<<
>>

УГОЛОВНОЕ ПРАВО И ЛИЧНОСТЬ


[Рецензия] // Сов. юстиция. - 1978. - № 6. - С. 30-31. - Рец. на кн.: Уголовное право и личность/ А. В. Кузнецов. - М.: Юрид. лит, 1977. - 168 с. (соавт. В. В. Сташис).
Конституция СССР закрепляет основные права, свободы и обязанности граждан, устанавливает эффективную систему гарантий осуществления прав и свобод.
Нормы Конституции, обеспечивающие неприкосновенность личности, ее жилища, тайну личной жизни граждан, их переписки, телефонных разговоров и телеграфных сообщений и т. д. направлены на дальнейшее упрочение правового положения личности в СССР.
Поэтому разработка проблемы уголовного права и личности приобретает исключительно важное значение. Этой проблеме и посвящена рецензируемая книга. Автор широко использует данные философии, социологии, общей теории права, криминологии.
В первом ее разделе автор серьезное внимание уделяет правовому статусу личности, основное содержание которого составляют права, свободы и обязанности граждан. Он анализирует важнейшие из этих прав и свобод, характеризует их гарантии, особое внимание уделяя гарантиям юридическим. Анализируя малоизученное еще понятие интереса, который рассматривается автором как единство объективного и субъективного, он определяет его как отношение субъекта к объекту (т. е. к социальным и иным условиям своей жизни, окружающим предметам, явлениям и т. д.). Показывая, что советское право выражает интересы народа, автор правильно считает, что это - важнейшая предпосылка эффективной охраны личности, прав и законных интересов граждан. Раздел завершается раскрытием соотношения субъективных прав личности и интереса. Субъективное право, понимаемое в качестве охраняемой законом возможности лица вести себя определенным образом и требовать соответствующего поведения от других лиц (стр. 41), рассматривается как средство удовлетворения интересов. Последний же выступает предпосылкой субъективного права, его целью. Эти положения используются затем во втором разделе книги, который посвящен анализу субъекта уголовной ответственности и объекта уголовно-правовой охраны. Рассматривая вопрос о субъекте уголовно-правовой ответственности, автор правильно считает, что личность преступника и субъект преступления - не совпадающие понятия. Признаки, характеризующие субъекта преступления, являются элементами состава преступления. При их наличии возможно привлечение лица к уголовной ответственности. Однако, как отмечает А. Кузнецов, этих признаков недостаточно для решения других правовых вопросов: о виде и мере наказания, применяемого к виновному, об освобождении от наказания и др. Их решение, продолжает автор, возможно лишь на основе тщательного изучения и учета признаков, характеризующих личность, преступника (стр. 42-43). Но это противоречит его же утверждению, что учение о личности преступника должно рассматриваться в программах, курсах, учебниках уголовного права, в разделе о составе преступления, включая в себя учение о субъекте преступления. Состав преступления (совокупность, лучше сказать система установленных законом юридических признаков, определяющих данное деяние как преступление) является, как это правильно признает и А. Кузнецов (стр. 46), единственным, достаточным и законным основанием ответственности в советском уголовном праве.
Для установления в деянии лица такого состава требуется наряду с другими его признаками обязательно установить и признаки субъекта преступления (возраст, вменяемость, признаки, характеризующие специального субъекта, если они описаны в диспозиции закона). Устанавливать же для этой цели признаки, характеризующие личность преступника, - социально демографические, социально психологические, биологические (стр. 44) - не требуется. Вот почему изучение личности преступника, которое, конечно, должно иметь место в курсе уголовного права, не может находиться в пределах общего учения о составе преступления. Видимо, целесообразно изучать эту проблему после раздела множественности преступлений, которым завершается учение о преступлении.
Большой заслугой автора является разработка проблемы объекта преступлений против личности. Исходя из общепризнанного в науке положения, что объектом преступления являются социалистические общественные отношения, А. Кузнецов правильно делает вывод, что они органически связаны с личностью. Поэтому, например, убийство человека - это не только лишение его жизни как биологического существа, но вместе с тем уничтожение всей совокупности общественных отношений, составляющих социальную сущность конкретного человека (стр. 54). В структуру этих отношений входит интерес личности, выступающий как бы посредником между личностью и окружающей средой, в частности, другими людьми и обществом в целом (стр. 55). Многие интересы личности закреплены в законе в качестве субъективных ее прав (право на неприкосновенность личности, на личную свободу и др.).
Изложенное позволило автору прийти к убеждению, что объект преступлений против личности, ее прав и интересов включает в себя: а) общественные отношения, составляющие сущность конкретной личности; б) личность как субъекта, участника этих отношений, их носителя; в) лежащие в основе указанных отношений интересов или субъективные права граждан (стр. 64). При такой трактовке безусловно развиваются научные представления об объекте этих преступлений.
Эта концепция дала возможность автору предложить на стр. 68-69 классификацию преступлений, посягающих на личность. При ее изложении правомерно было бы, как нам представляется, поставить вопрос о дальнейшей дифференциации системы этих преступлений, в частности, выделении деяний, посягающих на такую группу личностных отношений, как семейные отношения по нормальному физическому и духовному развитию несовершеннолетних. Развитие социалистических отношений свидетельствует, что такое преступление, как злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей, ныне не может угрожать жизни и здоровью потерпевших. Однако оно традиционно рассматривается как преступление, опасное для жизни и здоровья (стр. 68). Очевидно, что объект этого преступления в связи с ростом благосостояния советских людей, колоссальными успехами социалистического строительства, заботой государства о детях, изменился и должен трактоваться иначе.
Проблеме социальной ценности уголовного права посвящен третий раздел рецензируемой книги. Проблема эта еще совсем мало изучена наукой уголовного права, хотя очевидно, что изучение права с точки зрения марксистской теории ценностей представляет собой одно из перспективных направлений научных исследований. Автор правильно считает, что ценность уголовного права определяется его ролью в развитии советского общества, укреплении государственного и общественного строя СССР, охране социалистических общественных отношений и всего правопорядка от преступных посягательств (стр. 101). Рассматривая в связи с этим вопрос о функциях уголовного права, А. Кузнецов признает, что кроме основной, главной функции - охранительной, уголовное право выполняет и функцию регулятивную. И такое суждение совершенно справедливо. Но сама трактовка регулятивной функции уголовного права представляется нам несколько узкой. Так, на стр. 101-102 указывается, что «выполняя охранительную функцию, уголовное право тем самым воздействует и на общественные отношения, регулируемые главным образом другими отраслями права.», что «охраняя нормальные, обычные общественные от преступных посягательств, советское уголовное право закрепляет эти отношения и тем самым само участвует в их регулировании». Таким образом автор признает лишь опосредствованное регулирование нормальных, обычных общественных отношений нормами уголовного права. Непосредственно же нормы уголовного права регулируют, по его мнению, лишь специальные общественные отношения, возникающие в связи с совершением преступления, т. е. уголовные правоотношения. Все это верно. Однако многие нормы Общей части уголовного права, как нам представляется, прямо, непосредственно выполняют регулятивные функции, хотя, конечно, и вытекающие из основной - охранительной функции уголовного права. Достаточно сослаться на норму, закрепленную в ст. 13 УК РСФСР, которая определяет право гражданина на необходимую оборону, ряд норм, регулирующих правовые условия участия трудовых коллективов и общественных организаций в исправлении и перевоспитании виновных. Так, ст. 46 УК, устанавливая возможность отсрочки исполнения приговора несовершеннолетнему, прямо регулирует целый ряд отношений, возникающих в связи с применением такой меры (возложение определенных обязанностей на несовершеннолетнего, участие в воспитательном процессе соответствующих субъектов, констатацию исправления осужденного и др.). Наличие таких норм в системе советского уголовного права - безусловное свидетельство его социальной ценности.
К основным свойствам уголовного права в книге справедливо отнесены нормативность, формальная определенность, принудительность и некоторые другие (стр. 103), которые автор подвергает затем анализу, показывая их значение для ценностной характеристики уголовного права. Полезно было бы здесь рассмотреть и такое свойство уголовного права, как его системность, показать стройную иерархию его различных подсистем, структурных элементов, подструктур.
При выяснении специальной ценности принципов уголовного права они правильно подразделяются на общие правовые и специальные принципы, свойственные лишь уголовному праву. Правильно суждение, что некоторые общие правовые принципы, например принцип пролетарского интернационализма, закрепленный в ст. ст. 73, 74, 101 УК, действует в уголовном праве, непосредственно наряду со специальными. Автор дает, на первый взгляд, их исчерпывающий перечень. К ним он относит следующие принципы: уголовная ответственность только за виновное общественно опасное деяние, предусмотренное уголовным законом; ответственность и наказание только по приговору суда; индивидуализация ответственности и наказания. Конечно, проблема специальных принципов уголовного права мало разработана, но к ним необходимо было, в любом случае, отнести принцип экономии судебной (уголовной) репрессии, получивший в последних законодательных новеллах февраля 1977 года дальнейшее развитие, дать ему ценностную характеристику.
Представляется, однако, что проблема принципов этим не исчерпывается. Мы считаем правомерным говорить не только о принципах уголовного права в целом, но и о принципах отдельных его разделов, институтов. Так, можно говорить о принципах действия уголовного закона в пространстве, назначения наказания, построения системы наказаний и др. Они представляют собой положения, нормативно закрепленные в законе, и определяют содержание, задачи и эффективность отдельных институтов уголовного права. Конечно, они находятся в подчиненном отношении к принципам уголовного права в целом, и задача науки эту связь выявить. Не вызывает сомнения, однако, их влияние на правоустановительную и особенно на правоприменительную деятельность, а их социальная ценность вполне очевидна. Достаточно хотя бы указать на территориальный принцип действия уголовного закона, выражающий суверенитет Советского государства, и имеющий большое значение в практике, когда в силу этого принципа подлежит применению УК той союзной республики, на территории которой совершено преступление, независимо от места расследования или рассмотрения дела.
Социальная ценность уголовного права выясняется автором и применительно к причинам преступлений против личности и уголовно-правовым мерам их предупреждения. В работе предпринята попытка дать характеристику ряда норм Уголовного кодекса, которые направлены на устранение неблагоприятных условий формирования личности (стр. 161), на преодоление криминогенных ситуаций и поводов к совершению преступления, устранение обстоятельств, способствующих совершению преступлений против личности. И такая характеристика звучит достаточно убедительно.
Мы остановились лишь на некоторых вопросах, поставленных в многоплановой книге А. Кузнецова. Ее содержание невозможно охватить в краткой рецензии. В любом случае эта работа заслуживает высокой оценки. Она будит научную мысль, ставит и разрешает по-новому многие принципиальные вопросы теории и практики советского уголовного права.

<< | >>
Источник: М. И. БАЖАНОВ. Избранные труды / М. И. Бажанов ; [сост.: В. И. Тютюгин, А. А. Байда, Е. В. Харитонова, Е. В. Шевченко ; отв. ред. В. Я. Таций]. - Харьков : Право,2012. - 1244 с. : ил.. 2012

Еще по теме УГОЛОВНОЕ ПРАВО И ЛИЧНОСТЬ:

  1. Экзаменационные вопросы по курсу «Российское уголовное право»
  2. 4. Уголовное право и другие отрасли права
  3. Глава 21. Уголовное право зарубежных государств (общая характеристика)
  4. § 2. Уголовное право Франции
  5. § 3. Уголовное право ФРГ
  6. § 4. Уголовное право США
  7. § 5. Уголовное право Японии
  8. § 6. Мусульманское уголовное право
  9. ПРЕДМЕТ УГОЛОВНОГО ПРАВА. УГОЛОВНОЕ ПРАВО КАК ОТРАСЛЬ ПРАВА, НАУКА И УЧЕБНАЯ ДИСЦИПЛИНА
  10. УГОЛОВНОЕ ПРАВО УССР
  11. § 5. Уголовное право и смежные отрасли права
  12. УГОЛОВНОЕ ПРАВО И ЛИЧНОСТЬ
  13. УГОЛОВНОЕ ПРАВО И ЕГО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ
  14. Уголовное право
  15. § 1. Уголовное право англосаксонского периода И ПЕРВЫХ ДЕСЯТИЛЕТИЙ ПОСЛЕ НОРМАННСКОГО ЗАВОЕВАНИЯ (V — ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА XII ВВ.)
  16. ПРОГРАММА СПЕЦКУРСА УГОЛОВНОЕ ПРАВО СОВРЕМЕННЫХ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН (Англии, США, Франции и Германии)
  17. 6.4. Приоритет права. Правосудие и законность в правовом государстве
  18. 8.1. Принципы права. Правовые презумпции и правовые аксиомы