Тело в центральном проблемном поле антропологии

Снова и снова наличие человеческого тела задает загадки. Хотя тело можно ощущать, но это ощущение доступно сознанию лишь в ограниченной степени. Тело доступно пониманию только в историче­ских и культурных проявлениях32.

Задачей Исторической антрополо­гии является изучение этих проявлений, причем в фокусе находится телесная сторона исследуемых законов и потому возникают новые пер­спективы. Это можно пояснить на примерах миметического обучения как культурного обучения, теории и практики перформативов, на при­мере ритуалов как практик, создающих сообщество, на примере языка, находящегося между всеобщностью и частностью, на примере отноше­ния образа и воображения, а также на примере смерти как Другого жизни.

В Античности процессы подражания и уподобления назывались миметическими. В третьей книге платоновского Государства слово «мимезис» используется как синоним воспитания. То, чему обучается человек, он обучается миметически, следуя образцу. Платон не видит никакой возможности сопротивляться принуждению вести себя миме­тически, то есть уподобляться образцу. Поэтому плохие образцы, по его мнению, должны быть исключены из общества. Аристотель также подчеркивает особый миметический дар человека, связанный со свой­ством человеческого тела. Хотя умаление мимезиса до сферы эстетики, предпринятое Платоном в десятой книге Государства, впервые учре­ждает самостоятельную сферу эстетики, находящуюся вне проблем истины, но оно же одновременно обесценивает эту сферу. Несмотря на возражение Аристотеля, эта заниженная оценка долго тяготела над

пониманием мимезиса. Корректировка произошла только с обнаруже­но нием антропологического значения миметических процессов .

Из этого становится ясно, что человеческое тело образует основу миметического отношения к миру. С помощью миметических про-

Глава 6. Тело как вызов

127

цессов люди вступают во взаимоотношения друг с другом и с окру­жающим миром. В миметических процессах, опирающихся на тело и органы чувств, социальные субъекты заново превращают предше­ствующий им мир в свой мир. Они создают свой собственный мир и одновременно включаются в сообщество. Они соучаствуют в сооб­ществе и придают ему телесную форму. Так же как в мире содер­жатся социальные субъекты, социальные субъекты содержат мир в своих телах. Пластичность человеческого тела исключает чистое под­чинение миру; она скорее позволяет продуктивное оформление тела, при котором главное значение имеет движение. В миметическом дей­ствии рождается практическое знание, сохраняющееся в памяти тела и актуализирующееся в различных ситуациях. В инструментальном использовании тела приобретаются техники тела, которые делают воз­можным планомерное, контролируемое и функциональное применение тела.

В этих процессах происходит обучение использованию жестов, ко­торые относятся к наиболее важным телесным формам представления и выражения. Обретенная в мимезисе способность выразительного же­ста включает в себя институциональные нормы, ценности и отношения власти. С их помощью формируются движения и позиции тела. То же самое верно в отношении приобретения ритуального знания, практи­ческой игровой компетенции, а также всех остальных культурных и социальных сфер, где требуется практическое знание34.

Анализ культурных процессов в отношении их перформативного характера ведет к новым перспективам35. Ощущения, знания, медиа, ритуалы и gender можно понимать как практики перформативов, в которых наслаиваются друг на друга речевые, телесные и эстетические аспекты. Характерным для этих практик является их инсценирование и исполнение. Ощущение понимается как целый ряд связанных друг с другом действий, которые создают историческое, культурное и ме­дийное пространства; при создании этого пространства важно ритми­ческое взаимодействие времени, порядка и движения, воспоминания и ожидания. Знание и наука также имеют перформативную сторону, увязанную с их характером инсценирования и исполнения, в этом вы­ражается хотя и исторически различная, но все же неизбежная клас­сификация науки. Средства коммуникации (медиа) позволяют при­близить удаленное, делают его ощущаемым. Их перформативный ха­рактер сказывается в их использовании, в сочетании материальности и своенравия, а также в установлении связей между различными ме­диа (в интермедиальности). В различных медиа процессы воплощения

128

Проблемное поле Исторической антропологии

или развоплощения выражены с разной силой. Телесность Другого и перформативное обращение с ним играет центральную роль в риту­альной компенсации различий. В зависимости от контекста ритуаль­ные действия развивают исключающие или включающие технологии, в которых дело идет об инсценировании и телесном исполнении вла­сти и инаковости. В формировании гендера инсценированию тела так­же отводится важное место. Гепдер можно понимать как результат воплощения пола, при возникновении которого большую роль игра­ют относительность и историчность. В этих процессах развертывают свое действие практики исполнения власти, образования габитуса и переоценки норм.

Перформативный характер ритуалов и ритуализации играет важ­ную роль в создании, сохранении, изменении и передаче культуры под­растающему поколению36. В отличие от дискурсов их влияние суще­ственным образом связано с телесной стороной. Ритуалы возникают благодаря символически закодированному инсценированию и исполне­нию человеческого тела. Ритуальная аранжировка создает общность участвующих в ритуале, даже если значение ритуала интерпретирует­ся участниками по-разному. Без телесного инсценирования и исполне­ния не возникают ни общность, ни социум. Ритуалы соединяют про­шлое, настоящее и будущее. Как повторения они всегда являются ин­сценировкой и исполнением, в том числе и нового, и открыты для трансформаций в будущем. С их помощью нормы и ценности вписы­ваются в тела участников ритуала. Многие ритуалы маркируют точки особого значения в пространстве и времени; они проводятся на смене времен года или организуют переход от одной общественной позиции или институции к другой. В этом процессе можно различать фазы расставания, перехода и новой интеграции. В ритуале выравниваются различия, учреждается и модифицируете? порядок.

Если ритуал не исполняет свою организаторскую функцию, то грозит вспышка наси­лия. Ритуалы включают весьма различные формы телесного инсцени­рования и исполнения, от литургии, церемонии до праздника. В этих формах важная роль отводится ритуальному производству сакрально­го, в рамках такого производства центральное значение приобретают магия сакрального действия и речи. Кажущаяся естественность ри­туала производит впечатление, что так было всегда и скрывает тем самым инсценированные в ритуале властные отношения. Заложен­ная в ритуале динамика, способствующая изменениям, обычно неоче­видна.

Ритуальная сторона культурного инсценирования и исполнения

Глава 6. Тело как вызов

129

указывает на перформативный характер речи. Если при этом речь идет о каком-то аспекте отношения тела и речи, то принципиальное значение приобретают телесные предпосылки языка37. Способность к языку является врожденной. Ее начало относят ко времени от 100 тыс. до 200 тыс. лет назад, и, вероятно, уже 40 тыс. лет назад она уже довольно хорошо сформировалась. Чтобы способность к языку мог­ла развиться, руки и зрение должны были освободиться от лазанья и перехватывания, а также должно было произойти увеличение моз­га, развитие функциональной асимметрии мозга, образование речевых центров, опущение гортани и развитие голосового аппарата и слуха. Общая способность речи привела не к образованию единого языка, а к развитию разнообразия языков. Хотя способность образовывать вооб­ще слова, синтаксические конструкции и предложения заложена в че­ловеческом теле и передается по наследству, но она не объясняет раз­нообразие слов или грамматических правил отдельного языка. Обуче­ние языку должно происходить вовремя, иначе способность к нему бу­дет утрачена навсегда. Исследования мозга также подтверждают, что необходимы ранние процессы обучения, чтобы выработалась языковая способность. Если же освоение одного языка произошло, то нет ника­ких препятствий для приобретения других языков. Если не использо­вать эту возможность, то обучение языку в преклонном возрасте вряд ли уже возможно. При артикуляции звуков языка человеческое тело и активно действует, и пассивно воспринимает. Звук, произведенный при артикуляции, одновременно слышится ухом. При ощупывании также есть этот опыт двойного переживания. Структурное соответствие меж­ду рукой, занятой орудием труда, и телом, ориентированным на симво­лизацию, играет центральную роль в развитии руки и языка и их вза­имных пересечениях. Язык укоренен в непосредственном движении че­ловеческого тела, в артикуляции голосового аппарата и возникающей из нее последовательности речи, а также в сопровождающей ее артику­ляции мыслей. С помощью этих двух артикуляций слух непосредствен­но связывается с порождающим речь голосом и участвующими в этом мыслями.

Но не только речь, но и воображение тесно связано с телесностью человека. Возможно, что оно коренится в вегетативности человече­ского тела и его можно понимать как проекцию избытка влечений человека38. В любом случае, человек постижим в равной мере и как существо фантазирующее, и как существо говорящее. Так понимает человека Касториади, когда исходит из того, что воображаемое — это постоянно преобразующееся творение образов, при котором происхо-

130

Проблемное поле Исторической антропологии

дит наслоение телесной энергии историко-социальных форм и содер­жаний, благодаря чему возникают коллективные и индивидуальные значения, изменяющиеся в ходе исторического и культурного разви­тия. Воображаемое учреждает в мире представлений человека осмыс­ленные формы и оформленные смыслы; поэтому они приобретают вли­яние на действия человека.

Таким образом, воображаемое творит общий исторический и куль­турный мир, на основе которого формируется сообщество. Эти вооб­ражаемые значения структурируют язык, ценности и действия лю­дей и оказывают влияние на внутреннее строение сообщества и на жизнь социальных субъектов. Воображаемое становится двигателем постоянного самоудостоверения и самоизменения субъекта, а также сообщества. С помощью воображения внешний мир преобразуется во внутренний, а внутренний — во внешний. Воображение делает возмож­ными миметические процессы и ритуальную аранжировку, а также через коллективные образы, значения и ритуальные практики оно де­лает возможным сообщество. Оно способствует восприятию и памяти тела, страстному желанию и пожеланию, мечтам и проекциям и со­здает образы и звуки, запахи и вкусы, а также тактильные ощущения. Воображение и речь, мышление и образы неразрывно связаны друг с другом.

Одна из больших тем воображаемого — смерть, угрожающая че­ловеку, вызывающая страхи и приводящая в ужас; найти подход к смерти пытаются религия и философия, литература и наука39. С точ­ки зрения эволюционного исследования и теорий человеческого ста­новления тело современного человека нельзя было бы понять, если бы не было смерти бесчисленных поколений предчеловека, первобытного человека и раннего человека.

Жизнь и умирание обусловливают друг друга и их можно понять только в их взаимном соотношении. Временность и смертность не только образуют границы человеческого тела; они одновременно яв­ляются условиями, способствующими его развитию. Без смерти не бы­ло бы ни человеческого тела, ни рода, ни жизни индивида. Смерть — это не только угроза индивидуальной жизни, но и жизни сообще­ства, для членов сообщества неизбежен опыт потери и боли, связан­ный со смертью. Поэтому все культуры развивают стратегии обра­щения со смертью. К наиболее важным относятся ритуалы заботы и обслуживания умирающего, а также ритуалы погребения и траура. Здесь в различных культурах и в разные исторические эпохи разви­вались многообразные ритуалы, мифы, образы, помогающие человеку

Глава 6. Тело как вызов

131

не только пережить переход от жизни к смерти, но и оформить этот переход. Как и прежде, смерть остается местом пустоты, беспокоя­щим человека, вызывающим его воображение и его мысль, не остав­ляющим его в покое; о смерти по-прежнему можно сказать: «Смерть обращается к нам тихим голосом, ничего не говоря нам» (Поль Валери).

<< | >>
Источник: Вульф К.. Антропология. История, культура, философия. СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та,2008. - 280 с.. 2008

Еще по теме Тело в центральном проблемном поле антропологии:

  1. ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ
  2. ПРЕДМЕТ, ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ И ФУНКЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ
  3. ГНОСЕОЛОГИЯ: ИСХОДНЫЕ ПРИНЦИПЫ И ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ
  4. ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ И ЗАДАЧИ ФИЛОСОФИИ ТЕХНИКИ
  5. Проблемное поле исследований и методология "описательной психологии"
  6. ФИЛОСОФИЯ ИСТОРИИ: ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ И ОСНОВНЫЕ МОДЕЛИ
  7. Проблемное поле философии музыки The problem sphere of music philosophy
  8. Вопрос 1.Проблемное поле дифференциальной диагностики нарушений психофизического развития детей.
  9. Когнитивная наука и проблемное поле философии образования The cognitive science and the problem field of philosophy of education
  10. §1. ФИЛОСОФИЯ КАК СТРЕМЛЕНИЕ К МУДРОСТИ. ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ ФИЛОСОФИИ
  11. ПОНЯТИЕ ПРИРОДЫ. ФИЛОСОФИЯ ПРИРОДЫ И ЕЕ ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ
  12. Теорема 20 Если тело А встречает тело В и увлекает его за собой, то А потеряет столько движения, сколько В при этой встрече получит от А.
  13. Теорема 17. Если тело человеческое приведено в состояние, заключающее в себе природу какого-либо внешнего тела, то душа человеческая будет смотреть на это внешнее тело, как на действительно (актуально) существующее или находящееся налицо до тех пор, пока тело не подвергнется действию, исключающему существование или наличность означенного тела.
  14. Постанова Всеукраїнського Центрального Виконавчого Комітету про перетворення центральних установ (20 вересня 1923 p.)