь изменения системы... все падает в энергии - как тепловой, так и в механической - по причинам, которые не подлежат здесь рассмотрению". Или такое же в медицине: "после какой-нибудь болезни... все падает в организме - как анаболизм, так и катаболизм - по причинам, которые не подлежат здесь рассмотрению". Подобной "научной наблюдательности" - грош цена в базарный день...

Вот различные мнения Маркса по проблеме ценообразования на основе взаимодействия спроса и предложения. Маркс обвиняет буржуазную политэкономию в том, что: "Она быстро убедилась, что изменение отношения между спросом и предложением ничего не может объяснить в цене... кроме ее изменения... Если спрос и предложение покрывают друг друга... тогда... перестают и объяснять что бы то ни было". Или ещё о людях: "Утверждая, что спрос и предложение всегда покрывают друг друга, политическая экономия тотчас же забывает, что, согласно ее собственному утверждению, предложение людей (теория народонаселения) всегда превышает спрос на них [спрос не от Господа ли Бога? - В.Ш.] и что, следовательно, в существенном результате всего производства - в существовании человека - получает свое наиболее решительное выражение диспропорция между спросом и предложением". По Марксу политэконом - это предвзятый: "господин апологет с помощью своего испытанного закона спроса и предложения доказывает...". Короче, Маркс противник ценообразования на основе отношения спроса и предложения, каковое противоречит его теории, ибо стоимость у Маркса формируются на производстве. Но когда его теория что-либо не может пояснить, то закон спроса и предложения уже... действует. Читаем: "Рыночная иена товаров падает ниже или поднимается выше... вместе с изменением отношения между спросом и предложением. Поэтому меновая стоимость товаров определяется отношением спроса и предложения, а не содержащимся в этих товарах рабочим временем", (здесь обратите внимание, что рабочее время, которым определяется стоимость товаров, к рыночным ценам отношения... вовсе не имеет) или: "стоимость рабочего возрастает в зависимости от спроса и предложения", (и, обратите внимание, что спрос и предложение как-то меняются, а стоимость рабочего только возрастает), или: "изменение соотношении между спросом и предложением вызывает то повышение, то падение цен, то высокие, то низкие цены", или даже так: "колебания спроса и предложения всякий раз приводят цену товара к уровню издержек производства". Если цена уже приведена к уровню издержек производства, то откуда берётся прибыль? А касательно оплаты труда (или заработной платы) есть два высказывания. Первое: "заработная плата, подобно цене всякого товара, определяется издержками производства", и второе: "Оплата труда будет то повышаться, то падать в зависимости от соотношения между спросом и предложением". В частности, если спроса нет, то оплата труда стремится к нулю, а если вы единственный специалист в некоторой области, то можете заломить любую цену за свой труд, поэтому заявление Маркса, что спрос и предложение влияют на изменения цен, но не на их средний уровень несостоятельны, и подтверждением этому служил рынок труда в колониях, где, ввиду нехватки рабочих, цены на труд зашкаливали до такого уровня, что... капиталистические отношения разваливались, и рабочий со временем сам становился... капиталистом. А вот определение Марксом понятия издержек производства, но где там зарыта заработная плата, я так и не нашёл: "издержки производства состоят: 1) из сырья и снашивания орудий труда, т.е. из продуктов промышленности, производство которых стоило известного количества рабочих дней и которые, стало быть, представляют определенное количество рабочего времени, и 2) из непосредственного труда, мерой которого тоже является время". Как эту мудрую цитату применить к зарплате, как к цене всякого товара, что есть там сырьё, и какое хитрое "орудие труда" снашивается у рабочего, - думайте сами.

Или ещё, к цене капитала: "процент становится его ценою, которая подобно рыночной цене обычных товаров, каждый раз фиксируется спросом и предложением". Действуют или нет на рынках Маркса спрос и предложение - решайте сами. Вывод: диалектика и логика Маркса гораздо выше пустопорожнего идеализма Гегеля. Ученик превзошёл учителя. Не верите? Вот вам ещё "научный" шедевр: "Эта путаница - определение цен спросом и предложением и наряду с этим определение спроса и предложения ценами - осложняется еще и тем, что спрос определяет предложение и, наоборот предложение определяет спрос, производство определяет рынок и рынок - производство 31". И ниже в этой 31-й сноске можно прочесть: "Велико тупоумие следующих остроумных соображений...", - и далее критика Мальтуса по данному вопросу. Сам попутал причины и следствия, и сам же нам признаётся в этом (слово "путаница"'), совсем как описавшийся ребёнок. Если математически неграмотный Маркс да обвиняет кого-то в тупоумии, то, что представляла собой экономическая наука и её представители в позапрошлом столетии можно только представить. Не сложно представить далее из каких источников остроумного тупоумия берёт начало и экономика современная. Об уровне знаний её лучших представителей в наше время читатель узнает в 1У-Й части. Все эти шедевры научной мысли Маркса читатель может найти в 3-м томе "Капитала", как некоторый уже окончательный итог "познания" экономики капитализма гением Маркса.

А вот, что встречаем в 1-м томе, когда молодой и ещё полный энергии, не подверженный путанице Маркс, приступил к изучению предмета и обещал наголову разгромить всяких там буржуазных экономистов в плане непонимания ими цены особого товара - труда. Вот за что он их, буржуазных, поливает: "Она [буржуазная экономика] быстро убедилась, что изменение отношения между спросом и предложением ничего не может изменить в цене труда, как и в цене всякого другого товара". И там же: "Если спрос и предложение покрывают друг друга, то... прекращается колебание цен. Но тогда спрос и предложение перестают и объяснять что бы то ни было. При равенстве спроса и предложения цена труда есть его цена, определяемая независимо от соотношения спроса и предложения, его естественная цена". Попутно замечу, что здесь цену имеет труд, а не придуманная им "рабочая сила", и труд - это обычный товар. И потому вульгарной экономике выносится окончательный приговор ещё энергичного гегельянца: "Не дав себе отчета в этих результатах своего собственного анализа, некритически применяя категории «стоимость труда», «естественная цена труда» и т.д.... классическая политическая экономия запуталась, как мы увидим впоследствии, в неразрешимых противоречиях". А теперь сравните предыдущие фразы зрелого Маркса из 3- го тома, которые он дал впоследствии, и критику им буржуазных экономистов в начале своего "научного труда", найдите хотя бы одно отличие, а после дайте приговор марксизму, в том плане, кто запутался. И ещё цитата о рынке труда в колониях: "Рынок труда здесь [в колонии] всегда снабжен недостаточно. Закон спроса и предложения труда терпит крушение". Потерпеть крушение может нечто реальное, значит, закон спроса и предложения существует, а как это связать с тем, что у Маркса: "спрос и предложение перестают и объяснять что бы то ни было". Обращаю внимание на наличие здесь рынка труда, а не рынка "рабочей силы".

А насчёт некритического применения категорий, я бы на месте Маркса промолчал, ибо большего путаника, чем он найти сложно. Получается, что, обвинив буржуазную экономику в не научности, в ошибках, путанице, полной беспомощности, Маркс в итоге своей многолетней (пожизненной) научной деятельности на экономическом поприще пришёл к идентичным выводам, но в несколько иной гегельянской формулировке, и сам признался, что... тоже запутался и не где-то там впоследствии, а конкретно здесь, в своём "Капитале". Значит, Маркс и есть... вульгарный буржуазный тупоумный экономист-апологет, но никак не марксист.

А путаница возникает у того, кто не знаком с алгеброй. Если знать функцию спроса от цены: Сп(Ц) и функцию предложения от цены: Пр(Ц), если она "существует в природе", и приравнять спрос к предложению: Сп(Ц) = Пр(Ц), то, решив уравнение, найдём равновесную цену: (Ц) и... нет путаницы. Именно в уравнении, где спрос равен предложению, отражается диалектика равновесия противоположностей, а не их взаимное уничтожение до нуля. Знай, Маркс алгебру, он бы этого бреда не допустил, а понял бы, что в природе кроме придуманных им революций, существуют и стационарные равновесные состояния "борющихся" объектов. А найти зависимости спроса и предложения и, тем найти равновесное состояние рынка можно из модели рынка, которой у него нет. Нет модели - нет и науки, а словоблудие, или обильное фальшивое гегельянство, и "гениальные" догадки, особенности, обвинения всех и вся, рассуждения об исчезновении-возрождении материи, или же призрака стоимости. Кроме этого, если в модели задать как спрос и предложение меняются от времени в течение дня, например, предложение товаров уменьшается со временем (товары не поступают), а спрос растёт со временем (утром люди на работе, а вечером скупаются на рынке), т.е. определить аналогично две функции с параметром времени — t, а именно: Сп(Ц; t) и Пр(Ц; t) и решить снова уравнение, где спрос равен предложению, а не уничтожает его: Сп(Ц; t) = Пр(Ц; t), то получим решение для цены в виде зависимости рыночной цены от времени дня: Ц = I4(t).

Единственным, разумным наблюдением рыночных отношений у Маркса в этой главе является указание на сам факт различной роли покупателей и продавцов в выравнивании

цен при нарушении равновесия спроса и предложения. Но это - только его наблюдения, которые не используются, а не следствие экономической теории. Читаем: "Если спрос... больше, чем предложение, то... один покупатель стремится перебить другого и поднимает, таким образом, для всех покупателей цену товара... продавцы совместно стараются продать товар по высокой рыночной цене", - зачем продавцам стараться, если покупатели сами перебивают цену? И, наоборот: "Если... предложение больше спроса, то один [продавец] начинает уступать дешевле, а за ним вынуждены следовать другие... покупатели совместно стремятся возможно сильнее понизить рыночную цену", - и зачем покупателям стремиться, если продавцы уступают? И интересный общий вывод: "Сотоварищи интересуют каждого лишь постольку, поскольку, идя вместе с ними, он выигрывает больше, чем, идя против них. Единство действий прекращается, как только данная сторона... оказывается слабее другой, и тогда каждое отдельное лицо старается возможно лучше устроится собственными силами". Маркс проговорился: у покупателя имеется выигрыш. А если это не прибыль, то, что? И, обратите внимание, что даже, идя против них, покупатель... тоже выигрывает. Выигрыш капиталиста, как прибыль от нещадной эксплуатации труда пролетариев Марксом описан так, что прямо хочется взяться за оружие и стать на сторону рабочего класса. А тут какой-то там покупатель (бесклассовое существо), купив товар, тоже выигрывает, а с сотоварищами его выигрыш ещё больше. И выигрывает он только у продавца, который тоже имеет выигрыш. Все только выигрывают, а у кого? Где проигравшая сторона в этих чисто рыночных моментах купли-продажи? Почему выигрыш покупателя Марксом вскользь отмечен, но не исследован? Ответ прост. Подобное исследование взаимной прибыли всех контрагентов экономических отношений противоречит аксиоматике теории бесприбыльного эквивалентного обмена.

В философской части работы, в первых частях, я показал, что объединение одинаковых объектов в диалектическую структуру, состоящую из двух противоположностей, происходит только против кого-то. И когда кто-то исчезает (у Маркса здесь, несколько неопределённый термин, - "ослабевает"), то объединение разваливается (у Маркса - каждый устраивается собственными силами). Добавлю, что каждый: "устраивается собственными силами", идя не только против бывших и ныне почему-то ослабевших противников, но и против своих же сотоварищей (принцип конкуренции однородных особей). А что означает устроиться? Я думаю, это и значит присосаться (не обязательно к вымени коровы) к источнику прибыли.

И далее до конца главы Маркс с помощью палочки-выручалочки, кокетством под Гегеля, пытается доказать недоказуемое: почему же одинакова норма прибыли при разной органике капитала. При этом, вводит нужные ему по ходу дела и новые для читателя понятия, типа общественной силы капитала, рассматривая его (и, с моей точки зрения, верно) в качестве живого организма, обладающего сознанием. Цитаты найдёте у него самостоятельно. А ранее Энгельс отмечал, что в науке: "вместо того, чтобы исследовать неисследованные формы движения, сочиняют для их объяснения некоторую... силу... получают столько сил, сколько имеется необъясненных явлений". К Марксу и его сочинениям это обвинение не относилось.

На межотраслевом уровне доказательство удаётся провести за счёт постоянной эмиграции и иммиграции капитала, что выравнивает (непонятно только почему, точнее по каким-таким объективным законам?) межотраслевую норму прибыли. Что же касается различной органики внутри отрасли, то тут сплошное гегельянство, и вот итоговая фраза-отмазка для, верящего в Гения, читателя: "Дальнейший анализ этого вопроса относится к специальному исследованию конкуренции". Что есть: обычное исследование - это понятно, а специальное исследование (поясню читателю) - это создание специальных под тему понятий и терминов, которыми можно всё "объяснить" профессионалом-журналистом обычной публике. C подобным чисто субъективным, "терминологическим" способом доказательств мы неоднократно встречались у философов (и основоположников). Кстати, определения конкуренции и исследования даже в описательном плане её т.н. "законов" у Маркса нет. Когда его теория рыночных отношений заходит в тупик, то он ссылается на происки конкуренции, как приведено в этой цитате. Таких ссылок на конкуренцию в "Капитале" не много, но они в самый критический момент спасают его теорию, и это я уже отмечал ранее. Например, ключевой момент экономики рынка - ценообразование, Маркс "поясняет" простой ссылкой на конкуренцию между продавцами, а не равновесием спроса и предложения. Покупатель к цене, которая по Марксу определяется стоимостью, которая образуется на производстве, этот покупатель к такой цене товара на рынке отношения никакого не имеет. Да и научного исследования конкуренции у Маркса нет.

5.6.

<< | >>
Источник: Шамшин В.Η.. Экономика воровства (анти - "Капитал"). - Издательство «Альбион» (Великобритания),2015. - Количество с. 614, рис. 2. 2015

Еще по теме Спрос, предложение и цены у Маркса:

  1. Почему неверно доказательство Маркса
  2. III. Маркс
  3. Метод МарксаГлава 17. Правовая исоциальная система
  4. Метод МарксаГлава 17. Правовая исоциальная система
  5. 1. Постановка задачи исследования Марксом
  6. "Метаморфозы" с товарами у Маркса
  7. Стоимостная "каша на кухне" экономики Маркса
  8. Роль товара "рабочая сила" на рынке у Маркса
  9. Спрос, предложение и цены у Маркса
  10. Расчёт цены труда, или т.н "цены рабочей силы"
  11. Парадоксы "стоимости" у Маркса
  12. Маркс и его т.н. "буржуазные экономисты"
  13. Проблемы капитала в "Капитале" Маркса
  14. Спрос и "предложение" на рынках у Пола
  15. 2.3. Модель формирования рыночной цены
  16. Эластичность, или всё же спрос от цены?