<<
>>

ПИР УЧЕНИЕ О ПРЕДЕЛЕ

«Пир» и «Федр» Платона настолько полны всякого литературного, риторического, художественного, философского (и, в частности, логического) содержания, что более или менее полный анализ этих диалогов требует целого большого исследования.
В связи с характером настоящего издания мы сможем коснуться только философской стороны этих диалогов, и притом по преимуществу логических конструкций. Общее мнение всех исследователей относительно хронологии этих диалогов сводится к тому, что здесь перед нами выступает зрелый Платон, совершивший уже свою первую сицилийскую поездку, т. е. диалоги относятся приблизительно к середине 80-х годов IV в., когда Платону уже за 40 лет. Эта зрелость сказывается и на логических методах обоих диалогов. Платон, вообще говоря, с большой неохотой пускался в чисто абстрактную логику. Эта последняя всегда таится у него под густым покровом мифолого-поэтических и символических образов. Но, задавая себе вопрос, в чем же заключается основная логическая конструкция «Пира», и стараясь извлечь ее из богатейшей художественной ткани диалога, мы, кажется, не ошибемся, если обратим главное евое внимание на изображаемое здесь восхождение от материального мира к идеальному.
То, что Платон уже давно выдвинул понятие идеи (или эйдоса),— это мы знаем по предыдущим диалогам. Однако в самом содержательном из них — «Федоне», если подойти к нему со всей логической строгостью,. Платон в конце концов все еще ограничивается почти только указанием на самый принцип необходимости признать для всякой вещи (в том числе для души и жизни) также и ее идею. Но для характеристики души и жизни, а особенно для учения о бессмертии души, этого было, как мы видели, маловато. Ведь и всякая ничтожная и существующая лишь в течение незначительного времени вещь тоже имеет свою идею, тем не менее такие вещи временны и уничтожить их ничего не стоит. На стадии даже «Федона» Платон далеко еще не использовал всех логических возможностей, которые возникают у философа после того, как он различил вещь и идею вещи.
Что касается «Пира», то Платон использует здесь по крайней мере одну очень важную возможность, а именно толкует идею вещи как предел ее становления. Понятие предела хорошо известно не только нашим теперешним математикам. Оно хорошо было знакомо и Платону. Он знал, что известная последовательность величин, возрастающая по определенному закону, может быть продолжена в бесконечность и может как угодно близко подходить к основному пределу, тем не менее никогда его не достигая. Вот это толкование идеи вещи как ее бесконечного предела и составляет философско-логиче- ское содержание «Пира».
Что такая позиция гораздо богаче «Федона», это совершенно ясно. И что Платон своим «Пиром» сделал значительный вклад в историю логики, в этом не может быть никакого сомнения. Но, будучи поэтом и мифологом, будучи ритором и драматургом, Платон облек это вечное стремление вещи к ее пределу в то, что из всех бытовых областей больше всего отличается бесконечным стремлением, и стремлением максимально напряженным, а именно отнес его к области любовных отношений: любовь ведь тоже есть вечное стремление и тоже всегда имеет определенную цель, хотя и достигает ее весьма редко и ненадолго.

Попробуем представить себе в ясной форме композиционную структуру «Пира», так, чтобы отдать должное и художественно-мифологическому творчеству Платона, и кроющейся здесь весьма интенсивной логике предела.
КОМПОЗИЦИЯ ДИАЛОГА
В отличие от прочих произведений Платона композиция «Пира» весьма легко поддается анализу ввиду того, что между небольшим вступлением и таким же заключением в нем содержится семь речей на одну и ту же тему.
I. Вступление (172а — 178а)
          1. Встреча некоего Аполлодора из Фалера с неким Главконом (не тем, который изображен в «Государстве» в качестве брата Платона), просьба последнего рассказать о пире в доме Агафона и согласие Аполлодора сделать это, со слов некоего Аристодема из Кидафин, лично присутствовавшего на этом пире (172а — 173е).
          2. Рассказ Аристодема об обстоятельствах, предшествовавших пиру: встреча Аристодема с Сократом, приглашение его этим последним на пир, опоздание Сократа на пир (Сократ, как известно, часто прерывал разговор ради молчаливого раздумья), любезная встреча Аристодема в доме Агафона и предложение Павсания не просто заниматься пиршеством, но каждому из его главных участников произнести похвальную речь Эроту (Эросу), богу любви (174а — 178а).

II. Речь Федра (178а - 180ЬЬ
Древнейшее происхождение Эрота (178Ьс); величайший моральный авторитет и ни с чем не сравнимая жизненная сила бога любви (178с — 179Ь): «любящий божественнее любимого, потому что вдохновлен богом», а любимый благороден своей преданностью любящему (179с - 180Ь).
III. Речь Павсания (180с— 185с)
Так как ничто само по себе ни прекрасно, ни безобразно (181а, 183d), то критерием прекрасного Эрота служит происхождение его от, Афродиты Небесной в отличие от вульгарного Эрота, сына Афродиты Пошлой (180d). Небесная любовь есть любовь к мужчине, который прекраснее, умнее женщины (181cd), т. е. достойная и благородная любовь к юноше (181е — 182а). Влюбленному все позволено (182d — 183с), но только в сфере души и ума, бескорыстно, ради мудрости и совершенства, а не ради тела (183е — 185с).
            1. Речь Эриксимаха (185е — 188е)

После эпизода с икотой Аристофана (185с — е) Эриксимах говорит о наличии Эрота не только в человеке, но и во всей природе, во всем бытии (185е — 186d). Разделение двух Эротов должно подчиняться необходимости для них быть в постоянной взаимздей гармонии, и это касается не только медицины (186е), но и гимнастики и музыки (187а — е). Благодетельность двух Эротов возможна только при условии их гармонии также и в смысле правильного чередования времени года и полезного для человека состояния атмосферы (188ab). Наконец, жертвоприношения и гадания тоже являются актами любовно-гармонического единения людей и богов (188с — е).
            1. Речь Аристофана (189с — 193d)

После шутливого пререкания с Эрикеимахом (189ab) Аристофан сочиняет миф о первобытном существовании людей одновременно в виде мужчин и женщин, или в виде андрогинов (189d — 190b). Поскольку люди в этом виде были очень сильны и злоумышляли против Зевса, последний рассекает каждого андрогина на две половины, разбрасывает их по всему миру и заставляет их вечно искать друг друга для восстановления их прежней полноты и могущества (190с — 192е). Поэтому Эрот есть стремление рассеченных человеческих половин одна к другой ради восстановления целостности, что, однако, возможно при условии почитания богов, которые в случае нашего нечестия могут рассечь нас на еще более мелкие части (193а — d).
VI. Речь Агафона (194е — 197е)
После небольшой интермедии (193е — 194d) Агафон в отличие от предыдущих ораторов перечисляет отдельные существенные свойства Э-рота: красоту, вечную молодость, нежность, гибкость тела (195а — 196а), совершенство, непризнание им никакого насилия, справедливость, рассудительность и храбрость (196b — d), мудрость как в муси- ческих искусствах (196de), так и в порождении всего живого (197а), во всех искусствах и ремеслах (197ab) и в упорядочении всех дел богов (197Ь). Перечисляются и разные другие прекрасные и совершенные свойства Эрота (197с — е).
VII. Речь Сократа (199с — 212с)
              1. Пролог речи (199с — 201с). Поскольку всякое стремление есть стремление к чему-нибудь, чем не обладаешь, а Эрот есть стремление к красоте и благу, то Эрот сам по себе еще не есть красота или благо.
              2. Срединная природа Эрота как сына небесного Пороса — Богатства и земной Пении — Бедности (201d — 204d).

- 3. Вытекающая отсюда цель Эрота: овладение благом, но не каким-нибудь отдельным, а всяким благом и вечное обладание им (204d - 206а).
                1. А так как вечностью нельзя овладеть сразу, то люди овладевают ею постепенно, т. е. зачиная и порождая вместо себя другое. Значит, Эрот есть любовь к вечному порождению в красоте ради бессмертия, к порождению как телесному, так и духовному (206Ь — 207а), включая любовь к поэтическому творчеству и общественно-государственному законодательству (207Ь — 209е).
                2. Учение об эротической иерархии: от одного прекрасного тела ко всем прекрасным телам, отсюда — к прекрасным душам, от душ — к наукам и от отдельных наук — к пределу всех наук, к идее прекрасного, которая уже не подвержена никаким изменениям, но существует вечно и неизменно (210а — 212а).
                3. Заключение. О необходимости почитать Эрота (212Ьс).

VIII. Речь Алкивиада (215а — 222Ь)
Инцидент с Алкивиадом, который ворвался на пир Агафона в пьяном виде и в окружении буйной ватаги (212d — 215а).
                  1. Сравнение Сократа с силенами и сатиром Марсием (215Ь). Сократ пользуется для завораживания слушателей не флейтой, а речами, заставляя жить людей по-новому и стыдиться своих неблаговидных поступков (215с — 216с).
                  2. Характеристика иронии Сократа не только в его речах, но и в его личных отношениях с Алкивиадом (216d — 219е).
                  3. Небывалая физическая выносливость Сократа и его героическое поведение на войне (219е — 221с).
                  4. Заключение. О ни с чем не сравнимой индивидуальности Сократа и снова о его иронии (221с — 222Ь).

IX. Заключительная сцена (222с — 223d)
<< | >>
Источник: А. Ф. ЛОСЕВ. Платон. Собрание сочинений в 4 т. Т. 2/Общ. ред. А. Ф. Лосева, В. Ф. Асмуса, А. А. Тахо-Годи; Примеч. А. Ф. Лосева и А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч.— М.: Мысль,1993.— 528 c.. 1993

Еще по теме ПИР УЧЕНИЕ О ПРЕДЕЛЕ:

  1. Статья 224. Содержание определения
  2. 3.1. Команды получения распределений и описательных статистик3.1.1. FREQUENCIES - получение одномерных распределений переменных
  3. Упражнение IV В вопросе о достоверности книг, приписываемых Аристотелю, и его учения царит полнейшая неопределенность 1. Неизвестно, сохранилась ли хоть одна подлинная книга Аристотеля; эта недостоверность — следствие сомнений, царящих среди его последователей  
  4. ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ УЧЕНОГО
  5. § 123. Крайности реформатства в учении об оправдании и спасении: отрицание всеобщности благодати, учение о безусловном предопределении и благодати непреодолимой.
  6. 10. Неопределенность и высшая категория «нечто» (то ті)
  7. УЧЕНЫЕ
  8. 6. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ,   НЕПОСРЕДСТВЕННО   НАПРАВЛЕННЫХ НА  СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ  РАСПРЕДЕЛЕНИЕ
  9. § 3. Пределы (границы) осуществления субъективных гражданских прав
  10. Глава IИСТОРИЧЕСКИЙ ОБЗОР УЧЕНИЙ О ДЕЙСТВИИ УГОЛОВНЫХ ЗАКОНОВ В ПРОСТРАНСТВЕ
  11. Возникновение ислама как религии, провозгласившей «знание» в качестве компонента веры. Мировоззренческие проблемы в Коране: учение о происхождении человека, концепция предопределения и свободы воли. Концепция знания в исламе.
  12. Условия и причины возникновения калама – рационалистической (спекулятивной) теологии. Учение мутазилитов о единобожии. Мутазилитская концепция свободы воли. Ее отношение к аналогичной коранической концепции. Рационализм у мутазилитов.
  13. Б. Спиноза: учение о субстанции
  14. III.2.1. Первый (ионийский) этап в древнегреческой натурфилософии. Учение о первоначалах мира. Миропонимание пифагореизма
  15. Учение об атрибутах