<<
>>

§ 2. «Определения» — лексикографический итог всей философии Платона

  1. Общая характеристика. Среди неподлинных сочинений Платона есть одно, обладающее большой историко-философской значимостью, о котором можно одновременно сказать и что оно совершенно неподлинно, и что оно очень близко самому Платону.
Безусловная неподлинность этого сочинения явствует уже из одного того, что это есть словарь платоновских терминов, в то время как ни Платон, ни его философско-литературное окружение не могли ставить себе такие абстрактно- научные задачи.
С другой стороны, надо помнить, что подобного рода лексикография началась уже с Аристотеля, который в V книге своей «Метафизики» дает не что иное, как именно анализ терминологии тогдашней философии. Но исевдоплатоновские «Определения» составлены отнюдь не в стиле лексикографии Аристотеля. Эта последняя представлена в нарочито дифференцированно- понятийном виде, в то время как «Определения» дают анализ каждого термина скорее в глобальном виде или с точки зрения его семантики. Сейчас мы увидим, что высокая историко-философская ценность «Определений» от этого не страдает. Однако сделаем сначала общее введение к этому трактату.
В «Определениях» предпринята попытка дать сжатую формулировку 186 понятиям, охватывающим разные стороны человеческой мысли и жизни. Все определения можно приблизительно разделить по темам, связанным с бытием космоса, божеством, вечностью, временем, судьбой. Главным понятием оказывается «душа» с ее потенциями и ощущениями (зрение, слух и т. д.), определяются также составные части добродетели (разум, справедливость, рассудительность, мужество и др.), многочисленные свойства человеческого характера (кротость, скромность, порядочность и т.д.), нравы, взаимоотношения людей (дружба, единомыслие, любовные влечения и др.), их общественные, государственные, семейные, религиозные обязанности и, наконец, такие важные понятия, как мнение и ощущение, знание, мудрость и философия. Все эти определения никакому формальному разделению не поддаются (и не перечисляются, как это бывало часто, например, в сборниках сентенций, в алфавитном порядке).
Однако бессистемность определений исчезает, если принять во внимание контекст произведений Платона. Вполне твердо можно сказать: в «Определениях» сформулированы те понятия, которыми оперирует Платон в своих диалогах. Вся проблематика Платона и его школы находит в «Определениях» законченное выражение, и с точки зрения соответствия развитию диалогических тем и мотивов представленные здесь понятия вполне поддаются упорядочению, обретая своеобразную систематичность, и свидетельствуют о достаточно продуманной логике мысли автора.
Каждое из определений, выходя за рамки автономности, как бы обрастает идейно-художественной плотью, составляя зерно разных типов диалектической беседы главного платоновского героя — Сократа. Перед нами обобщение тех понятий, к точной дефиниции которых стремится приобщиться Сократ в спорах с софистами, и споры эти иной раз так и не находят окончательного завершения и разрешения. Автор платоновской школы пытается в «Определениях» прийти к неоспоримым формулам понятий, вызывавших некогда в диалогах Платона бесчисленные словесные прения и потоки красноречия их участников.
Сделаем теперь несколько конкретных замечаний относительно отдельных терминов, которые рассматриваются в «Определениях», и попробуем наметить их историко-философское значение.
Картина здесь получается до чрезвычайности пестрая.
2. Определения малоценные. Этот раздел поясняемых терминов чрезвычайно обширен.
Прежде всего бросаются в глаза определения, которые вовсе не являются определениями или вообще ничего не говорят. Если «прекрасное» определяется как «благо» (414 е) без всяких дальнейших подробностей, то, очевидно, это не есть определение, поскольку «благо» тоже требует для себя определения, и оно, заметим, в дальнейшем дается. Таково же определение «дара» как обмена любезностью (414 а) или «своевременности» как использования удобного момента (413 с) и «благоприятного времени» как момента, удобного для принесения пользы (416 а). Ничего не говорит и определение «мудрого» как украшения души (414 е), или «неистовства» как губительного состояния (416 а).
Далее, имеется большое число определений, построенных по принципу тавтологии, или по типу логической ошибки idem per idem, когда дается только внешнее, описательное разъяснение термина, основанное на более или менее случайных признаках. «Вечное» — то, что существует во все времена (411 а). «Беспечальность» — способность не впадать в печаль (412 с). «Единомыслие» — одинаковое отношение ко всему сущему (413 Ь). «Единодушие» — единство мнений (413 е). «Нужда» — недостаток благ (416 а). Таковы же «погрешность», «зависть», «болтливость», «надежда», «невольное», «обучение», «воспитание», «внушение», «помощь», «кара», «спасать» (416 а).
Таковы же определения из области личной жизні) в физиологическом, психологическом и социальном аспектах: «старость», «дыхание», «зрение» (411 с), «изобретательность» (413 а), «осторожность», «внимание», «одаренность», «понятливость» (413 d), «хорошее настроение», «усердие» (413 е), «предусмотрительность», «память» (414 а), «опытность» (414 с), «тревога» (415 d), «невосприимчивость», «страх», «потрясение» (415 е).
Среди терминов из области нравственности различаются термины положительного характера: «отвага», «трудолюбие» (412 с), «бескорыстие», «кротость» (412 d), «проницательность» (412 е), «бесстрастие», «миролюбие» (413 а), «доброжелательство», «выбор» (413 d), «правдивость» (413 с), «милость» (413 е), «полезное», «выгодное» (414 е), «воздержный», «владеющий собою», «порядочный человек» (415 d), «стыд» (416 а) — и термины отрицательного характера: «лесть», «злоба», «дерзость» (415 е), «отсутствие самообладания», «вялость», «трусость», «хвастовство», «бесстыдство», «наглость», «честолюбие», «дурные задатки» (416 а), куда в известном смысле может относиться и «пренебрежение к философии» (415 е).
Таковы же некоторые из терминов, обозначающие более специальные взаимоотношения между людьми: «родство» (413 Ь), «товарищество» (413 с), «вклад, внесенный на хранение» (415 d); среди них — термины юридического и военного характера: «правый суд» (413 d), «законность», «почесть» (413 е), «победоносность» (414 а), «законное» (414 е), «законодатель» (415 Ь), «государственный муж», «гражданская добродетель», «воинское искусство», «военный союз» (415 с), «деспотия» (415 е), «клевета», «несправедливость» (416 а). К этому же типу относятся и термины из рели- гиозной жизни: «предвидение», «искусство прорицания» (414 Ь), «бессмертие» (415 а), «празднество» (415 а), «жертвоприношение», «молитва» (415 Ь) — и из области астрономии, например: «день», «заря», «полдень», «ночь» (411 Ь).
Имеется ряд очень слабых определений, которые удивляют случайностью привлекаемых признаков: «ка- локагатия» (412 е), «легкомыслие» (413 а), «совещание», «благовременье» (414 а) и др. Некоторые из такого рода определений звучат, кроме того, и весьма банально: «человеколюбие» (412 е), «свобода от страха» (413 а), «сообразительность» (414 а), «свидетельство» (414 е).
С известной точки зрения вообще все приведенные сейчас определения имеют банальный и обывательский характер.
Совсем другого тина те определения, в которых можно усмотреть реальную сущность предмета, хотя покамест еще достаточно одностороннюю.
3. Определения не очень понятные. Переходя к тем определениям, в которых можно видеть более основательный логический метод, необходимо отметить сначала такие определения, которые только внешне построены логично, а на самом деле покамест еще просто лишены понятности или содержат в себе противоречие. Если термин «мышление» определяется как «принцип науки» (414 а), то здесь не известно еще ни что такое «принцип» (агсЬё), ни что такое «наука», или «знание» (episteme). Если в термине «знание» сначала устанавливается независимость знания от логоса (причем, как это понимать, неизвестно), то потом утверждается, что знание есть все-таки логос, а именно истинный логос, закрепленный в разуме (414 с). Тут не понятно ни то, что такое логос, ни то, что такое истинный логос, ни то, что такое дианойя (что нужно опять-таки переводить либо как «разум», либо как «рассуждение»), при помощи которой осуществляется истинный логос. Все это определение из-за непонятности и сбивчивости его основных признаков вообще очень трудно считать определением. Совершенно непонятны определения терминов «величие» (412 е), «дружеское расположение» (413 Ь). В «небе» вопреки всей античности и Платону, оказывается, нет воздуха (411 с), так что воздух выше самого неба. Что же касается «воздуха», то он определяется как естественное передвижение по пространству (411 с), т.е. воздух здесь оказывается уже внутри неба.
Последующие определения более удачны.
  1. Односторонние определения. «Благо» определяется как то, что существует ради него самого (413 а), «благородство» — как возвышенный нрав (413 Ь), «священная чистота» — как воздержание от погрешений в отношении богов (414 ab); все такого рода определения не тавтологичны и не банальны и не непонятны, но только односторонни. Таковы же определения терминов: «здравомыслие» (414 а), «свободное», «благочестие» (415 а), «власть», «правление» (415 Ь), «софист» (415 с), «хороший человек» (415 d).
  2. Определения с правильным перечислением признаков, но без их сведения воедино. В термине «бог» правильно указываются те признаки, которые и у Платона, и во всей античности считались необходимыми, но не дается сведения таких признаков в одно целое: вечность, самодовление в блаженстве, порождение блага, бессмертие (411 а). В термине «становление» правильно указываются признаки «движения к бытию» и оттенки этого движения, но не указывается непрерывность (411 а). В определении термина «самодовление» также нет сведения определяющих признаков (412 Ь). Интересно, что термин «благо» встречается в трактате два раза. Одно употребление этого термина мы сейчас только что указали как одностороннее. Но в другом случае (414 е) «благо» определяется гораздо шире — и как причина существующего, и как его цель, и как его самодовление. Эти правильные, с точки зрения Платона, признаки не сведены воедино в некую целостность. К этой же группе определений относятся термины: «время» (411 а), «справедливость» (411 d), «хладнокровие» (412 Ь), «свобода», «скромность» (412 d), «порядочность» (412 е), «слог» (414 d), «произвольное» (415 а), «потенция» (416 а).
  3. Определения с правильным перечислением признаков с их сведением воедино. К этой группе можно было бы отнести такие термины, как «судьба» (411 Ь), в определении которой не без тавтологии основное значение указывается точно — «путь от неведомого к неведомому». В термине «дружба» (413 ab) устанавливается несколько признаков, но один из них трактуется как более общий — единомыслие относительно образа жизни. Сюда же можно отнести и термины: «солнце» (411 ab), «выдержка» (412 b), «блаженство» (412 de). Так, например, «солнце» определяется признаками, которые легко сводятся воедино: это — одушевленное вечное огненное существо, всюду и всеми видимое.
  4. Точные определения через род и видовой признак, но без подробностей. Эта группа определений в основном является не чем иным, как аристотелизмом, хотя отдельные черты таких определений, несомненно, на- личны и у Платона. Уже термин «определение» (414 d) так прямо и говорит о роде и видовом признаке. Таковы и «доказательство» (414 е), «умеренность», «мера» (415 а). В известном смысле сюда можно относить и термин «основоположение» (415 Ь). Весьма близкими к установлению логического смысла являются также определения терминов «имя», «речение» (414 d), «звуковой элемент» (414 е). В этих трех терминах родовым понятием является членораздельный звук, а видовым признаком — наличие осмысления.

Если к объективной области бытия относятся «потенция», «элемент» (411 с) и «порядок» (413 d), то в разбираемой группе определений довольно много терминов, относящихся и к субъективной человеческой жизни. Таковы «душа» (411с), «терпеливость» (412 с), «великодушие» (412 е), «благомыслие» (413 с), «вера», «воля» (413 с), «мнение», «ощущение» (414 с), «человек» (415 а).
Общественно-политическая деятельность человека тоже не осталась без внимания в анализируемой нами сейчас терминологии: «искусство государственного правления» (413 Ь), «совет» (413 с), «государство» (413 е), «награда» (415 а), «закон» (415 Ь).
  1. Точные определения через род и вид, но с подробностями. Необходимо сказать, что к этой группе определений относятся определения не только логически точные, но и имеющие разного рода весьма ценные подробности. Из всех групп определений эту группу необходимо считать наиболее совершенной.

Сюда мы бы отнесли скорее такие термины, как «разумность» (411 d), «рассудительность» (411 е) и «мудрость» (414 Ь). С античной точки зрения и с точки зрения Платона, мудрость действительно есть прежде всего беспредпосылочное умозрительное знание вечных предметов, направленное также и к разумному осмыслению всего существующего. Правда, здесь не очень понятен момент беспредпосылочности, отнесенный у самого
Платона («Государство» VI 510 Ь) к той первой ипостаси, которая «запредельна сущности» (там же, VI 509 Ь), т. е., надо полагать, выше и самой мудрости. «Рассудительность» (софросина) действительно есть уравновешенная и гармоническая слаженность естественных побуждений человеческой души, обладающая характером самодовления. «Разумность» определяется так же, как и «мудрость», но с добавлением признака жизненной практики. В двух последних определениях нужно считать очень ценными указанные здесь более подробные признаки. Отметим, что наряду с такими весьма ценными имеются определения (например, определение терминов «мышление» и «знание»), которые дают весьма неясную и противоречивую картину.
В этой группе мы находим и ряд терминов нравственного характера: «добродетель» (411 d), «справедливость» (411 de) и «мужество» (412 ab). Здесь мы обратили бы особое внимание на термин «справедливость», в определении которого подчеркивается ярко выраженный у Платона момент гармонии всех добродетелей.
В виде достойного завершения этой наиболее ценной группы определений появляется термин «философия» (414 Ь). В качестве ее основного признака выставляется стремление человеческой души к самодовлеющей истине при помощи ее разумного устроения.
<< | >>
Источник: А. Ф. ЛОСЕВ. ПЛАТОН. Диалоги. «Мысль » Москва —1986. 1986

Еще по теме § 2. «Определения» — лексикографический итог всей философии Платона:

  1. § 2. «Определения» — лексикографический итог всей философии Платона