<<
>>

ОТЗЫВЫ НЕОФИЦИАЛЬНЫХ ОППОНЕНТОВ НА АВТОРЕФЕРАТ ДИССЕРТАЦИИ


1
Содержание автореферата докторской диссертации, двух монографий А. В. Аверина «Правоприменительная деятельность суда и формирование научно-правового сознания судей» (Саратов, 2003) и «Судебная достоверность (постановка проблемы)» (Владимир, 2004) свидетельствуют об исключительной актуальности избранной им темы научного исследования, продиктованной прежде всего потребностями практики проведения судебной реформы и логикой развития научных знаний.
Судебная деятельность имеет особое, главенствующее значение, так как во многих случаях правоприменение завершается в суде и любое правоприменение может быть проверено, проконтролировано в суде. К сожалению, вопросы судебного правоприменения оказались в тени, на пери-ферии юридической науки.
Соискатель исследовал широкий круг вопросов, его выводы и обобщения, полученные научные результаты убедительно говорят о законченном самостоятельном исследовании, вносящем серьезный вклад в общую теорию права и государства, в науку судебного права. Новизна подходов к решению ряда проблем, знание их «изнутри», полученное в ходе работы в качестве судьи и адвоката, глубина познания, аргументированность в основных выводах отличают исследование диссертанта.
Автор справедливо выделяет в качестве одного из факторов, тормозящих проведение судебной реформы, «внутреннее сопротивление», консервативное мышление, советский менталитет значительной части судей, на преодоление которого и направлена исследовательская работа соискателя. Автор ставит задачу формирования независимого научно-правового сознания, мышления судей.
В философско-теоретическом плане исходным для научно-правового сознания судьи является современное правопонимание. Следует поддержать мнение соискателя о социальной деструктивности идеи жесткого противопоставления права («абсолютного правового идеала») и закона, о поиске «золотой середины» в соотношении права и морали. Вопрос о соответствии закона праву должен решать законодатель, в том числе с учетом судебной практики.
Автор без всякого преувеличения, справедливо отмечает, что независимость суда и судей является основой разделения властей, системы сдержек и противовесов в правовом демократическом государстве, определяет условия реальной независимости суда и судей. Дис-сертант с позиций обеспечения независимости судьи решительно выступает против трехлетнего испытательного срока для юриста, впервые получившего статус российского судьи.
При анализе судебного правоприменения привлекают внимание суждения диссертанта о судебном усмотрении, о крайнем, негативном его проявлении — судебном произволе.
Значительное место в характеристике судебного правоприменения занимают вопросы юридического познания как познавательно-оценочной деятельности судьи, в которой значительную роль играет его правосознание. Заслуживает внимания идея автора о разграничении объективной и юридической (судебной) истины-правды («судья познает не объективную, а юридическую реальность»). Составной частью юридического познания служит понимание, толкование закона. При этом А. В. Аверин верно отмечает особую методологическую значимость интерпретационной деятельности Конституционного Суда Российской Федерации. Само юридическое познание (познавательно-оценочная деятельность) судьи проистекает в форме судебной процедуры и на основе процесса доказывания, с использованием законом признанных доказательств и их оценкой в качестве таковых.
Так, суд не может легализовать незаконные процессуальные действия органов предваритель-ного следствия.
Заслуживает всемерной поддержки выдвинутый автором тезис о надлежащем уровне юридического образования и качестве препода-вания в юридических вузах.
В работе содержатся предложения по совершенствованию действующего законодательства, касающегося статуса судей и судейской деятельности, а также меры организационного характера по обобщению судебной правоприменительной практики.
Полагаю, что всесторонний анализ и оценку диссертационного исследования дадут официальные оппоненты. Со своей стороны я бы хотел обратить внимание соискателя на один из аспектов исследуемой им темы, который связан с деятельностью Конституционного Суда Российской Федерации. Автор мог бы извлечь много полезного из практики Конституционного Суда Российской Федерации для углубления познания судебного правоприменения в контексте формирования научно-правового сознания всего судейского сообщества. Возможно, деятельность Конституционного Суда Российской Федерации как особый вид судебного правоприменения требует специального исследования.
Автор говорит о законности в судебном правоприменении. В настоящее время наука и практика выдвинули и обосновали наряду с законностью категорию конституционности, которую нельзя игнорировать, в частности, в ходе познавательно-оценочной деятельности судьи. Как известно, судья должен руководствоваться не только законом, но и Конституцией Российской Федерации, а будучи убежден в несоответствии закона Конституции Российской Федерации, судья должен обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации для окончательного разрешения проблемы.
Вопрос о соответствии закона праву в известной мере решает и Конституционный Суд Российской Федерации в качестве негативного законодателя, руководствуясь при этом принципом самоогра-ничения. Законодатель, осуществляя новое правовое регулирование, обязан руководствоваться правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации (она для законодателя обязательна).
Своей спецификой отличается доказывание в конституционном судопроизводстве (к сожалению, в диссертационном исследовании недостаточное внимание уделено процессуальной форме, судопроизводству, их видам, формам). Конституционный Суд Российской Федерации решает вопросы права, поэтому он использует в процессе доказывания логику сопоставления в понимании Конституции и проверяемого закона, специфические научно-юридические понятия и категории, не связанные с установлением фактических обстоятельств дела при совершении правонарушений.
Диссертант мог бы с позиций обеспечения независимости суда и судей оценить последние нововведения — относительно срока полномочий судей Конституционного Суда Российской Федерации, когда судьям «первого созыва» оставляют неприкосновенными сроки их полномочий, а действующим судьям «второго и последующего созывов» продлевают сроки полномочий, установления дисциплинарной ответственности судей вплоть до прекращения их полномочий и других изменений в законе, направленных на ослабление юридической силы решений Конституционного Суда Российской Федерации, действия принципа гласности (отмена публикаций особых мнений конституционных судей в официальных изданиях Российской Федерации).
Говоря о качестве современного юридического образования, с сожалением приходится констатировать, что в большинстве юридических вузов страны не изучаются в надлежащем объеме судебно-конституционное право и процесс (конституционное судопроизводство). Система высшего юридического образования все еще консервативна и отстает от современной европейской и мировой практики.
Подводя итоги сказанному, прихожу к выводу, что докторская диссертация А. В. Аверина на тему: «Судебное правоприменение и формирование научно-правового сознания судей (проблемы теории и практики)» представляет собой оригинальное законченное научное исследование актуальной темы. Оно вносит значительный вклад в отечественное правоведение, имеет большое научно-практическое значение и отвечает всем требованиям, предъявляемым ВАК РФ к докторским диссертациям, а ее автор Александр Валентинович Аверин заслуживает присуждения ему ученой степени доктора юридических наук.
Доктор юридических наук, профессор,
Заслуженный деятель науки Российской Федерации, судья Конституционного Суда Российской Федерации в отставке
Н. В. Витрук
4 сентября 2004 г., г. Москва
2
Диссертационное исследование А. В. Аверина, как и монография «Судебная достоверность» (2004 г.), посвящено проблемам судебного правоприменения, одной из сложных, теоретически и практически значимых проблем правоведения.
Проведение судебной реформы, ознаменовавшейся принятием новых законов о статусе судей, судоустройстве, УПК РФ и др., требуют постоянного внимания ученых и практиков к тому, как реализуются в жизни нормы права, каковы объективные и субъективные причины, препятствующие эффективному действию правовых норм, в каком направлении должно совершенствоваться законодательство, каковы возможности и пути повышения правосознания и нравственных начал в деятельности судей.
Вопросы судебного правоприменения, и в частности познавательного результата деятельности судей, постоянно привлекали и привлекают внимание ученых и практиков.
Работы А. В. Аверина отличают глубокое проникновение в эти проблемы в результате их комплексного исследования с привлечением достижений из различных областей знаний.
Автор исходит из того, что судебная деятельность по своему назначению является «вершиной правоприменения», что порождает необходимость тесной взаимосвязи судебной практики и юридической теории.
Значительно обогащает работу то, что автор использует свой личный опыт судебной практики и адвокатской деятельности. Это дало возможность автору проследить различные аспекты жизни права и высказать свои суждения и предложения, направленные на совершенствование закона и практики его применения.
Автор исходит из нормативного понимания права как регулятора поведения людей в обществе, специфика которого в том, что этот регулятор состоит из норм, изданных или санкционированных в строго определенном порядке государством и охраняемых им.
Этот отправной постулат автора является необходимым для правильного раскрытия судебного правоприменения, где независимость судей и справедливость их решений определяются соблюдением норм закона.
Обеспечение конституционного принципа независимости судей и подчинения их только закону автор видит в реализации доктрины разделения властей как необходимого условия создания сильной и независимой судебной власти.
В этой связи заслуживают внимания выводы и предложения ав-тора, направленные на устранение факторов, ограничивающих или сдерживающих независимость и беспристрастность судей.
Заслуживает поддержки выносимое на защиту положение о том, что трехлетний испытательный срок для юриста, впервые получившего статус российского судьи, противоречит принципу независимости судей.
Значительное внимание в работе уделено юридическому познанию в процессе судебного правоприменения (гл. 4) и важнейшему аспекту судебной правоприменительной деятельности — доказательствам и доказыванию (гл. 6).
Заслуживает внимания вывод автора о том, что формирование научно-правового сознания судей — одна из важнейших (и труднейших. — П. Л.) сторон проводимой в России судебной реформы.
В этой связи автор выдвигает предложения по достижению главной цели учебного процесса — по подготовке юристов-практиков, не зараженных нигилистическим отношением к праву и правовым явлениям в обществе.
В свете нового Уголовно-процессуального кодекса РФ весьма актуальным для науки и правоприменительной практики стал вопрос о результате судебного познания, от которого зависят законность и обоснованность вынесенного приговора.
В уголовно-процессуальной литературе все еще распространено мнение, что обязательным требованием обращения к суду является установление объективной истины. При этом отстаивающие такую точку зрения считают, что ущерб судебному правоприменению нанесен исключением из нового УПК ст. 20 УК РСФСР, а также принципами состязательного процесса (см., например: Орлов Ю. Российская юстиция. № 2. 2004. С. 52).
Нам представляется правильным и убедительно аргументированным вывод автора о том, что «судебная процедура как форма судебного юридического познания должна максимально способствовать созданию условий для установления юридической истины по делу».
Общая высокая оценка диссертационного исследования А В. Аверина не исключает некоторых замечаний.
О судебном правоприменении автор пишет только применительно к разрешению правового конфликта, спора по существу дела, между тем судебное правоприменение охватывает и решения суда по ряду важных для защиты прав личности вопросов (меры пресечения, рассмотрение жалоб на действия и решения должностных лиц и др.), принимаемых по ходу производства по делу.
Автор предлагает в качестве отраслевой нормы права записать, что «легализация судом незаконных процессуальных действий органов предварительного следствия запрещена». Такой запрет уже фиксирован в ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, в правилах о недопустимости доказательств (ст. 75 УПК РФ).
Поэтому задача состоит не в формулировании новой нормы, а в преодолении обвинительного уклона в деятельности суда, ситуации, когда суд фактически легализует нарушения закона, допущенные органами следствия.
Вопрос о «правде жизни» и юридической истине остается актуальным применительно к суду присяжных, но эта проблема в работе не затронута.
Отмеченные замечания носят частный характер и не влияют на общий вывод о том, что работа «Судебное правоприменение и формиро-вание научно-правового сознания судей (проблемы теории и практики)», представленная А. В. Авериным на соискание ученой степени доктора юридических наук, является самостоятельным, законченным исследованием важной проблемы теории и практики судебного правонарушения.
Исследование автора вносит существенный вклад в развитие не только теории и истории права и государства, но и отраслевых юридических наук.
Выводы и предложения автора актуальны и существенны для со-вершенствования теории и практики правоприменения, для повышения качества подготовки юристов и преодоления негативных явлений в судейском правоприменении.
Работа «Судебное правоприменение и формирование научно-правового сознания судей (проблемы теории и практики)» отвечает высоким требованиям, предъявляемым к докторской диссертации, а ее автор Александр Валентинович Аверин, заслуживает присуждения искомой степени доктора юридических наук.
Зав. кафедрой
уголовно-процессуального права МГЮА,
Доктор юридических наук, профессор П. А. Лупинская
з
Одним из важнейших направлений проводимых в современной России преобразований является судебная реформа. За годы ее осуществления предприняты меры по созданию новой судебной системы, повышению статуса судей, совершенствованию материально-технического, финансового и кадрового обеспечения судов. Но реализация реформы сдерживается. В частности, она наталкивается на несовершенство многих юридических процедур, недостаточно высокий профессиональный уровень определенной части судейского корпуса и ряд других негативных факторов. Они, несомненно, негативно сказываются на правоприменительной дея-тельности суда, надежности судебной защиты и не способствуют становлению цивилизованного правосудия.
В этой связи диссертационное исследование А. В. Аверина представляет несомненный интерес. В нем раскрывается именно та исключительно важная сторона судебной реформы, которой уделяется явно недостаточное внимание.
Надо отметить, что проблемы правореализации издавна привлекали к себе внимание ученых-правоведов и получили разностороннюю разработку как в общей теории государства и права, так и в отраслевых юридических науках.
Из государственных институтов, предназначенных для осущест-вления функции правового применения, важнейшим и наиболее эффективным является суд. Он служит центральным звеном всего государственно-правового механизма обеспечения прав и свобод граждан. Поэтому симптоматично, что предметом научного исследования автора стали проблемы именно в сфере судебного правоприменения.
Кроме того, нельзя не заметить, что как бы ни была устроена судебная система, каковы бы ни были процессуальные законы, творит правосудие конкретный человек. Поэтому разрешение проблем духа и менталитета судьи, которые, безусловно, должны соответствовать содержанию и целям проводимых в России преобразований, также в полной мере востребовано современной наукой и практикой.
На наш взгляд, А. В. Авериным впервые на высоком научном уровне поднят ряд новых проблем правоприменительной деятельности суда. Автором с точки зрения задач судебного правоприменения отстаивается необходимость формирования более высокого уровня правового сознания носителей судебной власти.
Структура диссертационного исследования, приведенная в автореферате, предопределена поставленными соискателем целями и задачами и соответствует им. Работа характеризуется внутренним стилевым и содержательным единством, последовательностью изложения материала.
Как видно из содержания представленной работы, выполненная диссертация имеет достаточно высокий абстрактно-теоретический уровень, о чем свидетельствует и развернутый перечень положений, выносимых автором на защиту.
Проведение вышеуказанного исследования, как представляется, потребовало от автора ознакомления со значительным массивом нормативного материала, большим объемом общетеоретической правовой литературы, изучения смежных отраслей юридической науки.
Как представляется, А. В. Аверин по любому рассматриваемому вопросу имеет достаточно четкую позицию, а доводы и аргументы в обоснование той или иной идеи убедительны, поскольку проверены автором в течение его многолетней правоприменительной деятельности, сочетающейся с научными исследованиями. Ему удалось высказать немало ценных мыслей и сформулировать ряд интересных предложений.
Совершенно очевидно, что работа судьи является одной из наиболее сложных и социально значимых юридических специальностей. Это особенно проявляется в настоящее время, когда формируются новые социальные и экономические отношения, интенсивно меняется отечественная правовая система, в обществе возникают ранее неизвестные конфликты. Поэтому заслуживает внимания и поддержки ключевой тезис автора о том, что для повышения эффективности правового регулирования каждому субъекту права, в особенности судье, необходим более высокий уровень юридического мышления, судейский менталитет нового времени. Для этого служители Фемиды должны лучше владеть базовыми общетеоретическими понятиями. Как видно, исследование их содержания в единстве и взаимосвязи с формированием современного правового сознания судей, проблемами правоприменительной деятельности суда и составили основу представленной автором диссертации.
Так, отдельная глава посвящена изучению проблемы правопони- мания — центральной в теории права. Автором отстаивается современный нормативный подход к пониманию права как официально-властного инструмента, регулирующего отношения между людьми и базирующегося на принципах равенства, свободы, справедливости.
Однако, на наш взгляд, автором сформулирован излишне категоричный вывод о том, что современное нормативное понимание представляет собой единственно возможный научный подход, имеющий прикладное значение. Как думается, этот тезис в большей степени применим в условиях не развивающейся, а совершенной правовой системы и сформировавшейся законодательной базы. А в настоящее время любой практикующий в России юрист, а тем более судья, должен владеть всеми основными подходами к правопониманию и использовать их, хотя нельзя отрицать, что нормативное правопонимание является для практиков приоритетным, доминирующим.
Обращаясь к анализу краеугольного для доктрины разделения властей вопроса о независимости суда, автор показывает комплекс проблем независимости носителей судебной власти. Решение задачи по дальнейшему укреплению последней автор обоснованно связывает с социальными и юридическими гарантиями, более четкой правовой регламентацией деятельности судей. Он предлагает упразднить трехлетний испытательный срок для федеральных судей, впервые назначаемых на должность, наделить всех федеральных судей полномочиями без ограничения срока. В этом он видит средство улучшения кадровой судебной политики и обеспечения объективного правосудия.
А. В. Авериным исследуются общетеоретические аспекты правового применения, даются определения применения права и правоприменительных актов, раскрывается их сущность. Автор справедливо отмечает, что эффективность этой деятельности зависит от совокупности факторов, среди которых одно из ведущих мест занимает высокое качество правовой теории, которой должны быть вооружены все субъекты реализации права. В этой связи заслуживает поддержки предложение автора о создании научно-аналитических отделов в областных и приравненных к ним по компетенции судах. Осуществление данной идеи, как справедливо констатирует А. В. Аверин, позволит получить более четкую картину действенности конкретных юридических норм, наличия спорных и неурегулированных правом отношений.
По нашему убеждению, данное предложение отнюдь не идеалистическое, как может, на первый взгляд, показаться, а довольно прагматичное. Как известно, в некоторых зарубежных странах, например в Голландии, подобные структуры имеются. Правда, они занимаются составлением научных заключений для судей по конкретным делам, что является способом упреждения судебных ошибок и повышения качества правосудия. Автор же основной функцией создаваемых подразделений считает анализ и обобщение судебной практики и совершенствование на этой основе сферы правотворчества. По нашему мнению, объем интересов обозначенных научно-аналитических отделов может быть значительно шире. И прежде всего они должны содействовать судьям в принятии законных, обоснованных и справедливых решений.
В работе рассматриваются вопросы правосознания как формы общественного сознания, его характер, уровни, процесс формирования. Обозначены проблемы юридического и судебного познания, а также этапы развития судебной процедуры. Автор подчеркивает, что юридическое познание, при наличии общих закономерностей, проявляется дифференцированно, имеет свои нюансы и особенности в разных областях правоприменения. Это объясняется прежде всего различным бытием субъектов правоотношений. Всесторонний анализ исторического становления, развития и современного состояния судебных процедур позволяет автору сделать верный вывод о том, что общественному и профессиональному сознанию судей, как и в целом судебной практике, требуется длительная и серьезная корректировка, чтобы исключить обвинительный уклон и реализовать в полном объеме действие презумпции невиновности.
Вызывает интерес глава исследования, посвященная сверх- дискуссионной проблеме — толкованию закона в рамках судебной деятельности. Автор справедливо отмечает, что даже самый совер-шенный закон не может претендовать на абсолютную ясность для правоприменителя. Ведь последний в каждом случае выбора нормы права сталкивается с конкретной жизненной ситуацией, индивидуальной и неповторимой. На основе анализа специальной научной литературы автором дана общая характеристика задач, ви- дов и правил толкования юридических норм. Автор вносит вполне обоснованное предложение о том, что интерпретационная деятельность Конституционного Суда России должна рассматриваться в качестве методологической, указывающей на принципиальные подходы, которыми в толковательной деятельности должен руководствоваться любой судья.
Вместе с тем некоторые положения представленного диссертационного исследования, как и всякой научной работы, создают предпосылки для полемики.
Так, А. В. Авериным убедительно подчеркивается важность для правоприменительной практики четкого представления о современных проблемах в сфере доказательств и доказывания. Однако, как нам представляется, работа в этой части значительно выиграла бы, если бы автор, обозначив необходимость законодательной регламентации процедуры оценки доказательств, сделал попытку внести конкретные предложения по совершенствованию уголовно-процессуальных норм, столь необходимых для решения обнаруженной и ис-следованной им проблемы. Это стало бы логическим завершением обозначенной научной мысли и могло бы послужить основой для разработки проектов соответствующих законодательных актов. Одновременно автор вносит вполне рациональное предложение о необходимости разработки теории доказательств и юридическом закреплении ее основных положений.
Также, на наш взгляд, в работе прослеживается некое противоречие в суждениях автора по вопросу о наделении судей полномочиями на срочной основе. Так, для укрепления независимости судей соискатель считает необходимым отменить норму о 3-летнем испытательном сроке. Одновременно он видит в качестве позитивного правило о назначении председателей судов на 6-летний срок. Но, как показывает практика, воздействие на судей при рассмотрении ими конкретных дел, как правило, осуществляется через руководителей судов. Они, временно пребывая в этом статусе, в свою очередь, сами зависимы от структур и должностных лиц, участвующих в их назначении. В связи с этим представляются правильными предложения не назначать, а избирать председателей судов всех уровней из числа назначенных в конкретный суд судей по аналогии с Председателем Конституционного Суда РФ. Такой способ получения полномочий руководителя суда позволил бы отчасти снять существующую проблему обеспечения независимости как самих судей, так и руководства судов.
Кроме того, по нашему мнению, автору следует уделить большее внимание спорным вопросам статуса суда, поскольку он должен обладать такими полномочиями, которые обеспечивали бы ему необходимые правовые средства для поиска истины. Как известно, новый УПК РФ закрепил за судом в процессе в основном пассивную роль.
Проведенное автором исследование, безусловно, может служить добротной основой для дальнейшей разработки самых сложных и острых вопросов установления истины в судопроизводстве. А высказанные нами замечания вовсе не бесспорны и могут расцениваться как приглашение к дискуссии и дальнейшему поиску. Они не портят общего, весьма положительного впечатления от работы.
В заключение следует сказать, что многие судебные ошибки объясняются не столько недостаточными знаниями судей в какой-то отрасли права или правовом институте, сколько неглубокими общетеоретическими познаниями права. Недавно Верховный Суд и Высший Арбитражный Суд РФ направили в Государственную Думу РФ законопроект «О внесении изменений и дополнений в Закон “О статусе судей в Российской Федерации”», который нацелен на формирование системы непрерывного повышения профессиональной квалификации отечественного судейского корпуса. Нельзя не отметить, что основная идея автора и его отдельные предложения созвучны с обсуждаемым проектом названного Закона. Возможно, в продолжение мысли автора следует даже вынести на обсуждение идею о том, что наличие научно-правового сознания в будущем должно стать одним из квалификационных требований, предъявляемых к судье.
На основании вышеизложенного представляется возможным сделать вывод о том, что работа автора имеет научно-теоретическую и практическую значимость, содержание ее соответствует теме исследования. Диссертация А. В. Аверина является самостоятельной, законченной научно-исследовательской работой, выражающей нестандартный подход к рассмотрению и разрешению актуальных юридических проблем. На наш взгляд, она отвечает квалификационным требованиям Положения о порядке присуждения ученых степеней. Публикации автора в целом отражают основные направления представленной работы. В связи с вышеизложенным полагаем, что
А. В. Аверин заслуживает присуждения ученой степени доктора юри-дических наук.
Председатель Пензенского областного суда,
Заслуженный юрист Российской Федерации,
кандидат юридических наук В. А. Терехин
4
Проблемы, исследованные соискателем, не оставляют сомнений в своей актуальности. Общетеоретический анализ таких вопросов, как судебное правоприменение и судебная практика, научный характер профессионального правосознания судей, судебное усмотрение, теория доказательств, стал необходимым для юридической науки и практики. Диссертантом глубоко исследованы эти и другие вопросы, получены ценные научные результаты.
Следует признать, что диссертация А. В. Аверина — первое в российской юридической науке общетеоретическое монографическое исследование, специально посвященное вопросу комплексного осмысления теоретических и практических проблем судебного правоприменения во взаимосвязи с проблемой формирования научно-правового сознания судей. Убедительными являются положения о том, что значимость судебного правоприменения связана с разделением властей и формированием независимой судебной власти. В автореферате соискатель верно пишет, что «любое лицо, желающее посвятить свою жизнь делу отправления правосудия, должно достаточно четко представлять себе... научную трактовку понятий, права, законности и правопорядка, разделения властей и связанной с ним независимости суда, судебного правоприменения».
Заслуживающие внимания научные результаты получены по разным аспектам судебного правоприменения.
По содержанию автореферата можно высказать и некоторые замечания.
Противоречивым выглядит взгляд диссертанта на право: с одной стороны, право как совокупность юридических норм имеет, по его мнению, идеальный характер, «поскольку соответствующего физического явления нет», а с другой — нормы права можно «пощупать», и тогда получается, что они материальны.
Не в полной мере, как представляется, раскрыто понятие судебного познания, так как из содержания автореферата неясно, что конкретно выступает в качестве его объекта.
Дискуссионным является определение правосознания судей как научно-правового. Все-таки работа судей имеет практический, а не научно-исследовательский характер.
Высказанные замечания относятся к спорным вопросам исследования. В целом вывод однозначен: Александр Валентинович Аверин, несомненно, заслуживает присуждения ученой степени доктора юридических наук.
Заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор кафедры теории государства и права Уральской государственной юридической академии
В. И. Леушин
V*
5
Проблемы судебного правоприменения и судебной достоверности до последнего времени не стали предметом комплексного научного исследования в общетеоретическом аспекте с применением современных методик познания. Между тем современное состояние юридической науки и правоприменительной практики, проводимая в стране судебная реформа настоятельно требуют поднять теорию судебного правоприменения на фундаментальный общетеоретический уровень, а в рамках общей теории судебного правоприменения исследовать феномен судебной достоверности, которая необходима в целях преодоления существующей в настоящее время неопределенности судебного правоприменения и создания условий для перевода российского судопроизводства в русло цивилизованного предсказуе-мого правосудия. Этими положениями определяется своевременность и актуальность диссертационного исследования А. В. Аверина.
Диссертация и опубликованные научные работы автора представляют собой первое в российской юридической науке комплексное общетеоретическое исследование судебного правоприменения во взаимосвязи с проблемой судебной достоверности и формирования профессионального правосознания судей. В работе четко определены предмет и критерии юридического познания (в том числе судебного) в области правоприменения, и на этой методологической основе автором сформулировано общеправовое понятие юридического познания.
Научная и практическая значимость работы состоит прежде всего в том, что диссертантом предпринято научное исследование теоретических проблем судебного правоприменения во взаимосвязи с вопросами судебной достоверности, что имеет непосредственно практическое значение для совершенствования юридической практики и формирования профессионального уровня правосознания судей. Избранный автором научный подход к исследованию проблем судебного правоприменения, несомненно, позволит углубить теоретическое представление о рассматриваемых правовых феноменах, окажет влияние на комплексное формирование и развитие теории судебного правоприменения и тем самым будет способствовать дальнейшему осмыслению и продвижению судебной реформы в России.
Как и любое теоретическое исследование, автореферат диссертации А. В. Аверина содержит дискуссионные моменты, спорные положения, отдельные недочеты.
Так, дискуссионной, недостаточно обоснованной представляется сама конструкция «Научно-правовое сознание судей». Как представляется, это разновидность профессионального правосознания правоприменителей, где центральное место занимают поведенческие компоненты: умения, навыки, готовность к правоприменительной (судебной) деятельности. Эти элементы основаны на научных знаниях о праве, но все же именно поведенческие компоненты явля-ются определяющими в профессиональном правосознании судей и поэтому требуют специального исследования в аспекте судебного правоприменения.
Спорным, требующим дальнейшего обоснования, представляется вывод автора о познании в процессе судебного правоприменения не объективной, а так называемой юридической (судебной) истины.
Сама конструкция «юридическая истина» сомнительна. В авторской интерпретации (судя по положениям автореферата) она характеризует познанное, но не процесс познания, а судья, особенно в гражданском и арбитражном процессе, ведет поиск именно объективных, ре-ально существующих фактов, имеющих юридическое значение для дальнейшего дела.
Отмеченные критические замечания в основном носят дискуссионный характер и существенно не снижают достоинств и научной ценности исследования.
Анализ автореферата и публикаций автора позволяет сделать вывод о том, что докторская диссертация А. В. Аверина представляет собой научно-квалификационную работу, в которой на основании выполненных исследований разработаны теоретические положения, совокупность которых можно квалифицировать как новое крупное научное достижение в области теории права и государства, а ее автор заслуживает присуждения ученой степени доктора юридических наук.
Доктор юридических наук,
профессор
В. А. Сапун
6
В диссертации А. В. Аверина исследована весьма актуальная проблема теории государства и права вообще, судоустройства и судопроизводства в частности. Ее значимость определяется сложностью и непоследовательностью современных процессов строительства правового демократического государства в России.
Несомненными достоинствами данной работы являются развернутый анализ научной литературы, четкий обзор использованных источников. Круг литературы, приводимый в работе, выходит за рамки современных изданий, охватывая дореволюционные исследования. Похвально активное привлечение судебной практики, архивного материала, а также периодической печати нашего времени. .
На основе хорошо сформулированных целей и задач исследования удачно определена и структура работы, которая позволила четко показать важные проблемы судоустройства, судопроизводства и становления судебной власти в нашем государстве.
Автором собран и грамотно исследован большой эмпирический материал и на его основе проанализированы недостатки судопроизводства, судоустройства и связанные с ними вопросы теории права.
Особую ценность представляют разделы, посвященные работе по формированию судейского менталитета, научно-правового мышления судей.
Многие сюжеты в таком виде рассматриваются впервые.
Можно не соглашаться с отдельными резкими суждениями автора о необходимости сужения или устранения судейского усмотрения в правоприменительной деятельности, однако следует отметить, что свое отношение к существующим реалиям он убедительно аргументирует, четко выделяя элементы судейского усмотрения и деятельности судейского корпуса в целом, мешающие становлению судебной власти.
Думается, эта работа имеет не только научное, но и практическое значение для совершенствования правоприменительной деятельности всех ветвей власти, а не только судебной.
По нашему мнению, имеет практическое значение определение степени влияния на становление судебной власти конструкция «трехголовой» судебной власти в нашем государстве — трех самостоятельных судов (Верховного Суда, Высшего Арбитражного и Конституционного). Нельзя не отметить также важность выявления общероссийских и местных особенностей при исследовании эффективности реформы судебной системы и судопроизводства в многонациональном федеративном государстве, состоящем «з большого количества субъектов. Однако полагаем, что это темы самостоятельного исследования.
Судя по автореферату и публикациям, диссертация выполнена на должном научном уровне, и А. В. Аверин заслуживает присуждения ученой степени доктора юридических наук по специальности 12.00.01.
Судья Верховного Суда
Российской Федерации,
кандидат юридических наук P. X. Батхиев
7
Представленный к рецензированию автореферат докторской диссертации посвящен актуальной проблеме правовой науки и юридической практики — судебному правоприменению в его взаимосвязи с правосознанием судей.
Следует согласиться с автором в том, что «судебное правоприменение есть... сердцевина и опора правовой жизни общества», и в то же время в правовой науке нет цельного, комплексного освещения проблемы судебного правоприменения с учетом достижений правовой мысли и обобщения юридической практики. Необходимым условием эффективности судебного правоприменения выступает правовое сознание судей, их научно-правовое мышление, которое позволило бы судье «неизмеримо более осмысленно и творчески подходить к применению права, к разрешению любого правового конфликта, видеть в себе не простого клерка, выполняющего рутинную работу, а должностное лицо, наделенное величайшим доверием и ответствен-ностью». Особое звучание поднимаемые автором проблемы приобретают в условиях проводимой в России судебной реформы. В связи с этим комплексное исследование судебного правоприменения представляет несомненный научный и практический интерес, заслуживает поддержки и одобрения.
Исходя из поставленной цели диссертационной работы, диссертантом верно определены объект, предмет, выдвинуты и решены задачи исследования, логически стройной и выдержанной является структура диссертации.
А. В. Аверин обоснованно начинает исследование с центральной проблемы правоведения — вопроса о правопонимании. Положительным здесь является то, что, разделяя в целом нормативное понимание права, диссертант этим не ограничивается, а обращается к содержанию права, допускает конструктивную критику действующего позитивного права на основе абстрактного правового идеала и одновременно предостерегает от жесткого разграничения и противопоставления права и закона.
Рассматривая вопрос о разделении властей и независимости судебной власти, автор на основе достижений правовой науки и юридической практики формулирует ряд критериев, которые в совокупности составляют идеальную модель независимости суда. В связи с этим заслуживает поддержки обоснованное диссертантом положение о том, что трехлетний испытательный срок для юриста, впервые получившего статус российского судьи, противоречит принципу независимости судьи.
Характеризуя юридическое познание в процессе судебного правоприменения, А. В. Аверин приходит к интересным выводам: об отставании правового сознания как субъективного восприятия индивидом необходимости государственно-властного регулирования наиболее важных для общества отношений, идеального образа этих отношений от идеальной потребности в их регламентации, но в то же время опережении правосознанием общества уровня развития позитивного права; о специфических характеристиках юридического познания, в частности, о юридической жизни как предмете познания, ее особенностях.
В этой связи заслуживает пристального внимания положение о том, что судья познает не объективную, а юридическую реальность, и должен устанавливать юридическую истину. Такой подход отличается новизной и имеет важное теоретическое и практическое значение.
Следует признать обоснованными аргументированные в автореферате предложения по повышению эффективности судебного правоприменения организационного плана — о создании специальных научно-аналитических отделов при высших судах общей юрисдикции субъектов Федерации для сбора и систематизации проблем правовой жизни данного региона; обязательном централизованном снабжении судей федеральными нормативными актами и ряд других.
Заслуживают поддержки соображения автора по проблеме доказательств и доказывания — необходимости повышения внимания к ней в учебном процессе, научной разработки теории доказывания на уровне общей теории государства и права.
Наконец, замечание в порядке дискуссии. Думается, что в автореферате следовало бы более подробно остановиться на характери-стике тех основных положений теории доказывания, которые, по мнению автора, требуют законодательного закрепления.
В целом рецензируемая рукопись является новаторским научным исследованием, отличается самостоятельностью, новизной и вносит крупный вклад в разработку проблемы судебного правоприменения. Хочется подчеркнуть, что настоящая работа — один из ярких примеров не только методологической, но и прямой практической применимости разработок общей теории права для решения конкретных вопросов юридической практики на должном уровне теоретической обоснованности.
Все это позволяет прийти к выводу о том, что автор диссертационного исследования — Александр Валентинович Аверин — достоин присуждения ученой степени доктора юридических наук.
Отзыв подготовлен ст. преподавателем В. Ю. Панченко и доцентом В. М. Шафировым, рассмотрен и утвержден на заседании кафедры теории государства и права Юридического института Красноярского государственного университета 18 августа 2003 года.
Заведующий кафедрой
теории государства и права
Юридического института
Красноярского государственного университета,
кандидат юридических наук, доцент
В. М. Шафиров
8
Проблема судебного правоприменения и особенно проблема формирования научно-правового сознания судей являются самыми сложными и интересными в теории государства и права. Различные аспекты этих проблем непременно привлекают внимание представителей как общей теории права, так и отраслевых юридических дисциплин. Причем интерес к теме судебного правоприменения, как правильно отмечает и сам автор диссертации, носит не только академический, но и практический характер, поскольку уровень судебного правоприменения и формирования научно-правового сознания судей составляют суть проводимой в настоящее время в России судебной реформы.
Работу отличает научная новизна. Она представляет собой первое в российской юридической науке общетеоретическое монографическое исследование, специально посвященное комплексному осмыслению теоре-тических и практических проблем судебного правоприменения во взаимосвязи с проблемой формирования научно-правового сознания судей.
Научная новизна диссертации обусловливается и тем, что проблема судебного правоприменения тесно связана с острейшей проблемой современной теории государства и права — с проблемой пра- вопонимания. Такая постановка проблемы является нетривиальной как в науке теории и истории государства и права, так и у непосредственных судебных правоприменителей.
Представляются оригинальными и интересными выводы и положения, выносимые на защиту. Особо хотелось бы поддержать категоричное утверждение диссертанта о том, что «правопонима- ние — фундамент правового сознания любого правоприменителя».
Мы полностью поддерживаем и вывод диссертанта о том, что «современное нормативное правопонимание — единственно возможный подход, имеющий прикладное значение».
В работе практически оценивается и отвергается существующее в науке теории права и государства представление о необходимости жестокого разграничения и противопоставления права и закона. Здесь мы тоже на стороне диссертанта.
Представляется удачной структура диссертации. Сначала решаются проблемы правопонимания, вопросы разделения властей и независимости суда, а затем исследуются основные проблемы, связанные с понятием правоприменения, судебного правоприменения и толкования закона в рамках судебного правопримене-ния.
В целом, судя по автореферату, диссертация А. В. Аверина заслу-живает самой высокой оценки. Тема исследования полностью раскрыта, в работе четко формулируются научные положения, являющиеся вкладом в юридическую науку, даются конкретные рекомендации по совершенствованию действующего законодательства. Работа представляет собой результат самостоятельного, законченного научного исследования.
В то же время работа А. В. Аверина не лишена отдельных спорных положений.
Так, по мнению А. В. Аверина, «проблема судебного правоприменения в вопросе соотношения и морали может и должна быть раз-решена на законодательном уровне». Из содержания автореферата не совсем представляется ясным то, как автор мог бы применить свою собственную рекомендацию, если бы ему представилась возможность изложить ее в конкретном законе. Думается, что диссертант вряд ли с легкостью справился бы с такой задачей. Тем более, на наш взгляд, трудно воплотить в жизнь предложение диссертанта о создании такой нормы права, которая освобождала бы судью «от слепой и полной зависимости от “аморальной нормы” права в каждом конкретном случае».
А. В. Аверин считает «идеальным вариантом для выявления норм права, не соответствующих прогрессивному направлению развития общества», создание «специальных научно-аналитических отделов при высших судах общей юрисдикции субъектов Российской Федерации».
Трудно согласиться с предложением автора. Во-первых, оно противоречит утверждению диссертанта о том, что «нормативное пра- вопонимание — единственно возможный научный подход, имеющий прикладное значение» (с. 16). Ведь при нормативном пра-вопонимании суд не может заниматься «выбраковкой» правовых норм по основаниям несоответствия прогрессивному развитию общества, он должен руководствоваться законом, пока он действует.
Во-вторых, решение проблемы соответствия норм права прогрессивному направлению развития общества явно не под силу какому-то отделу при судах. К тому же «прогрессивное направление развития общества» является предметом всех обществоведческих наук, а не только и не столько юриспруденции. Отдел же при судах, если даже назвать его научным, будет подчиняться руководителю суда, а поэтому ждать от такого отдела научной информации вряд ли стоит.
Высказанные нами дискуссионные замечания не снижают общей положительной оценки работы. Научной общественности предложена творческая и очень интересная работа. Автор этой работы А. В. Аверин заслуживает присуждения ученой степени доктора юридических наук.
Профессор
Башкирского государственного университета,
доктор юридических наук Ф. М. Раянов
9
Актуальность представленного диссертационного исследования связана с тем обстоятельством, что достигнутый на сегодняшний день в России уровень развития судебной системы далеко не соответствует тем требованиям, которые предъявляются к суду в современном обществе, и тому месту, которое судебная власть призвана занимать в государственно-правовом механизме. В научно-теоретическом плане недостаточно изучены причины и факторы, влияющие на формирование профессионального облика судьи, его знаний, навыков и убеждений, а ведь именно эти качества, без сомнения, играют решающую роль в профессиональной деятельности представителей судейского корпуса.
Отсюда научная и практическая значимость предпринятого А. В. Авериным научного исследования, посвященного значению профессионального правосознания в судебном правоприменении. Автор сформулировал задачи исследования достаточно широко, в поле его зрения оказались проблемы правопонимания, разделения властей, правоприменительного процесса, толкования права, юридического доказывания, истины в правовом познании и т. п.
Диссертант вполне правомерно подчеркивает необходимость развития у судей такого уровня правового сознания, который был бы существенно выше среднего профессионального правосознания практикующего юриста и вплотную приближался бы к доктринальному, научному уровню осознания правовой действительности. Справедливо отмечено в первой главе диссертации особое значение правопонимания для формирования правовых установок судьи: дей-ствительно, требуемый уровень постижения правовой материи возможен лишь на основе глубокого и обоснованного представления о феномене права вообще. Можно согласиться с А. В. Авериным в том, что в настоящее время такую фундаментальную базу для развития правосознания создает лишь нормативное понимание права. Во второй главе работы диссертант рассматривает проблемы реализации принципа разделения властей и независимости суда с точки зрения миссии судебной власти в правовом государстве и обращает внимание на ряд практических проблем в данной области. В третьей и четвертой главах анализируется непосредственно правоприменительная деятельность судебных органов, и в частности проблема истины в установлении фактических обстоятельств дела, причем автор отстаивает идею о существовании особой юридической (судебной) истины, специфика которой состоит главным образом в средствах ее обнару-жения. Пятая глава диссертации посвящена вопросам толкования права в деятельности судов, причем первостепенное внимание автор уделяет пределам самостоятельности и свободы судов в интерпретации правовых норм в связи с социальными потребностями и состоянием позитивного права. В заключительной, шестой главе исследования автор останавливается на некоторых теоретических аспектах юридического доказывания.
В качестве положительных сторон исследования необходимо отметить критический, самостоятельный характер авторских выводов по основному кругу вопросов, а также их практическую направленность, наличие значительного числа конкретных предложений по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики.
Одновременно диссертация не лишена некоторых изъянов, спорных и недостаточно обоснованных положений.
Работа тематически продолжает многие исследования советского периода, специально посвященные проблемам применения и толкования права, формирования правосознания юристов, судейского убеждения, истины в юридическом процессе и т. п. Однако в предложенном исследовании научная преемственность авторских выводов с научной мыслью предшествующего периода выглядит несколько ослабленной. Так, в автореферат по какой-то причине не включен традиционный перечень авторов, внесших наиболее существенный вклад в изучение данной проблемы.
При трактовке вопросов истины в правоприменительной деятельности суда диссертант, думается, излишне изолирует материальную (фактическую) составляющую предмета познания от чисто юридической, когда указывает, что «судья не познает объективную ре-альность, он познает юридическую реальность». Вероятно, образ юридической реальности неотделим от объективной реальности, в противном случае он неизбежно окажется искаженным.
Едва ли можно поддержать предложение диссертанта о том, что в системе юридического образования (в отличие от науки) «должен быть создан механизм, исключающий в преподавании учения о праве хаос, вызванный... элементами амбициозности той или иной правовой школы», иначе говоря, обеспечивающий единообразное понимание права студентами и выпускниками юридических вузов. При всей важности научно обоснованного и конструктивного право- понимания такой путь противоречит принципу научного плюрализма и свободомыслия.
В целом диссертационное исследование А. В. Аверина характеризуется бесспорной научной новизной, теоретической и практиче-ской значимостью, самостоятельностью авторских выводов и положений, и служит весомым вкладом в юридическую науку. Результаты исследования могли бы быть с успехом использованы в правотворческой и правоприменительной деятельности, в преподавании ряда учебных дисциплин, а также в процессе повышения профессиональной квалификации судей. Автор диссертации А. В. Аверин заслуживает ученой степени доктора юридических наук по специальности 12.00.01 — Теория и история права и государства; история правовых учений.
Отзыв подготовлен кандидатом юридических наук Ю. Ю. Ветют- невым и обсужден на заседании кафедры теории государства и права Волгоградского государственного университета 6 сентября 2004 г., протокол № 1.
Зав. кафедрой государства и права ВолГУ, доктор юридических наук,
профессор Н. Н. Вопленко
Ю
Предлагаемое нашему вниманию научное исследование отличается глубиной содержания и безусловной связью с насущными потребностями современной юридической практики. Автор настолько осведомлен в вопросах, связанных с проблемами судебного право-применения, и настолько широко теоретически осмысляет поставленные им цели и задачи, что его работа читается едва ли не на едином дыхании.
Автор справедливо озабочен множеством обстоятельств, препятствующих более полному и глубокому проведению судебной реформы в России. Его научный интерес к фактору «внутреннего сопротивления», стоящему на пути претворения в жизнь основных положений судебной реформы, и предлагаемые им меры преодоления этого сопротивления заслуживают уважения и поддержки. Следует согласиться с автором, представляющим особо актуальной проблему необходимости формирования научно-правового мышления судей.
Автор, анализируя современное состояние правовой науки и правоприменительной практики, убедительно обосновывает насущ-ную необходимость повышения уровня теории процессуального права до фундаментального. Вместе с тем его выводы общего характера о неопределенности судебного правоприменения, о непредсказуемости правосудия, о судебном произволе, кажутся излишне безапелляционными.
Значительный интерес представляет и тот раздел работы, который связан с формулированием диссертантом абстрактного понятия абсолютного правового идеала. Логично связав данную проблему с вопросом соотношения права и морали, автор верно утверждает, что в этом смысле судебной практике следует придерживаться «золотой середины».
Весьма интересны положения работы, относящиеся к доктрине разделения властей, к организации такого механизма государственной власти, при котором государственная власть будет «связана» правом. Однако вывод, к которому здесь приходит автор, — что каждый обычный человек, достигший власти, рано или поздно непременно начинает ею злоупотреблять, — пожалуй, чрезмерно эмоционален.
Соглашаясь с предложением автора об ограничении функций председателя суда по времени, полагаю необходимым заметить, что связывать его следует с другими причинами.
Вывод диссертанта о том, что трехлетний «испытательный» срок для юриста, впервые получившего статус судьи, противоречит принципу независимости судьи, теоретически, может быть, и безупречен, но практически, на наш взгляд, несостоятелен.
Критикуемые здесь выводы диссертанта идут опять-таки на пользу общему содержанию научного труда, свидетельствуют о его умении ставить вопросы настолько остро и значимо, что они никого не оставляют равнодушным.
Не имея возможности оценить и другие многочисленные достоинства работы, отметим, что проведенное диссертантом исследование, безусловно, отличается научной новизной и практической значимостью, его содержание настолько глубоко, а подавляющее большинство выводов, выносимых на защиту, настолько верно, что можно, без всяких сомнений, рекомендовать Диссертационному совету присвоить Александру Валентиновичу Аверину ученую степень доктора юридических наук.
С уважением,
Председатель
Ивановского областного суда,
Заслуженный юрист РФ Ю. В. Смирнов
11
Тема диссертационного исследования А. В. Аверина имеет не только научную ценность, но и практическую значимость. В процессе формирования правового государства возрастает роль судебного применения правовых норм, которое направлено на упорядочение общественных отношений. Судя по автореферату, в диссертации дан теоретический анализ основных положений, связанных с темой исследования. Диссертант считает, что судебное правоприменение и формирование правового сознания судей основывается на научной концепции правопонимания, поэтому он не обходит сложные вопросы представления о праве и высказывает свою точку зрения на данную проблему.
Судебное правоприменение рассматривается автором как деятельность одной из ветвей власти — судебной; краеугольным камнем разделения властей, как справедливо отмечает А. В. Аверин, является сильная независимая и равноправная с законодательной и исполнительной властями судебная власть. При этом автор исследует признаки, характеризующие независимость судебной власти и судей.
Особенно удачно диссертантом проведено исследование общетеоретических вопросов применения права, в результате чего сформулировано определение применения права: это комплекс мыслительных и фактических, организационных и юридических операций (действий) субъекта правоприменения, имеющий целью обеспечить нормальное течение процесса реализации правовых норм. На основе этого предложено определение судебного правоприменения.
Много внимания в работе уделено характеристике актов применения права, анализу их признаков, классификации судебных актов применения права, взаимодействию судебного правоприменения и судебной практики, соотношению юридической практики и юридической теории. Автор диссертационного исследования поднимает важный для теории права вопрос о соотношении нормативных и правоприменительных актов. Однако это положение не доводится до логического завершения и не ставится вопрос о том, являются ли акты судебного правоприменения источниками права.
В работе исследуются и другие актуальные проблемы теории права и государства. Чувствуется, что в процессе работы над диссертацией автор изучил литературу не только по теории права и государства, но и обширную историческую, философскую, социологическую литературу; аргументированно используется в работе судебная практика.
По нашему мнению, поставленные цели и задачи исследования диссертантом выполнены. Работа носит самостоятельный, творческий характер, соответствует специальности 12.00.01 — Теория и история права и государства; история правовых учений.
Диссертант вполне заслуживает присуждения искомой степени доктора юридических наук.
Зав. кафедрой теории и истории
права и государства юридического института
Московского государственного университета
путей сообщения,
доктор юридических наук,
профессор, Заслуженный юрист РФ А. И. Бобылев
12
Актуальность темы исследования обусловлена значением судебной власти как одной из ветвей государственной власти для форми- рования в России правового государства, в условиях которого закре-пленные права и свободы человека и гражданина непосредственно обеспечиваются правосудием, высоким уровнем правосознания и правовой культуры судей.
Проблема судебного правоприменения — одна из крупных и наиболее сложных, теоретически и практически значимых и инте-ресных в юриспруденции. Без судебного правоприменения немыслима жизнь как права, так и правовой системы общества в целом.
Как свидетельствует содержание автореферата, автором обстоятельно раскрыты и обоснованы теоретическая и практическая значимость нормативного подхода к правопониманию; сформулированы критерии взаимосвязи, взаимозависимости и взаимообусловленности всех ветвей государственной власти; обоснован тезис о практической значимости для судьи точного понимания принципа разделения властей и независимости суда; проанализированы понятие и основные стадии процесса применения права, виды и акты правоприменения; рассмотрены основные проблемы правоприменения в суде, в том числе юридического познания и истины; видов и актов судебного правоприменения; толкования закона в процессе судебного правоприменения, а также проблемы судебных доказательств и доказывания в судебном процессе; исследованы вопросы эффективности судебного правоприменения; раскрыты и обоснованы соотношение правотворчества и судебного правоприменения с позиций их социальной взаимосвязи и взаимообусловленности; способы обратной связи и эффективного воздействия судебной практики на правотворчество.
Научная новизна исследования заключается в том, что диссертация представляет собой первое в российской юридической науке общетеоретическое монографическое исследование, специально посвященное комплексному осмыслению теоретических и практических проблем судебного правоприменения во взаимосвязи с проблемой формирования научно-правового сознания судей.
Замечаний три.
Автор пишет, что «невозможно говорить о сознательном или осознанном выполнении должностным лицом функций правоприменителя, если это должностное лицо не имеет четкого представления об основополагающем понятии этой деятельности — о праве». Следует уточнить взаимосвязь права и правовой деятельности.
«Современное нормативное правопонимание, — пишет соискатель, — единственно возможный научный подход, имеющий прикладное значение». Этот тезис, на мой взгляд, противоречит положению о том, что, как верно замечает сам автор, «монополия на истину для правовой, как и всякой другой науки, губительна».
Слишком категоричным и прямолинейным является вывод о том, что «проблема судебного правоприменения в вопросе соотношения права и морали может и должна быть разрешена на законодательном уровне».
В целом же, как свидетельствует автореферат, работа А. В. Аверина по содержанию и форме отвечает требованиям п. 8 Положения о порядке присуждения ученых степеней, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.01.2002 г., и ему может быть присуждена искомая ученая степень.
Зав. кафедрой теории и истории государства и права
Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова, доктор юридических наук,
Заслуженный деятель науки РФ В. Н. Карташов
Протокол № 66 (стенограмма) заседания диссертационного совета Д-212.239.02 при ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» от 14 сентября 2004 года
Диссертационный Совет Д-212.239.02 утвержден приказом ВАК России от 19 января 2001 года № 140-в в составе 20 человек. На заседании присутствовало 17 членов Совета. 12.0. Ф.И.О.
Матузов Н. И. Кабышев В. Т. Мамонов В. В. Акчурина Н. В. Байтин М. И. Колесников Е. В. Комкова Г. Н. Конин Н. М. Лисюткин А. Б. Манохин В. М. Мордовец А. С. Радченко В. И. Сенякин И. Н. Сергун П. П. Синюков В. Н. Старилов Ю. Н. Химичева Н. И.
Ученая степень
Д.ю.н.
Д.ю.н.
К.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
Д.ю.н.
' Д.ю.н. Д.ю.н. Д.ю.н.
Шифр
специальности
12.00.02
12.00.02
12.00.02
12.00.01
12.00.01
12.00.02
12.00.02
14
01
14
01 12.00.02 12.00.01
14
01
14
14 Повестка дня
Защита диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук соискателя Аверина Александра Валентиновича на тему «Судебное правоприменение и формирование научно-правового сознания судей (проблемы теории и практики)».
Председатель диссертационного Совета — доктор юридических наук, профессор Матузов Николай Игнатьевич: Уважаемые члены диссертационного Совета! Необходимый кворум для сегодняшнего заседания Совета имеется. На заседании присутствуют 17 членов Совета.
Заседание Совета объявляю открытым.
Председательствующий: Уважаемые члены Совета! На повестке дня — защита докторской д онного исследованижерном направлен Валентиновича на тему «Судебное правоприменение и формирование научно-правового сознания судей (проблемы теории и практики)».
Специальность 12.00.01 — Теория и история права и государства; история учений о праве и государстве.
Тема диссертации утверждена Ученым советом ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» (протокол № 9 от 29.01.04 года).
Официальные оппоненты:
ПИГОЛКИН Альберт Семенович, гражданин России, Заслуженный деятель науки РФ, академик Международной академии информатизации, доктор юридических наук, профессор, главный научный сотрудник отдела теории законотворчества и систематизации законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации (г. Москва).
ПОЛЕНИНА Светлана Васильевна, гражданка России, Заслуженный юрист РФ, доктор юридических наук, профессор, заведующая сектором общей теории и социологии права Института государства и права Российской Академии наук (г. Москва).
РАДЬКО Тимофей Николаевич, гражданин России, Заслуженный юрист РФ, доктор юридических наук, профессор кафедры теории государства и права Московской государственной юридической Академии (г. Москва).
Ведущая организация — Российская Академия Правосудия (г. Москва).
Приступаем к работе. Слово для сообщения данных о соискателе и представленных им материалах предоставляется ученому секретарю, кандидату юридических наук, доценту В. В. Мамонову.
Ученый секретарь: Уважаемые члены Совета! В Совет Академии поступила диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук, подготовленная Авериным Александром Валентиновичем, на тему «Судебное правоприменение и формирование научно-правового сознания судей (проблемы теории и практики)».
Аверин Александр Валентинович, 1958 года рождения, гражданин России, кандидат юридических наук с 1994 года, диссертацию «Правоотношение и судебная практика» защитил в совете Д-063.82.01 по присуждению ученой степени доктора юридических наук при Саратовской государственной академии права Государственного комитета РФ по высшему образованию (г. Саратов, ул. Чернышевского, 104), работает адвокатом Владимирской областной коллегии адвокатов «Защита» ад-вокатской палаты Владимирской области (600006, г. Владимир, ул. 2-я Никольская, 2) с июля 2000 года по настоящее время.
Докладывает содержание представленных материалов, в том числе заявления, личного листка по учету кадров, документов о высшем образовании, списка научных трудов и иных документов, необходимых для защиты диссертации.
Диссертация представляется к защите впервые. Научный консультант — Заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор Байтин Михаил Иосифович.
Диссертация выполнена в ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» Министерства образования и науки Российской Федерации (410056, г. Саратов, ул. Чернышевского, 104) на кафедре теории государства и права. Диссертация рассмотрена, одобрена и рекомендована к защите кафедрой теории государства и права ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права». Автореферат разослан 14 июля 2004 года.
Все требования Положения ВАК РФ, связанные с защитой диссертации, соблюдены.
Председательствующий: Какие будут вопросы к ученому секретарю? Вопросов нет. Слово предоставляется соискателю Аверину Александру Валентиновичу для доклада основных положений диссертационного исследования.
Соискатель Аверин А. В.: Уважаемый председатель! Уважаемые члены диссертационного Совета! Уважаемые участники заседания диссертационного Совета!
Ровно двадцать лет назад, в 1984 году, из стен Саратовского юридического института им. Д. И. Курского в самостоятельную жизнь вышли молодые специалисты-юристы, среди которых был и я. Три года работы в качестве народного судьи, тринадцать лет в качестве председателя городского суда и 4 года практической деятельности в адвокатуре (а всего 20 лет) при постоянном осмыслении правоприменительной деятельности суда с точки зрения правовой теории позволили, используя научный багаж, полученный в стенах альма-ма- тер, прийти к некоторым теоретическим и практическим выводам, изложенным в представленной диссертации.
Сегодня на Ваш суд вынесено научное исследование, в котором предпринята попытка осмысления исключительно актуальной проблемы современной жизни российского общества. Видимо, не будет откровением утверждение, что социально-экономические преобра-зования в России идут не гладко и вызывают неоднозначную оценку. Это в полной мере относится и к правовой реформе, в рамках которой осуществляются мероприятия по реформированию суда и судебной деятельности.
Вывод об актуальности проблемы формирования научно-правового сознания судей очевиден, не нуждается в излишнем обосновании и подтверждается в ряду многочисленных доводов инициативой высших судебных инстанций, выступивших с проектом Федерального закона № 156898-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации “О статусе судей в Российской Федерации”», квинтэссенцией которого является формирование условий, способствующих повышению профессионального уровня отечественного судейского корпуса.
Тема исследования была выбрана не случайно. Более двадцати лет диссертантом с различных сторон скрупулезно изучались проблемы судебного правоприменения, при этом особое внимание уделялось осмыслению проблем судопроизводства с точки зрения общей теории права. Такой подход объективно привел к необходимости продолжения научных поисков с использованием положений и взглядов социологии и философии права.
Комплексный анализ базовых вопросов судопроизводства с использованием диалектико-материалистического, исторического, логического методов познания, конкретно-социологического, сравнительного, статистического, метода моделирования и метода системно-структурного анализа позволил оценить судебную власть и ее проявление — правоприменительную деятельность суда — как цельное, исторически закономерное социальное явление, проходящее свои этапы формирования, эволюционирующее вместе с обществом и подчиняющееся законам общественного развития.
Это наблюдение с неизбежностью привело к выводу о том, что носители судебной власти всегда были, есть и будут «творцами» истории лишь настолько, насколько позволяет уровень общественного развития. Однако исторические процессы — не столбовая дорога. В любой исторический момент любое конкретное общество представляет собой некоторую количественную совокупность качественно значимых отношений, составляющих, образно говоря, условный диапазон существования данного общества — от исключительно прогрессивных отношений до очевидно регрессивных. Следовательно, среднестатистическое поведение человека будет характеризо-ваться равным удалением от этих двух крайностей.
Таким образом, гипотетически при нейтральном отношении общества к личности судьи последний в лучшем случае будет равно удален от крайних проявлений общественных отношений.
Однако история свидетельствует о том, что судебная практика тяготеет к формированию у судей консервативного мышления, а направленность этого консерватизма достаточно хлестко охарактеризовал еще в позапрошлом веке А. С. Грибоедов.
Но если общественное развитие предполагает существование отношений в определенном диапазоне (от прогрессивных до регрессивных) отношений, которые формируют сознание членов этого общества, то нельзя ли разработать комплекс мероприятий, направленных на создание условий для «смещения» сознания всего судейского корпуса по условной шкале в прогрессивном направлении?
Эти размышления привели к необходимости постановки и поиска ответов на следующие вопросы:
имеется ли связь между правосознанием судей как носителей судебной власти и качеством правосудия?
что есть качество правосудия?
какова зависимость между уровнем общественного развития и качеством правосудия?
что собой представляет профессиональный судейский менталитет и каковы его критерии?
какому минимально необходимому уровню постижения правовой материи должны соответствовать теоретико-правовые знания судьи?
формирование правосознания судей, которое бы вплотную приближалось к доктринальному, научному уровню осознания пра-вовой действительности — утопия или императивное требование со-временного уровня общественного развития в России?
прикладное значение правовой доктрины — вымысел или реальность?
что есть судейский произвол, что есть судейское усмотрение, каковы уровни допустимой «самостоятельности» судей в правоприменительной деятельности, каковы факторы, влияющие на судейскую «самостоятельность»?
должна ли быть обратная связь между судебной практикой и правотворчеством и какова роль научно-правового сознания судей в этом процессе?
Осмысление этих и ряда других вопросов позволило прийти к следующим выводам:
формирование научно-правового сознания судей — одна из важнейших сторон проводимой в России судебной реформы;
правопонимание — фундамент правового сознания любого правоприменителя;
современное нормативное правопонимание — единственно возможный научный подход, имеющий прикладное значение;
для любого общества сомнительной и социально деструктивной является идея жесткого разграничения и противопоставления права и закона;
формирование научно-правового сознания судей теснейшим образом связано с реальным воплощением в жизнь принципа неза>- висимости судей;
качественно новый уровень нормотворчества немыслим без глубокого, полного, всестороннего и комплексного научно-правового анализа судебной практики в России;
укрепление независимости судей означает, с одной стороны, максимальное их ограждение от «околоюридических» факторов, ре-ально влияющих на результаты рассмотрения конкретных правовых споров, а с другой — максимальную связанность судей законом так, чтобы правосудие становилось предсказуемым, т. е. при определенном стечении обстоятельств дела, установленных достаточной совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, вывод суда в принципиальных положениях должен быть прогнозируемым.
Общетеоретический анализ достаточно широкого спектра правовых проблем судебного правоприменения позволил выявить и сформулировать тот минимально необходимый круг явлений право-вой действительности, понимание которых крайне важно юристу, за-нимающемуся отправлением правосудия, и которые можно условно разбить на две группы — общетеоретические и теоретико-прикладные. К первой относятся вопросы о правопонимании, разделении властей, применении права, юридическом познании в процессе судебного правоприменения; ко второй — вопросы толкования закона в рамках судебного правоприменения, а также теория доказательств и доказывания.
Выполненная научная работа была нацелена на освещение перечисленных вопросов и на обоснование тезиса об их основополагающем значении при формировании стержня истинно судейского менталитета.
Критическое осмысление достаточно объемного эмпирического материала в области судебного правоприменения, а также научно-правовой анализ самого процесса познания, составляющего сущ-ностную сторону судебного разбирательства любого правового конфликта, позволили вынести на суд ученых-правоведов и представителей правоприменения тезис о сущности судебного познания как процессе познания юридической (судебной) истины.
По убеждению диссертанта, краеугольный камень судейского менталитета — это вопрос о понимании предмета судебного исследования (доказательств) и объекта судебного юридического познания (версий правоотношений).
С теоретической точки зрения в рамках правоприменительной деятельности суда крайне опасно смешивать юридическое познание с естественно-научным, не проводить различия между юридически значимым событием и фактическим событием, не видеть принципиальной разницы между объективной реальностью и юридической реальностью.
Квинтэссенцией этого важнейшего вопроса, характеризующего уровень научно-правового сознания, является понимание судьей того обстоятельства, что юридическое явление само по себе, так сказать, объективно (вне построения, критики и обоснования его юридических версий, вне знаний о нем, полученных в соответствии с правовой регламентацией) не существует.
Имеет ли социальное явление юридические свойства и какую именно правовую характеристику оно имеет — это всегда не что иное, как официальное мнение полномочного субъекта, выраженное в соответствии с правовым регламентом его деятельности и в пределах его компетенции. Любая правовая оценка социального явления, данная ненадлежащим субъектом или вне рамок его полномочий (даже высказанная Президентом России), не может быть признана официально-властной юридической оценкой этого явления, и не может служить основанием для признания конкретного социального явления юридически значимым, имеющим те правовые характеристики, на которые указывает ненадлежащий субъект.
Таким образом, юридическая характеристика любого вида соци-альных отношений и связей представляет собой правовой диагноз, установленный тем, тогда и там, от кого, когда и где в соответствии с действующим законом данные конкретные отношения должны были получить юридическую оценку.
С практической точки зрения непонимание судьей феномена органической связи таких разносущностных явлений, как объективная (житейская) и правовая (юридическая) реальности, таит в себе опасность подмены правовой оценки исследуемого явления категориями житейской мудрости, оценкой «по понятиям», оценкой «по жизни», что в современной правоприменительной практике судов явление далеко не единичное.
Отправным постулатом всей работы является сущностная характеристика права как регулятора поведения людей в обществе, специфика которого в том, что этот регулятор состоит из норм, изданных или санкционированных в строго определенном порядке государством и охраняемых им.
Общецелевой задачей работы являлось обоснование утверждения о том, что по своему социальному назначению судебная деятельность является «вершиной правоприменения», а это, в свою очередь, вызывает необходимость тесной и неразрывной взаимосвязи судебной практики и юридической теории. Характеристика судебного правоприменения как правоприменительной деятельности, имманентно связанной с об-щеправовой теорией, требует постоянного внимания ученых и практиков к тому, каковы возможности и пути повышения правосознания и нравственных начал в деятельности судей.
Привлекая внимание к некоторым наиболее важным положениям осуществленного исследования, формулируя теоретические выводы и практические рекомендации, обозначая дискуссионные моменты и приглашая всех заинтересованных лиц к конструктивной дискуссии, диссертант не претендовал на то, чтобы полностью исчерпать эту сложную и многогранную тему. Выполнение такой задачи требует объединения усилий многих ученых-правоведов и, быть может, отдельных научных коллективов.
Вместе с тем несомненным является одно — без комплекса государственных мер организационно-правового характера, направленных на формирование качественно более высокого уровня правосознания судейского корпуса, любые оптимистические прогнозы по поводу продвижения российской судебной реформы будут выглядеть неубедительно.
В свою очередь, выполнение задачи формирования научно-правового сознания судей требует не только определенного реформирования высшей юридической школы и учреждений, специализирующихся на повышении квалификации судей, но и осуществления комплексных разработок в этом новом научно-правовом общетеоретическом направлении.
Сказанное вновь подчеркивает исключительную социальную значимость правовой теории и невозможность переоценить в общественном прогрессе роль органической связи правовой теории и правоприменительной деятельности.
Предложенная Вашему вниманию работа состоит из введения, 6 глав, объединяющих 27 параграфов, заключения, содержащего основные выводы и практические рекомендации выполненной работы, и списка использованной литературы.
Структура диссертации .обусловлена целью, задачами и логикой научного исследования и позволяет изучение любого поднятого частного вопроса подчинить общей цели и основной задаче, в связи с чем все основные выводы, выносимые на защиту, взаимосвязаны и взаимозависимы, а в тезисном порядке некоторые из них представляют собой следующие положения:
— формирование научно-правового сознания судей — одна из важнейших сторон проводимой в России судебной реформы. Вполне понятно, что термином «научно-правовое сознание судей» определяется вовсе не доктринальный уровень познания права, а такой необходимый уровень теоретико-правовых знаний, который позволит формировать соответствующий духу проводимой судебной реформы менталитет российского судьи. Этот судейский теоретический уровень познания права должен быть значительно выше среднестатистического уровня, соответствующего требованиям, предъявляемым к выпускникам высших юридических учебных заведений, и своей направленностью стремить-ся к доктринальному уровню, что позволяет характеризовать сознание судей как научно-правовое, а соответственно этому и их мышление как научно-правовое. Учитывая то обстоятельство, что до настоящего времени уровень теоретико-правовых знаний судьи не является одним из основных критериев оценки судейского профессионализма, потребуется немало усилий государственно-организационного плана, прежде чем судейский профессионализм и судейский менталитет будут ассоциироваться с научно-правовым сознанием их обладателя;
правопонимание — фундамент правового сознания любого правоприменителя. Очевидно, что важнейшей составляющей научно-правового сознания судей является правопонимание. Невозможно говорить о сознательном или осознанном выполнении должностным лицом функций правоприменителя, если это должностное лицо не имеет четкого представления об основополагающем понятии этой деятельности — о праве;
современное нормативное правопонимание — единственно возможный научный подход, имеющий прикладное значение. Этот тезис — один из самых сложных в настоящей работе, поскольку, будучи мно-гоаспектным, касается не только вопросов взаимодействия теории и практики, но и затрагивает разноплановые научные и профессиональные интересы правоведов. В нем в концентрированном виде выражены важнейшие проблемы профессионального образования юристов: качество преподавания в высших юридических учебных заведениях правовых дисциплин, и в первую очередь теории государства и права; упорядочение содержательной стороны научных предметов; рациональное сочетание здоровой амбициозности любых научных школ и направлений правовой науки с главной целью учебного процесса — подготовкой юристов-практиков, имеющих относительно четкое представление о праве, и не зараженных нигилистическим отношением к праву и правовым явлениям в обществе.
В свою очередь, монополия на истину для правовой, как и всякой другой науки, губительна. Следовательно, не только вредно, но и опасно не разграничивать процесс обучения студента-юриста и процесс научных изысканий ученого-юриста\
для любого общества сомнительной и социально деструктивной является идея жесткого разграничения и противопоставления права и закона, из которой следует, что отдельный индивид по своему усмотрению может поступать не по действующему праву, а решать, какой из действующих законов правовой, а какой неправовой;
проблема судебного правоприменения в вопросе соотношения права и морали может и должна быть разрешена на законодательном уровне. Для судебной практики необходимо определение такой «золотой середины», которая будет равно удалена, с одной стороны, от волюнтаризма судьи, полностью игнорирующего «аморальную» (по его мнению) норму права, а с другой — от слепой и полной зависимости судьи от «аморальной нормы» права в каждом конкретном случае. Эта «золотая середина» должна быть регламентирована и закреплена процессуальным законом, чтобы не научные рекомендации, а именно закон предусматривал действия судьи в столь непростой ситуации;
анализ правового закрепления принципа независимости российского судьи при исследовании вопроса о разделении властей и независимости суда показал, что в современных условиях положение о трехлетнем испытательном сроке для юриста, впервые наделенного полномочиями судьи, противоречит принципу независимости суда и требованиям, предъявляемым Европейским судом по правам человека к данному принципу, не только де-юре, но и де-факто;
анализ вопроса о соответствии конкретных норм права уровню об-щественного развития привел к выводу, согласно которому своевременность изменения конкретных правовых норм требует, чтобы законодатель как минимум имел представление о нормах права, не соответствующих современному уровню общественных отношений, об актуальности этой проблемы, а также о том, как на практике (в жизни) складываются общественные отношения, требующие правового упорядочения. Синтезатором нормотворческих идей в данном случае не только может, но и должна выступать правоприменительная (и в первую очередь — судебная) практика. Самым идеальным вариантом для выявления норм права, не соответствующих прогрессивному направлению развития общества, могли бы служить специальные научно-аналитические отделы при высших судах общей юрисдикции субъектов Российской Федерации, цель которых состояла бы в том, чтобы собирать, анализировать, систематизировать и обобщать наиболее острые проблемы правовой жизни, проявляющиеся в судебной практике данного региона;
на современном этапе развития общества и судебной реформы общетеоретическая проблема уровня допустимой «самостоятельно-сти» судьи в выборе средств и методов оценки доказательств должна быть разрешена путем общетеоретической разработки теории доказательств и юридическом закреплении ряда ее основополагающих выводов. Анализ проблем доказательств и доказывания в рамках судебного правоприменения позволил сформулировать правило, согласно которому для судебной правоприменительной деятельности аксиоматичным должно быть следующее требование: легализация судом незаконных процессуальных действий органов предварительного следствия запрещена.
Методологический смысл данного правила заключается в том, что если суд, принимая то или иное решение по конкретному правовому спору, не может не опираться (вынужден опираться) на ущербные, с правовой точки зрения, действия органов предварительного следствия, то данное решение он принимать не имеет права;
исследование проблемы доказательств и доказывания позволило не только прийти к выводу о необходимости научной разработки процессуальной теории и ее составляющей — теории доказательств на уровне общей теории государства и права, но и о необходимости законодательного закрепления ряда основных положений теории доказательств и доказывания с тем, чтобы создать предпосылки для перевода «броуновского движения» современного отечественного судебного правоприменения в плоскость цивилизованного предсказуемого правосудия;
принятие государством комплекса мер, направленных на формирование научно-правового сознания судей, способно повысить качество отечественного судебного правоприменения. В свою очередь, от качества судебного правоприменения зависит социальное спокойствие, поскольку убеждение людей в справедливости и истинности выводов суда по разрешаемым правовым конфликтам — одна из составляющих гармоничного существования и развития общества.
Спасибо за внимание.
Председательствующий: Продолжаем обсуждение диссертации. Какие вопросы будут к соискателю по существу изложенного материала? Слово предоставляется члену диссертационного Совета, доктору юридических наук, профессору Колесникову Евгению Викторовичу.
Е. В. Колесников: Александр Валентинович! Насколько обоснована сама постановка вопроса о формировании научно-правового сознания судей? Ведь судебная деятельность — правоприменительная, а не научная деятельность.
Соискатель: Благодарю Евгения Викторовича за вопрос. Частично на него ответ был дан в выступлении. Безусловно, судебное правоприменение — не научная деятельность в чистом виде. Однако хотелось бы обратить внимание на два момента: на специфическую социальную роль (предназначение) судебной деятельности вообще и на уровень познания правовой материи, которым должен обладать любой представитель судебной власти, в частности.
Если исходить из того (а мы из этого исходим), что судебное правоприменение представляет собой специфический вид юридической дея-тельности, отличающийся от всех других ролью, местом и предназначением судебной власти в механизме государственного регулирования общественных отношений (в том числе в вопросах разделения властей и функционирования системы сдержек и противовесов), а также если обратить внимание на то, что судебная государственная власть — единственная, которая предназначена для окончательного разрешения правовых конфликтов между любыми субъектами правовой системы (от правоспособных физических лиц до законодательной, исполнительной и президентской властей), то становятся очевидными «исключительность и особенность» в ряду других такого вида правоприменительной деятельности, как судебное правоприменение.
Именно исключительность и особенность предъявляют к носителям судебной власти (к судьям) «исключительные и особенные» требования. Критерием этих требований выступает уровень правопонима- ния, уровень понимания правовой материи, который включает в себя нечто большее, чем знание законов и судебной практики. Каждый судья при изучении любого правового конфликта (как минимум при анализе содержательной стороны правоотношений) обязан проводить такое исследование, которое по интенсивности использования научно-правовых знаний (в том числе и в первую очередь — знаний в области общей теории права и государства) сравнимо лишь с научным познанием. Ошибка любого правоприменителя может и должна быть исправлена судом, судебная же ошибка — это трагедия не только личности, но и общества, и государства.
Если Евгений Викторович и члены диссертационного Совета не будут возражать, то к более подробному освещению данного вопроса можно вернуться при ответах на замечания официальных оппонентов и на замечания, указанные в отзывах, поступивших на автореферат диссертации.
Спасибо.
Председательствующий: Слово предоставляется ученому секретарю для оглашения отзывов и заключений, поступивших на диссертацию и автореферат.
Ученый секретарь знакомит с заключением комиссии, созданной при диссертационном Совете для предварительного рассмотрения докторской диссертации. Сообщает о положительном решении, принятом на заседании кафедры теории государства и права ГОУВПО «Саратовская государственная академия права», рекомендовавшем диссертацию к защите. Зачитывает положительный отзыв ведущей организации — Российской академии правосудия (отзыв прилагается). Докладывает, что в Совет поступили положительные отзывы официальных оппонентов. Сообщает, что на автореферат диссертации пришло 12 отзывов, поступивших, в том числе, от трех Заслуженных деятелей науки РФ и четырех Заслуженных юристов РФ:
Заслуженного деятеля науки РФ, доктора юридических наук, профес-сора, судьи Конституционного Суда РФ в отставке Н. В. ВИТРУКА;
Заслуженного деятеля науки РФ, доктора юридических наук, профессора, заведующей кафедрой уголовно-процессуального права Московской государственной юридической академии П. А. ЛУПИНСКОЙ;
Заслуженного юриста РФ, кандидата юридических наук, председателя Пензенского областного суда В. А. ТЕРЕХИНА;
доктора юридических наук, профессора кафедры теории государства и права Уральской государственной юридической академии В. И. ЛЕ- УШИНА;
доктора юридических наук, профессора кафедры теории государства и права Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов В. А. САПУНА;
Заслуженного юриста РФ, кандидата юридических наук, судьи Верховного Суда Российской Федерации P. X. БА ТХИЕВА;
кандидата юридических наук, доцента, заведующего кафедрой теории государства и права юридического института Красноярского государственного университета В. М. ШАФИРОВА;
доктора юридических наук, профессора, заведующего кафедрой теории государства и права Башкирского государственного университета Ф. М. РАЯНОВА;
доктора юридических наук, профессора, заведующего кафедрой теории государства и права Волгоградского государственного университета Н. Н. ВОПЛЕНКО;
Заслуженного юриста РФ, председателя Ивановского областного суда Ю. В. СМИРНОВА;
Заслуженного юриста РФ, доктора юридических наук, профессора, заведующего кафедрой теории и истории права и государства юридического института Московского государственного университета путей сообщения А. И. БОБВІЛЕВА;
Заслуженного деятеля науки РФ, доктора юридических наук, профессора, заведующего кафедрой теории и истории государства и права Ярославского государственного университета В. Н. КАРТАШОВА.
Ученый секретарь кратко знакомит членов диссертационного Совета с содержанием поступивших отзывов:
В отзыве оппонирующей организации подтверждается актуальность, важное теоретическое и практическое значение предпринятого А. В. Авериным исследования. В числе основных достоинств диссертации отмечается органичное сочетание методологического и теоретического аспектов исследований, глубокое знание диссертантом проблем судебного правоприменения, хороший литературный стиль изложения полученных в ходе исследования результатов. Из числа оригинальных авторских положений оппонирующая организация выделяет его трактовку судебного правоприменения, судебного произвола, понимание судебной деятельности как вершины правоприменения, а также дополнительные аргументы в пользу понимания судебной практики как важнейшего критерия эффективности действующих законов и источника развития юридической науки, юридической теории. По утверждению ведущей организации, заслуживает самого пристального внимания и поддержки один из ведущих тезисов А. В. Аверина о необходимости овладения судьей комплексом современных научно-правовых знаний, используемых в процессе отправления правосудия, и, следовательно, процесс подготовки судей и повышения их квалификации должен обеспечивать формирование у судей современного научного мировоззрения, необходимых им навыков и умений.
Ведущая организация отмечает, что богатая по содержанию диссертация свидетельствует о способности диссертанта проводить исследования общих проблем теории права, судебного правоприменения на высоком теоретическом уровне, умении формулировать и аргументировать новые теоретические положения и выводы, обосновывать их принципами философии, политологии, общей теории права.
Оппонирующая организация заключает, что диссертация А. В. Аверина представляет собой научную квалификационную работу, посвященную исследованию актуальной проблемы общей теории права, и содержит крупное научное решение, вносящее существенный вклад в развитие общей теории права и государства.
В отзывах, поступивших на автореферат докторской диссертации, отмечается исключительная актуальность, очевидная новизна, оригинальность, творческий характер, удачное сочетание разработки как общенаучных, так и научно-прикладных аспектов темы, несо-мненная теоретическая и практическая значимость выполненного А. В. Авериным целостного комплексного монографического исследования, отличающегося органичным сочетанием методологического и теоретического аспектов. Кроме изложенного, отмечается умение диссертанта вести научную полемику — остро, но убедительно и тактично. Все отзывы дают положительную оценку диссертационной работе, а содержащиеся в них критические замечания носят преимущественно дискуссионный характер.
Председательствующий: Будут ли вопросы по отзывам и заключениям? Вопросов нет. Слово для ответов на замечания, содержащиеся в отзывах, предоставляется соискателю Аверину А. В.
Соискатель Аверин А. В.: Вначале отвечу на замечания ведущей организации — Российской академии правосудия, которой я признателен за высокую положительную оценку проделанной мной работы.
>' Всего в отзыве ведущей организации указано пять замечаний:
•;л 1. Правомерно ли полагать, что до судебного решения в юридической жизни не существует правонарушение или иное юридическое собы- mue ? В подобной трактовке смешиваются два разных правовых феномена — «правонарушение» и «принятое судом решение». Правонарушение является таковым с момента его совершения, независимо от последующих его оценок участниками соответствующего правоотношения и правоприменительных органов.
Данное замечание касается одного из наиболее важных и принципиальных теоретических моментов диссертационного исследования и непосредственно связано со ВТОРЫМ замечанием отзыва. согласно которому трактовка проблемы юридической (судебной) истины является дискуссионной.
По убеждению диссертанта, с теоретической точки зрения в рамках правоприменительной деятельности суда крайне опасно смешивать юридическое познание с естественно-научным, не проводить различия между юридически значимым событием и фактическим событием, не видеть принципиальной разницы между объективной ре-альностью и юридической реальностью.
Квинтэссенцией этого важнейшего вопроса, характеризующего уровень научно-правового сознания, является понимание судьей того обстоятельства, что юридическое явление само по себе, так сказать, объективно (вне построения, критики и обоснования его юридических версий, вне знаний о нем, полученных в соответствии с правовой регламентацией) не существует.
Имеет ли социальное явление юридические свойства и какую именно правовую характеристику оно имеет — это всегда не что иное, как официальное мнение полномочного субъекта, выраженное в соответствии с правовым регламентом его деятельности и в пределах его компетенции. Любая правовая оценка социального явления, данная ненадлежащим субъектом или вне рамок его полномочий, не может быть признана официально-властной юридической оценкой этого явления, и не может служить основанием для признания конкретного социального явления юридически значимым, имеющим те правовые характеристики, на которые указывает ненадлежащий субъект.
Таким образом, юридическая характеристика любого вида социальных отношений и связей представляет собой правовой диагноз, установленный тем, тогда и там, от кого, когда и где в соответствии с действующим законом данные конкретные отношения должны были получить юридическую оценку.
С практической точки зрения непонимание судьей феномена органической связи таких разносущностных явлений, как объективная (житейская) и правовая (юридическая) реальности, таит в себе опасность подмены правовой оценки исследуемого явления категориями житейской мудрости, оценкой «по понятиям», оценкой «по жизни», что в современной правоприменительной практике судов — явление далеко не единичное.
Правонарушение является таковым, действительно, с момента его совершения, но при одном непременном условии — если об этом имеются специальные знания, т. е. если этот факт установлен в пре-дусмотренном законом порядке, получил статус юридической истины, т. е. таких достоверных правовых знаний, которые точно отражают юридическую реальность.
Если исходить из того, что все в мире относительно, то и человеческие знания о жизни и ее реалиях будут всегда относительны. Ха-рактеристика юридической (судебной) истины как разновидности относительной истины ничуть не умаляет значение этой категории, а также не противоречит фундаментальным положениям гносеологии (всеобщей теории познания). Реальность и знания о реальности никогда не будут тождественными явлениями, поскольку речь идет об объекте и его отражении, о свойствах объекта и понимании этих свойств, о реальных событиях и связях явлений и понимании движущих мотивов и внешних проявлений этих событий и связей.
Касаясь сути дискуссионной проблемы, оппонирующая органи-зация констатирует: «Конкретные действия и события... юридической реальностью не являются, и быть таковой не могут... Люди вступают в правовые отношения затем, чтобы реализовать свой интерес, удовлетворить насущные потребности. И без знания потребностей, интересов, мотивов, конкретных актов поведения невозможно дать им верную юридическую оценку... Поэтому судья... вынужден исследовать и непосредственную социальную жизнь, конкретные социальные события, процессы, явления».
По существу, в приведенной цитате отзыва изложен как ответ на критическое замечание, высказанное самой же оппонирующей организацией, так и стержень, зерно предлагаемой в диссертации правовой конструкции — юридическая «судебная» истина.
Действительно, конкретные действия и события юридической реальностью не являются, а в отношения между собой люди вступа-
13 Зак 4214
ют, как правило, для реализации своих потребностей и интересов. Только вот о том, что люди вступают в правовые отношения, абсолютное большинство участников этих отношений, по определению, не догадывается, и в абсолютном числе в юридической оценке этих отношений не нуждается. Теряют ли от этого отношения между людьми юридические свойства и какие юридические свойства они могут потерять — на этот вопрос оппонирующая организация дала более чем категоричный ответ: «Конкретные действия и события ... юридической реальностью не являются, и быть таковой не могут». Но из совокупности всех существующих в обществе отношений некоторая незначительная их часть нуждается в верной юридической оиенке (о чем говорит и сама глубокоуважаемая оппонирующая организация — страница 8 отзыва). И если такую юридическую оценку отно-шениям должен дать суд, то объектом его познания будут являться не конкретные действия и события, которые юридической реальностью быть не могут, а конкретные правоотношения, которые как раз и являются юридической реальностью. А поскольку правоотношения — это фактические отношения, урегулированные нормами права, то суд будет обязан исследовать фактическую составляющую правоотношений.
Однако, в отличие от естествоиспытателя, суд будет исследовать только юридически значимые стороны фактических отношений, а к тем составляющим, которые не имеют юридического значения, суд должен относиться нейтрально, хотя бы эти составляющие для любого другого исследователя общественных отношений и имели первостепенное или жизненно важное значение. В этом и содержится существо понимания юридической истины, представляющей собой точные и полные знания конкретной юридической реальности. Таким образом, юридическая истина может быть только конкретной.
По мнению ведущей организации, «нельзя согласиться с утверждением о существовании научного (теоретического) толкования норм права, наряду с обыденным и профессиональным».
Это замечание подтверждает мнение о том, что очные контакты и общение гораздо плодотворнее заочных, поскольку позволяют своевременно уточнить позицию оппонента. В диссертации утвер-ждается: «Юридическая герменевтика в практическом плане предполагает существование трех уровней использования: обыденного, уровня правоприменения и научного (теоретического)». Этот тезис, по мнению диссертанта, не требовал глубокого обоснования, равно как и актуальный, хотя в рамках диссертационного исследования прямо и не провозглашенный тезис о том, что «общеправовая теория в практическом плане предполагает существование трех уровней использования: обыденного, уровня правоприменения (хотя бы судебного) и научного (теоретического) — как минимум в процессе познания феномена права и в учебном процессе».
Что же касается существа вопроса, который освещался в указанной части исследования, то диссертант обозначил конкретные правила юридической герменевтики (перечислил, систематизировал, раскрыл содержание и значение каждого из них), которые должен знать судья в рамках своей профессиональной деятельности.
Любая отрасль юриспруденции (конкретная правовая наука, в том числе и юридическая герменевтика) существует не сама для себя, ее основные положения, выводы и рекомендации не только могут, но и должны иметь три уровня использования: обыденный, правоприменительный и научный (теоретический).
Четвертое замечание ведущей организации касается вопроса внешней критики текста толкуемого закона: «В стадии внешней критики текста толкуемого закона в настоящее время требуется в том числе удостоверение в соответствии текста толкуемого акта актуальному состоянию официального текста этого акта».
Замечание-дополнение, сделанное ведущей организацией, совершенно справедливо. Это замечание свидетельствует о чрезмерной частоте изменений нормативных актов в современной российской действительности, об относительной нестабильности законодательства. Высказанное ведущей организацией мнение позволило сформулировать практически важное предложение, не нашедшее отражения в диссертации, но актуальное и прямо вытекающее из содержания работы, а именно: при опубликовании нормативных актов в приложении к действующей на момент опубликования редакции необходимо перечислять тексты ранее действовавших редакций данного нормативного акта с хронологией вносившихся изменений.
Это же правило должно действовать и для составителей нормативно-правовых баз для компьютерного использования.
В пятом замечании оппонирующая организация утверждает, что «отсутствие ссылок на работы К. Маркса и Ф. Энгельса традиционно для современной российской юридической литературы, но не идет на пользу ни юридической науке, ни проводимым правоведами исследованиям».
Бесспорно, научное наследие предшествующих поколений — кладезь мудрости и надежная основа понимания смысла жизни — требует постоянного к нему обращения. Принципиальной позицией диссертанта является стремление понять любую рациональную мысль в области проводимых исследований и принять ее к сведению. Однако нельзя объять необъятное, хотя, по верному утверждению Президента России, стремиться к этому нужно.
Ответы на замечания, содержащиеся в отзывах на автореферат
Прежде чем приступить к ответам на замечания, содержащихся в отзывах на автореферат, хотелось бы отметить, что защита диссертации в середине сентября имеет свои плюсы и минусы.
Один из минусов заключается в том, что с момента окончания летних отпусков проходит относительно небольшое время, и не все желающие успевают прислать отзывы на автореферат.
За две недели сентября успело поступить всего 12 отзывов. Вместе с тем отрадно, что отзывы на автореферат пришли от видных научных и практических деятелей, из разных регионов России. В частности, отзывы пришли от специалистов в области общей теории права и теории уголовного процесса, заведующих кафедрами теории государства и права, Заслуженных деятелей науки и Заслуженных юристов Российской Федерации, от практических работников — судей Конституционного и Верховного Судов, председателей областных судов, из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Пензы, Красноярска, Уфы, Волгограда, Иваново, Ярославля.
Абсолютное большинство откликнувшихся на автореферат выражают принципиальную поддержку идее теоретического осмысления всего комплекса проблем, связанных с проведением в жизнь судебной реформы. Понимание места и роли судебной власти в социальной организации выводят на особый уровень профессиональное сознание судей, на такой уровень, характер которого, по убеждению диссертанта и многих, откликнувшихся отзывами на автореферат, должен максимально приближаться к научному.
Хотелось бы выразить искреннюю сердечную признательность и благодарность всем, кто посчитал затронутую в диссертационном исследовании тему столь актуальной, что уделил диссертанту часть своего времени.
Показательным в этом плане видится заявление Заслуженного юриста РФ, председателя Ивановского областного суда Юрия Васильевича Смирнова, высказавшего мнение о том, что поднятые вопросы поставлены настолько остро и значимо, что они никого не оставляют равнодушными.
Остановимся на тех дискуссионных моментах, которые не нашли освещения при ответах на отзыв ведущей организации.
Доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ, судья Конституционного Суда РФ в отставке Николай Васильевич ВИТРУК указал, что «в настоящее время наука и практика выдвинула и обосновала наряду с законностью категорию конституционности, которую нельзя игнорировать, в частности, в ходе познавательно-оценочной деятельности судьи. В диссертационном исследовании недостаточное место уделено доказыванию в конституционном судопроизводстве (процессуальной форме, судопроизводству, их видам, формам)».
Отвечая на указанное замечание, хотелось бы процитировать еще одну часть отзыва уважаемого Николая Васильевича Витрука: «Возможно, деятельность Конституционного Суда РФ как особого вида судебного правоприменения требует специального исследования».
Несомненно, как деятельность Конституционного Суда РФ, так и сама Конституция РФ (Основной Закон прямого действия) занимают важнейшее место в жизни общества и в правоприменительной деятельности суда. Этому моменту в диссертации уделено внимание сообразно логике исследования. В частности, интерпретационная деятельность Конституционного Суда РФ, по убеждению и утверждению диссертанта, должна (в гносеологическом плане) восприниматься судьями как методологическая. Более глубокое освещение деятельности Конституционного Суда РФ, действительно, требует специального исследования, выходящего за рамки поставленных в диссертации задач.
Доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ Полина Абрамовна ЛУПИНСКАЯ (заведующая кафедрой уголовно-процессуального права Московской государственной юридической академии), поддержав точку зрения о существовании юридической истины, отметила, что «вопрос о “правде жизни ” и юридической истине остается актуальным применительно к суду присяжных, но эта проблема в работе не затронута».
Проблема суда присяжных была затронута в диссертационном исследовании при освещении вопроса о достаточности доказательств и профессиональном менталитете судьи. В автореферате вопрос о суде присяжных не освещался с учетом логики изложения и предъяв-ляемых к работам подобного рода требований.
В диссертации высказана мысль о том, что, несмотря на социальную ценность суда присяжных в современной России, фундаментальное предназначение судопроизводства — изучение социального явления через призму правовых предписаний — судом присяжных (в чистом виде) не достигается. В частности, в работе сказано: «В судебном процессе требуются профессиональные специальные познания юриста, и никакой жизненный опыт на стадии юридического осмысления правового конфликта, жизненный опыт, не подкрепленный суммой знаний в области юриспруденции, не сможет принести желаемого результата».
В судебном уголовном правоприменении суд присяжных обнажает до неприличия проблему соотношения «правды жизни» и юридической истины и позволяет исследовать проблему юридической (судебной) истины в гипертрофированном измерении. В связи с этим следует, безусловно, согласиться с уважаемой Полиной Абрамовной в том, что изучение сущностных сторон деятельности суда присяжных дает исследователю богатейший материал для осмысления философско-социально-правовой категории «юридическая (судебная) истина».
Заслуженный юрист РФ, кандидат юридических наук, председатель Пензенского областного суда Виктор Александрович ТЕРЕХИН, соглашаясь с абсолютным большинством высказанных научных идей и предложений, в том числе о приоритетном, доминирующем значении для практиков нормативного правопонимания и необходимости формирования более высокого уровня правового сознания судей, считает, что судья должен обладать познаниями в отношении всех основных подходов к правопониманию и использовать их.
Это замечание подтверждает то обстоятельство, что у председателя Пензенского областного суда планка предъявляемых требований к необходимому уровню правосознания судей находится значительно выше, чем у докторанта. Профессиональная и гражданская позиция уважаемого Виктора Александровича для соискателя имеет особую значимость, поскольку, являясь мнением судьи-профессионала, руководящего судьями одного из субъектов Российской Федерации, развенчивает мнение скептиков по поводу научно-практической обоснованности фундаментальной проблемы, составляющей стержень диссертационного исследования. Вместе с тем, полностью соглашаясь с первой частью замечания, характеризующей тот уровень сознания судьи, о необходимости формирования которого и поставлена научно-правовая проблема, трудно принять тезис о том, что судья должен использовать в своей работе все основные подходы к правопониманию, поскольку, к примеру, использование научного подхода, жестко разграничивающего право и закон, превращает судью в оракула, знающего истину в последней инстанции, или незаметно для самого судьи производит подмену внешнего атрибута судебной власти (мантии) на внешний атрибут православного духовенства (рясу).
Мнение В. А. Терехина о том, что председатели судов не должны назначаться, а должны избираться на определенный срок из числа назначенных в конкретный суд (по аналогии с Председателем Конституционного Суда РФ), имеет большой позитивный заряд, и с этой точкой зрения следует согласиться.
Заслуженный юрист РФ, доктор юридических наук, профессор кафедры теории государства и права Уральской государственной юридической академии ЛЕУШИН Владимир Ильич 1) указал, что из содержания автореферата неясно, что конкретно выступает в качестве объекта судебного познания, а также 2) выразил сомнение, что практический характер работы судей может быть приближен к научно-исследовательскому, характеризующему правосознание судей как научно-правовое.
Отвечая на первое замечание, необходимо уточнить, что концепция судебной достоверности, идея которой дана в диссертации в общих чертах, предполагает общетеоретическую научную разработку судебного процесса, доказательственного права и юридическое закрепление основополагающих выводов этих научных исследований. Стержнем концепции судебной достоверности является вывод о том, что судья в процессе исследования правового конфликта должен установить юридическую (судебную) истину.
Предложение данной правовой конструкции нашло как своих сторонников, так и тех, кто видит это предложение дискуссионным. Вполне очевидно, что в автореферате (в отличие от диссертации) возможность полного теоретического обоснования идеи юридической (судебной) истины была исключена.
Второе замечание, как указывает и сам профессор В. И. Ле- ушин, является дискуссионным. Отвечая на этот и аналогичные ему вопросы, диссертанту хотелось бы понять, почему работа судей не должна носить научно-исследовательский характер? В Гол-ландии, например, недостаток научно-правового сознания судей заменяется специальными научно-аналитическими структурами, которые составляют научные заключения для судей по конкретным делам, что является способом упреждения судебных ошибок и повышения качества правосудия (о чем в своем отзыве указывает Виктор Александрович Терехин). Если России, имеющей слишком много социально-материальных проблем, не под силу обеспечить суды такими научными структурами, то не разумнее ли принять меры к тому, чтобы уровень правосознания судей поднять на требуемую высоту?
Доктор юридических наук, профессор Валентин Андреевич Сапун (г. Санкт-Петербург) поддержал идею исследования теоретических про-блем судебного правоприменения во взаимосвязи с вопросами судебной дос-товерности, но обозначил в качестве дискуссионной конструкцию «юриди-ческая (судебная) истина», а также посчитал дискуссионной конструкцию «научно-правовое сознание судей», полагая, что это — одна из разновидности профессионального правосознания правоприменителей.
Обосновывая свою точку зрения по отношению к конструкции «научно-правовое сознание судей», уважаемый профессор В. А. Сапун утверждает, что в профессиональном правосознании правоприменителей центральное место занимают поведенческие компоненты: умения, навыки, готовность к правоприменительной (судебной) деятельности, которые, конечно же, основаны на научных знаниях о праве, но именно поведенческие компоненты являются определяю- шими в профессиональном правосознании судей и поэтому требуют специального исследования в аспекте судебного правоприменения.
Но, во-первых, конструкция «научно-правовое сознание судей» как раз и введена для того, чтобы обозначить специфические особенности правосознания судей, выделив из общей категории «профес-сиональное правосознание правоприменителей» такую профессию, из-за исключительной социальной значимости которой притязания к правосознанию ее представителей (к судьям) столь высоки, что переводят это правосознание в новое, более высокое качество — научно-правовое.
Во-вторых, специфика профессии судьи (в отличие от иных профессий правоприменения) состоит, по существу, в проведении по каждому делу научно-правовой экспертизы конкретных правоотношений. Какие поведенческие компоненты будут являться определяющими в правосознании судьи, не имеющем представления о праве? (Например, в недавнем прошлом — народный заседатель, а в настоящее время — присяжный.) Если этих судей отнести к категории «любителей» в сравнении с категорией «судей-профессионалов», то суть различия между ними будет в одном — в теоретико-правовой подготовке и в уровне научно-правового сознания. Следовательно, научно-правовое сознание судей — не искусственная или мертворожденная конструкция, а исторически обоснованная социально-правовая категория.
Кафедра теории государства и права юридического института Красноярского государственного университета (заведующий — доцент ШАФИРОВ Владимир Моисеевич) полностью поддержала конструкцию «научно-правовое сознание судей», предложенные категории «абсолютный правовой идеал», «юридическая жизнь и ее особенности как предмет познания», «юридическая истина», необходимость научной разработки теории доказательств и доказывания на уровне общеправовой теории и др., однако в качестве замечания, в порядке дискуссии, признала необходимым более подробно остановиться на характеристике тех основных положений теории доказывания, которые требуют законодательного закрепления.
В диссертации обоснована научно-правовая концепция судебной достоверности, которая предполагает принципиальное изменение отношения к теории доказывания как со стороны правовой науки (в том числе в рамках учебного процесса), так и со стороны правоприменительной практики. Суть идеи заключается в критическом осмыслении и теории формальных доказательств, и современной теории доказывания, закрепляющей в качестве основы принимаемого судом решения абстрактно-психологическую категорию — внутреннее убеждение судьи. Очевидно, что для формирования конкретных предложений нормативно-процессуального характера требуется, более глубокая разработка самой концепции, утверждение в общест- . венном сознании (в том числе научном) ее актуальности, обоснованности и своевременности. Вместе с тем основные положения концепции судебной достоверности уже сегодня вынуждают чрезмерно критически оценивать действующее уголовно-процессуальное законодательство и требуют формулирования предложений по внесению в УПК изменений не частного, а общего характера, о чем, кстати, диссертант совместно с научным консультантом — Байтиным Михаилом Иосифовичем — публикует статьи в научных журналах и в момент проходящей защиты диссертации.
Судья Верховного Суда РФ, кандидат юридических наук, Заслуженный юрист РФ БАТХИЕВ Рашид Хусейнович оценил как дискуссионное положение о необходимости сужения или устранения судейского усмотрения.
Подчиняясь логике проводимого исследования, вопрос о судейском усмотрении не поднимался до концептуального уровня, а освещался по мере раскрытия поставленных проблем, поэтому в диссертации и автореферате нет жесткого (категоричного) вывода о необходимости сужения судейского усмотрения. Вместе с тем к этому резюме приводят принципиальные положения концепции судебной достоверности, а также выводы о том, что на современном этапе становления российской государственности и развития гражданского общества тенденция к сужению судейского «произвола» наметилась достаточно отчетливо. Очевидно, что это обстоятельство уже в ближайшее время проявится в организационно-правовых (на государственном уровне) мероприятиях по ограничению уровня судейского усмотрения. Такой результат закономерен, чему в диссертации дано соответствующее обоснование. В случае проявления интереса к этой проблеме диссертант готов к диалогу как во время заседания диссертационного Совета, так и после.
Доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой теории государства и права Башкирского государственного университета Фамис Мансурович РАЯНОВ сомневается в целесообразности создания специальных научно-аналитических отделов при высших судах общей юрисдикции субъектов РФ, полагая, что функционально они не смогут выполнить предлагаемую функцию связующего звена между судебным правоприменением и правотворчеством. Кроме того, по утверждению профессора Ф. М. Раянова, суд не может заниматься выбраковкой правовых норм.
Здесь необходимо уточнить то обстоятельство, что предлагаемые диссертантом научно-аналитические отделы — это не отделы суда, а отделы централизованной федеральной структуры. Поэтому суд не будет заниматься «выбраковкой» правовых норм. Что же касается обеспечения функциональной самостоятельности отделов в отношениях с руководством соответствующих судов (о чем в отзыве выражено беспокойство), то это — проблема не научного, а организационного плана, вытекающая непосредственно из функционального предназначения этих отделов.
Кафедра теории государства и права Волгоградского государственного университета (заведующий — доктор юридических наук, профессор ВОПЛЕНКО Николай Николаевич) хотела бы видеть в автореферате традиционный перечень авторов, внесших наиболее существенный вклад в изучение проблем, поднятых в диссертации, а также полагает, что единообразие преподавания права в учебном процессе противоречит принципу научного плюрализма и свободомыслия.
Соглашаясь с первым замечанием, хотелось бы дать небольшое пояснение. При составлении автореферата диссертант принял меры к тому, чтобы в максимально сжатом виде в ограниченном объеме изложить основные положения работы. Как следует из ряда отзывов, некоторые спорные и теоретически интересные мысли необходимо было дать подробнее. Таким образом, тема научного исследования практически ис-ключала (без ущерба для текста автореферата) возможность привести традиционный перечень авторов, внесших наиболее существенный вклад в изучение всех проблем, поднятых в диссертации, поскольку такой перечень должен был занять значительную часть и без того небольшого объема, допускаемого соответствующими требованиями, предъявляемыми к работам подобного рода.
Что же касается обоснования позиции единообразного правопонимания в учебном процессе, то оно будет подробно дано при ответе на замечания официального оппонента профессора Светланы Васильевны Полениной. Необходимо, однако, четко заявить, что в диссертации нет и намека покушаться на принцип научного плюрализма и свободомыслия. Напротив, предложение о создании в системе юридического образования механизма, исключающего хаос в преподавании учения о праве, как раз и соответствует принципу научного плюрализма и свободомыслия. Если в юридических школах с «нетрадиционной правовой ориентацией» преподаватели обязаны будут обучить студентов правопониманию в прикладном его значении (и экзаменационно проверять именно это понимание права студентами), но при этом будут настаивать на правильности своей правовой концепции, то в этом случае и проявится принцип научного плюра-лизма (обучение разным точкам зрения) и свободомыслия (студент сможет, свободно поразмыслив, оценить ту или иную концепцию). В противном случае получается «прибалтийский» вариант принципа плюрализма и свободомыслия для русскоязычного населения.
Заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор, академик РАЕН Владимир Николаевич КАРТАШОВ (заведующий кафедрой теории и истории государства и права Ярославского государственного университета) предложил уточнить взаимосвязь права и правовой деятельности, вернуться к проблеме «монополии на истину для правовой науки», а также детальнее обосновать тезис о возможности разрешения проблемы соотношения права и морали на законодательном уровне.
Первое замечание вызвал тезис о том, что «невозможно говорить о сознательном или осознанном выполнении должностным лицом функций правоприменения, если это должностное лицо не имеет четкого представления об основополагающем понятии этой деятель-ности — о праве». Однако в приведенной цитате автореферата речь идет не о праве и правовой деятельности и их взаимосвязи, а о правоприменительной деятельности и степени осознанности своих действий должностным лицом, выполняющим функции правоприменения, в зависимости от уровня его правопонимания. Разве подлежит сомнению мысль, что лучше и качественнее может заниматься серьезным делом тот, кто вооружен достаточными знаниями, нежели дилетант? Эта мысль настолько проста, что дополнительные обоснования в ее пользу найти достаточно сложно.
На замечание по поводу «монополии на истину» ответ дан минутой раньше.
Если члены диссертационного Совета не будут возражать, то, чтобы не повторяться, об идее разрешения противоречий между нормами морали и нормами права в рамках гражданского процесса я остановлюсь при ответе на замечания официальных оппонентов.
Юрий Васильевич СМИРНОВ (Заслуженный юрист РФ, председатель Ивановского областного суда) в качестве замечания отметил: «Вывод диссертанта о том, что трехлетний «испытательный» срок для юриста, впервые получившего статус судьи, противоречит принципу независимости судьи, теоретически может быть и безупречен, но практически, на наш взгляд, не состоятелен».
Не повторяя данное в диссертации и автореферате обоснование необходимости исключения испытательного трехлетнего срока для судьи, хотелось бы завершить ответы на поступившие отзывы следующей мыслью: очень важно для социального спокойствия и прогрессивного развития общества формирование такого механизма взаимодействия науки и практики, при котором безупречные теоретические выводы и их практическая состоятельность были обычным явлением.
В положительном отзыве Заслуженного юриста РФ, доктора юридических наук, профессора БОБЫЛЕВА Анатолия Ивановича замечаний не содержится.
Еще раз хочу искренне поблагодарить всех специалистов в области права, высказавших свои мысли по поводу проблем, поднятых в диссертации. Хочу заверить присутствующих здесь, что каждая мысль, прозвучавшая в озвученных отзывах, а также в тех отзывах, которые еще поступят, будет тщательнейшим образом изучена и всем юристам, приславшим свои отзывы, будет отправлен подробный письменный отчет о мнениях всех участников заседания диссертационного Совета, высказанных в ходе защиты диссертации, а также о мнениях всех лиц, проявивших свою заинтересованность в поднятой проблеме.
Спасибо за внимание.
Председательствующий: Слово предоставляется официальному оппоненту Пиголкину Альберту Семеновичу, Заслуженному деятелю науки РФ, академику Международной академии информатизации, доктору юридических наук, профессору, главному научному сотруднику отдела теории законотворчества и систематизации законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ (г. Москва) для оглашения отзыва на диссертацию.
Пиголкин А. С.: Оглашает отзыв на диссертацию (отзыв прилагается).
Председательствующий: Слово для ответа предоставляется соискателю.
Соискатель Аверин А. В.: Прежде чем приступить к ответам на замечания официальных оппонентов, хотелось бы сказать о моем душевном состоянии. Учитывая то обстоятельство, что отзывы всех официальных оппонентов уже имеются в наличии, вряд ли кто-нибудь упрекнет меня в неискренности. Я счастлив, что имею возможность общаться с такими людьми, как Альберт Семенович Пиголкин, Светлана Васильевна Поленина и Тимофей Николаевич Радько. Я счастлив, что эти видные ученые согласились уделить свое время для изучения диссертации и выступить по ней в качестве официальных оппонентов. Я счастлив, что эти ученые, ставшие живыми легендами отечественной правовой науки, отложили свои дела и приехали из Москвы, чтобы лично участвовать в заседании диссертационного Совета. Большое Вам спасибо!
Я благодарю уважаемого Альберта Семеновича за положительную высокую оценку, данную моей работе, за интересные и важные для меня замечания, которые, без всякого сомнения, будут учтены в дальнейшем.
Первое замечание, высказанное профессором А. С. Пиголки- ным, следующее: «Диссертант сформулировал очень важную, методо-логически перспективную и весьма увлекательную теоретическую проблему — абстрактное понятие так называемого абсолютного правового идеала (право в философском смысле). Но существует ли такой идеал и возможно ли его существование ? Думается, что абсолютного идеала в правовом регулировании общественных отношений не может быть создано.
Отвечая на это замечание, следует сказать, что для меня являлось и является аксиомой утверждение: все в мире относительно.
Отсюда следует недвусмысленный ответ на вопрос о реальном существовании такого явления, которому в диссертации вполне целенаправленно дано название «абсолютный правовой идеал». Раскрытию этого абстрактного понятия в диссертации уделено значительное внимание, и полное воспроизведение доводов и аргументов в настоящий момент было бы неоправданным. Вместе с тем хотелось бы понять, существует ли в реальности такое внешне оформленное явление, как закономерность (закономерности, законы) общественного развития. Очевидно, что такого конкретного (реального, внешне оформленного) явления в природе не существует. Но мы, не задумы-ваясь, говорим о закономерностях общественного развития, поскольку они проявляются постоянно. Следовательно, закономерности не только есть, но и могут, и должны быть поняты.
Именно потому «абсолютный правовой идеал» в правовом регулировании общественных отношений создан (оформлен вовне) быть не может, что он представляет собой одну из граней закономерности развития любого общества, пользующегося таким специфическим регулятором общественных отношений, как право. Именно потому, что он является гранью закономерности общественного развития, «абсолютный правовой идеал», как и любые социальные закономерности, существует вне и независимо от воли и сознания людей, но лишь на определенном этапе эволюции человеческого общества, когда общество нуждается в таком регуляторе общественных отношений, как право.
Абсолютный правовой идеал — это идеальный вариант регулирования конкретных социальных отношений в конкретное время в конкретном обществе, т. е. такой вариант, который абсолютно точно и полно отражает потребность в регулировании этих отношений, требует регулирования отношений именно так, а не иначе, с тем чтобы развитие общества шло максимально благоприятно (гармонично). Вполне понятно, что существующее в обществе право является всегда в большей или меньшей степени искажением абсолютного правового идеала. Также вполне понятно, что никакое общество не сможет создать право, полностью соответствующее абсолютному правовому идеалу. Вместе с тем любое общество, если стремится к социальной гармонии, должно стремиться к тому, чтобы позитивное право максимально приближалось к абсолютному правовому идеалу.
По мнению диссертанта, эта научная категория нужна еще и потому, что позволяет достаточно четко оградить право в его современном нормативном понимании от некоторых философско-правовых концепций, в основе которых лежит понимание права как явления, существующего вне и независимо от воли и сознания людей.
Второе замечание касается исключительно важного вопроса — проблемы существования юридической истины, и сформулировано оно в отзыве следующим образом: «Представляется спорным разделение “житейской ” и так называемой юридической реальности. Юридическая реальность (истина) — это форма, одна из специфических проявлений объективной реальности (истины). Противопоставлять объективную и юридическую истины представляется неубедительным».
Прежде всего хотелось бы уточнить, что в работе не противопоставляются житейская и юридическая реальности, поскольку противопоставлять можно лишь однопорядковые явления, находящиеся в одной и той же плоскости исследования. Было бы неубедительно противопоставлять театральную жизнь (реальность) и житейскую (обыденную) реальность. В мире театра существуют свои законы, которые проявляются даже в том, что «театр начинается с вешалки». Однако упрекать театральную жизнь в том, что Отелло душит не по-настоящему, а Онегин стреляет не боевыми патронами, было бы нелепо. Напротив, в конце последнего акта зрители аплодируют вполне живым и Дездемоне, и Ленскому.
Юридическая жизнь (юридическая реальность) представляет собой часть социальной жизни, одну из сторон социальной реальности. Но именно потому, что она — часть, что она — одна из сторон, она обладает своими специфическими признаками, присущими только этой части, этой стороне социальной реальности. Объектом судебного исследования являются не конкретные отношения между людьми, а конкретные правоотношения, что не одно и то же. Фактические от-ношения, лежащие в основе правоотношения, должны интересовать профессионала-юриста в области правоприменения лишь постольку и в той мере, поскольку и в какой мере этого требует закон.
Не отстаивать это принципиальное положение — значит игнорировать наличие феномена органической связи таких разносущностных явлений, как объективная (житейская) и правовая (юридическая) реальности, а это непременно таит в себе опасность подмены правовой оценки исследуемого явления категориями житейской мудрости: оценкой «по понятиям», оценкой «по жизни», что в совре-менной правоприменительной практике судов — явление далеко не единичное.
В третьем замечании сказано о том, что диссертант недос-таточно последовательно относится к проблеме законности в судебной деятельности, когда предлагает ввести гражданско-процессуальную норму, позволяющую судье в исключительных случаях принять решение в угоду моральным принципам с отступлением от конкретной правовой регламентации отношений, поскольку, по мнению оппонента, такое положение «создает лазейку, угрожающую режиму законности».
С этим замечанием согласиться трудно. В диссертации категорично проводится тезис о святости закона для правоприменителя. Этот императив привел диссертанта к выводу о том, что в тех единичных случаях, когда высочайший судейский уровень профессионализма. интеллекта, компетентности и гуманизма требует от судьи в порядке исключения принятия решения, противоречащего юридической норме, вполне приемлемой для регулирования абсолютного большинства аналогичных отношений, такое решение судья должен принимать именно в рамках закона, что, в свою очередь, никак не может угрожать режиму законности.
Последнее замечание состоит в том, что к четырем требованиям, предъявляемым к судебному правоприменению — законности, обоснованности, целесообразности и справедливости (которые ана-лизируются в диссертации), необходимо добавить еще два — гуманизм и компетентность.
Указанное замечание видится вполне обоснованным. Именно в силу происходящих в мире и российском обществе изменений, в деятельности всех ветвей государственной власти отчетливо проявляется требование укрепления принципов гуманизма и компетентности.
Это замечание уважаемого Альберта Семеновича, как нельзя убедительно, свидетельствует о стратегически верном направлении главной линии диссертационного исследования.
Еще раз искренне благодарю Вас, Альберт Семенович, за оказанную мне честь быть официальным оппонентом и за высказанные замечания.
Спасибо членам диссертационного Совета за внимание.
Председательствующий: Слово предоставляется официальному оппоненту Полениной Светлане Васильевне, Заслуженному юристу РФ, доктору юридических наук, профессору, заведующей сектором общей теории и социологии права Института государства и права Российской академии наук (г. Москва) для оглашения отзыва на диссертацию.
Поленина С. В.: Оглашает отзыв на диссертацию (отзыв прилагается).
Председательствующий: Слово для ответа предоставляется соискателю.
Соискатель Аверин А. В.: Искренне признателен уважаемой Светлане Васильевне Полениной за данный ею положительный отзыв на диссертацию, высокую оценку проделанной мною работы, за интересные и полезные замечания, которые будут учтены в дальнейшем.
По мнению Светланы Васильевны, «предложение о разработке в гражданском процессе правовой нормы, которая бы позволяла судье отступать от действующей правовой регламентации, вызывает возражения, поскольку кто и как сможет регламентировать случаи отступления судьи от правового предписания?»
Хотелось бы ответить вопросом на вопрос: почему ни у кого не вызывает сомнений правомерность существования в уголовном процессе нормы права, которая позволяет судье в исключительных случаях отступать от конкретного правового предписания (речь идет о санкции и назначении наказания с отступлением от предписаний материальной нормы права)?
Почему для той отрасли права, которая в правоприменительной сфере знает принцип аналогии закона и права, правила делового оборота, и в которой принципы разумности и справедливости имеют юридическое закрепление, не может существовать такая процессуальная норма?
В диссертации такое предложение сделано как раз в силу того, что судебная практика давно идет по этому пути, не дожидаясь никакой правовой регламентации, тогда как озвученная идея позволяет создать правовое русло для подобных ситуаций. Самый простой и распространенный пример судебной практики, официально «санкционированный» Верховным Судом России, это разрешение правовых споров по искам о восстановлении на работе лиц, уволенных по негативным основаниям. Суды часто признают приказы об увольнении незаконными (?) по той причине, что администрация не в полной мере (!) оценила все обстоятельства, имеющие значение для дела (в том числе возраст правонарушителя, его семейное и материальное положение, состояние здоровья, количество времени, оставшееся до пенсии, и т. п.).
Хотелось бы задать вопрос и о действующей с первого сентября сего года административно-правовой антиалкогольной (безальтернативной) санкции для водителей. Как должен поступить и как будет поступать судья сельской местности, когда тракторист сельскохозяйственного предприятия уличен (при помощи приборов «каменного века») в неуважении к закону? Но при этом нарушитель имеет пять малолетних иждивенцев, а в деревне, где он живет и работает (в 20 километрах от ближайшего относительно цивилизованного населенного пункта), нет ни другого тракториста, ни другой работы? Судебная практика вновь пойдет по пути «житейской мудрости», а это для общества не есть правильно. что многократно обосновывалось в диссертации.
Вторым замечанием Полениной Светланы Васильевны яви-лось мнение о том, что «вопрос об отмене трехлетнего испытательного срока для судьи требует серьезной дискуссии».
Идея, высказанная уважаемым официальным оппонентом, согласно которой исключение трехлетнего испытательного срока для судьи должно идти параллельно с комплексом правовых мер, регламентирующих возможность досрочного прекращения полномочий судьи, видится точной. Вполне понятно, что судебная практика имеет свою специфику, и не всегда прекрасный человек, высококвалифицированный представитель какой-либо юридической профессии или ученый-правовед сможет гарантированно стать высококачественным судьей. Как быть в тех случаях, если нет видимых (негативных) оснований для лишения судьи полномочий, но и оставлять человека в судейской мантии — значит девальвировать судейский уровень? Думается, что взамен отмены «испытательного срока» для судьи, вновь назначаемого Президентом РФ на эту должность, возможно расширение оснований прекращения судейских полномочий. Однако такая процедура должна быть ужесточена, а именно: лишение полномочий судьи должно осуществляться по инициативе соответствующих компетентных субъектов Верховным Судом России в порядке судопроизводства.
Третье замечание касается исключительно сложной и важной проблемы — подготовки молодых специалистов-правоведов. По мнению уважаемой Светланы Васильевны, «¦требует осмысления идея административного вмешательства в процесс составления учебников по праву».
Мысль о необходимости упорядочения процесса преподавания общеправовой теории (особенно вопроса о правопонимании) студентам высшей юридической школы была сформулирована в работе крайне корректно и предельно осторожно. При этом ни в одной из строк диссертации нет даже намека на ограничение свободного научного поиска при изучении любого вопроса, и в первую очередь вопросов, связанных с осмыслением правового феномена. Это было бы удивительным в работе, которая сама основана на критическом восприятии современных правовых и правореализационных реалий.
Вместе с тем, если общество расходует средства на подготовку высококлассных специалистов-правоведов для правоприменительной деятельности, то оно, видимо, имеет право понимать, что прежде чем самостоятельно полететь в космос, ребенок должен научиться ходить ногами по земле. Астрофизике, теории относительности, квантовой механике, термодинамике, вероятно, преждевременно обучать человека, не имеющего элементарных представлений о физике и не представляющего себе системности ее основных законов. Почему же правоведа, которого государство готовит к правоприменительной деятельности, общество позволяет обучать важнейшему (фундаментальному) вопросу, от разрешения которого зависит формирование основы правосознания юриста, кому как захочется?
Безусловно, необходимо согласиться с официальным оппонентом в том, что в этом вопросе (как, собственно, и в любом ином) необходима мера.
В частности, нельзя смешивать процесс преподавания права и процесс научно-теоретического осмысления правового феномена. Это два разносущностных процесса. Молодой специалист в области юриспруденции, подготовленный для правоприменительной деятельности, может прекрасно разбираться в либертарной, коммуникативной или любой иной философско-правовой концепции. Но если этот правовед не имеет представления о праве в его прикладном (современно-нормативном значении), то перспектива его правоприменительной деятельности легко прогнозируема.
Вместе с тем какое бы отношение у кого бы то ни было (в том числе наделенного значительными властными или организационно-распорядительными полномочиями) не сложилось к любой теоретической концепции, даже самая невинная попытка ограничить свободу мысли губительна для науки.
Четкое понимание этих критериев не позволит скатываться от одной крайности — вакханалии в процессе преподавания учения о праве (в которой находится современная высшая школа), к другой — запрету на свободомыслие в науке (в которой наше общество имело несчастье находиться в течение длительного времени в прошлом веке).
Четвертым замечанием официального оппонента является указание на отсутствие в диссертации отражения научного исследования (докторской диссертации) профессора Н. Я. Соколова.
Вопрос, поднятый уважаемой Светланой Васильевной, исключительно актуален. Научные исследования (в любой области человеческих знаний) нуждаются в полной систематизации, освобождающей молодых ученых от необходимости «изобретения велосипеда». Диссертанту, к сожалению, не удалось создать и изучить весь перечень научных трудов отечественных ученых, посвященных всем граням поднятой проблемы, в связи с чем докторская диссертация профессора Н. Я. Соколова «Профессиональное сознание юриста», увидевшая свет двадцать лет назад, не нашла своего отражения в работе. Некоторым оправданием этого упущения может послужить использование мыслей Н. Я. Соколова, увидевших свет в 1998 году в монографическом исследовании, посвященном профессиональному сознанию юристов.
Тем не менее высказанное уважаемым официальным оппонентом справедливое замечание, имеющее частный характер, заставляет задуматься о фундаментальной проблеме необходимости систематизации научных знаний с целью упрощения процедуры их использования последующими исследователями.
Еще раз искренне благодарю Вас, Светлана Васильевна, за оказанную мне честь быть официальным оппонентом, и за высказанные замечания.
Спасибо членам диссертационного Совета за внимание.
Председательствующий: Слово предоставляется официальному оппоненту Радько Тимофею Николаевичу, Заслуженному юристу РФ, профессору, доктору юридических наук, профессору кафедры теории государства и права Московской государственной юридической академии (г. Москва) для оглашения отзыва на диссертацию.
Радько Т. Н.: Оглашает отзыв на диссертацию (отзыв прилагается).
Председательствующий: Слово для ответа представляется соискателю.
Соискатель Аверин А. В.: Искренне признателен уважаемому Тимофею Николаевичу Радько за высокую оценку моего труда, за данный им положительный отзыв на диссертацию, за интересные и полезные замечания, которые, без всяких сомнений, будут учтены в дальнейшей работе по избранной тематике.
В первом замечании уважаемый официальный оппонент утверждает, что «требует дальнейшего более глубокого обсуждения вывод автора о необходимости существования гражданско-процессуальной нормы, позволяющей судье в исключительных случаях при явном противоречии норм морали и норм права (в каждом конкретном правовом конфликте) отступить от действующего нормативно-правового предписания».
Формулировка первого замечания позволяет расценить отношение профессора Т. Н. Радько к обозначенной проблеме как дискусси-онно-заинтересованное, поскольку, выражая свои сомнения по поводу вынесенного на защиту положения, официальный оппонент, тем не менее, констатирует, что «такое положение могло бы способствовать более глубокому осмыслению как обществом, так и правотворческими органами сущностной стороны взаимосвязи и взаимообусловленности норм морали и норм права...». В ключе такого дискуссионно-заинтересованного размышления Тимофей Николаевич вполне справедливо обозначает основной вопрос: какие критерии должны будут находиться в основе характеристики норм морали и как оценить обоснованность отступления судьи от правовой регламентации в угоду моральным установлениям, если отношение в обществе к данным моральным установлениям неоднозначное?
С точки зрения судебной практики (предполагая перспективу «повального» использования судьями данной процессуальной нормы права) вряд ли высказанные опасения основательны, поскольку речь идет об исключении из правила. Чтобы в конкретном гражданско-правовом конфликте использовать предлагаемую возможность выйти за рамки четкой правовой регламентации, необходим целый комплекс факторов, среди которых такие характеристики судьи, как доскональное знание закона и судебной практики, правильное понимание характера изучаемых отношений, умение соразмерять этот характер с характером общественных отношений, четкая ориентация в комплексе моральных, корпоративных, этических и других норм, проявляющих себя в регионе, субъекте Федерации и в российском обществе в целом, а также гражданское и профессиональное мужество, т. е. такие характеристики, которые, к сожалению, присущи далеко не каждому судье.
Но с точки зрения социальных потребностей и интересов за обозначенной проблемой скрыт вопрос: насколько общество сегодня доверяет носителям судебной власти, не иссяк ли запас доверия к судьям и судебной системе, согласно ли общество видеть в судье гармоничное сочетание высокого уровня знаний правовой теории и юридических законов с человечностью и гражданственностью?
С точки зрения интересов правовой науки и правотворческой деятельности ценность такого процессуального права судьи очевидна, поскольку даже единичные примеры судебной практики давали бы богатейшую информацию для исследователя права и общества.
Вторым замечанием уважаемый Тимофей Николаевич указал, что «к числу спорных положений диссертации следует отнести материал главы шестой “Доказательства и доказывание в судебном правоприменении ”, поскольку теория доказательств сегодня еще не входит в предмет теории государства и права.
Формулировка второго замечания убеждает в правильности выбранного направления научного поиска, поскольку профессор Т. Н. Радько сам подтверждает, что логика диссертационного исследования требовала рассмотрения перечисленных в шестой главе вопросов. Вместе с тем указание официального оппонента на то, что теория доказательств «сегодня еше не входит в предмет теории государства и права» не оспаривается вовсе, а, напротив, в диссертации на этом акцентируется внимание. Комплексное исследование вопросов, связанных с судебным правоприменением и формиро-ванием научно-правового сознания судей, привело диссертанта к убеждению, которое нашло свое отражение в научном исследовании, что разработка на общетеоретическом уровне процессуальной теории является настоятельным велением времени.
Что касается предмета науки о праве, то при исследовании общих и специфических свойств и тенденций права вообще и вопросов реализации права в частности, теория права и государства не сможет обойтись без общей процессуальной теории точно так же, как в по-следнее время не смогла обойтись без категорий естественно-правовой доктрины, в очередной раз подтвердив свою фундаментальность и связь с жизнью.
В качестве последнего замечания профессор Т. Н. Радько указал, что, по его мнению, «требовали более глубокой аргументации затронутые диссертантом проблемы:
о равноправии сторон в уголовном процессе;
о трехлетием испытательном сроке для судьи;
о научной разработке теории доказательств и ее процессуальном закреплении',
о законодательном разрешении проблемы соотношения норм морали и норм права в рамках правоприменительной деятельности суда».
Точка зрения о необходимости более глубокой аргументации ряда проблем, поднятых в диссертационном исследовании, воспринимается как положительная, поскольку свидетельствует о повышенном интересе к этим проблемам. Развернутая аргументация перечисленных официальным оппонентом и некоторых других правовых проблем, связанных с темой.диссертационного исследования, нашла свое отражение в опубликованных монографиях и статьях и, вполне понятно, не могла быть полностью воспроизведена в диссертации, а лишь дозировалась сообразно логике научного исследования. Вместе с тем ответ на сделанное замечание частично дан на последней стра-нице диссертации в следующей фразе: «Автор не претендовал на то, чтобы в одной работе была исчерпана эта исключительно сложная и многогранная тема. Выполнение такой задачи требует объединения усилий многих ученых-правоведов и, быть может, отдельных научных коллективов».
С надеждой на такое объединение и была написана диссертация.
Еще раз позвольте мне выразить искреннюю глубокую благодарность уважаемым официальным оппонентам за внимание, которое было ими уделено моей работе.
Председательствующий: Есть ли еще вопросы к соискателю? Нет. Слово для выступления предоставляется Байтину Михаилу Иосифовичу — научному консультанту соискателя, доктору юридических наук, профессору, Заслуженному деятелю науки РФ, профессору кафедры теории государства и права ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права».
Байтин М. И.: Мой письменный отзыв, свидетельствующий о полном соответствии исследования А. В. Аверина требованиям, предъявляемым ВАКом к докторским диссертациям, имеется в деле. Отмечу только, что из известных мне докторских диссертаций по теории права и государства рассматриваемая Советом работа А. В. Аверина — одна из наиболее сильных. Спасибо.
Председательствующий: Продолжаем обсуждение диссертации. Кто из присутствующих желает выступить, принять участие в дискуссии? Слово предоставляется кандидату юридических наук, Заслу-женному юристу РФ, председателю Пензенского областного суда Виктору Александровичу Терехину.
Терехин В. А: Уважаемые члены диссертационного Совета! На Ваше сегодняшнее заседание я специально приехал из г. Пензы, потому что научное исследование, предпринятое Авериным Александром Валентиновичем, является исключительно актуальным и ценным для проведения судебной реформы и судебного правоприменения.
С научными трудами Александра Валентиновича — авторефератом докторской диссертации, монографией «Правоприменительная деятельность суда и формирование научно-правового сознания судей» и монографией «Судебная достоверность (Постановка проблемы)» я знаком досконально, поскольку эти работы привлекают к себе пристальное внимание и не могут остаться незамеченными. В сентябрьском номере журнала «Российский судья» опубликована моя рецензия на обе эти монографии. То обстоятельство, что докторант безупречно владеет глубокими познаниями реалий отечественного судебного правоприменения, прекрасно ориентируется в теоретико-правовых, социологических, философских, психологических ас-пектах судебной деятельности, позволило ему создать труд, в котором с позиций общей теории права и государства осуществлен научно-правовой анализ современных теоретических и практических проблем судебного правоприменения.
Поэтому работа А. В. Аверина имеет большое теоретическое и прикладное значение.
Диссертантом предложены оригинальные теоретико-правовые конструкции, дальнейшее изучение которых позволит существенно уточнить теоретико-содержательную сторону судебной практики. К таковым, безусловно, относятся выводы соискателя о предмете и объекте судебного познания, о юридической жизни и юридической (судебной) истине, о принципе независимости суда и связанном с ним императиве формирования научно-правового сознания судей.
С точки зрения применения на практике научных разработок Александра Валентиновича, то в ближайшее время мы официально обратимся к диссертанту с просьбой подготовить для судебного правоприменения методическое пособие с освещением в трех разделах основных научных мыслей диссертанта, изложенных в главах о юридическом познании, о юридической герменевтике и о судебных доказательствах и доказывании.
Общеправовая теория и судебное правоприменение давно нуждались в работах, подобных этой. Появление докторской диссертации Александра Валентиновича Аверина — это веление времени, что подтверждается, в том числе инициативой Верховного Суда России и Высшего Арбитражного Суда России, выступивших с проектом Федерального закона № 156898-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон РФ “О статусе судей в Российской Федерации”», лейтмотивом которого является создание условий, способствующих формированию качественно иного (более высокого) профессионального уровня отечественного судейского корпуса.
Хотелось бы еще кратко остановиться на личности диссертанта, с которым мне довелось познакомиться лично. Александр Валентинович в 1984 году с отличием окончил Саратовский юридический институт, после чего 16 лет жизни отдал судебной работе, из которых 3 года был народным судьей, а 13 лет — председателем городского суда. В 1994 году диссертант защитил кандидатскую диссертацию на тему: «Правоотношение и судебная практика». Таким образом, все 20 лет докторант неразрывно связывал занятие юридической практикой с правовой теорией. Сегодня мы видим перед собой теоретически, методологически и практически подготовленного научного ра-ботника, представляющего ценность как для юридической теории (высшей школы), так и для юридической практики. Не знаю, есть ли во Владимирском регионе доктора юридических наук, специалисты по общей теории права и государства, но, по моему мнению, Аверин Александр Валентинович сегодня доказал, что на одного доктора юридических наук — специалиста в области общей теории права и государства — на Владимирской земле должно стать больше.
Я призываю Совет проголосовать за присуждение Александру Валентиновичу Аверину степени доктора юридических наук. Благодарю за внимание.
Председательствующий: Есть ли еще желающие выступить? Желающих нет. Заключительное слово предоставляется Аверину Александру Валентиновичу.
Соискатель Аверин А. В.: Уважаемый председатель! Уважаемые члены Совета! Уважаемые присутствующие!
Сейчас, находясь за этой кафедрой и глядя в лица членам диссертационного Совета и всем присутствующим, я понял суть своих чувств. Это счастье — иметь возможность оказаться перед вами, изложить свои мысли, отстаивать свою точку зрения в открытом и честном диалоге, опираясь на строгую логику доводов и аргументов, заведомо зная, что находишься в окружении глубоко образованных и исключительно порядочных представителей научной интеллигенции.
Ваш неподдельный интерес, который вызвала моя многолетняя работа, является лучшей благодарностью, о которой можно только мечтать.
Но, находясь перед вами, я испытываю и большое волнение, поскольку ровно 25 лет назад — в ноябре 1979 года прямо из Туркмении, имея на себе лишь форму пограничника, а при себе — документы об окончании военной службы, я приехал в незнакомый мне ранее город Саратов, и уже через полчаса оказался в стенах подготовительного отделения юридического института имени Д. И. Курского. С тех пор я поддерживаю неразрывную связь с альма-матер, где в 1994 году защитил кандидатскую диссертацию, где в прошлом году с отличием окончила обучение в институте прокуратуры моя дочь, а в этом году по окончании службы в рядах Вооруженных Сил России на подготовительное отделение будет поступать мой сын.
Позвольте мне в вашем лице выразить слова благодарности и признательности всему научно-преподавательскому составу Академии за ваш исключительно важный труд, который, к сожалению, государством по достоинству пока еще не оценивается.
Позвольте мне выразить слова благодарности председателю диссертационного Совета, профессору Николаю Игнатьевичу Матузову, поблагодарить весь состав столь авторитетного научного форума.
Я признателен членам кафедры теории государства и права, с которой меня связывает более чем двадцатилетняя дружба и на которой выполнена моя научная работа.
Искренняя благодарность ведущей организации — Российской академии правосудия и лично доктору юридических наук, профессору, заведующему отделом теории права, государства и судебной власти Сырых Владимиру Михайловичу.
Признательность и благодарность официальным оппонентам:
Пиголкину Альберту Семеновичу — Заслуженному деятелю науки РФ, академику Международной академии информатизации, доктору юридических наук, профессору, главному научному сотруднику отдела теории законотворчества и систематизации законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ;
Полениной Светлане Васильевне — Заслуженному юристу РФ, доктору юридических наук, профессору, заведующей сектором общей теории и социологии права Института государства и права Российской Академии наук;
Радько Тимофею Николаевичу — Заслуженному юристу РФ, про-фессору, доктору юридических наук, профессору кафедры теории государства и права Московской государственной юридической академии.
Несколько слов в адрес научного консультанта — Заслуженного деятеля науки РФ, кавалера Ордена Почета, доктора юридических наук, профессора, академика РАЕН — Михаила Иосифовича БАЙТИНА.
У каждого человека на жизненном пути есть вехи, определяющие его дальнейшую судьбу. Такой вехой для меня 24 года назад (в 1980 году) стала встреча с доктором юридических наук, профессором М. И. Байтиным. Высокий интеллект, врожденная интеллигентность, широкая добрая душа, энциклопедические знания никого не оставляют равнодушным и привораживают к этому человеку. Я благодарен судьбе за то, что имею счастье общаться со своим учителем, который, не жалея, расходует драгоценное время на своих учеников, отдавая часть его и мне. Сегодня, думаю, вполне уместно будет выразить своему учителю слова сыновней любви и признательности. Примите, дорогой учитель, от меня эти слова. Если в научном плане мной и достигнуты некоторые результаты, то это, прежде всего, Ваша заслуга.
Хочу сказать слова благодарности всем, кто пришел на защиту и принял заинтересованное участие в обсуждении моей диссертации, а также прошу работников службы ученого секретаря и лично Заслуженного юриста РФ Николая Александровича Макарова принять теплые слова признательности. Еще раз всем большое спасибо!
Председательствующий: Уважаемые члены Совета! Обсуждение диссертации окончено. Для проведения тайного голосования и решения вопроса о соответствии рассматриваемой работы требованиям, предъявляемым к диссертациям (раздел 2 Положения о присуждении ученых степеней) и о возбуждении ходатайства перед ВАК о присуждении Аверину Александру Валентиновичу ученой степени доктора юридических наук, нам необходимо избрать счетную комиссию. Счетная комиссия избирается простым большинством голосов.
Есть предложение избрать счетную комиссию в составе трех человек:
доктора юридических наук, профессора Ю. Н. Старилова;
доктора юридических наук, профессора А. С. Мордовца;
доктора юридических наук, профессора П. П. Сергуна.
Будут ли другие предложения по количеству и персональному составу счетной комиссии? Других предложений нет. Кто за избрание предложенной комиссии, прошу поднять руку. Кто против? Нет. Кто воздержался? Нет. Счетная комиссия избрана единогласно.
Прошу счетную комиссию приступить к работе. Объявляется перерыв для проведения тайного голосования и подсчета его результатов.
После перерыва
Председательствующий: Слово предоставляется председателю счетной комиссии доктору юридических наук, профессору Ю. Н. Старилову.
Председатель счетной комиссии: Уважаемые члены Совета! Диссер-тационный Совет Д-212.239.02 утвержден в количестве 20 человек на срок действия номенклатуры. Присутствовали на заседании 17 членов Совета, в том числе докторов наук по профилю рассматриваемой диссертации — 6. Роздано бюллетеней — 17. Оказалось не розданных — 3. Оказалось в урне бюллетеней — 17.
Результаты голосования по вопросу о возбуждении ходатайства о присуждении ученой степени доктора юридических наук Аверину Александру Валентиновичу следующие:
«за» — 15;
«против» — 2;
недействительных бюллетеней нет.
Председательствующий: Будут ли вопросы к председателю счетной комиссии? Вопросов нет. Есть предложение утвердить протокол счетной комиссии. Кто за это предложение, прошу поднять руку. Кто против? Нет. Кто воздержался? Нет.
Протокол счетной комиссии утвержден единогласно.
Вносится предложение принять следующее решение Совета:
Совет постановляет:
На основании положительных отзывов официальных оппонентов и ведущей организации, отзывов, поступивших от других организаций и ученых, а также состоявшегося обсуждения и результатов тайного голосования («за» — 15, «против» — 2, недействительных бюллетеней нет) возбудить ходатайство перед ВАК о присуждении Аверину Александру Валентиновичу ученой степени доктора юридических наук.
Будут ли у членов Совета другие предложения? Других предложений нет. Кто за то, чтобы принять данное постановление Совета прошу поднять руку. Кто против? Нет. Кто воздержался? Нет. Постановление принимается единогласно.
Уважаемые члены Совета! Разрешите от Вашего имени поздравить Аверина Александра Валентиновича с успешной защитой диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук, пожелать новых успехов в научной деятельности, жизни и работе.
Продолжаем работу Совета. Нам необходимо обсудить и принять заключение о научном и практическом значении докторской диссертации Аверина Александра Валентиновича, которое принимается простым большинством голосов.
Проект заключения был роздан Вам перед началом заседания Совета. Какие будут замечания и предложения по его содержанию? Замечаний и предложений нет. Кто за то, чтобы принять заключение по диссертации Аверина А. В. прошу поднять руку. Кто против? Нет. Кто воздержался? Нет. Текст постановления принимается единогласно.
4 Заключение
if; диссертационного совета Д-212.239.02
« при Государственном образовательном учреждении "> і высшего профессионального образования
$ «Саратовская государственная академия права»
С о научном и практическом значении диссертации А. В. Аверина «Судебное правоприменение и формирование й научно-правового сознания судей
« (проблемы теории и практики)»,
I t представленной на соискание ученой степени
«S доктора юридических наук
>'t по специальности 12.00.01 — теория и история права и государства; история учений о праве и государстве
< /;
Диссертационный совет, проведя защиту, и рассмотрев заключение по диссертации А. В. Аверина, подготовленное членами экспертной комиссии, докторами юридических наук, профессорами
Н. И. Химичевой, В. Т. Кабышевым и А. В. Малько, полагает, что диссертация А. В. Аверина представляет собой самостоятельное законченное научное исследование, посвященное анализу крупной актуальной проблемы теории права — судебному правоприменению и формированию научно-правового сознания судей.
Диссертация выполнена в соответствии с темой научного иссле-дования, утвержденной Ученым советом ГОУ ВПО «Саратовская го-сударственная академия права», протокол № 9 от 29.01.04 года.
Актуальность темы исследования обусловлена значением судебной власти как одной из ветвей государственной власти для формирования и функционирования в России правового государства, в условиях которого конституционно закрепленные права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и обеспечиваются правосудием.
Проводимая правовая реформа кардинальным образом затрагивает все стороны правовой жизни общества, и в первую очередь — судебную систему. По тому, насколько целенаправленно и последовательно осуществляется судебная реформа, можно с достоверностью судить о глубине демократических преобразований в российском обществе и государстве.
Одним из факторов, сдерживающих темпы судебной реформы, является фактор «внутреннего противодействия», основа которого — консервативное, не отвечающее современным требованиям мышление определенной части судейского корпуса.
Теоретическое осмысление общеправовых проблем судебного правоприменения в плоскости их прямого выхода на судебную практику через вопросы, поставленные самой судебной практикой, и во взаимосвязи с проблемой формирования нового уровня мышления судей, под-черкивает актуальность выбранной темы научного исследования.
Научная новизна заключается в том, что диссертация представляет собой первое в российской юридической науке общетеоретическое монографическое исследование, специально посвященное комплексному осмыслению теоретических и практических проблем судебного правоприменения во взаимосвязи с проблемой формирования научно-правового сознания судей.
Подобная постановка вопроса в общеправовой теории является не только новацией, но и открывает новое научное направление, характеризующееся изучением органической взаимосвязи основных проблем теории и практики любого вида правоприменительной деятельности, влияния этих проблем на формирование необходимого уровня профессионального сознания правоприменителей и взаимозависимости уровня правового сознания правоприменителей, качества правовой теории и проявляющихся на практике проблем правоприменения.
Наиболее существенные результаты и выводы проведенного исследования:
— одна из важнейших сторон проводимой в России судебной реформы — формирование научно-правового сознания судей, то есть такого необходимого уровня теоретико-правовых знаний, который позволит создать соответствующий целям проводимой судебной реформы менталитет российского судьи;
правопонимание — фундамент правового сознания любого правоприменителя, а современное нормативное правопонимание — единственно возможный научный подход, имеющий прикладное значение;
для любого общества сомнительной и социально деструктивной является идея жесткого разграничения и противопоставления права и закона, из которой следует, что отдельный индивид по своему усмотрению может поступать не в соответствии с позитивным правом, а решать, какой из действующих законов правовой, а какой неправовой;
в современных условиях положение о трехлетнем испытательном сроке для юриста, впервые наделенного полномочиями судьи, противоречит принципу независимости суда и требованиям, предъявляемым Европейским судом по правам человека к данному принципу;
диссертантом предложена концепция судебной (юридической) истины и сформулирована теория судебной достоверности, из которой следует, что на современном этапе развития общества и судебной реформы общетеоретическая проблема уровня допустимой «самостоятельности» судьи в выборе средств и методов оценки доказательств должна быть разрешена путем общетеоретической разработки теории доказательств и законодательного закрепления ряда ее основополагающих выводов;
принятие государством комплекса мер, направленных на формирование научно-правового сознания судей, способно повысить качество отечественного судебного правоприменения, от чего, в свою очередь, зависит социальное спокойствие, поскольку убеждение людей в справедливости и истинности выводов суда по разрешаемым правовым конфликтам — одна из составляющих гармоничного существования и развития общества;
А. В. Аверин раскрыл, обосновал и развил выдвинутый им тезис о том, что проблема совершенствования правотворчества нуждается в выходе за пределы этого вида государственной деятельности в сферу правоприменения, причем судебного. Диссертантом предлагается законодательное решение проблемы совершенствования правотворчества путем определенного распределения и сочетания контроля за соответствием норм права современному
14 Зак. 4214 уровню развития общества между сферами, как правотворчества, так и судебного правоприменения.
Научная и практическая значимость диссертационного исследования заключается в разработке теоретических и практических проблем судебного правоприменения, в их органической взаимосвязи, благодаря чему вопросы судебного правоприменения получили в известной степени цельное, разностороннее, комплексное освещение. Это дает правоприменителю возможность поступать в процессе применения права точнее, вывереннее, целенаправленнее, позволяет раскрыть механизм взаимосвязи правоприменения и правотворчества.
Выбранный научный подход к исследованию проблем судебного правоприменения позволяет углубить теоретические представления о рассматриваемом явлении, оказывая влияние на продвижение судебной реформы в России путем уточнения теоретико-содержательной и технико-юридической сторон судебной практики. В диссертации предлагается решение назревших задач совершенствования судебной практики, обосновываются научно-практические предложения и рекомендации.
Научная обоснованность и достоверность проведенного исследования определяются использованием современной научной методологии (общенаучных методов: диалектико-материалистического, исторического, логического, анализа и синтеза, а также частно-научных методов познания: системно-структурного анализа, сравнительного, конкрет-но-социологического, статистического, метода моделирования). В процессе работы над диссертацией автор изучил и обобщил обширную юридическую, историческую, философскую, социологическую литературу, значительный по объему массив нормативно-правовых актов, обстоятельные данные судебной и иной юридической практики. Достоверность и фундаментальность выдвинутых положений подтверждена официальными оппонентами и ведущим учреждением — Российской академией правосудия.
Апробация результатов исследования обеспечена различными формами внедрения. Основные теоретические выводы и положения рассматривались на заседаниях кафедры теории государства и права Саратовской государственной академии права, на которой выполнена диссертация. Основные положения и выводы, практические рекомендации исследования опубликованы автором в трех монографиях, в статьях, в том числе в ведущих научных журналах и изданиях, других публикациях. По диссертационной проблеме автор выступал с докладами и сообщениями в Институте государства и права РАН, на «круглых столах», семинарах, совещаниях и конференциях судей и адвокатов Владимирской области. Отдельные практические предложения автора, связанные с проведением судебной реформы, направлены в Администрацию Президента РФ.
Диссертация А. В. Аверина является единолично выполненным научно-квалификационным трудом, вносящим существенный вклад в развитие общей теории права и государства, имеющим важное социальное значение, в котором на основании проведенных автором исследований разработаны теоретические положения, содержащие решение крупной и актуальной научной проблемы общей теории права, и заложены основы нового научного направления в этой отрасли юриспруденции.
На основе изложенного диссертационный Совет считает, что представленная А. В. Авериным диссертация соответствует ч. 1 п. 8 и п. 9 Положения о порядке присуждения ученых степеней, утвержденного Постановлением Правительства РФ 30 января 2002 года № 74, и ходатайствует перед ВАК о присуждении Аверину Александру Валентиновичу ученой степени доктора юридических наук.
Данное заключение, кроме ВАК, направить для сведения и использования в Администрацию Президента РФ, Верховный Суд РФ, Институт государства и права РАН, Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, Российскую академию правосудия, Саратовский филиал Института государства и права РАН.
Председатель диссертационного совета
доктор юридических наук, профессор Н. И. Матузов
Ученый секретарь диссертационного совета
кандидат юридических наук, доцент В. В. Мамонов
Ч''
АВЕРИН Александр Валентинович
<< | >>
Источник: Аверин А. В.. Истина и судебная достоверность (Постановка проблемы). 2-е изд., доп. — СПб.. Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2007,—466 с.. 2007

Еще по теме ОТЗЫВЫ НЕОФИЦИАЛЬНЫХ ОППОНЕНТОВ НА АВТОРЕФЕРАТ ДИССЕРТАЦИИ:

  1. ОТЗЫВЫ НЕОФИЦИАЛЬНЫХ ОППОНЕНТОВ НА АВТОРЕФЕРАТ ДИССЕРТАЦИИ
- Авторское право России - Аграрное право России - Адвокатура - Административное право России - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс России - Гражданское право России - Договорное право России - Европейское право - Жилищное право России - Земельное право России - Избирательное право России - Инвестиционное право России - Информационное право России - Исполнительное производство России - История государства и права России - Конкурсное право России - Конституционное право России - Корпоративное право России - Медицинское право России - Международное право - Муниципальное право России - Нотариат РФ - Парламентское право России - Право собственности России - Право социального обеспечения России - Правоведение, основы права - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор России - Семейное право России - Социальное право России - Страховое право России - Судебная экспертиза - Таможенное право России - Трудовое право России - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право России - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России - Ювенальное право России -