2.1. Культура как феномен

а. Мы рассматриваем некий круг (целостность) явлений, за которым

издавна — и в массовом сознании, и в науке — закрепилось понятие

“культура”. Это — своеобразная целостность произведений искусства,

философии, теоретической мысли, запечатленных, общезначимых событий

нравственной или религиозной жизни.

б.

культуры, когда она внутренне адресована всем (как сигнал SOS, как

бутылка с запиской, брошенная в океан). Культура — не отложения

бывшего, а послания будущему. Это моя жизнь, мой духовный мир,

отделенный от меня, транслированный в произведение и могущий

существовать (больше того, ориентированный на то, чтобы существовать)

после моей физической смерти (соответственно, после “физической

смерти” данной цивилизации) в ином мире, в живой жизни людей

последующих эпох и иных устремлений. Это производящее произведение

(forma formans). Отвечая на вопрос «что есть культура?», мы всегда — до

конца сознавая это или нет — отвечаем на другой вопрос: «В какой форме

могут существовать (и развивать себя) мой дух, плоть, общение, насущная

(в моей жизни) жизнь близких людей после моей (моей цивилизации)

гибели?» Ответ — в форме культуры.

в. Пограничность. Культура не только понимается, но и возникает

(как культура) в попытках ответить (и самому себе, своими деяниями и

творениями) на вопрос о рукотворных формах “потустороннего бытия”,

бытия в других мирах, в иных, отстраненных, остраненных, заранее

воображенных культурах. Каждая культура есть некий “двуликий Янус”. Ее

598

лицо столь же напряженно обращено к иной (возможной культуре, к своему бытию в иных мирах, сколь и внутрь, вглубь себя, в стремлении раскрыть и восполнить свое бытие, будто заранее отвечая иным смыслам. В этом — двояком — смысле культура существенно погранична, она не то, что “внутри” (эпохи, цивилизации), а то, что на границе с другой культурой.

г. Горизонт личности. В культуре возникает решающее, заторможенное и замкнутое во плоти произведений несовпадение автора (индивида) с самим собой. Все мое сознание преображается этой обращенностью “извне” — “в меня” моего другого Я, моего насущного слушателя (читателя, зрителя), отдаленного (во всяком случае, по замыслу) в вечность. Это несовпадение, эта возможность видеть “со стороны” мое собственное бытие, как бы уже завершенное и отдаленное от меня в произведении, — это и есть изначальное основание идеи личности. Личность — та перспектива индивида, где скрещиваются разные смысловые горизонты, источник возможности перерешить свою, уже предопределенную “бытием” — общественным (традиции, нормы, законы — среда) или индивидуальным (привычки, характер, психология) — судьбу. Итак, индивид в горизонте культуры — это индивид в горизонте личности.