Карл V и Франциск I

Каждый из них начал свое правление с доставшейся ему в наследство, внушающей страх программы; и тот и другой вскоре оказываются в финансовом отношении или на краю пропасти (Карл) или в нужде, вызванной собственным или чужим легкомыслием (Франциск).

Оба находились vis-a-vis с плохо оплачиваемыми солдатами, которые были в состоянии ухватиться за первый попавший им в руки залог, даже если таким залогом оказывался сам полководец (в свое время не получившие жалованье швейцарцы Карла V были готовы после битвы при Форонуово схватить его и отправить в Швейцарию.) И цели войны, и политика постоянно оказываются жертвами связанных с этим помех.

К установлению мировой монархии Карла явно побуждало то обстоятельство, что его рассеянная по большой территории и во многих местах уязвимая власть заставляла вновь и вновь враждовать с Францией — возможным или действительным центром складывавшихся малых политических сил. Эти малые силы отчасти действительно находятся под угрозой, частью же считают себя находящимися под ней. Франциск представляет собой некий центр, а Карл — периферию.

Карл и Франциск должны были создавать видимость того, будто они хотят защитить церковь, сами же втайне были исполнены мыслей о секуляризации, которые в какой-то мере изгонялись из их сознания лишь ценой чрезвычайных парциальных уступок со стороны клира и папы.

Современное им государство всегда находилось в их руках, и поэтому для каждого грабежа находились свои разумные государственные соображения.

Будущее формирование Франции как национального государства определялось в то время ее антагонизмом с габсбургской Испанией, а раньше — с Англией. Впоследствии действие этого правила ограничилось только коротким периодом существования Лиги. Чрезвычайная внутренняя однородность и всесилие королевской власти со временем превратились в знамя французской государственности.

60.