11. В каком смысле можно сказать, что оно не отличается от заключенного в нем тела 

353

12 Р. Декарт, т. 1

Мы легко поймем, что одно и то же протяжение состав&ляет природу как тела, так и пространства и что тело и про&странство друг от друга разнятся не больше, чем природа вида или рода разнится от природы индивидуума, если для того, чтобы лучше разобрать, какова наша истинная идея о теле, мы обратимся к примеру камня и удалим из его идеи все то, что, как мы знаем, не принадлежит к приро&де тела.

камень раздробить в порошок, он лишается твердости, не переставая, однако, вследствие этого быть телом; удалим и цвет, так как мы часто видим камни настолько прозрач&ные, что цвет в них как бы вовсе отсутствует; удалим, да&лее, тяжесть, потому что хотя огонь исключительно легок, тем не менее и он является телом; наконец, удалим холод и теплоту и все прочие качества подобного рода, так как мы не считаем их присущими камню и не думаем, будто камень изменяет свою природу оттого, что представляется нам то теплым, то холодным. Рассматривая таким образом этот камень, мы обнаружим, что истинная идея, какую мы о нем имеем, состоит единственно в том, что мы отчетливо видим в нем субстанцию, протяженную в длину, ширину и глубину; то же самое содержится и в нашей идее про&странства, причем не только пространства, заполненного телами, но и пространства, которое именуется пустым.

12. И в каком смысле оно отличается

Однако здесь существует различие в способе нашего понимания, ибо, если камень удален из пространства, или из того места, где он находится, то мы считаем, что удалено и протяжение этого камня, так как мы полагаем, что одно неотделимо от другого; однако протяжение места, в кото&ром находился камень, мы считаем пребывающим без из&менения, хотя бы место камня уже было занято деревом, водой или воздухом и т. д. или даже казалось пустым, пото&му что протяжение мы рассматриваем здесь вообще и счи&таем одним и тем же для камня, дерева, воды, воздуха и всех иных тел и даже для пустоты, если она существует, лишь бы протяжение имело ту же величину и фигуру, что и ранее, и сохраняло прежнее положение по отношению к внешним телам, определяющим данное пространство.

13.

Причина этому та, что сами названия «место» и «про&странство» не обозначают ничего действительно отличного от тела, про которое говорят, что оно «занимает место»; ими обозначаются лишь его величина, фигура и положение среди других тел. Чтобы определить это положение, мы должны заметить некоторые другие тела, которые считаем неподвижными; но так как мы замечаем различные тела, то можем сказать, что одна и та же вещь в одно и то же время и меняет место, и не меняет его. Так, когда корабль уносит- ся ветром в море, то сидящий на корме остается на одном месте, если имеются в виду части корабля, по отношению к которым сидящий сохраняет одно и то же положение; однако он все время изменяет место, если иметь в виду бе&рега, ибо, удаляясь от одних берегов, он приближается к другим. Если же мы учтем, что Земля вращается вокруг своей оси и совершает с запада на восток такой же путь, какой за то же время корабль совершает с востока на за&пад, то мы опять-таки скажем, что сидящий на корме не из&менил своего места, ибо в данном случае место определяет&ся по каким-либо неподвижным точкам, которые мы пред&полагаем на небе. Если, наконец, мы подумаем о том, что в универсуме нет действительно неподвижных точек (в дальнейшем мы увидим, что это доказуемо), то отсюда заключим, что ни для какой вещи в мире нет твердого и постоянного места, помимо того, которое определяется на&шим мышлением.

14. Какое различие существует между местом и пространством

Однако «место» и «пространство» различаются по наз&ванию, ибо «место» точнее обозначает положение тела, не&жели его величину и фигуру, тогда как, напротив, мы ду&маем скорее о последних, когда говорим о «пространстве». Мы часто говорим, что одна вещь заняла место другой, хотя бы она и не была совершенно такой же величины и фигуры; но мы не разумеем тем самым, что она занимает одинаковое с первой вещью пространство; и когда изменяется положе&ние, мы говорим, что изменилось и место, хотя бы сохра&нилась та же величина и фигура.

15. Каким образом окружающая тело поверхность

может рассматриваться как его внешнее место

Итак, мы никогда не делаем различия между простран&ством и протяжением в длину, ширину и глубину. Но мы иногда рассматриваем их как нечто присущее вещи, кото&рая занимает место, иногда — как внешнее для нее. Внут- реннее место ничем не разнится от пространства, внешнее же мы иногда понимаем как поверхность, непосредственно окружающую предмет, который занимает место (следует заметить, что под поверхностью я разумею здесь не какую- либо часть окружающего тела, но лишь границу между окружающим телом и тем, которое окружено; такая гра&ница — не что иное, как модус), или как поверхность, рас&сматриваемую вообще, которая не является частью ни того, ни другого из тел, но всегда мыслится одной и той же, по&скольку она сохраняет одну и ту же величину и фигуру. Ибо, хотя мы и видим, что тело, окружающее другое тело, изменяется вместе со своей поверхностью, тем не менее мы не говорим, что окруженная своей поверхностью вещь из&менила свое место, если она сохраняет то же положение по отношению к другим телам, которые мы рассматриваем как неподвижные. Так, если судно с одной стороны уносит&ся течением реки, а с другой — отгоняется ветром с такой силой, что оно не меняет своего положения относительно берегов, то мы говорим, что оно остается на том же месте, хотя бы вся окружающая его поверхность непрестанно из&менялась.

16. О том, что не может быть никакой пустоты в том смысле, в каком понимают это слово философы

Что касается пустого пространства в том смысле, в ка&ком философы понимают это слово, т. е. такого простран&ства, где нет никакой субстанции, то очевидно, что в уни&версуме нет пространства, которое было бы таковым, пото&му что протяжение пространства или внутреннего места не отличается от протяжения тела. А так как из одного то&го, что тело протяженно в длину, ширину и глубину, мы правильно заключаем, что оно — субстанция (ибо мы по&нимаем, что невозможно, чтобы «ничто» обладало каким- либо протяжением), то и относительно пространства, пред&полагаемого пустым, должно заключать то же, а именно что раз в нем есть протяжение, то с необходимостью в нем также должна быть и субстанция.